Любовь с запахом моря и грозы

POV Василий Петрович Мне приснилось, что я держу своего малыша на руках. Он такой маленький. Глаза мои, а нос Юры. Его маленькие ручки хватают меня за палец. Я невольно смеюсь от этого и малыш мне улыбается. Я укачиваю его на руках и в этот момент меня сзади кто-то обнимает. Юра положил голову мне на плечо и с любовью смотрит на нашего ребёнка. — Спасибо, что подарил мне такое маленькое чудо. Он поцеловал меня в щеку и растворился в воздухе. Когда я обернулся, чтобы его найти в моих руках ничего не было. Я очнулся в одиночной палате. Рядом мирно спал Юра, положив голову на сложенные руки. Он выглядел безумно мило. Я погладил его левой рукой по волосам и он что-то промычал. После этого он медленно открыл глаза и посмотрел на меня. — Вася, ты очнулся. Я так за тебя переживал. Он сразу бросился меня обнимать. Я тоже был безумно рад его видеть. Но тут меня словно обухом ударила одна мысль. — Что с ребёнком? Я был очень взволнован и не мог найти себе места. Я не мог представить, что буду делать, если выяснится, что я потерял ребёнка. — Успокойся. Все хорошо. Ребёнка спасли. После этих слов у меня словно камень с плеч упал. Я положил руку на живот и улыбнулся. — Я хотел тебя спросить. По какой причине ты меня избегал эти две недели? Я тебя чем-то обидел? Мне стало очень стыдно перед Юрой. Я действительно ничего не объяснил, а просто резко отдалился. — Прости. Я боялся тебе сказать о беременности, поскольку шло расследование и я мог бы проболтаться тебе об этом. — Ты так меня перепугал. Я боялся, что навсегда потерял тебя. Он снова меня обнял и я ответил на объятие. Сейчас я чувствовал себя намного лучше и спокойнее, чем прошлые две недели. Тут в палату зашёл врач. — Василий Петрович, рад что вы пришли в сознание. — Скажите, с моим ребёнком точно всё в порядке? — Конечно. Безопасности вашего малыша уже ничего не угрожает. Вам правда придётся полежать у нас неделю, чтобы мы провели все необходимые анализы. — Хорошо. Юрий Иванович, можно вас на пару слов. Мне пришлось с огромной неохотой отпустить его руку и он скрылся за дверью вслед за врачом. Через пару минут он вернулся. — Извини, мне нужно ехать по делам. Но я постараюсь тебя как можно чаще навещать. На прощание он поцеловал меня в лоб. Эта неделя в больнице казалось тянулась бесконечно. Моё ожидание выписки скрашивали родители, друзья и Юра. Когда настал день выписки, я был крайне взволнован. Я собирал в сумку немногочисленные вещи и уже представлял как вернусь домой. Родители написали, что не смогут меня встретить. Я был расстроен, но ровно до того момента, как увидел Юру. Я подбежал к нему и крепко обнял. Мне казалось, что я его не видел целую вечность, хотя прошло меньше суток. Он взял мою сумку и мы направились на выход. Как и ожидалось, там столпились журналисты. — Василий Петрович, вы правда в положении? — Этот ребёнок от премьер министра? — Какие у вас отношения с Юрием Ивановичем? — Что вы собираетесь дальше делать? — Вы планируете уходить в отставку? Я слегка растерялся и Юрий Иванович, даже хотел разогнать представителей СМИ, но я взял, его за руку и показал, что не нужно. — Господа журналисты, да я в положении. Но в отставку пока уходить не собираюсь. Я ещё не решил, что буду делать дальше. На данный момент я всё ещё в состоянии продолжить свою работу и моё положение никак на этом не скажется. Мы направились к машине, а журналисты следовали за нами. Отъехав от больницы, я наконец-то мог спокойно выдохнуть. — Я поговорил с твоими родителями и они согласились с тем, что пока ты не родишь, будешь жить у меня. Меня это слегка ошарашило. — Так мы едем в нашу квартиру? Почему-то было привычно называть её именно нашей. — Нет. Мы едем в мой дом в Конча-Заспе. Тебе нужен свежий воздух и большое пространство. Было очень приятно ощущать его заботу обо мне. От этого в животе порхали бабочки, хотя сейчас там находится нечто совершенно другое, но от этого не менее приятное. — А… — Все твои вещи уже там. Через некоторое время мы въехали на большую территорию с двухэтажным большим особняком. Это вызывало противоречивые чувства. Я боялся представить сколько это всё стоит. Мы зашли в дом и я был просто в шоке. Он был внутри довольно сильно похож на тот, в котором мне изначально предлагалось жить. Мы поднялись на второй этаж и зашли в одну из спален. Она была также богато обставлена как и всё в этом доме. Рядом со шкафом стоял мой чемодан с вещами. — Я надеюсь, ты не будешь против жить со мной в одной комнате? — Конечно нет! Я только за! — Помочь разобрать вещи? — Я сам справлюсь. — Тогда я пойду попрошу приготовить ужин. Я остался в комнате один и принялся раскладывать свои вещи. Половина большого шкафа была специально освобождена. Пока я складывал вещи на полки, в голову пришла мысль, что надо как-нибудь съездить домой. На антресолях вроде завалялись мои вещи, в которых я ходил во время беременности. Может повезёт и я найду также несколько детских. Закончив с вещами я спустился на первый этаж. Горничная провела меня в столовую. Юра уже сидел там. Нам подали еду и мы приступили к ужину. Я спрашивал у него, как дела в правительстве, ведь планировал уже завтра поехать на работу. Вечер мы провели за просмотром кино. В голове сразу всплывали наши совместные тихие вечера в квартире. Ночью мы уснули в одной постели в объятиях друг друга. Рано утром я принял душ и ни с того ни с сего решил побрить ноги. Во время беременности у меня не только меняются пристрастия в еде, я начинаю слишком сильно следить за чистотой и обрятностью своего тела. Юра уже в десятый раз стучал в дверь ванной. — Вась, ну ты там скоро? — Я занят! К тому же, неужели в этом огромном доме только одна ванная комната? Я в этом сильно сомневаюсь. Юра по видимому не выдержал, ворвался внутрь и застал меня в очень неловком положении. Я опирался одной ногой о бортик ванной, она была частично в пене для бритья, а в руке у меня была сама бритва. — Что смотришь? Никогда не видел как ноги бреют? — Да нет. Просто я раньше не замечал за тобой такого. — Это один из моих беременных бзиков. А сейчас, выйди пожалуйста. Мне осталось буквально пять минут. Он послушно вышел и я спокойно доделал своё дело. Как же безумно сильно от этого затекает спина. Позавтракав, мы отправились в администрацию. Белла Рудольфовна подготовила мне подробный отчёт за всё время, пока я был в больнице. — И ещё, Василий Петрович. — Я вас слушаю? — Пока вы были в больнице, звонил президент России. Он приглашает вас на личную встречу в Москву. — Кто? Путин что ли? Я отхлебнул принесённый Беллой кофе. — А вы не вкурсе? — О чем? — В России уже другой президент. От шока я подавился кофе. Вот это действительно неожиданно. Я был уверен, что если и буду встречаться с президентом России, так это с Путиным. — И кто у них сейчас президент? — Алексей Анатольевич Навальный. Он победил на честных выборах, после свержения предшественника. Я не особо интересуюсь внутренней политикой в России, но о Навальном слышал. Он снимал разоблачения коррупции в верхушке власти. Удивительно, что оппозиционер смог прийти к власти сразу после автократа. — Когда должна состояться эта встреча? — На следующей неделе в среду. Алексей Анатольевич хочет обсудить с вами дальнейшие русско-украинские отношения. — Я понял. Спасибо, Белла Рудольфовна. Секретарь вернулась к себе, а я стал обдумывать услышанное. Я сразу полез в интернет искать информацию о новом президенте. Ничего необычного. Всего на год старше меня. Родился в семье военных, есть жена и двое детей, имеет юридическое образование, активно ведёт страницу в Инстаграм и ютуб канал. Думаю, мы сможем с ним договориться. Возможно, мне даже удастся поднять вопрос Крыма и Донбасса. Часть времени на всей неделе у меня уходило на подготовку к этой встрече. В бригаде сопровождения были Сережа и Оксана. Неделя пролетела незаметно и уже нужно было вылетать. Я стоял в аэропорту рядом с Юрием Ивановичем. Он решил меня проводить. — Позвони, как доберешься. — Хорошо. Он крепко обнял меня. — Я буду безумно скучать. — Я тоже. Но не успеешь и глазом моргнуть, как я вернусь с хорошими новостями. — Твой оптимизм всегда поражал меня. — В государственных делах без оптимизма никуда. Мы поцеловались на прощание. На самом деле очень сильно не хотелось уезжать. Хотя я понимал, что уже вечером вернусь обратно. — Вась, ну ты идёшь? Вылетать пора! — крикнул мне Мухин. Я с огромной неохотой отстранился и направился вслед за другом. Мы зашли в частный самолёт и через несколько минут взлетели. Оксана начала нам говорить о том, как себя следует вести и какие вопросы следует обсудить. Я слушал её вполуха, поскольку меня сильно мутило. Помимо того, что я не очень люблю летать, прибавлялся всё ещё не прошедший токсикоз. — Извините. Я на минуту. Я быстро добежал до туалета и меня вырвало. По итогу я пробыл там почти весь немногочисленный полёт. Когда самолёт приземлился в Москве, я вздохнул с облегчением. Мы спустились по трапу и нас прямо тут встречала делегация во главе с президентом. — Василий Петрович, добро пожаловать в Россию. — Для меня и всей Украины это многое значит, Алексей Анатольевич. Мы подали друг другу руки. Он был очень высоким, где-то метр девяносто и мне стало слегка неуютно со своими метр семьдесят. Альфа от которого пахнет лесом. Мы покинули аэропорт и расселись по машинам небольшого кортежа. Я и Алексей сели в самую первую машину, на кузове которой был небольшой российский и украинский флаги. Нам предстоял не близкий путь в центр. Всё время поездки я смотрел в окно и любовался красивыми видами. Москва действительно прекрасна, как о ней говорят многие. Высокие небоскребы, старые исторические здания. Мы въехали на Красную площадь и вышли из машины, направляясь в сторону Кремля. Вокруг нас столпилось множество журналистов, как российских, так и украинских изданий. Мы вошли в Кремль и прошли в подготовленный зал для совещаний. Журналисты остались за дверьми. — Я бы хотел для начала обсудить все вопросы с Василием Петровичем лично. Я и Алексей прошли в сравнительно небольшое, по меркам кремля помещение. Оно было довольно уютным. Камин и рядом два кресла. По бокам от камина стояли два флага. Я занял кресло под Украинским, а Алексей напротив. — Первое, что я хотел бы сказать, так это принести извинения за своего предшественника. Его поступки нанесли немалый урон вашей стране. — А можно спросить, где Путин сейчас? — В Гааге, ждёт суда со своими дружками. У нас на каждого из них полно компромата. Каждому светит минимум двадцатка. После этого мы перешли к обсуждению дальнейших отношений между нашими странами. — Я уже приказал вывести все войска и бандитские группировки с территорий Донецка и Луганска. Они снова станут вашими. — А что насчёт Крыма? — Я предлогаю провести честный референдум, по всем мировым правилам. Мы дадим людям год на размышление и агитацию, а на референдуме будут присутствовать независимые наблюдатели с обеих сторон и несколько иностранных делегаций, если они согласятся. Вас это устраивает? — Более чем. Далее мы обсудили ещё несколько вопросов. Алексей уверил меня, что Россия больше не будет препятствовать вступлению Украины в ЕС и НАТО. Результатами переговоров я остался очень доволен. Мы с Алексеем точно говорим на одном языке и разделяем одни и те же ценности. Дальше шла пресс конференция с журналистами. Там мы сообщили об итогах наших переговоров. Дальше последовали вопросы на которые мы отвечали. После этого, я со своей делегацией отправился в аэропорт. Предстояло ещё полтора часа полёта, но в этот раз я был абсолютно спокоен и даже токсикоз меня не мучал. Домой я вернулся далеко затемно. К моему удивлению Юра всё ещё не спал. Он смотрел новости в нашей спальне. — Ты наверное уже вкурсе последних новостей? — Конечно. Я могу тебя поздравить с твоей первой дипломатической поездкой и первой победой. Он взял мою ладонь и нежно поцеловал её. Я покраснел от смущения. — Да разве это можно считать победой. Алексей Анатольевич, просто исправляет ошибки своего предшественника и хочет наладить с нашей страной дружеские отношения. — Но все равно освобождение Донбасса и возможность возвращения Крыма можно считать за победу. — Ладно. Не буду с тобой спорить. Юра крепко меня обнял и улыбнулся своей хитрой улыбкой. — Правильно. Потому что это бесполезно. Он притянул меня ближе и поцеловал. Мы не могли оторваться друг от друга и вместе упали на кровать. Эта ночь была полна ласок. Конец POV

***

POV Юрий Иванович Я был весь на нервах и очень сильно переживал за Васю, сидя в коридоре. Для меня время будто остановилось. Спустя, как мне казалось вечность, из кабинета вышел врач. Я сразу подбежал к нему. — Ну? Как он? — Не волнуйтесь. С Василием Петровичем и ребёнком всё впорядке. У меня сразу отлегло от сердца. — Я могу его увидеть? — Он ещё без сознания, но как только мы переведём его в палату, вы сможете его увидеть. И уже через полчаса я сидел на стуле рядом с Васей. Он мирно спал. Его кожа была на несколько оттенков бледнее, но он не растерял своей красоты. Я просто молча им любовался и не заметил как заснул. Проснулся я от того, что кто-то гладит меня по волосам. Открыв глаза я увидел улыбающегося Васю. Как же я рад снова увидеть эту улыбку. — Вася, ты очнулся. Я так за тебя переживал. Я крепко его обнял. — Что с ребёнком? Я видел сильное беспокойство на его лице и поспешил успокоить. — Успокойся. Все хорошо. Ребёнка спасли. Он с облегчением выдохнул и положил руку на живот. Я прервал минутное молчание. — Я хотел тебя спросить. По какой причине ты меня избегал эти две недели? Я тебя чем-то обидел? — Прости. Я боялся тебе сказать о беременности, поскольку шло расследование и я мог бы проболтаться тебе об этом. — Ты так меня перепугал. Я боялся, что навсегда потерял тебя. И я снова заключил его в объятия. Тут в палату зашёл врач. — Василий Петрович, рад что вы пришли в сознание. — Скажите, с моим ребёнком точно всё в порядке? — Конечно. Безопасности вашего малыша уже ничего не угрожает. Вам правда придётся полежать у нас неделю, чтобы мы провели все необходимые анализы. — Хорошо. Юрий Иванович, можно вас на пару слов. Мы с врачом вышли в коридор. — Вы должно быть знаете, что ему сейчас нужно полностью минимизировать различные стрессы, больше бывать на свежем воздухе и соблюдать диету. — Да. Я всё понимаю и займусь этим. Тут мне на телефон пришло сообщение от Немчука. Он просил срочно приехать. Я зашёл в палату, попрощался с Васей и поехал на встречу. Там меня ждали все три олигарха и они были в довольно приподнятом настроении. Они сидели за большим столом и пили вино. — Юра, хочу тебя поздравить с успехом.- начал Ройзман. Он подошёл ко мне с бокалом и положил руку на плечо. — Теперь, когда Голобородько в положении, ему ничего не останется кроме как уйти в отставку. Это действительно был гениальный план! Лично я был уверен, что он так просто всё не оставит. Только-только начались какие-то изменения. И в самом начале все бросить. Это точно не про Васю. — Знаете, лично я не уверен, что он так просто всё оставит. — Ну так заставь его. Или начни им управлять. Беременные омеги больше действуют на эмоциях, чем исходя из здравого смысла. Тебе ли об этом не знать. Воспользуйся этим. Я уже точно не хотел манипулировать Васей. Он сейчас вынашивает моего ребёнка. Если бы я попытался воспользоваться этим, то это считалось бы за предательство. Я чисто физически не мог так с ним поступить. Но и им я отказывать не могу иначе подвергну опасности его и нашего будущего малыша. — Это всё, за чем вы меня вызывали? — Да. Можешь идти. Я быстро покинул помещение. Неделя прошла довольно быстро и я приехал встречать Васю из больницы. У выхода нас как всегда встретила толпа журналистов. Гарант сделал заявление, что пока не собирается уходить в отставку. Мы сели в машину и поехали в сторону моего особняка в Конча-Заспе. Вася явно был шокирован подобным убранством. Естественно, тут нет ни одной вещи дешевле ста долларов. Я распорядился перевезти его вещи ко мне и сейчас его чемодан стоял в моей комнате. — Я надеюсь, ты не будешь против жить со мной в одной комнате? — Конечно нет! Я только за! — Помочь разобрать вещи? — Я сам справлюсь. — Тогда я пойду попрошу приготовить ужин. Я спустился на кухню и велел повару приготовить ужин, а сам отправился в столовую. Вася спустился минут через тридцать. Он начал меня расспрашивать как идут дела в правительстве. Вечер мы провели за просмотром кино, как в старые добрые времена. Следующее утро преподнесло для меня довольно большой сюрприз. Как выяснилось, мой Вася любит брить ноги. Этот факт был очень смешным и одновременно милым. Надо было видеть его растерянное и смущенное лицо, когда я ворвался в ванную. Мне очень хотелось потрогать его гладкие ножки, но он тактично попросил меня выйти вон. Пришлось умываться в другой ванной. Как позже выяснилось, новый президент России пригласил Василия Петровича на встречу в Москву. Вася упорно готовился к этому всю неделю. Я помогал ему, давал советы и по большей части успокаивал расшатанные нервы. В день отлёта мы стояли в аэропорту и я не знал, что сказать на прощание. Я понимал, что уже вечером он вернётся, но мысль о расставании, пусть и на один день, была очень тяжёлой. — Позвони, как доберешься. — Хорошо. Я крепко обнял его на прощание. — Я буду безумно скучать. — Я тоже. Но не успеешь и глазом моргнуть, как я вернусь с хорошими новостями. — Твой оптимизм всегда поражал меня. — В государственных делах без оптимизма никуда. Мы поцеловались и именно в этот момент Васю позвал Мухин. Вечно он портит момент. Может, это его сверхспособность? После того, как первый борт с президентом взлетел, я отправился в администрацию. Работы было непочатый край. Конференцию я смотрел на телевизоре в своём кабинете. На самом деле вывод войск из Донбасса и честный референдум в Крыму были очень хорошими новостями. Можно считать Васину первую дипломатическую поездку очень успешной. Я был очень горд за своего мальчика. Вернулся он поздно вечером. Я смотрел новости, где обсуждалась сегодняшняя встреча, лёжа в нашей кровати. Я искренне поздравил его, взял ладонь в свою и поцеловал тыльную сторону. Он так мило покраснел и засмущался. Я крепко его обнял и поцеловал. Мы вместе упали на кровать. Этой ночью я дарил ему максимальную ласку, ведь он это заслужил.