Проклятие Фантома

Феникс Райт никогда не планировал становиться пиратом. Тринадцать лет назад он бы рассмеялся в лицо любому, кто сказал бы ему, что он будет частью одного из самых известных кораблей в Карибском море. Он бы не поверил никому, кто сказал бы, что его заберут из дома во время рейда, когда ему будет двенадцать, а потом заставят работать. На своем первом корабле он был обычным матросом, выполняя только то, что ему велели, из страха быть избитым или выброшенным за борт. После того, как корабль затонул, его снова взяли на борт, на этот раз в качестве такелажника. Он не мог бы сосчитать все синяки, которые он получил на работе в первые несколько месяцев парения вокруг парусов, следя за тем, чтобы каждый был на своем месте и выполнял свою функцию. С этим Капитаном он продержался немного дольше. Если на первом корабле он прослужил всего год или два, то со вторым Капитаном ему удалось оставаться в хороших отношениях почти шесть лет. Он научился драться, совершать набеги и защищать свои права на пиратском корабле, и, по правде говоря, это ему нравилось гораздо больше, чем любая работа, которую он мог получить на суше. Конечно, высокий риск столкнуться с псами Королевы был слишком высок, но он считал, что это держит его в тонусе. Когда ему исполнился двадцать один год, их путь пересек «Туманный Траур». Его Капитан по глупости бросил вызов знаменитому экипажу. Феникс, конечно, сражался за свой корабль, но когда Мия Фей лишила жизни его Капитана, он не чувствовал угрызений совести, когда просил взять его на борт ее корабля. Теперь он стал первым помощником Мии Фей, и, как бы он ни скучал по свободе такелажа, ему больше нравилось стоять обеими ногами на палубе. Не говоря уже о том, что были люди, более подходящие для этой работы, вроде той, что в данный момент летела на него. — Очнись, Ник! — хихикнула она в полете. Феникс прижался к фок-мачте, позволяя рыжеволосой пролететь мимо по дуге. Взглянув вверх, он увидел, как она приземлилась на перекладину фока, словно это было ее второй натурой, встала и уперлась руками в бедра. — Приди в себя, парень! — Извини! — крикнул ей в ответ Феникс, и она снова захихикала, прежде чем продолжить путь к вороньему гнезду. Феникс сделал несколько шагов вперед, наблюдая, как она садится на свое обычное место. Афина почти жила там, за исключением тех случаев, когда приходило время еды или швартовки. Она всегда утверждала, что ей нравится быть частью неба, и что если ветер не треплет ее волосы, то они становятся слишком тяжелыми. «Не то чтобы ты хотела их обрезать,» — усмехнулся Феникс, но вдруг почувствовал, что кто-то тянет его за руку. Повернув голову, он увидел Майю, висящую на его руке. Солнце переливалось на ее темно-черных волосах - от их здоровья или от недостатка ванны, Феникс не интересовался. Не то чтобы он выглядел лучше. — Доброе утро, мистер соня, — улыбнулась она своей обычной солнечной улыбкой. — Соня? — Феникс рассмеялся. — Что это значит? — Это значит, что ты пропустил утренний звонок, завтрак и чуть не столкнулся с Афиной, — надулась Майя. — Тебе нужно лучше заботиться о себе. — Д-да, извини, — Феникс застенчиво потер затылок. — Надеюсь, Капитан не слишком на меня сердится? — Ну, ты же знаешь Мию, — вздохнула Майя. — Ты мог бы сказать ей, что проснулся, прежде чем Саймон тебя найдет, ты же знаешь, как он относится к поздним пташкам. — Прежде чем найдет кого? — позади них раздался знакомый голос, Феникс и Майя замерли. Они повернулись и увидели Саймона, стоящего позади них со скрещенными за спиной руками и черном плаще, контрастирующим с синим морем. — П-привет, Саймон! — улыбнулась Майя, отстраняясь от Феникса и небрежно отсалютовав Саймону. — Отличная погода сегодня, не правда ли? Мужчина смерил ее испепеляющим взглядом, а затем повернул к другому мужчине. — Рад видеть, что ты проснулся, Райт. Мия ищет тебя. На твоем месте я бы лучше рассчитывал время сна … если не хочешь, чтобы это повторилось. Феникс почувствовал, как пустота в его желудке упала к его ногам. — Отлично, спасибо, Саймон… — В любое время, — кивнул он и пошел ближе к носу корабля, обернувшись только для того, чтобы взглянуть на работу Афины над мачтами. Двигаясь довольно скованно, Майя и Феникс повернулись к главной палубе, оба чувствовали себя так, словно их отругали матери. — Напомни мне никогда не попадать ему под горячую руку, — прошипела Майя, когда они миновали грот-мачту. За несколько лет на борту «Туманного траура» Феникс успел повидать немало членов экипажа, но в большинстве случаев Мия любила держать на борту небольшую команду и работать с ней до последнего, чтобы корабль всегда был в хорошей форме. Большинство членов команды к этому времени уже выполнили свои утренние обязанности и занимались своими повседневными делами. Феникс обернулся и увидел крупного мужчину с гораздо более миниатюрной девушкой на плечах, и узнал Гамшу и Перл, которые смотрели за левый борт корабля. — Что они делают? — спросил Феникс и уже собирался пойти спросить, когда Майя снова дернула его. — Перл сказала что-то о морских чудовищах, и Гамшу хотел убедиться, что она не отправится на поиски в одиночку, — объяснила Майя. — Не думаю, что он испугался, что она упадет за борт, но она очень обрадовалась, когда он предложил свою помощь, так что… — Майя посмотрела на свою кузину, которая повернула голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как Майя снова тянет Феникса за руку. Вздрогнув, Феникс поковылял за ней. — Майя, какого черта? — спросил он, но она снова потянула его за руку. — Она все еще…? — Думает, что мы поженимся? — девушка закатила глаза. — Еще как думает. Феникс застонал. — Фантастика. — Не знаю, откуда у нее такое воображение, — подмигнула Майя. — Вероятно, от человека, отвечающего за ее образование, — раздался более низкий голос над лестницей, из-за которой Майя выглянула и увидела ухмыляющегося мужчину в красной рубашке. — Доброе утро, Диего, — засмеялась она и вытащила Феникса на квартердек. Как только он занял свое место, она качнулась на пятках и скрестила руки за спиной. — Доброе утро, котенок, — кивнул он. — Ник. — Диего, — кивнул Феникс в ответ. — Как идут дела? — О, ты знаешь, — пожал плечами Диего. — Все так сосредоточены на нашей швартовке, что забывают делать свою работу, а мой компас, похоже, пропал. — Пропал? — заговорила Майя с того места, где она наблюдала, как Перл размахивает руками на плечах Гамшу. — Куда он делся? — Майя, компас не пропал бы, если бы Диего знал где он, — невозмутимо ответил Феникс. Диего кивнул ему, когда дверь, ведущая в навигацию, распахнулась. Из нее вышел высокий блондин, его волосы были собраны в длинный хвост сбоку. Все на квартердеке обернулись и увидели Кристофа Гэвина, который остановился в дверном проеме, чтобы посмотреть на повернувшихся трех пиратов. — Армандо, если ты ищешь свой компас, то он здесь, — мужчина протянул маленькое устройство штурману. — Лана попросила меня воспользоваться им, чтобы убедиться в правильности нашей карты. Я думаю, мы все знаем, что произойдет, если мы пришвартуемся не в том порту… — Ну, спасибо за предупреждение, — пробормотал Диего. — Но я думаю, если бы Лана попросила об этом, все могло быть в порядке. — Не позволяй Лане услышать это «могло быть», — хихикнула Майя, а Феникс усмехнулся. — Кстати говоря, Мия ищет тебя, Ник, она хочет, чтобы ты, вроде как, следил за Ланой сегодня. Капитан в своей каюте. — сообщил ему Кристоф, прежде чем пройти мимо Феникса и спуститься на главную палубу. Все трое смотрели, как он грациозно спускаетмя по лестнице, ведущей вниз, прежде чем Феникс повернулся к девушке, стоящей рядом с ним. — Как долго я спал? — спросил он. Он потерял счет тому, сколько людей говорили ему найти Капитана или напоминали, что он проспал утренний звонок. Майя лишь пожала плечами и покачнулась на каблуках. — Ну, все позавтракали, а Клавир и Гамшу уже помыли палубу, так что… — Феникс почувствовал, как его желудок сжался. «Что ж, это последний раз, когда я решил, что не спать после полуночи — отличная идея» — вздохнул он. — Да прошлой ночью ты много выпил, так что вот. — Подожди, я вчера пил? — прошептал Феникс, поворачиваясь на пятках, а мужчина позади них разразился смехом. — Вчера был твой день рождения, умник, — Диего теперь опирался одной рукой на руль, не отрывая глаз от компаса. — Ты взял с Гамшу обещание разбудить тебя, а потом выпил почти весь наш ром. Феникс ссутулился, несмотря на ободряющие похлопывания Майи по спине. — Все в порядке, Ник. Я уверена, что еще долгие годы мы будем подкалывать тебя по этому поводу. — Да, спасибо, Майя… — вздохнул Феникс. — Если тебе от этого станет легче, я могу пойти с тобой и попытаться смягчить ее гнев. Думаю, у меня есть кое-какие сестринские привилегии, — она сложила руки за спиной и подмигнула. — Все в порядке, спасибо, — он выпрямился и снова потер лицо, как будто это поможет снять его усталость. — Но ты, возможно, захочешь пойти и спасти Гамшу от того, что Перл заставляет его делать, — он кивнул на грот-мачту, где старший мужчина ссаживал с плеч девушку. — Хорошо, удачи! — Майя помахала ему и почти бегом спустилась на главную палубу. Феникс смотрел, как она подхватывает свою младшую кузину и кружит ее с легкой улыбкой на лице. Он никогда не слышал всей их истории, только слухи со своего первого корабля. Истории о сестрах Фей обычно были одинаковыми, с небольшими отличиями в зависимости от рассказчика. Обычно они начинались с колдовства или борьбы за наследство. Трудно было найти человека, который не слышал о клане Фей; это почти так же трудно, как заставить Мию говорить об этом. Некоторые люди шептались о том, что Фей были изгнаны с их острова, и в качестве мести Мия собрала свой собственный корабль, чтобы уничтожить тех, кто причинил ей боль. Другие заявляли, что Мия сама была ведьмой и получила свою устрашающую репутацию в открытом море, накладывая проклятия на тех, кто стоял у нее на пути. Так или иначе, все они начались с одного и того же человека: Диего Армандо, который в данный момент наблюдал за Фениксом. — Диего, ты давно знаешь Мию, верно? — спросил он, и штурман протяжно вздохнул. — Если ты просишь меня пойти и спросить ее, собирается ли она тебя убить, ответ — нет. Встряхнись и иди, пока она совсем не разозлилась, Ник, — Диего увидел, как плечи мужчины снова поникли, и он пошел вниз по главной палубе. Он помахал Перл и Майе, прежде чем повернул и вошел в каюту экипажа. Уход от яркого солнца заставил его остановиться и несколько раз моргнуть, пытаясь привыкнуть к более темной комнате. Это было просторное помещение, но у Феникса не было времени смотреть на гамаки, которые лениво раскачивались на волнах. Как только Феникс привык к темноте он двинулся вперед к прочной двери, приделанной к стене на противоположной стороне каюты. Его костяшки пальцев издали приятный тук-тук, когда он постучал, а затем он сложил руки за спиной и покачался на пятках. — Войдите, — раздался голос изнутри, и Феникс почувствовал, как его сердце снова подпрыгнуло к горлу. Он взялся за ручку двери и толкнул ее слишком быстро, привлекая внимание Капитана. Женщина, стоявшая перед зеркалом, обернулась и увидела, что ее дверь чуть не врезалась в стену. По другую сторону порога стоял Феникс Райт, выглядя так, будто он застрял между желанием остаться снаружи и вообще заползти обратно на свой гамак. Его светло-голубая туника свободно свисала с плеч, удерживаясь на теле слишком большим ремнем, переданным Диего, когда его впервые взяли на борт. Черные штаны были заправлены в сапоги длиной до колен. Мягкая улыбка появилась на лице Мии, она перебросила свои длинные волосы через плечо и оперлась одной рукой на столик перед собой. Как Мия Фей все время умудрялась выглядеть абсолютно собранной в своих личных покоях, Феникс никогда не узнает (и не скажет Диего, что думает). Ее жилет и бриджи были темно-фиолетового цвета, которые в тусклом свете казались почти черными. Однако это было ничто по сравнению с улыбкой Мии, которая сама по себе действовала как свеча. Мужчина был бы ошеломлен еще больше, если бы она не выглядела такой позабавленной его присутствием. — Здравствуй, Феникс, — улыбнулась она. Было странно слышать, как кто-то на корабле не называет его «Ник». Часто он забывал, что у него вообще есть полное имя. Он немного сжался, готовясь к резким словам. — Вы злитесь на меня, Капитан? — его голос был тихим, и это удивило Капитана, которая не могла не рассмеяться над выражением его лица. — Злюсь? Нет, — она повернулась к зеркалу. — Кто сказал, что я злюсь? — Практически все на корабле, — пробормотал Феникс. — Извини, что проснулся поздно… — У тебя была тяжелая ночь, — помогла ему Мия. — Гамшу позволил тебе выпить немного больше, чем следовало… но опять же, тебе стоит научиться сдержанности, — она скрестила руки на груди и повернулась к своему первому помощнику. — Я просто хотела узнать, хорошо ли ты себя чувствуешь. Феникс уставился на нее, его челюсть почти отвисла. — И это все? Все на корабле говорили так, будто я всю неделю буду мыть палубу расчёской! — Что ж, это было бы неплохо, потому что сейчас там довольно грязно, — задумчиво произнесла Мия, и Феникс проклинал себя за то, что не закрыл рот вовремя. Когда Капитан посмотрела на дверь и увидела огорченный взгляд Феникса, она, наконец, сдалась. — Я, возможно, сказала им, чтобы заставить тебя нервничать. Не заводи привычку спать после утреннего звонка, понял? — Да, сэр! — Феникс выпрямился. — Хорошо, — улыбнулась Мия, схватила пальто и набросила его на плечи. — Лана с Клавиром в крюйте, обсуждают запасы боеприпасов. Ты должен следить за ней сегодня. — В последнее время я часто слежу за Ланой, — заявил Феникс, когда Мия прошла мимо него. Она остановилась, просунув руку сквозь рукав пальто. — Афина все время говорит что-то о том, что скоро я стану следующим квартирмейстером, вместо того, чтобы работать с парусами. — он увидел, как лицо Мии прояснилось, и она снова повернулась к Фениксу с суровым взглядом. Она толкнула его дальше в свою каюту и закрыла за ним дверь, просунув другую руку в рукав. Небольшой возглас удивления сорвался с губ мужчины, но Мия уже повернулась к балкону своей каюты, полностью продев руки в рукава пальто и сложив их за спиной. Феникс лишь упомянул об этом, но реакция Мии вырыла в его желудке яму глубже, чем та, с которой он проснулся. — Я не хотел говорить это вслух, Шеф, я… — Феникс, — ее голос сменился с веселого, будничного тона Мии на неожиданно серьезный. Он почти ожидал, что она повернется, но она продолжила стоять спиной к нему. — То, что я собираюсь сказать тебе, не должно покинуть ни эту комнату, ни твой рот. Ты понял? — Д-да, — заикался он, и, наконец, женщина перед ним повернулась. Из ее глаз исчезли все признаки веселья, и она посмотрела на него взглядом, который обычно приберегала для тех, кого допрашивала. Он почти ожидал, что она обнажит меч у бедра, но с опозданием понял, что очень рад, что она этого не сделала. — Наш корабль в опасности, — начала она. — Один из членов экипажа больше не тот, за кого себя выдает, и у меня такое чувство, что я знаю, кто это. — Ты думаешь, это… — Фантом? — Мия хмыкнула и отвернулась от него. Ее серые глаза внезапно наполнились отчужденностью, которую Феникс не видел в глазах этой женщины. — Скорее всего. — И ты думаешь, Лана?.. — Да. Внезапная решимость Мии поразила мужчину. С тех пор, как он стал частью команды, Мия и Лана были почти так же неразлучны, как Мия и Диего — все просто считали, что они пришли вместе. Вид его Капитана, сомневающегося в женщине, которая была ее эквивалентом, задел Феникса за живое. Он не знал, когда произошел переход от растерянности к гневу и печали, но чувствовал слабость в коленях. — Откуда ты знаешь, что это она? — попытался он снова. Он не хотел верить тому, что говорила Мия, но если в чем он и был хорош как пират, так это в умении слушать других. Женщина перед ним издала протяжный вздох и снова повернулась к нему спиной. — Помнишь полгода назад? В последний раз, когда мы были на берегу в течение длительного периода времени? — Феникс собирался открыть рот. Это было прямо у берегов Нового Света, и им нужно было купить новый канат для Афины. Они остановились на несколько ночей, и команда была в восторге от того, что провела ночь в настоящем баре, а не в забегаловке. Лана ушла c празднования пораньше, чтобы убедиться, что канат дошел до корабля в целости и сохранности. Вскоре Мия вернула всех на корабль, но только утром вернулась другая женщина, которая вдруг ничего не знала о том, что произошло неделей ранее. Так продолжилось и после; все смеялись над тем, что произошло в их последнюю швартовку, а она слушала с умиротворяющей улыбкой на губах, но редко искренне смеялась. Конечно, Феникс замечал ее странное поведение, но всегда списывал это на то, что Мия не брала достаточно случайных заработков на Карибах, чтобы их пополнить их средства. Однако теперь, когда он посмотрел на это под другим углом... — Прошло около года с момента последнего нападения Фантома, и я держу открытыми все варианты, — продолжила Мия. — Я не хочу верить, что это она, но если все сойдется... — Ясно, — тихо кивнул он. — Но Фантом? Это… это большое дело, — он наблюдал, как широкие плечи женщины поникли, и она зажала переносицу между большим и указательным пальцами. — Я видела вблизи дела рук Фантома, — она повернулась к нему. — Я почти уверена, но я не хочу рубить с плеча, пока у меня не будет убедительных доказательств. — Но если ты знаешь… — запротестовал Феникс, но его прервал хлопок по плечу. — Капитан верит в свою команду до самого конца, — она выглядела на много лет старше, когда говорила это, и Феникс почувствовал, как его лицо осунулось. — Он также не может плакать, пока все не закончится, — добавила она, ущипнув Феникса за нос и со смехом покачав головой. — Теперь иди изучай пушки, а я позабочусь, чтобы к сегодняшнему вечеру все было готово.

—

Феникса удивило, как мало он знал о боеприпасах, когда дело доходило до них. Даже после того, как Лана собрала всю информацию и покинула крюйт под предлогом убедиться, что все на своих местах, Феникс остался с их главным канониром и попытался узнать все о пушках и о том, как с ними обращаться. К концу дня Феникс провел с Клавиром один на один больше времени, чем когда-либо прежде. Будучи младшим братом Кристофа, Клавир был почти его полной противоположностью. Он полагал, что дети, выросшие в строгой немецкой семье, могут относиться к этому двумя способами: либо полностью отвергать, либо перенимать уклад семьи. Братья Гэвин были идеальным воплощением этого образа мыслей, подумал Феникс, и все же было удивительно, как хорошо они работали. Когда солнце закончило рисовать акварелью поверхность моря, Перл поспешила спуститься с главной палубы, чтобы напомнить двум старшим мужчинам, что они пропустили ужин, что они почти в порту, и что Мия хочет обратиться к команде. Прежде чем она успела убежать, Клавир подхватил ее на плечи, протопал на главную палубу и прокричал что-то о потерявшейся обезьяне. Феникс улыбнулся, следуя за ними вверх по лестнице обратно в ночную атмосферу. Вечер был холодным, ветер дул каждые пару минут, раздувая паруса. Они все еще продвигались к докам, хотя и медленно, оставаясь скрытыми одним из каньонов острова. Афина, наконец, спустилась из гнезда, привязала свой трос к мачте, чтобы удержаться на месте, и поставила блок на слабину. Гамшу, который должен был починить несколько незакрепленных гамаков в каюте экипажа, туго затянул ее узел на случай, если кто-нибудь его заденет. Мия стояла на квартердеке перед штурвалом вместе с Диего, крепко уперев руки в бедра и расставив ноги на ширину плеч. Она с улыбкой наблюдала за тем, как собирается ее команда. У нее не было большого экипажа, и, если быть честной, ей это нравилось. Переход от огромного количества человек на корабле Гроссберга к ее собственной разношерстной команде был некоторым шоком, но она обнаружила, что гораздо легче передвигаться незамеченной, если с ней нет целого флота. Когда на палубе под ней прекратилось движение, она прочистила горло, приложила оба мизинца ко рту и свистнула. — Послушайте, команда, — крикнула она, скрестив руки на груди. — Я знаю, что мы все с нетерпением ждали этой швартовки, и мы пробудем на берегу около недели. Лана выделит вам средства на неделю. Ночью я буду оставаться на корабле, вы можете присоединиться ко мне, если хотите, в противном случае, я уверена, что жители деревни хотели бы провести с вами ночь в их постели. — она повернула голову вправо, наблюдая, как земля приближается. — Если вы не будете в Порт-Рояле через неделю, вы останетесь на берегу, никаких «если» или «но». Понятно? — Да, сэр! — последовал коллективный ответ, и Мия улыбнулась и кивнула. Она окинула взглядом корабль, ища голову с длинными каштановыми волосами, принадлежавшую ее квартирмейстеру. Она нахмурила брови, когда не увидела женщину, и ее глаза метнулись туда, где должна была висеть шлюпка. Её отсутствие вызвало у Мии волну паники, и она быстро повернулась к левому борту корабля. В атмосфере что-то изменилось, и она бы повернулась к команде, чтобы спросить о Лане, если бы не увидела снаряд, летящий в сторону корабля. Она почувствовала, как ее душа ушла в пятки. Любому другому могло показаться, что она наконец-то расслабилась. Ни для кого не было секретом, что швартовка более чем на три дня всегда заставляла Капитана нервничать. Только Диего, стоявший прямо за ней и наблюдавший, как ее глаза вырастают до размеров тарелок, заметил ее панику еще до того, как она начала выкрикивать приказы. — Все на палубу! — закричала она, отталкиваясь от перил и сама опускаясь в позу эмбриона. Прежде чем кто-либо успел двинуться, с левого борта корабля раздался пронзительный свист. Феникс как раз собирался поднять взгляд с того места, где он уткнулся лицом в доски, когда по правому борту раздался громкий удар. Он закрыл голову руками, чувствуя, как корабль кренится под его телом. — Все к оружию, канонир в крюйт, быстро! — Мия продолжала кричать с того места, где она стояла перед штурвалом, ее глаза снова были устремлены на левый борт. Клавир быстро вскочил на ноги, взял Перл на руки и распахнул люк. Как только он оказался внутри, за ним последовали Гамшу и Майя, которая захлопнула за собой задвижку. Феникс вскочил на ноги как раз в тот момент, когда Афина отбросила блок, удерживавший ее на палубе. Пока она взмывала вверх по главному парусу, Феникс бежал по трапу на квартердек к Мие. — Как ты думаешь, кто это? — спросил он, радуясь, что его невосприимчивость к качке помогла устоять, когда Диего повернул корабль обратно в глубокую воду. Рука Мии уже лежала на мече, вытаскивая его из ножен. Ее глаза горели, она смотрела на приближающийся корабль с раздутыми ноздрями. — Кто еще это может быть? — закричал Диего, позволив штурвалу выпрямиться. — Если Лана была Фантомом, тогда это Королевский флот, который здесь, чтобы потопить наш корабль, — прорычала Мия. — Но как-? — Наша шлюпка исчезла, — раздался позади него глубокий голос, Феникс повернулся и увидел Саймона, стоящего там с рукой на мече. — Каков план, Капитан? — Мы бежим, — заявила Мия с предельной уверенностью. — Куда? — спросил Феникс, глядя как из-за каньона к ним приближается военно-морской флот. — Есть не так много мест, куда мы можем пойти… — Куда угодно, только не сюда, — выдавила Мия и кивнула в южное направление. Диего повернул руль в том направлении, куда она смотрела, стиснув зубы от напряжения, когда штурвал сопротивлялся ему. — Мы могли бы стоять и сражаться, — Саймон не сводил глаз с приближающихся кораблей, хотя Мия настойчиво качала головой «нет». — Они настигнут нас в одно мгновение. — Это лучше, чем сбегать как трусы, — возмущенно возразил высокий мужчина. Мия уже разворачивалась на пятках, тыча пальцем в лицо Саймона. — Когда у тебя будет собственный корабль, ты сможешь делать эти идиотские заявления, но прямо сейчас, Саймон Блэквилл, ты на моем корабле, и я говорю тебе пойти сказать Клавиру не стрелять, пока я не отдам приказ. Я ясно выражаюсь? Саймон выпрямился, когда она говорила. Его рот сжался в жесткую линию, прежде чем он ушел, спустившись по трапу на главную палубу очень плавно для человека, которого только что отругали. Феникс не сводил с Капитана глаз, даже когда та повернулась к левому борту корабля, скрестив руки на груди и грызя зубами ноготь большого пальца. — Капитан, — Феникс сделал шаг вперед и встал рядом с ней. Он уже пережил несколько налетов на корабли и знал, когда один из них был на горизонте. — Ты не хуже меня знаешь, что нам никогда не убежать от них, — мягко попытался он. — Мы можем попробовать, черт возьми, — огрызнулась Мия. — Удачи, — буркнул Диего, наконец отводя взгляд от Афины, которая все еще качалась с паруса на парус, пытаясь ухватить как можно больше ветра. — Это флаг фон Кармы впереди. Либо мы его уберем, либо мы все мертвы. — как бы он ни подчинялся Мии, Фениксу было трудно вспомнить, что Диего был пиратом почти три года до того, как Мия присоединилась к его команде. Теперь он повернулся к Капитану, чьи брови были нахмурены в глубокой сосредоточенности. — Капитан? — голос Феникса был тихим, почти шепотом. Она кусала губу. — Капитан, каков наш курс? — «Туманный траур» — один из самых быстрых кораблей Карибского моря, — пробормотала она, все еще нахмурив брови. — Но это ничто по сравнению с фон Кармой. В его арсенале один из самых быстрых кораблей в море. Если мы попытаемся бежать, то доберемся до середины океана, прежде чем он нагонит нас, а если кого-то выбросит за борт, ему конец. — размышляла вслух она, к чему Феникс привык за последние три года. — Кроме того, у них на корабле пушки лучше, чем у нас. Так что, если мы побежим, у них будет больше преимуществ, когда начнется нападение. Мы будем мертвы еще до того, как сможем повернуться, чтобы выстрелить в них. — И они ожидают, что мы побежим, — вмешался Диего. — Судя по тому, что я испытал с генералом фон Кармой, у него есть способность злиться больше, когда ему приходится преследовать бедных пиратов вроде нас. Было бы намного менее болезненно, если бы мы повернулись и сразились с ними здесь. — Он прав, — Феникс кивнул Мии, которая повернулась к нему с суровым выражением лица. — Иди и скажи экипажу готовиться к бою, — приказала она. — Скажи Клавиру, чтобы он не допустил, чтобы что-нибудь случилось с нашими пушками. Пришли мне Майю, Саймона и Кристофа. — Феникс кивнул и повернулся, внезапно порадовавшись, что оставил свой меч в ножнах. Он сделал три шага вперед, когда услышал позади себя свое имя. Он повернулся и увидел, что Мия все еще наблюдает за ним, выглядя более мрачной, чем когда-либо. — Возвращайся сюда после. Ты мне здесь понадобишься. — Да, сэр! — Феникс быстро отсалютовал ей, прежде чем спуститься по трапу на главную палубу. Саймон стоял, держась обеими руками за поручни на полпути между квартердеком и боковой палубой, и смотрел туда, куда приземлилась бы шлюпка, если она бы все еще была здесь. Старший мужчина остановился в нескольких метрах позади черноволосого. — Моя работа как боцмана — замечать, когда вещи пропадают, — заявил Саймон, все еще повернувшись спиной к Фениксу. Брюнет смягчился и сделал несколько шагов вперед. — Если Капитан права, и Лану заменили на Фантома… это моя вина, что он сбежал. — в этот момент Феникс вспомнил, что человек, стоящий перед ним, вряд ли похож на себя. В возрасте 21 года Саймон Блэквилл вел себя гораздо старше, особенно в такие редкие моменты, как этот. Феникс положил руку ему на плечо. — Сейчас не время для этого, — сказал ему Феникс. — Прямо сейчас мы должны сосредоточиться на поставленной задаче, и это вывести всех отсюда живыми. Хорошо? Наконец, Саймон встретился с голубыми глазами, которые смотрели в его собственные. — Я понимаю, почему Капитан выбрала тебя своим первым помощником, — кивнул он. — У тебя очень ясная голова, Ник. «Ты и половины не знаешь» — пренебрежительно подумал Феникс. — Постарайся не быть таким строгим к себе. Капитан прислушалась к твоим словам. Мы будем сражаться. Ты нужен Мии на квартердеке, прямо сейчас, с Кристофом. — Понятно, — кивнул Саймон и, оттолкнувшись от поручня, направился к задней части корабля. Феникс уже был в движении, поворачиваясь к главной боевой вершине, где Афина уже смотрела на него сверху вниз. — Готовься к бою! — Феникс крикнул ей, прижав руки ко рту. — Не спускай глаз с главного корабля и держи Диего в курсе! — Есть! — Афина махнула рукой, перебросив ноги через гнездо. Не собираясь наблюдать за ней, Феникс повернулся к крюйту. Он распахнул задвижку и нырнул внутрь, чуть не столкнувшись с Перл, которая прижимала к груди мешок с порохом. Он смотрел, как она бежит к Клавиру, который потерял все следы того беспечного пирата, который был раньше в тот день. Его заменили полноценным канониром, обращающимся с пушками, как будто это было его второй натурой. Майя, должно быть, услышала, как он приземлился, потому что первой оторвалась от своих приготовлений. — Ник! Что происходит? — спросила она, вставая. Гамшу и Клавир тоже подняли глаза, ожидая его слов. — Мы сражаемся, — сообщил им Феникс. Молодой блондин выругался себе под нос и ускорил движения, следя за тем, чтобы каждой пушке хватило на первый выстрел. — Капитану нужно, чтобы ты была на квартердеке, Майя, возможно, узнать о стратегии боя. — Подожди! — позвал Клавир. — Если она уходит, мне нужен кто-нибудь, кто поможет мне и герру Гамшу здесь. — его немецкий акцент все еще был сильным, и Фениксу пришлось напомнить себе, что братья Гэвин совсем недавно приехали из Европы. — Я останусь, — кивнул Феникс, хлопая Майю по плечу. — Иди к Мии, убедись, что все в порядке. — Верно! — Майя кивнула и затанцевала вокруг Феникса к лестнице. Майя заметила, что атмосфера на палубе полностью изменилась с тех пор, как она в последний раз была на ней. Вокруг нее царила паника, и все, кроме Афины, находились на квартердеке. Она не стала долго осматриваться, захлопнула грузовой люк и направилась к сестре. Корабли, которых они пытались избежать, были уже совсем близко, и теперь они меньше походили на корабли, а больше на разносчиков чумы. Она ускорила шаги, поднимаясь по трапу и увидев Мию, Диего, Саймона и Кристофа, погруженных в беседу. — Я знаю, что мы в меньшинстве, но и их немного, — говорила Мия. — Диего, как только мы спустим якорь, ты мне понадобишься в наступлении. Кристоф, ты и Диего - наши главные бойцы. Вы с Фениксом возьмете людей, пришедших на бак, а мы с Диего займем их здесь. Я хочу, чтобы ты был приклеен к его спине, понял? — Да, сэр, — кивнул Кристоф. — Хорошо. Когда ты услышишь, как я подаю сигнал Фениксу, ты должен оставить штурвал, Диего, — кивнула она, когда он вернулся к рулю. — Саймон, ты мой следующий лучший такелажник, и мне нужно, чтобы ты и Афина срезали все крюки, которые они бросят в нашу сторону. Более чем вероятно, что наш корабль станет основным полем боя, но нам нужно позаботиться о том, чтобы как можно больше людей сорвалось, прежде чем они доберутся сюда. — Понял, — кивнул Саймон. — Если кажется, что становится слишком тяжело, приходите на подмогу, но только если вам прикажут, — добавила она, прежде чем длинноволосый мужчина направился к грот-мачте, чтобы присоединиться к Афине. Кристоф уже ушел, вероятно, чтобы убедиться, что его лезвия настолько острые, насколько это необходимо. Мия глубоко вздохнула и закрыла глаза. Майя наблюдала за ней, все еще не привыкшая к тому, что ее старшая сестра берет на себя командование. Конечно, прошло почти семь лет с тех пор, как Мия была избрана Капитаном теми, кто ушел с ними с корабля Гроссберга, но она была уверена, что видеть, как ее сестра превращается из сестры в Капитана, она никогда не привыкнет. Когда серые глаза ее сестры остановились на ней, Майя выпрямилась и отсалютовала ей. — Что ты хочешь чтобы я сделала? — спросила Майя, и Мия сделала три шага вперед, сокращая расстояние между ними. Она положила свои сильные руки на плечи младшей сестры, не прерывая зрительный контакт. — Ты нужна мне у пушек, с Клавиром, — объяснила она. — Ты, он и Гамшу должны позаботиться о тех, кто попытается пробраться через дно, и уничтожить их корабль. Цельтесь под воду. Я лучше потоплю их, чем буду драться с тем, кто наверху. — Да, мэм! — Майя кивнула. Она собиралась повернуться, но руки Мии удержали ее на месте. Подняв бровь, она заметила, как что-то изменилось в выражении лица Мии, и младшая смягчилась. — Что случилось? — Оставайся с Перл, несмотря ни на что, — тихо сказала Мия. — А если все станет плохо, я хочу, чтобы вы двое покинули корабль. — Но- — Ты должна выжить, — приказала Мия. Ошеломленная, Майя почувствовала, как у нее защипало в носу. — Я Капитан корабля. Если Туманный Траур потонет, то и я тоже. Но вы двое — последние женщины клана Фей и последняя надежда на выживание. — Мия- — Ты поняла меня? Если это похоже на поражение, бери Перл и убирайся отсюда. Хорошо? — Мия смотрела, как глаза ее младшей сестры наполняются слезами. Она чувствовала себя ужасно, возлагая подобное на Майю, но она никогда не простит себе, если с ними что-то случится. — Хорошо, — кивнула Майя, и Мия заключила ее в сокрушительные объятия. — Я люблю тебя, — прошептала она, прежде чем поцеловать Майю в лоб. — Я тоже тебя люблю, сестренка, — прошептала Майя, снова сжимая живот сестры, прежде чем вернуться на главную палубу. Она и раньше чувствовала такую ​​же дыру в животе, когда они бежали из Кураина. «Пожалуйста,» — подумала она, — «какой бы ни была высшая сила, пожалуйста, пусть все выживут» — Ник! Ты нужен наверху! — закричала она, распахнув люк и спрыгнув под палубу. — Понял! — завопил Феникс, взбегая по лестнице и закрывая за собой люк. — Майя? — справа от нее раздался тихий голос, и Майя посмотрела вниз и увидела, как ее маленькая кузина дергает ее штаны. — Все будет хорошо? Майя присела на корточки до уровня девочки, обхватив руками маленькие щеки. — Все будет хорошо, просто держись рядом со мной, ладно? — когда Перл кивнула, Майя улыбнулась и взяла ее за руку, отчитываясь перед Клавиром о дальнейших инструкциях.

—

— Какая здесь ситуация? — спросил Феникс, когда догнал Кристофа, который обеими руками держал каждый из своих клинков. — Когда Мия даст сигнал, ты должен спустить якорь, а затем защищать бак вместе со мной, — объяснил он, снимая с лица очки и засовывая их за пояс штанов. — Но сначала выбери Бога и помолись. Феникс уже собирался рассмеяться, когда впереди них раздался громкий грохот. Это был дальний выстрел, и он не попал в их корабль несколько метров. Однако этого было достаточно, чтобы подтолкнуть Мию к действию. — Феникс! — закричала она, и ее первый помощник начал действовать. Он взобрался по трапу на баковую палубу и с легкостью спрыгнул на нос корабля, оттолкнув блок якоря и сбросив тяжелый вес. Между моментом, когда он отпустил якорь, и моментом, когда он упал на морское дно, была пауза, к которой он привык с годами, но когда прямо перед ними находился флот под командованием генерала Манфреда фон Карма, казалось, что прошло несколько дней, прежде чем якорь вонзился в песок под ними. Вернувшись на квартердек, Диего отпустил штурвал, позволив задней части корабля развернуться. Пока он двигался, Феникс услышал еще один выстрел из пушки, на этот раз намного ближе, и позволил себе ухмыльнуться, когда одно из их пушечных ядер коснулось борта. Он услышал улюлюканье Клавира из-под палубы, которое быстро сменилось несколькими немецкими ругательствами. «Горячие пушки обычно болезненны» — подумал Феникс, обнажая меч у бедра. Некоторые из кораблей напротив них сделали то же самое, что и они, опустив якорь и позволив своему кораблю развернуться. — Приготовьтесь! — голос Мии громко раздался c задней части корабля, и Феникс снова оказался на палубе бака, свободной рукой доставая винтовку из кобуры. Адреналин уже струился по его венам, как кровь, а руки гудели от возбуждения. Пули свистели в воздухе и безжалостно хлестали его по лицу. На мгновение Феникс позавидовал солдатам, у которых было столько же патронов, сколько и еды. Он прицелился в нескольких человек на переднем крае и нажал на свой спусковой крючок, наблюдая, как один из них схватился за плечо, прежде чем упасть.

—

Наверху Саймон и Афина уже возились с абордажными крюками, Афина замахивалась обоими томагавками на приближающиеся канаты. Саймон, вооруженный собственной саблей, был немного медленнее, но так же ловко держался на ногах, как и девушка. Он был чрезвычайно благодарен за то, что вокруг его талии была привязана прочная веревка на случай, если он упадет. Как Афине удавалось обходить реи разных мачт, размахивая двумя топорами, было для него загадкой, и он молча ценил ее ловкость, работая над различными захватами перед собой. По мере того, как корабли внизу приближались, он выругался, когда морские солдаты начали абордаж. Он не сводил глаз с палубы, когда бой действительно начался; наблюдая за тем, как Кристоф и Феникс сражались вместе, используя друг друга как для отвлечения внимания, так и в качестве щитов, когда это было необходимо. Он отметил, что каждый из них был так же собран в действии, как и Афина, сосредоточены на людях, находящихся непосредственно перед ними, чем на ком-либо еще. На другой стороне корабля Диего и Мия сражались, как будто они были одним и тем же человеком, разделенным на два тела. Они двигались как одно целое, рубя, толкая и раскачивая друг друга, словно просто танцевали. Будь у него время, Саймон мог бы наблюдать за ними целыми днями. Только когда абордажный крюк чуть не проткнул его икру, он снова сфокусировался и перерезал веревку. Работая над поставленной задачей, он наблюдал, как военные корабли начали стрелять, теперь пушечные ядра со свистом проносились по воздуху, чтобы либо промахнуться, либо попасть в противоположные корабли. Насколько он помнил, их собственные боеприпасы все еще были в хорошем состоянии, и он знал, что Клавир Гэвин хороший стрелок, поэтому он не мог не улыбаться всякий раз, когда в брюхе вражеского корабля появлялась новая дыра. Во флоте фон Кармы было около шести кораблей, и «Туманный траур» уже потопил два из них. Остальные корабли флота бочком прижались к первым, а экипаж последних прыгал с одной палубы на другую. Когда другие моряки подошли ближе, они перестали направлять свои абордажные крюки на реи, вместо этого выбрав поручни на главной палубе. Он выругался, когда Афина хлестнула его. У него не было ловкости как у нее, и он ненавидел быть ограниченным в основном одной стороной главной палубы. — Саймон! — голос Мии был для него благословением, и он посмотрел вниз, чтобы увидеть, как она изгибается над согнувшимся телом Диего, чтобы воткнуть меч между ключицами какого-то бедолаги. — Спускайся сюда, сейчас же! — Да, Капитан! — закричал он, слишком желая, наконец, оттолкнуться от круглого шеста и полететь к палубе. Прежде чем он успел повернуться обратно, он размотал веревку вокруг своей талии и намотал ее на один из крюков в нижней части мачты. Едва он закончил, как за его спиной уже стоял солдат. Если бы не фонари с другого корабля, Саймон двинулся бы слишком поздно, но благодаря теням, отбрасываемым военно-морским флотом, он развернулся как раз вовремя, чтобы прорезать тело человека.

—

Феникс понял, что вторая волна солдат была так же нетерпелива, как и первая. Он только что видел, как третий и четвертый корабли столкнулись с первым и вторым кораблями Королевского флота, выстроившись в линию прямо к ним. У него перехватило дыхание, и он был почти уверен, что кровь текла из нескольких мест, но адреналин, бегущий по его венам, не давал ему расслабиться. Он чувствовал позади себя Кристофа и на мгновение позавидовал его способности владеть двумя мечами одновременно. — Знаешь, когда все это закончится, ты должен научить меня пользоваться двумя клинками, — бросил он через плечо, и блондин ухмыльнулся. — Сначала тебе придется научиться пользоваться хотя бы одним, — пошутил он в ответ, уклоняясь от удара спереди. Вернувшись в стоячее положение, он вонзил клинок мужчине в грудную клетку, вытащил меч и отшвырнул задыхающийся труп. — Больно, Кристоф, — усмехнулся Феникс. Мужчина перевел дух, наблюдая, как два последних корабля синхронно сходятся в линию. Сверху могло показаться, что кто-то строит мостик из кораблей, восемь из них выстроились почти палуба к палубе. — Не могу поверить, что все идет так хорошо, — выдохнул Кристоф, опуская лезвие на абордажной канат и наблюдая, как моряк падает в воду внизу. — Ты можешь поблагодарить за это своего брата, — парировал Феникс, — я думаю, что он держит большинство стрелков подальше от палубы. — Я поблагодарю его позже, идут более опытные бойцы, — кивнул он на наступающий экипаж. Феникс выглянул и увидел, как вторая и третья волны смешиваются вместе, устремившись вперед. Бойцы третьей волны выглядели лучше экипированными, чем прежде, в их руках была какая-то небольшая комбинация пушки и винтовки. — Что это? — спросил Феникс, повернув голову и увидев Саймона, стоящего позади них. — Абордажные крюки, — вставил мужчина. — Новые, от самой королевы. — Мне они кажутся винтовками, — сказал Феникс, вытирая кровь с меча. — С пороховым двигателем, — объяснил Кристоф. — Может быть, тебе все-таки стоило остаться на мачтах, чтобы помочь Афине, Блэквилл. — Феникс повернулся и увидел, как вытянулось лицо мужчины. — Я пойду, — предложил Феникс. — Саймон лучший фехтовальщик, чем я. — он хлопнул молодого человека по плечу, прежде чем направился к грот-мачте. Он мог слышать слабый «хлоп-хлоп-хлоп» того, что, как он предположил, было абордажными крюками позади него, но предпочел проигнорировать это из-за веревки, которую он натянул вокруг себя. Он прикинул, что Саймон был последним, кто использовал веревку, потому что ему нужно было только подтолкнуть блок, прежде чем он сдвинулся, и он внезапно взлетел вверх. Когда он летел, то завидовал Афине; ощущение невесомости и ликование псевдополетов заставляли его чувствовать себя могущественным. Он был почти слишком занят, наслаждаясь ощущением полета, чтобы ухватиться за перекладину мачты. Судя по всему, солдаты были такими же искусными в абордаже, как и все: они ухватились за мачты и плавно подтянулись в стоячее положение. Афина быстро отреагировала, бросилась к солдату и воткнула ему в плечо один из своих томагавков. Она вытащила его как раз в тот момент, когда он начал падать, увернувшись от очередного удара и перерезая другой трос. Фениксу потребовалось немного больше времени, чтобы привыкнуть к узкому пространству, по которому ему пришлось идти, и он на мгновение покачнулся. Солдат позади него воспользовался его неуклюжестью и замахнулся на веревку, плотно обвивавшую его талию. Взвизгнув, Феникс повернулся на пятках и увидел солдата в элегантном темно-красном мундире, направляющего в его сторону рапиру. Взгляд Феникса метнулся от острия меча к лицу мужчины. У него было время только чтобы окинуть взглядом серые волосы мужчины, прежде чем он заблокировал атаку и нанес ответный удар. Внезапно он обрадовался, что смог устоять на ногах, когда солдат перед ним сделал несколько шагов к нему. Мужчина был полностью сосредоточен на битве, внимательно следя за каждым движением Феникса и отвечая ему с ловкостью, не уступающей Кристофу. Феникс был просто рад, что у человека был только один меч. — Как ты в этом двигаешься? — Феникс перекричал шум под ними, надеясь, что небольшая шутка собьет человека с толку. Тот, видимо, решил его проигнорировать, и следующий удар пришелся ему в ногу. — Серьезно, мне тяжело передвигаться, а я нахожусь в половине того, что на тебе! — Феникс присел на корточки как раз вовремя, чтобы не попасть под попытку мужчины проткнуть его трахею. Когда он снова встал на ноги, он ударил мужчину, но во время его атаки боковая сторона меча мужчины уколола его по тыльной стороне руки. Феникс вздрогнул и бросил саблю в другую руку, рискнув взглянуть вниз. Если бы он прыгнул сейчас, он, возможно, смог бы отскочить назад и убежать. Опять же, если он оставит Афину здесь… Он увидел, как рапира приближается к его голове, и откинулся назад, мельком увидев, как Афина отбивает все больше и больше абордажных крюков. Еще одного удара в бок было достаточно, чтобы понять, что у него больше нет возможности спрыгнуть и остаться невредимым. — Послушайте, сэр, не знаю, как вы, но это отличная ночь, чтобы не умереть, что скажете? — Феникс сделал ударение на последнем слове, отправив двоих в новое парирование. — Может быть, если бы ты работал над своим фехтованием вместо того, чтобы говорить, ты был бы более интересным вызовом, — наконец сдался мужчина, его брови нахмурились в сосредоточении. — А может, если бы ты носил что-то более дышащее, тебе было бы легче двигаться, — парировал Феникс. Он симулировал удар по голове мужчины и вместо этого ударил его по руке, заработав чистый удар через плечо. Солдат стиснул зубы и рванулся вперед с новой силой. Чем больше Феникс двигался вперед и назад против человека, тем больше он привыкал к узкой опоре и, наконец, начал отвечать на некоторые удары, которые другой наносил ему. Двое продолжали это в течение минуты; две неподвижные силы отказывались уступать друг другу. Феникс уже собирался сделать еще один язвительный комментарий, когда оглянулся на палубу и увидел, как с одного из военных кораблей на квартердек "Туманного траура" спрыгнула знакомая голова с каштановыми волосами. Она двигалась к Диего и Мии, которые были заняты мужчинами, одетыми так же, как мужчина, стоящий перед Фениксом. — Эй, Мия! — крикнул он, и Капитан резко повернулась, вонзив меч по рукоятку в то, что, должно быть, было рукой солдата. Ее серые глаза скользнули мимо Феникса, прежде чем остановились на вылитой Лане Скай, стоящей перед ней с поднятой рукой и направленным вниз кинжалом. Позже Феникс вспомнил, как кричал. Он также вспомнит удар, нанесенный ему в плечо, и слезы, залившие его глаза. Он также вспомнит, что чуть не упал с мачты. Но в этот момент все, что он заметил, как Мия Фей безжизненно упала на палубу. Он даже не обратил внимания на боль в плече, обернувшись к человеку, стоящему перед ним, с широко раскрытыми глазами. Он уже собирался поднять руку, чтобы снова замахнуться на солдата, но заметил, что серые глаза мужчины застыли над его плечом, расширенные то ли в неверии, то ли в ужасе. Феникс повернулся и увидел, что в их сторону летит пушечное ядро. Быстро сообразив, первый помощник взмахнул рукой, радуясь, что парировал удар достаточно далеко назад, чтобы оказаться на расстоянии вытянутой руки от Афины. Девушка, потерявшая равновесие и кувыркающаяся вниз, оглянулась как раз вовремя, чтобы увидеть мачту, на которой она недавно балансировала, и пушечное ядро, просвистевшее мимо нее. Мужчинам, с которыми она дралась, повезло меньше, чем Фениксу и мужчине, с которым он танцевал. Они попали под взрыв, в то время как двое других падали, Феникс цеплялся за парус перед собой. Он упал в воду с громким всплеском, и все вокруг потемнело.