Мой парень, брат бывшей

Самолёт мягко приземлился в Портленде, вздрогнув на посадочной полосе. Кабина озарилась теплым светом, шасси скрипнули, и по телу пробежала лёгкая дрожь от торможения. Намджун склонился над всё ещё спящим Сокджином, нежно коснулся его плеча: — Дорогой… мы прилетели. Просыпайся. Сокджин что-то невнятно пробормотал, медленно приоткрыл глаза… и тут же почувствовал: его щека прилипла к чему-то тёплому и влажному. Он приподнялся и с ужасом понял — это грудь Намджуна. Его грудь была в засохшей капельке слюны. Сокджин резко отстранился, лицо пылало от смущения: — Ч-черт… я… Намджун тихо рассмеялся, взглянув на него с искренним весельем: — Кажется, я был вкуснее мороженого. Он протянул палец, осторожно вытер уголок губ Сокджина и, всё ещё улыбаясь, добавил: — Добро пожаловать в Портленд. Сокджин, всё ещё пытаясь сохранить остатки достоинства, медленно кивнул. Он поднялся на ноги и потянулся, разминая затёкшие мышцы. Всё внутри было странно легко, как будто сон смыл остатки напряжения. Намджун взял его за руку — уверенно, но мягко — и повёл к выходу. Рядом весело шли Анна и Тэхён, у обоих на лицах сияли довольные улыбки. — Отец, — радостно заговорила Анна, — мы продули в карты Мартину и Джоэлу десять тысяч долларов! — Десять? — переспросил Намджун с приподнятой бровью. — Но лимит у вас был пять. — Ну один раз можно же простить?.. — попыталась выкрутиться Анна, заглядывая ему в глаза. Намджун хмыкнул, сделал вид, что задумался, а потом, с легкой ухмылкой, сказал: — Если Сокджин поцелует меня, тогда — да. Анна и Тэхён с готовностью обернулись к Сокджину, заговорив в два голоса: — Папа! Ну поцелуй! Пожа-а-а-луйста! Только один раз! Сокджин отпрянул на шаг, покраснев: — Я… не хочу, чтобы вы вообще играли в карты. Сразу же лица детей вытянулись. Взгляд Анны стал печальным, а Тэхён даже опустил плечи. В их глазах отражалось разочарование, будто мир слегка потерял краски. Сокджин сглотнул. Он не имел права. Шесть лет его не было рядом, шесть лет он не воспитывал их, не держал за руку, не запрещал и не разрешал. Он вздохнул, подошёл ближе и мягко, но твёрдо сказал: — Ладно. Только не на деньги. Договорились? Глаза детей тут же загорелись. Анна всплеснула руками: — Значит, если не на деньги, то можно? Тэхён подскочил рядом: — Тогда мы просто на фантики будем! Или на задания! Сокджин улыбнулся, хоть и смущённо, но искренне: — Да. Можно. Рядом Намджун тихо рассмеялся — не громко, но от всей души. Сокджин мельком взглянул на него, и в этом взгляде было: «Ты доволен?» — а в ответ увидел: «Очень». Сокджин шёл чуть позади, рука Намджуна всё ещё крепко держала его, но внутри было неспокойно. Улыбки детей, их оживлённые разговоры, лёгкость, с которой они общались с Намджуном… А он? Он будто остался где-то в прошлом. Он помнил их крошечными — пухленькие щёчки, мягкие ладошки, голоски, едва выговаривающие слова. А теперь им уже десять. Почти подростки. У них свои привычки, шутки, воспоминания, в которых его не было. Он не знал, чем они увлекаются, как любят засыпать, какие у них страхи, что им снится… И чем больше он осознавал это, тем сильнее сжималось сердце. Намджун вдруг обернулся. Он почувствовал, что Сокджин замедлил шаг, будто его что-то тянуло назад. Взгляд Сокджина был растерянным, глаза блестели, но не от счастья. — Эй, — тихо сказал Намджун и, не дожидаясь слов, потянулся и поцеловал его — мягко, уверенно, не для публики, а просто чтобы сказать: «Ты здесь. И я рядом». Сокджин чуть дрогнул, но не отстранился. Этот поцелуй был как глоток воздуха. — Всё хорошо, — прошептал Намджун у его губ. — Ты успеешь всё наверстать. Мы всё сделаем вместе. К ним подошли двое: высокий и спортивный парень с дерзким взглядом и серьгой в ухе, и второй — в очках, в рубашке, с лёгкой усмешкой на губах. — О, — сказал Намджун, распрямляясь, — это Джейкоб. Моя правая рука… и его парень. — Жених, — поправил Ноа с широкой улыбкой, хлопнув Джейкоба по плечу. — Неужели наконец-то! — воскликнул Тэхён с искренним удивлением. — Я думал, это никогда не случится. — И кто сделал предложение? — с интересом спросила Анна, сложив руки на груди. — Я сделал предложение, — спокойно сказал Джейкоб, поправляя серьгу в ухе, а затем, как бы невзначай, положил ладонь на поясницу Ноа, притягивая его ближе к себе. — Неужели ты? — воскликнул Тэхён с округлившимися глазами. — А не Ноа снова первый? А то в прошлый раз он же тебя первым поцеловал! — Вот мелкий, — хмыкнул Джейкоб, не удержавшись от улыбки. Он запустил пальцы в волосы Ноа и легонько потянул за прядь. — Кто тебя вообще пустил к взрослым? Ноа фыркнул, обнял Джейкоба за талию и, не отпуская, потрепал Тэхёна по макушке: — Ему можно. У него глаз-радар на всё, что касается романтики. Тем временем Сокджин стоял чуть позади, почти прячась за плечом Намджуна. Он чувствовал себя немного не в своей тарелке — незнакомое место, люди, новая жизнь… всё будто прижимало. Джейкоб вдруг посмотрел на него внимательнее. Его взгляд стал мягче, а рука, обнимавшая Ноа, сжалась крепче, будто говоря: я не сравниваю, просто ценю. — Понятно теперь, почему ты так хотел его вернуть, — сказал он, обращаясь к Намджуну. — Он и правда очень красивый. Смущённый, Сокджин опустил глаза, губы тронула неуверенная улыбка. Ноа прищурился, усмехнулся и, не отходя от Джейкоба, ткнул его пальцем в ребро: — Что, решил переметнуться к омегам? — С чего бы? — отмахнулся тот, прижавшись щекой к его виску. — Я по альфам. Всегда был. Ты ведь тоже альфа. Не решил попробовать кого-то другого? — Ноа тоже альфа? — переспросил Сокджин с лёгким удивлением, переводя взгляд с одного на другого. Он пытался осмыслить услышанное. Парни переглянулись и почти одновременно сказали: — Да. А что? — Ничего… — протянул Сокджин, слегка растерянно улыбнувшись. — Просто я вживую такие пары не встречал. Джейкоб усмехнулся, легко поцеловал Ноа в висок и, всё так же обнимая его, подмигнул Сокджину: — Так ты ещё не знаешь. У Намджуна есть бары. Для всех. Отдельно для омега/омега… и для альфа/альфа пар. — Ого, — выдохнул Сокджин, глаза округлились. — Это… необычно. — Это Портленд, детка, — рассмеялся Ноа, положив подбородок Джейкобу на плечо. — Тут всё возможно. Сокджин почувствовал, как рука Намджуна слегка сжала его пальцы. Тот чуть наклонился к нему и шепнул: — Добро пожаловать в мой мир. Намджун сжал пальцы Сокджина чуть крепче, словно поддерживая, и мягко кивнул в сторону стоящей у обочины машины. Тэхёна и Анна уже бежали вперёд, переговариваясь вполголоса. Тэхён, всё ещё посматривал на Джейкоба с Ноа, будто не мог поверить, что те действительно помолвлены. Сокджин и Намджун пошли следом. Воздух был прохладным, солнце пробивалось сквозь редкие облака, в волосах ощущался лёгкий ветер. — Мне немного неловко, — признался Сокджин, когда они подошли ближе к машине. — Будто все такие уверенные, знают друг друга, а я… будто в чужом мире. Намджун, открывая перед ним дверцу, обернулся с тёплой улыбкой: — Ты просто ещё не привык. Но ты не один. К тому же, есть ещё одна пара альфа/альфа. Родители Тэхо — он друг Анны и Тэхёна. — Ему восемь, — вставила Анна с переднего сиденья. — Но он всё равно любит играть с Рики. — А кто такая Рики? — спросил Сокджин, оборачиваясь к ней с любопытством. — Кошка, — быстро ответил Тэхён, устраиваясь сзади. — Ей четыре года. Такая пушистая и храбрая, прям как львица. Хочешь познакомиться? — Ого, конечно, хочу, — Сокджин улыбнулся, немного удивлённый тем, как легко его приняли дети. — Тэхо вообще классный, — продолжил Тэхён. — Его родители с нами много играют. Они с нами дружат уже четыре года. А ещё есть Чию… — Малыш Чию, — уточнила Анна. — Ему тоже четыре. Он младше всех, и все его любят. — Понятно, — кивнул Сокджин, пытаясь запомнить имена и возраст. — Так, всё, — вмешался Намджун с мягким смехом, усаживаясь за руль. — Хватит папу запутывать. Он и так всё узнает со временем. А то у него ещё голова болеть будет. — Спасибо, — выдохнул Сокджин с облегчением, откидываясь на спинку кресла. — У меня и правда уже немного побаливает голова от всего нового… Намджун мельком взглянул на него, нежно коснулся его руки и тихо сказал: — Тогда просто закрой глаза и отдыхай. Мы рядом. И ты теперь дома. Намджун свернул с главной дороги, и Сокджин заметил, как обстановка изменилась. Район был тихим, но не пустым. На углу стояли двое крепких парней, и когда машина подъехала, один из них сразу опустил голову в лёгком поклоне. Намджун неспешно опустил стекло и кивнул в ответ. — Всё хорошо, это свои, — пояснил он, вновь поднимая окно. — Этот район под моим контролем. Тут безопасно. Сокджин молча кивнул, ощущая, как в груди чуть ослабла тревога. Машина плавно свернула во двор и остановилась перед гаражом. Дети тут же соскочили со своих мест, радостно болтая. — Пошли, покажем папе Рики! — закричал Тэхён и, схватив Анну за руку, утащил её к входной двери. Сокджин ещё не успел выбраться, как к нему потянулась рука Намджуна. — Всё хорошо, — мягко сказал он. — Пойдём. Они прошли через гараж, и когда дверь в дом отворилась, Сокджин застыл на пороге. Его глаза округлились, сердце заколотилось. В гостиной, прямо посреди ковра, лежала… пантера. Большая, чёрная, с блестящей шёрсткой, она подняла голову, увидев новых людей, и встала на лапы. Сокджин замер, а через секунду, будто подорванный, с коротким сдавленным вскриком сиганул вперёд и, вцепившись в Намджуна, буквально запрыгнул на него — обвив руками шею, а ногами талию. — ТАМ ХИЩНИК! — заорал он в самое ухо, цепляясь сильнее. — ЭТО НЕ КОШКА, ЭТО ЧУДОВИЩЕ! Намджун покачнулся под неожиданным весом, но удержал равновесие и крепко прижал его к себе, изо всех сил сдерживая смех. — Спокойно, Сокджин, спокойно, — проговорил он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, хоть и с ноткой веселья. — Это Рики. Она добрая. Сокджин не спускался. Он висел на нём, как встревоженный коала, уткнувшись в его шею. — Добрая?! Она нас сожрёт, Намджун! — голос у него дрожал. — Я не подписывался на сафари в джунглях! Тем временем пантера неспешно подошла ближе, легко и плавно, как живая. Сокджин чуть не задохнулся от страха. Но Рики вдруг весело подпрыгнула и ловко запрыгнула передними лапами на Анну, начав облизывать ей лицо, словно большая собака. Анна громко засмеялась: — Хватит, Рики, щекотно! Затем Рики подошла к Тэхёну и ткнулась носом ему в грудь. Тот сразу обнял её за шею. — Она всех так встречает, — пояснил мальчик. — Она добрая! Она потерлась об Тэхёна, затем перевела взгляд на «связку» Намджуна с висящим на нём Сокджином. Сокджин почувствовал этот взгляд и замер, едва дыша. Пантера медленно подошла, принюхиваясь к его одежде, особенно к участкам, где оставались феромоны Намджуна. — Она просто проверяет, — пояснил Намджун. — Её интересует, кто ты для меня. Рики фыркнула, как будто удовлетворённая, и вдруг… ткнулась лбом в колено Сокджина, а потом улеглась у его ног, обвив хвостом лапы и глядя вверх абсолютно спокойно. Сокджин с трудом осознал, что она… просто легла. И не собирается ни на кого бросаться. — Она тебя приняла, — прошептал Намджун, опуская его на пол и поддерживая, пока тот осторожно становился на ноги. На несколько секунд в гостиной повисла тишина. — Видишь? — сказал Намджун с улыбкой. — Она поняла, что ты — свой. Ты пахнешь мной. Сокджин медленно перевёл взгляд на него, затем снова на пантеру. — Это ненормально, — прошептал он, всё ещё в шоке. — Это… Это ПАНТЕРА, Намджун. — Да, — согласился тот и нежно поцеловал его в висок. — Но она моя пантера. А теперь — и твоя тоже. Она защищает дом. И если она приняла тебя… значит, всё будет хорошо. Анна с Тэхёном уже уселись на диван и смотрели, как Рики, мурлыча, перекатывается на спину, подставляя живот, будто приглашая почесать. — Хочешь попробовать папа? — спросила Анна, оборачиваясь к Сокджину. Он неуверенно кивнул и медленно опустился на корточки. Пантера сразу повернула к нему голову и тихо фыркнула, словно подтверждая, что не против. Её жёлтые глаза были спокойными. Сокджин протянул руку, дрожа, и осторожно коснулся мягкой шёрстки. Пантера мурлыкнула громче, вытянулась и ткнулась лбом ему в ладонь. Он едва слышно выдохнул, с трудом сдерживая подступившие к горлу слёзы. — Я точно в другом мире, — прошептал он. Намджун опустился рядом, обнял его за плечи и с нежностью прошептал: — Добро пожаловать домой, дорогой. Намджун ласково посмотрел на Сокджина и тихо спросил: — Ты хочешь поесть? Сокджин кивнул, и голос его дрожал от усталости и пережитого стресса: — Очень хочу. Намджун улыбнулся и мягко предложил: — Может, приготовим что-то вместе? Я покажу, где продукты, и мы сделаем что-то вкусное, поедим семьёй. Анна и Тэхён тут же оживились и почти хором заявили: — Папа, что ты приготовишь? Сокджин улыбнулся, словно впервые за долгое время почувствовав лёгкость, и чуть покраснел. Намджун осторожно взял Сокджина за руку и мягко повёл его в сторону кухни. За дверью открылась просторная, светлая комната — здесь всё было аккуратно и по-домашнему: на столах стояли миски с фруктами, на полках ровно расставлены банки с крупами, специями и разными продуктами. — Вот здесь у нас овощи, — показал Намджун на одну из полок, где лежали яркие помидоры, огурцы и морковь. — А здесь мясо и рыба, — он мягко открыл холодильник и достал свежий кусок мяса, аккуратно завернутый в фольгу. Дети, Анна и Тэхён, уже уселись на коврик в углу, играя с Рики. Пантера с нежным мурлыканьем облизывала их лица и руки, периодически переворачиваясь на спину, чтобы они чесали живот. Намджун поставил мясо на разделочную доску и взял острый нож. Его движения были уверенными и плавными, он начал аккуратно нарезать мясо на небольшие кусочки. Сокджин, стараясь не отставать, взял другой нож, но чуть не порезал палец — его рука дрогнула, и лезвие соскользнуло. — Аккуратнее, — тихо предупредил Намджун, мягко прикоснувшись к руке Сокджина, чтобы остановить его. — Не стоит рисковать пальцами, дорогой. Сокджин глубоко вздохнул и опустил взгляд на детей, которые весело играли с Рики. — Я хочу, чтобы всё получилось идеально, — сказал он с тихой решимостью. — Для них. Намджун улыбнулся и прижал ладонь к его руке: — Не ценой пальцев, дорогой. Дети с удовольствием съедят любую еду, которую приготовишь ты. Сокджин кивнул и снова взялся за нарезку, стараясь быть осторожнее. Его взгляд часто скользил к пантере, которая теперь спокойно лежала рядом с детьми. — Ей точно четыре года? — тихо сказал он, слегка улыбаясь. — Почти пять, — улыбнулся в ответ Намджун. Комната наполнилась лёгкой, домашней атмосферой: тихий смех детей, мурлыканье пантеры и звуки нарезки продуктов. Здесь, среди простых радостей, Сокджи чувствовал себя по-настоящему дома.