Проклятие Фантома

— Однажды я позволил Фантому уйти, и больше такого не повторится, — почти прорычал Саймон. Майлз попытался отступить от меча, приставленного к его горлу, но безрезультатно: его пятка уперлась в край перил. Он вытянул руки, чтобы устоять, и позволил рапире в своих руках упасть острием в дерево под ногами. Ему хотелось, чтобы прыжок с перил спас его, но что бы он ни сделал в следующую минуту, это сильно повлияет на состояние его горла. — Саймон! — Феникс уже был на ногах, схватившись руками за меч, который он уронил. — Остановись! — Не подходи, Райт, — мужчина почти не отводил взгляд от Майлза, но в серых радужках глаз прослеживалась явная дрожь. — Этот человек — этот Фантом — должен заплатить за свои преступления. — Саймон, ты не можешь верить, что он - Фантом… — Верю, — выдавил он краем рта.  — Тогда сделай это, — бросил ему вызов Майлз, и глаза Саймона расширились. — Ты держишь меня здесь, и единственная причина, по которой я еще не мертв, заключается в том, что ты, очевидно, не веришь своим собственным словам. — Молчи, — прорычал Саймон. Наконец его решимость дрогнула, и Эджворт использовал эту паузу в своих интересах. Теперь, когда обе его руки были свободны, он сделал ход. Схватив левой рукой рукоять меча, Майлз оттолкнул лезвие от своего горла. Он провел лезвием по телу - так быстрее всего можно было оторвать клинок от кожи, и как только ничто не удерживало его в этом положении, он позволил себе снова опуститься на перила. Ему повезло, что Феникс был рядом, понял он, когда не сразу смог вытащить меч из палубы. Пока он боролся, он наблюдал, как Райт прыгает на перила вместо него. Саймон, все еще не оправившийся от удивления, успел поднять свою саблю как раз вовремя, чтобы встретить того, кто целился ему в плечо. Два меча встретились посередине, причем меч Феникса был направлен в правое плечо Саймона. Младший из них прижал ладонь к тыльной стороне своего меча, чтобы подкрепить силы, необходимые для отражения встречных ударов. Взглянув через плечо, он убедился, что находится в идеальной позиции для следующего движения. Феникс едва успел понять, что Саймон сменил точку опоры, прежде чем другой мужчина направил их мечи. Феникс уже давно не спаринговался ни с кем, кроме Эджворта, и он слишком поздно понял, что Саймон не солдат, и его стиль боя значительно отличается. Его меч пронесся мимо плеча Саймона, а его движение вперед продолжало вести его от перил на квартердек "Проклятия Фантома". Когда Феникс собирался встать на ноги, чтобы попытаться снова замахнуться на мужчину, он почувствовал, как острие меча Саймона уперлось ему в середину спины. Саймон оттолкнул его еще дальше от другого корабля, повернувшись на пятках от его удара. — Извини, Ник, — сказал он совершенно без извинений, — но я здесь не ради тебя. — Саймон! — выпалил Феникс с того места, где он упал. Человек, о котором шла речь, сделал два шага вперед и навис над Капитаном, направив меч ему в грудь. Феникс стиснул зубы, сдерживая остатки протеста, который он собирался выразить, и вместо этого поднял взгляд на человека, стоящего над ним. Саймон выглядел так, словно собирался что-то ответить, когда его взгляд переместился куда-то за спину Феникса. — На самом деле, другой человек хочет увидеть тебя, — усмехнулся Саймон, прежде чем повернуться к кораблю Феникса. Феникс перевернулся на живот, схватившись за рукоять меча. Он поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как пара ботинок остановилась перед его лицом. Медленно, двигаясь так, как будто рядом с ним был меч, Феникс поднялся на ноги. Перед ним стояло нечто похожее на призрак Диего Армандо. Если во время их последней встречи у него были седые волосы, то теперь Феникс увидел, что они были чисто белыми. В животе у Феникса образовалась яма, когда он увидел, что катаракта превратила глубокие карие глаза мужчины в молочно-серые. — Диего, — выдохнул Феникс. В последний раз, когда они виделись, его вела Эма Скай. Теперь, когда они стояли лицом к лицу, Феникс заметил, что трости, на которую он опирался, больше нет в его руке. — Трайт, — кивнул Армандо. — Диего, я… — Убери это, — потребовал молодой женский голос. Феникс повернулся и увидел, что справа от него стоит Эма. Она держала лук и стрелы, направленные на него. — Я здесь не для объяснений, — вздохнул Диего. — Я здесь, чтобы заставить тебя заплатить за предательство Мии. — И Ланы, — добавила Эма, сузив глаза.  — Предательство? — прошипел Феникс. — Ты здесь, чтобы убить меня и говоришь что-то о предательстве Мии?! — И что ты собирался делать? — Я здесь, чтобы уничтожить Фантома, как и ты, — мужчина протянул руки, как бы желая примириться. — Я здесь не для того, чтобы сражаться с вами. — Прискорбно, — выплюнул Диего. — Бесчестно убивать человека, который не хочет сопротивляться, но в любом случае меня ждут врата ада. — Диего… — Меня зовут Годо, — оборвал его беловолосый мужчина, вытаскивая меч и направляя его на Феникса. — Возможно, я уже не так хорошо вижу, но я чую предателей. Приготовься умереть. Человек напротив него сдулся, его плечи опустились. — Я ничего не могу сделать, чтобы заставить тебя передумать? — Ты можешь развернуться и казнить этого ублюдка, — кивнула Эма туда, где Саймон сражался с Эджвортом. Разъяренный, Феникс жестом обвел корабль. — Оглянитесь! Фон Карма будет здесь со своими последними кораблями с минуты на минуту! Было бы разумнее разобраться с этим после того, как мы разберемся с... — его оборвал выстрел еще одной пушки позади них, и почти одновременно стрела, которую держала Эма, просвистела у него над головой. Тут же Феникс вернулся к обороне, наблюдая, как девушка осторожно вытаскивает из колчана еще одну стрелу. Он неохотно положил обе руки на меч и опустил центр тяжести. — Тогда лучше поторопиться с этим, — усмехнулся Диего. — На этот раз никакие красивые женщины тебя не спасут.

—

  Клей был рад, что Аполло присоединился к нему. В первой схватке, когда не было ничего, кроме крюков, все было достаточно плохо. Ник говорил что-то о механизированных крюках и о битвах на реях. Очевидно, так было и в прошлый раз, но Клей сохранял оптимизм, полагая, что это было одноразовое устройство, которое больше не будет использоваться. По крайней мере, он надеялся, что нет, потому что между борьбой с фон Кармой и пиратами, которые только что остановились рядом с ними, он не был уверен, как долго они продержатся. — Ты в порядке? — Аполло нарушил молчание, и Клей повернулся к нему с поднятыми бровями. Он пожал плечами. — Вроде, — ответил он, хотя и не очень уверенно. — Капитан сказал, что в прошлый раз у солдат было какое-то устройство для переброса, верно? — Верно. — Почему они их не использовали? Мы явно новички, мы были бы легкой мишенью… — Потому что это был пробный раунд, — Аполло был ошеломлен, когда сказал это, и посмотрел на своего лучшего друга. — Они хотели посмотреть, сможем ли мы уничтожить их самые легкие цели… — Значит, они не послали своих лучших людей только для того, чтобы их убили, — закончил за него Клей и поджал губы. — Я не знаю, что будет, если останемся только мы… Пока он говорил, одна из гирь рядом с ним отлетела в сторону. Отпрыгнув, Клей издал небольшой визг, в то время как Аполло пробормотал «что за черт». Прошло мгновение, прежде чем канат начал ослабевать, и рыжеволосая девушка в желтой одежде вылетела вперед и приземлилась на рее рядом с ними. Тут же ее руки скрестились над телом, и Клэй увидел, что вместо мечей у нее на поясе пристегнуты два томагавка. Он подражал ей, схватив свое оружие, и выставив защитную руку перед своим другом. — Ты не фон Карма, — заявил он, но не расслабился.  — Нет, — подтвердила она, но, как и Клей, не вышла из своей позиции. — Друг или враг? — спросил Аполло у Клея. Она уставилась на него, напоминая обоим кошку, готовую наброситься, прежде чем она медленно разжала руки и подняла их ладонями вперед.  — Союз? — предложила она. — Ты с корабля Саймона, разве ты не должна нас ненавидеть? — спросил высокий. — Ты говоришь о деле с Фантомом? — когда оба мужчины перед ней кивнули, она еще больше расслабилась, скрестив руки на груди и щелкнув серьгой в форме полумесяца, свисавшей с одного ее уха. На мгновение она закусила губу в раздумье. — Только Саймон, Диего и Эма готовы к убийству, прежде чем мы прикончим фон Карму, — объяснила она, прежде чем ее руки снова оказались на бедрах, и она окинула их напряженным взглядом. — Остальные лишь выполняют приказ, но на самом деле все, чего мы хотим - это выбраться отсюда живыми. Мы разберемся с Фантомом после того, как все это закончится. — Итак… союз, — Клей наконец отпустил рукоять своего топора. — Союз, — улыбнулась она. — Меня зовут Афина. — Я - Клей, он — Аполло, — усмехнулся черноволосый мальчик, и Аполло поднял руку в молчаливом жесте приветствия. Афина повторила его движение. — У тебя есть идеи, как бороться с этими странными абордажными крюками? — Ты имеешь в виду те, что переносят их сюда? — спросила она, и когда они оба кивнули, она расплылась в улыбке. Под ними раздался выстрел из пушки, сигнализирующий о прибытии второго корабля на их территорию. Однако для Афины как будто ничего не изменилось. — Потуже затяните веревки, джентльмены, сейчас начнется веселье.

—

  К разочарованию Майлза было слышно, как остальные члены команды Саймона помогают против войск фон Кармы. Ранее он был бы вне себя от радости, но в данный момент, когда он с трудом отвечал на каждый удар Саймона, это все больше раздражало его. Однако ему повезло. Стиль боя Саймона был похож на его телосложение: удары были длинными и сильными, но он сам был очень подвижен. Этого было достаточно, чтобы Майлз на некоторое время перешел в оборону, пытаясь найти бреши в его атаках. Он не был уверен, что ему удастся надолго задержать его, потому что, как бы ни была хороша защита, она была чрезвычайно опасна для его рапиры. Когда Майлз блокировал удар, то мог почувствовать, как тонкий металл начинает поддаваться. Если он собирался выиграть, ему нужно было достать новый меч — и быстро. Саймон, должно быть, тоже это заметил, потому что во время следующего замаха его губы сжались, а глаза сузились. Он сделал следующий выпад с такой концентрацией, какую Майлз видел лишь в немногих поединках. В тот момент, когда Саймон предпринял свой следующий шаг, другой мужчина смог оценить ситуацию. Майлз присел на корточки. Теперь он понял, что это была серьезная ошибка, но в то время он пытался максимально снять давление со своего меча и в то же время блокировать атаку. Взглянув на место соприкосновения лезвия с рукоятью меча, он понял, что у него есть еще несколько блоков, прежде чем он действительно сломается. Если ему удастся отбить атаку ценой своего меча, то у него будет достаточно времени, чтобы отбежать. Если он сможет найти другой меч, он сможет найти Райта, и они смогут работать вместе. Пока команда Саймона помогала их команде уничтожать войска фон Кармы, он решил, что они могут сосредоточиться в первую очередь на тех, кто пытается их убить. Прежде чем он успел оглянуться, чтобы посмотреть, где Райт, человек над ним уже замахнулся вниз. Тихо выругавшись, Майлз заставил себя держать рапиру на месте. Как он и ожидал, меч сломался мгновенно. У Саймона было достаточно импульса, чтобы опрокинуть его на спину. Когда он увидел, что человек над ним снова отпрянул назад, он снова выругался и подтянул руки к себе. Он откатился от следующего удара, кое-как вскочив на ноги. Не успел он отбежать далеко, его встретил конец квартердека корабля Феникса. Положив обе руки на барьер, Майлз почувствовал, как его охватывает паника. Из всех ошибок, которые он мог совершить в этот день, столкновение лицом с бортом корабля не было той, с которой он мог бы смириться. Лестница, ведущая на кормовую палубу, находилась всего в нескольких метрах справа от него. Он знал, что не найдет там никакого оружия, а без собственного меча уклониться от длинных ударов Саймона будет практически невозможно. Майлз развернулся как раз в тот момент, когда перед его лицом оказался меч. Саймон Блэквилл стоял по другую сторону от него, ноздри раздувались, а в глазах горела энергия схватки. Майлз прижался к борту корабля, пытаясь уйти как можно дальше от острия меча. Он чувствовал, как через него течет новый вид энергии, что-то сырое и необузданное. Он знал, что если выпустит это наружу, то будет импульсивным; более чем вероятно, что это был бы быстрый способ убить себя. Эджворт заставил себя оставаться на месте, лишь вздернув подбородок в качестве последнего шанса проявить неповиновение.  — Достаточно, — чуть ли не прорычал Саймон. — Скажи мне, ты готов умереть? Майлз тяжело вздохнул. Если у него был хоть какой-то шанс выбраться из этого живым, он должен быть осторожен в следующих словах. Саймон был не просто талантливым бойцом; судя по тому, что сказал ему Феникс, он был мастером разума. Уголком глаза он заметил, что Феникс изо всех сил старается отбиться и от беловолосого мужчины с корабля, и от девушки, которая вела его. Он должен был выбраться из этого. Райт никак не мог задержать их надолго, и если ему понадобится помощь… — Майлз Эджворт! — раздался голос слева от него, вырвав обоих мужчин из их борьбы. Едва Майлз успел услышать голос, как к нему полетел меч. Он не был уверен, было ли это дружественным жестом или нет, но в данный момент это был идеальный ответ на его потребность в оружии. Как только рукоять была закреплена в его левой руке, Майлз двинулся, перебрасывая оружие в правую руку. У него было время на мгновение взглянуть на лицо Саймона (оно выражало шок и отчаяние), прежде чем сосредоточился на задаче. Он взмахнул своим клинком по дуге, чтобы оттолкнуть врага с пути, и, оглянувшись назад и увидев, что Саймон все еще на шаг позади, махнул правой ногой вперед. Прижав руку с мечом к телу, Майлз ударил локтем в грудину противника. Отшатнувшись назад, Майлз повернулся, чтобы посмотреть, кто его спас. — Франциска?! — воскликнул Майлз. Женщина была почти такой же, как он ее помнил, за исключением одежды. Вместо оборок фон Карм, к которым она так привыкла, теперь была одета в одежду простолюдинов. Несмотря на то, что прошли годы с тех пор, как они виделись, было приятно знать, что они по-прежнему одеваются одинаково. На ней был такой же черный жилет поверх отглаженной белой рубашки, заправленной в черные бриджи. На жилете было большое пятно, которое, скорее всего, выдавало ее радость от того, что она здесь. — Что ты- — Я спасаю тебе жизнь, младший брат, — заявила она, сделав несколько горячих шагов к нему. — Очевидно, это то, чем я занимаюсь с тех пор, как мы были детьми. — Франциска, ты не должна быть здесь… – прежде чем Майлз успел закончить свою мысль, Саймон снова встал. — Предатель, — задыхался он, все еще пытаясь прийти в себя после удара в грудь. — Франциска Смит, ты… — Это не мое имя, — она снова выставила меч. — Меня зовут Франциска фон Карма, и по приказу Королевского флота вы приговорены к смертной казни за пиратство. — Фон Карма, — прошипел Саймон. — Я должен был догадаться. — В свою защиту скажу, что вы по глупости гонялись не за тем человеком, — она вздернула подбородок. — Так поступил бы только глупец, который глупо следует своим глупым планам мести. — Ты совсем не изменилась, — вздохнул Майлз, прежде чем женщина повернулась к нему. — Молчи, Майлз Эджворт. Я бы хотела поговорить с тобой. Как только она закончила говорить, Саймон бросился к ним. С ухмылкой Франциска заблокировала удар, который он направил в нее, но мужчина снова повернулся и набросился на Эджворта. — Послушай, братишка, он верит, что сможет превзойти нас обоих, — засмеялась Франциска. — Покажем ему, что подготовило для него обучение у фон Кармы?

—

  На втором корабле наверняка были более подготовленные солдаты, это уж точно. Это, в сочетании с тем, что у команды больше не было элемента неожиданности, несколько усложняло ситуацию. Корабль фон Кармы выровнялся на противоположной стороне «Проклятия Фантома», но все еще рядом с кораблем Феникса. Пушечные ядра, которые принес Клавир, пригодились больше, чем он мог себе представить, как и дополнительные руки. Ее воссоединение с Гамшу было слишком коротким, но, учитывая обстоятельства, после этого ей просто придется его побить. Девушка, которую он привел с собой, была так же полезна, как и он сам, за исключением тех моментов, когда они ругались друг с другом. В ней было столько же грации, сколько и в нем, за исключением того, что она была примерно в два раза меньше. Эти двое принесли больше боеприпасов, что, по крайней мере, было очень ценно, но это не избавило Клавира от необходимости время от времени доставать свой меч, чтобы помешать кому-то заползти на их корабль. В этом не было ничего нового, просто новые враги, которых нужно было убрать. Когда Клавир вернулся на корабль Феникса, он сдул прядь волос с лица, и на нем появилось мрачное выражение. — Что случилось? — Майя знала этот взгляд, и чаще всего в нем не было ничего хорошего.  — Этот корабль стоит у нас на пути, — он быстро указал на стену. — Хороший барьер, чтобы мы стали бесполезны. — Мы не бесполезны! — другая женщина — Мэгги — сжала кулаки. — У нас есть ружья, пушки и… — И мы никак не достанем до третьего корабля, — перебила ее Майя. Было почти комично, как быстро рассеялся ее оптимизм. — О, — вздохнула она.  — Единственный способ заставить их подойти поближе — это потопить второй корабль, — размышляла Майя. — Но у нас слишком ограниченный боезапас. — У нас есть боеприпасы на «Проклятии Фантома», — предложил Гамшу, почесывая затылок.  — Ja, и я взял кое-что, — Клавир скрестил руки на груди. — Но очевидно, что этого недостаточно. — Если мы сможем потопить этот корабль и взять третий снизу вверх, мы окажемся в гораздо лучшем положении, — заявила Майя. — Но если это сработает, нам понадобится кто-то, кто вернется к «Проклятию Фантома» и добудет больше пушечных ядер. — Я пойду, — выпрямился Клавир. Все головы повернулись к нему, прежде чем он дрогнул. — Was? Я уже делал так один раз и почти уверен, что смогу сделать это снова. — Почти — это не то слово, которое мне нужно, — проворчала Майя. — Но если ты сможешь быстро добраться туда и обратно, тогда, я думаю, мы будем в лучшем положении. — Именно! — он развел руками, прежде чем направился к лестнице, ведущей на главную палубу. — Я вернусь быстрее, чем ты успеешь сказать auf wiedersehen. — Auf wiedersehen, — повторила Перл, прежде чем снова повернуться к Майе. — Что мы будем делать сейчас? — Пойдем со мной, — кивнула она кузине. — Все остальные, оставайтесь здесь. Если кто-то пролезет, вытолкните их. — Есть, сэр! — Гамшу и Мэгги одновременно отдали честь. Оказавшись на главной палубе, Клавир был удивлен тем, как хорошо ладят между собой оба экипажа. На втором корабле фон Кармы все еще были солдаты, доставлявшие проблемы пиратам, но этого следовало ожидать. Он с легкостью перемещался между сражающимися парами, стараясь не моргать, когда услышал, как брат окликает его по имени вдалеке. Крис был хорошим бойцом, напомнил себе Клавир, и с ним все будет в порядке. Настоящим испытанием было бы перебраться на корабль целым и невредимым. Когда он остановился, чтобы найти самый простой способ добраться из точки А в точку Б, он заметил солдата, стоящего на поручнях корабля Ника, один из пороховых захватных крюков был направлен в сторону главной верфи. Бросив быстрый взгляд на происходящее наверху, он увидел, что Афина присоединилась к такелажникам корабля Ника, пытаясь помешать их продвижению. И, как он увидел, у всех троих были заняты руки.  Клавир бросился вперед, не думая ни о чем другом, вскочил на дерево и одним движением сбил солдата с ног.   — Данке, герр солдат, — ухмыльнулся он, беря крюк в руки. Он планировал использовать его, чтобы перебраться с одного корабля на другой, но не заметил, что крюк уже раскрыт. От неожиданности он едва не выронил рукоятку из рук. Позже он был поражен мастерством изготовления устройства. К своему удивлению, он не смог отпустить крюк, когда взлетел вверх и не мог сдержать крик, когда понял, что направляется к главной верфи корабля Ника, и чем ближе он становился, тем больше казалось, что он врежется лицом в дерево. Благодаря удаче и быстрому мышлению ему удалось натянуть веревку настолько, что он смог приземлиться на верфи, а не в ней. Кряхтя, Клавир подтянулся по округлому куску дерева и принял шаткое положение стоя. Сразу же произошли две вещи. Во-первых, он поклялся никогда не говорить такелажникам, что у них легкая работа. Из-за плавной кривизны реи ему было трудно твердо стоять на ногах. Возможно, он также извинится перед Афиной. Во-вторых, его встретил меч под подбородком. Он встал на ноги, и немедленно поднял руки. Наконец он повернулся к нападавшему. Если это Афина, возможно, она поможет ему вернуться на твердую землю.  К сожалению, его удача была не столь прекрасной. Он стоял напротив невысокого человека в простой белой рубашке на пуговицах с закатанными до локтей рукавами. Его штаны были ярко-красного цвета, которые Клавир раньше видел только на уличных артистах и пиратах, заправленные в сапоги до колен. Возможно, краденые. Конечно, он воспринимал все это на периферии, потому что в данный момент его внимание было приковано к глубоким карим глазам, смотрящим на него. У мальчика перед ним было яростное выражение лица, глаза цвета красного дерева сузились под острыми бровями. На мгновение Клавира удивило, как сильно мальчик может нахмуриться. Даже его нос-пуговка сморщился. Но что действительно выделялось, так это нелепые волосы. Они были каштановыми, как и его глаза, но два локона на вершине линии роста волос торчали так, словно в них ударила молния. Прическа почти не скрывала огромный лоб, образующий зазор между бровями и линией роста волос. Он уже собирался прокомментировать это, когда рот собеседника открылся. — Друг или враг? — спросил он. По-видимому, он заметил одежду Клавира, и немец был только рад, что тот остановился, чтобы спросить.   — Друг, — пробормотал Клавир, — я… — прежде чем он успел представиться, он заметил, что к ним приближается солдат. Широко раскрыв глаза, он сумел отступить на шаг. — Сзади! Клавир едва успел опуститься на корточки, как мальчик развернулся всем телом. Движение оставило длинную рану в животе солдата. Как бы больно ему ни было это делать, Клавир наблюдал, как тот падает на главную палубу.   — Scheiße, — прошипел он, когда его желудок перевернулся. Он был благодарен за руку, которую мальчик протянул ему, когда стало очевидно, что ему трудно стоять. — Ты не должен быть наверху, — заявил он, как будто это было неочевидно. Клавир не мог сдержать медленной ухмылки, которая украсила его лицо.   — Я думаю, что это очевидно, — усмехнулся он. К его легкой досаде, поведение Клавира было проигнорировано, когда лоб мальчика снова нахмурился. На этот раз, однако, это было менее угрожающим. — Если бы ты мог помочь мне спуститься… — пока он говорил, руки мальчика переместились на веревку, обвивающую его талию. Вздрогнув, Клавир слегка оступился, когда мальчик подошел к нему ближе и обмотал веревку вокруг него. — Что ты делаешь?! — Тебе это понадобится больше, чем мне, — объяснил он. — Смотри на землю, убедись, что ты согнул колени, — это все, что он смог сказать, прежде чем положить обе руки на талию Клавира. Блондин уже собирался возразить, но его толкнули, и Клавир полетел вниз. Веревка почти не замедляла его, и у него были считанные секунды, чтобы не забыть согнуть колени, прежде чем он снова окажется на палубе.  Его желудок снова сжался, и он почувствовал, что мир должен на мгновение перестать вращаться.  Он должен был снова найти этого такелажника, когда все это закончится.

—

  Феникс решил, что если и есть чему радоваться, так это тому, что лучники представляют собой проблему лишь до тех пор, пока у них не кончаются стрелы. А Эма, как бы быстро она ни стреляла, все еще не была в игре достаточно долго, чтобы знать, как беречь свои стрелы. Еще немного тренировок, и она стала бы достойным противником. Однако сейчас, когда в ее колчане кончились стрелы, Феникс едва не плакал от счастья. Он подождал, пока по ее лицу пробежит паника, и только после этого схватил ее за плечо и толкнул за собой. Он повернулся, пока она была еще в некотором шоке, и ударил прикладом меча прямо ей под шею. Как и ожидалось, она обмякла, но прежде чем она успела упасть на землю, Феникс обхватил ее рукой, чтобы безопасно положить. — Почему?! — Диего сплюнул у него за спиной, и Феникс обернулся и увидел, что тот тяжело опирается на перила.  — Диего, я… — Ты должен быть мертв, слышишь меня? — взревел он и снова начал приближаться к Фениксу. Теперь его движения были медленнее. Должно быть, бой вымотал его, потому что, когда он снова надвигался на Феникса, его движения были медленнее и менее продуманными. Черноволосый мужчина легко уклонился от его ударов, нахмурив брови, наблюдая, как Диего Армандо спотыкается, чтобы устоять на ногах. — Мия… Мия погибла, чтобы спасти экипаж, а ты… ты плюешь на ее память. Как ты смеешь называть себя ее первым помощником… — теперь он задыхался, и его плечи поникли. — Как ты смеешь- — Отойди, Диего, — заявил Феникс, стоя за спиной мужчины. — Я не хочу причинять тебе боль. — Что это за оправдание, — задыхался Диего, — я видел, как ты лжешь, убиваешь и обманываешь, а теперь ты не хочешь — ты даже не пытаешься. — Вот тут ты ошибаешься, — почти прорычал Феникс. — Я пытаюсь. Только больше не для тебя. — он повернулся на пятках, убедившись, что все еще может направить свой ядовитый голос на мужчину. — Если хочешь жить, отойди. С этими словами Феникс взлетел по лестнице на квартердек. Теперь он оставил большинство звуков пиратской схватки с солдатами позади. Феникс только что поднялся на палубу, когда увидел, как Саймон отшвырнул матроса на борт корабля, а затем повернулся, чтобы блокировать удар, нанесенный женщиной невысокого роста. В этот момент он мог только смотреть, как она с такой яростью набрасывается на пирата. Он мог бы немного испугаться за Эджворта, который скорее защищался, если бы не вспомнил, что тот упоминал что-то о младшей фон Карме. Учитывая ее движения, в том числе блокирование нескольких ударов в Эджворта, Феникс решил, что ей можно доверять. Он бросился вперед. Если он не сможет уговорить Саймона поверить в то, что Эджворт не Фантом, ему придется вырубить его, пока фон Карма не исчезнет из поля зрения. — Райт! — Майлз был поражен, увидев его, как и Саймон, видимо. Он повернулся слишком медленно, потому что к тому времени, когда он оказался лицом к лицу с Фениксом, тот уже отпрянул назад. Вместо того, чтобы ударить его со всей силы, как Феникс так хотел сделать - он знал, что если сейчас лишит Саймона жизни, то никогда не завоюет доверие своей команды, - он поднес приклад меча к его скуле. Высокий мужчина пошатнулся, пытаясь удержаться на ногах. Все они стояли продолговатым квадратом, четверо смотрели друг на друга. — Диего потребовалось немного больше времени, чем ожидалось, — ухмыльнулся Феникс. — Кто она? — Сейчас это не важно, — прорычал Саймон, выпрямляясь. — Что ты сделал с Диего? — Я измотал его. Саймон усмехнулся. — Я не желал тебе зла, Ник, но если ты настаиваешь на том, чтобы встать на сторону Фантома, то я не могу ничего обещать. Прежде чем Феникс успел придумать ответ на это, Саймон снова набросился на него. Майлз двинулся, словно собираясь помочь ему, но рука, появившаяся на линии движения, остановила его. Проследив за рукой, он увидел, что Франциска смотрит на него разъяренным взглядом. — Майлз Эджворт, ты объяснишь мне, что происходит прямо сейчас, — прошипела она. — Почему этот пират приходит к тебе на помощь, и почему вас называют легендой? — Франциска, сейчас не время… — попытался он, но был вознагражден резким ударом слева. — Ты ответишь мне прямо сейчас, — она снова направила на него свой меч. — Папа ждет меня на борту корабля, как только он приблизится, и я — единственное, что стоит между тобой и твоим — вполне справедливым — приговором к смерти. — что-то в выражении ее лица смягчилось. — Младший брат, скажи мне, что происходит. Скажи мне, что ты не пират. Майлз поджал губы. Как бы он ни был рад, что Райту удалось выбраться из схватки с Диего, он знал, что Саймон будет гораздо более грозным противником. Он мог видеть краем глаза, что мужчины почти соприкасаются друг с другом. Райт занимался своим собственным боем, Майлз решил, что ему следует заняться своим. — Да, — сурово сказал он, ожидая ярости сестры, когда она нападет на него. Радуясь, что провел с ней так много времени в спарринге, он встретил ее удар. Она всегда была несобранной, когда злилась. — Франциска, пожалуйста… — Нет! — взвизгнула она, снова приближаясь к нему. — Майлз Эджворт, как ты посмел! Ты глупый, глупый, глупый, глупый дурак! — она била с каждой итерацией «глупый», и Майлз каждый раз встречал ее удар. Когда она поняла, что это не работает, она повернулась на каблуках, чтобы попытаться ударить его в повороте, на что Майлз снова встретил ее. Они застыли, их клинки сцепились. — Скажи мне, почему, — потребовала она. — Франциска… — Сейчас, Майлз Эджворт. Майлз сжался. Нелегко было сказать «нет» Франциске фон Карме. Это было достаточно тяжело даже тогда, когда она не угрожала его жизни. — Я должен выяснить, что случилось с моим отцом, — ответил Майлз. По его мнению, это был достаточно благородный мотив.  — Какое отношение твой отец имеет к пиратству? — она выглядела так, словно собиралась уступить, но, вопреки здравому смыслу, держала меч на месте.  — Моего отца убил Фантом, — прорычал Майлз, изо всех сил стараясь не подчеркнуть свои слова еще одним ударом. Он увидел, как на лице его сестры появилось прояснение, и прежде чем она успела ответить, Майлз толкнул ее мечом и отбросил назад. Хотя она держала себя готовой к нападению, она не сделала никакого движения. — А какое отношение Фантом имеет к папе? — спросила она, и Майлз вскинул руки вверх.  — Твой отец создал его! — теперь он кричал, но ему было все равно. Он видел, как в ее глазах отразилось удивление, быстро сменившееся яростью. Она снова шла на него, меч со свистом приближался к нему. — Я и не подозревала, что время, проведенное с пиратами, превратило тебя в лжеца, Майлз Эджворт, — выплюнула она. Майлз потянулся, чтобы заблокировать удар как раз вовремя. Он стиснул зубы, когда они столкнулись друг с другом. Если бы ему удалось заставить ее не двигаться, он мог бы все ей объяснить… — Убери меч, и я заступлюсь за тебя перед папой. — теперь пришла очередь Майлза разозлиться, и он переместил одну руку с рукояти меча на тыльную сторону лезвия. Он отступил назад, пытаясь оттолкнуть ее с большей силой, и медленно пошел за ней, держа меч у ее горла. — Избавь меня от хлопот, — голос Майлза был тихим, таким, какой бывает у нападающей собаки перед тем, как она набросится. Он знал, что потом ему будет неловко за это, но в данный момент он знал, что у него нет времени бороться с ней. — Мне не нужно, чтобы кто-то заступался за меня перед дьяволом. — он блокировал последовавшие гневные удары. Теперь она была зла, и это делало ее действия безрассудными и предсказуемыми. Он поймал ее на парировании. — Он руководит работорговлей, он убил моего отца и бессчетное количество других невинных людей, — сказал он, наблюдая, как она снова нахмурила брови. — Я не могу оставить его безнаказанным. — они обменялись еще несколькими ударами, прежде чем она отступила от него. — Значит, это твое решение? — крикнула она, указывая на сражающихся. Майлз воспользовался перерывом в бою, чтобы осмотреться. Бой в основном сосредоточился на корабле Райта, большинство солдат перебрались сюда с одного из кораблей фон Карма. К Ларри и Бобби присоединились еще трое пиратов, а остальная часть команды Саймона сосредоточилась на тех, кто сражался на главной палубе. Быстрый взгляд на реи дал ему понять, что Клей и Аполло все еще в порядке, а рядом с ними сражается девушка в желтом. Он снова повернулся к своей сестре, чтобы попытаться вразумить ее, но тут раздался сильный взрыв, который пресек все его мысли. Оглянувшись на главную палубу, они увидели, что квартердек и кормовая часть корабля фон Карма взорвались. Майлз почувствовал, как его глаза вылезают из орбит, и толкнулся вперед достаточно быстро, чтобы схватить Франциску за талию и повалить ее на землю. Не прошло и секунды, как над головой пролетели перилы корабля. — Что это? — прошипел он, снова взглянув вверх. Задняя часть корабля быстро тонула, и все оставшиеся солдаты отступали к пиратскому кораблю. Когда он повернулся налево, то увидел быстро приближающийся самый большой корабль Королевского флота. Военный корабль фон Кармы «Совершенство» он видел, чистил и был на борту слишком много раз, чтобы сосчитать. Это был один из самых больших кораблей, которые он когда-либо видел, уступая лишь нескольким Королевским кораблям. В пиратском мире он был больше известен как «Бич свободы» - имя, которое фон Карма справедливо ненавидел. Майлз почувствовал, как холодеет его кровь. Несколько минут — даже одной— было бы достаточно, чтобы группа сориентировалась и уладила беспорядок, с которым они имели дело. Более того, если они собираются выбраться из этого живыми, ему придется остановить эту перепалку. — Отстань от меня, Майлз Эджворт, — простонала его сестра, снова толкая его. — Я не какая-то девица, нуждающаяся в твоем спасении… — Мои извинения, — он снова быстро встал, только чтобы снова направить конец клинка на подбородок женщины. — Но Франциска, если ты действительно любишь то, что правильно в этом мире, ты позволишь нам беспрепятственно встретиться лицом к лицу с твоим отцом. Прежде чем она успела ответить или пошевелиться, он уже бежал туда, где оставил Райта и Саймона. Они почти не двигались, обоих настиг взрыв. — Райт! — позвал Майлз, находясь в нескольких метрах от человека. Феникс повернулся к нему с широко раскрытыми глазами, отвисшей челюстью и только жестикулировал. — Я тоже не знаю, — он повернулся, чтобы посмотреть через плечо. Благодарный за то, что хоть на мгновение задержался на одном месте, он глубоко вдохнул. — Но я знаю, что последний корабль фон Кармы уже в пути, ближе, чем мы ожидали. — Когда он будет здесь? — спросил Феникс. Майлз открыл было рот, чтобы ответить, когда позади него раздался гневный крик, за которым сразу же последовал лязг металла. Он обернулся и увидел, что Франциска блокирует удар, который в противном случае пришелся бы ему в правое плечо.  — Ну? — она заскрежетала зубами. — Не стойте, дураки, идите ищите свои ответы, — процедила она сквозь зубы. Саймон отпрянул назад, чтобы лучше видеть ее, и принял бой. Феникс снова повернулся к Майлзу как раз вовремя, чтобы увидеть, как к ним подъехал военный корабль. Майлз тоже повернулся, его глаза сканировали орду солдат, готовых к бою. Он поджал губы и осмотрел палубу в поисках фон Кармы. Он вспомнил несколько лиц на палубе, и его желудок скрутило. Когда якорь, наконец, зацепился, и корабль остановился, его взгляд остановился на квартердеке.   Там, скрестив руки на груди, стоял Манфред фон Карма. Майлз почувствовал, как его кровь стынет в жилах, спина выпрямляется, а ноздри раздуваются в мгновение ока от его взгляда. Он был полностью одет в свою военную форму. Его длинные экстравагантные фалды развевались на ветру. Лацканы и манжеты были отделаны золотом и хризантемами, и если бы не рукава и спина, то трудно было бы сказать, что мундир вообще черный. Он все еще носил белые бриджи, но снял шляпу, и его седые волосы развевались вместе с пальто. Черные глаза-бусинки, которые наблюдали за Майлзом много лет, теперь были устремлены на него, а неровные брови подняты в вызове. Подняв голову, Майлз повернулся к Райту. Тот выглядел таким же испуганным, как и он сам. Майлз не мог его винить. Как бы пираты в Карибском море ни боялись фон Карму, появление его на корабле было чем-то совершенно другим. Если бы Мию не убили, это, вероятно, случилось бы на несколько недель раньше. В его голубых глазах отражалась смесь эмоций, которые Майлз хотел облегчить, но не зная, как, просто протянул руку вперед. Феникс посмотрел на нее вниз, потом снова вверх, а затем снова вниз, как будто она собиралась укусить его, если он сделает неправильное движение. — Я иду за ним, — заявил он, почти не оставляя места для возражений. — Защищай экипаж. — сначала Феникс выглядел так, словно собирался возразить, но закрыл губы, прежде чем звук успел вырваться. Закусив губы, он снова посмотрел на руку. Его рука обвила руку Майлза, как будто вокруг них ничего не происходило, как будто почти поцелуй прошлой ночью не тяготил их обоих. Сейчас Майлз запечатлел этот момент в своем сознании. Он вспомнил, каким мягким, каким открытым, каким уязвимым было лицо Феникса, и, если все получится, как сильно он хочет увидеть это снова. Он попытался передать все свои мысли в рукопожатии.  Феникс сменил хватку на руке Майлза, что значительно упростило его притяжение в сокрушительные объятия. Майлз вздрогнул, но будь Феникс проклят, если он собирался позволить ему отделаться только рукопожатием. Он сжал руки вокруг мужчины, стараясь быть кратким, особенно когда каждая фибра его существа хотела, чтобы он держал его до конца жизни. Усилием воли Феникс заставил себя отпустить мужчину, стараясь не отпускать его руку, пока не придется. Голосом, хриплым от невысказанных эмоций, он сказал мужчине: — Вернись к нам. — брови Майлза взлетели на лоб, и, прежде чем он успел что-то сказать, Феникс резко повернулся. Он не знал, насколько хорошо Франциска владеет мечом, но Саймон был грозным противником. Она, похоже, держалась молодцом, встречая его удары с холодной яростью. Саймон сделал длинный шаг в сторону от нее, что было знакомо Фениксу, но, не зная его, она по глупости последовала за ним. Феникс тут же бросился к ней. Он успел как раз вовремя, чтобы подставить ноги для блока, и когда меч Саймона опустился, он почувствовал отдачу в своих костях. — Что ты делаешь, дурак?! — закричала она, все еще на ногах. К счастью для нее, потому что Саймон быстро оправился и снова пошел на нее. — Ты должен быть с моим младшим братом! — Ты смеешься? — Феникс усмехнулся про себя. — Он бы не позволил мне пойти с ним, даже если бы я попытался. Кроме того, — он направил свой меч на Саймона. Атаковать было бы немного интереснее, — это то, что он должен выяснить сам.

—

Феникс Райт. Майлз позволил себе сосредоточиться на человеке, когда шел к «Совершенству». Конечно, он бы обнял его так. Он всегда был таким. Майлз так привык занижать свои ожидания, просто на случай, если что-то пойдет безумно ужасно (как всегда и происходило), но с тех пор, как он встретил этого человека, он оправдал все его самые смелые надежды. У Майлза было не так уж много людей, которых он мог бы назвать настоящими друзьями; когда он учился в школе, его сверстники были больше сосредоточены на том, чтобы убежать из школы, чем на ней, а на флоте его всегда воспринимали как угрозу, а не как равного. Он никогда бы не подумал, что его первые настоящие друзья найдутся среди пиратов. Он позволил себе улыбнуться. Ступив на перила, снова встретившись глазами с фон Кармой, он оценил свои возможности и засунул меч обратно за пояс. Майлз мог бы попытаться прыгнуть, но, скорее всего, оказался бы в океане. Он мог схватиться за крюк, но с его ограниченным опытом он не знал, как приземлиться. Фон Карма наблюдал за ним с холодным безразличием, единственное, что выдавало его чувства, - это раздувающиеся ноздри. Наконец, когда они уставились друг на друга, Майлз позволил гневу и ярости (которые, наконец, были направлены на нужный объект) хлынуть в его кровь. Как и тогда, когда он находился среди морских офицеров, он позволил этому сделать его более точным, как меч, нацеленный на убийство. — Хой, Майлз! — услышал он позади себя и обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Райт крутит штурвал. Глаза Майлза расширились, когда он увидел, как один из задних парусов качнулся в его сторону. «Райт, Райт, Райт» — думал он, направляясь к основной балке. Она повернулась к нему с кормы корабля и должна была перенести его на «Совершенство». Молча пообещав Райту, что он вернется, он бросился к парусу. Он прыгнул, ухватившись за рею. Майлз почувствовал, как она перестала двигаться, и подтянулся. Он ненавидел стоять на балках, пошатываясь на мгновение, прежде чем у него хватило опоры, чтобы снова идти. Он бросился к другому кораблю, выпустив весь воздух из легких. Когда Эджворт приблизился к концу паруса, он изо всех сил оттолкнулся от пиратского корабля. Пока он висел в воздухе, ему хватило ума бросить взгляд на фон Карму, который наблюдал за происходящим с равной долей восхищения и отвращения. Прежде чем Майлз смог по-настоящему насладиться этим взглядом, он снова сосредоточился на перилах и ухватился за них, прежде чем упасть в океан. Стиснув зубы, он подтянул левую руку к перилам и ухватился за них, прежде чем начать подтягиваться. «Совершенство» не изменилось за время его пребывания среди пиратов. Его полы все еще были начищены до блеска, и если бы не потертости, которые Манфред оставлял на каждом шагу, они выглядели бы безупречно. Точно так же, как и его стремления, травма ноги прошлых лет заставляла его шаркать, куда бы он ни шел. Когда Майлз, наконец, перелез через перила и выпрямился, он усмехнулся про себя. — Неблагодарный щенок, — прошипел мужчина, и Майлз снова выхватил меч. Было странно снова оказаться перед ним лицом к лицу, но на этот раз Майлз не позволил себя запугать. На этот раз он не склонился в подчинении. — После всего, что я сделал для тебя. — Одолжения, о которых не просили и которые не приветствовались, — парировал Майлз и сделал шаг вправо. Это был способ для него попытаться застать своего наставника врасплох, хотя кружение вокруг него оставляло его спину открытой для остальных солдат.   — Ба! — усмехнулся фон Карма. — Как я могу ожидать, что кто-то вроде тебя поймет, что я для тебя сделал? Я взял тебя к себе, когда твоего никчемного отца не стало... Майлз почувствовал, как его кровь стынет в жилах. Он перестал кружить вокруг и направил меч на генерала.  — Его звали Грегори, — медленно и осторожно произнес Майлз. — И прежде чем я убью тебя, ты произнесешь его имя.