Чужой мир

      После того как Марк выяснил по телефону, что с Тэдом всё нормально, хотя его сильно поразило это «мы», но, пообещав себе во всём разобраться позже, он как ужаленный бегал по коридорам института в поисках Афродиты. Парень никогда не обращал на эту серую мышь внимания. Тихая очкастая девушка с первой парты была словно тень, а тут она осмелилась изобразить греческую богиню. Его удивляло, как одно действие или поступок может изменить мнение о человеке. Может, на это повлияла симпатия к Джеки? Почему-то в этот момент в голове всплыла постыдная сцена в ИСКе, когда он не смог сдать биоматериал. Марка передёрнуло, вспоминать такое не хотелось, но память, как нарочно, показывала ему самые отвратительные моменты в его жизни.       После долгого поиска он нашёл девушку в столовой. Она сидела за столом и ела булочку, запивая компотом.       — Привет, — Марк сел напротив студентки. Она взглянула сквозь круглые очки и чуть не подавилась. В глазах читалось глубокое удивление: что тебе надо? Марк не собирался размазывать слова и перешёл к делу: — Ты случайно не знаешь, где живёт Джеки?       Она перестала жевать и медленно поставила стакан на поднос. Минута молчания затянулась. Девушка не знала, что ответить. Марку захотелось пощёлкать пальцами перед её лицом и продолжить: Эй, ты на этой планете?       — Зачем тебе? — выдавливая из себя слова, спросила она.       — Её не было на занятиях, я переж… — он чуть не сказал, что переживает, но вовремя себя остановил. — Я должен вернуть конспект.       — У неё, скорее всего, опять заболела Луиза. А ты позвони ей.       — Звонил. Телефон отключён.       — Хочешь, я передам конспект?       — Нет, я сам. Так ты знаешь или нет, где она живёт?       В ответ девушка кивнула и назвала адрес.       Сидя в метро, Марк прокручивал сценарий действий: как позвонит в дверь, что скажет, а вдруг откроет не она, удобно ли приходить без приглашения? Но чувство тревоги давило на плечи. Он в жизни так ни о ком не беспокоился. Может, потому что жил в уютном коконе, который создали его родители. Он никогда об этом не задумывался, принимая за должное.       Нужный Марку дом располагался в паре кварталов от метро. Чем дальше он отдалялся от станции, тем больше ему казалось, что попал в совершенно другой мир: будто тут не хватало солнца. Серый цвет вперемешку с чёрным преобладал над другими. Редкие деревья росли вдоль дороги. Тусклый свет стеклянных витрин магазинов жёлтыми пятнами растекался по асфальту. Мрачность и угрюмость читались на лицах прохожих. По обочинам лежали горы чёрных пластиковых мешков с мусором, многие с прогрызенными отверстиями, из которых вываливалось содержимое. Ветер разносил неприятный запах. По сторонам дороги валялись скомканные бумажные стаканы, салфетки, обрывки газет, мелкий мусор и всё это, вперемешку с опавшими прошлогодними листьями деревьев, делало пейзаж ещё более неприглядным. Тут не убиралось целую вечность. Дремучесть многоэтажных домов со страшной силой давила на парня. Теперь он понимал Алана, почему тот выбрал светло-сиреневый цвет для покраски дома.       Марк резко замер на месте. Мимо, пересекая тротуар, пробежали две упитанных крысы. Одна, будто почувствовав на себе взгляд человека, тоже остановилась, поднялась на задние лапы и принюхалась, шевеля усами, высматривая глазами-бусинами, не обломится ли что-нибудь.       После ядерной зимы большинство видов животных просто исчезло с лица земли. В огромной лаборатории с названием «Ноев ковчег», что занимала по площади целый город, учёные проводили опыты по восстановлению той или иной популяции, а вот крысы… Марк задумался. Крысы показали всем, кто хозяин на этой планете. Они оказались самыми приспособленными и сами восстановили свой род.       — Кого ищешь, красавчик? — со стороны послышался сиплый мужской голос.       Марк взглянул на стоящего у мусорного бака человека в потасканной одежде. Тот пару раз затянулся сигаретой и выбросил бычок на асфальт, затушив носком шлёпанца. Ничего не ответив, Марк поспешил пройти. Он знал об этом районе, но ни разу тут не был. Мимо, сверкая, как новогодняя ёлка, проехала патрульная машина. Присутствие полиции немного успокаивало.       Бетонный дом оказался пятиподъездным и четырёхэтажным. Молодой человек поднялся на третий этаж и остановился возле обитой дерматином двери. Его смутили четыре кнопки с горизонтальными потёртыми надписями. Он решил нажать самую верхнюю. Звонок показался отвратительным, похожим на возглас поросёнка.       Прислушавшись, Марк приблизился вплотную к двери и уловил шаркающие шаги. То ли слух у него хороший, то ли дверь тонкая, а через минуту она открылась. На пороге стояла сгорбленная старушка, замотанная в пуховый платок. Увидев парня, она скривилась, будто съела лимон. Но взгляд Марка зацепился за бежавшего по косяку таракана.       — Вы из соцслужбы? — с испугом произнесла старушка, и парень перевёл взгляд на неё.       — Нет, мне нужна Джеки.       — Джеки?! — она подняла колкий взгляд, презрительно осматривая гостя. — А чего ты мне звонишь тогда? Там же написано Леони. Беспокоишь старую женщину. — Она, ворча, развернулась и пошла по коридору. — Третья дверь, — сухо себе под нос буркнула бабка. — И ноги вытри. Ходят, только мусор приносят. Как убираться, так некому… — Бубня, она вошла в свою комнату и хлопнула дверью.       Марк остался в коридоре один. При тусклом свете, что дарила одинокая лампочка на потолке, он пытался рассмотреть длинное мрачное помещение. Он не сразу понял, что сказала старуха. «Третья дверь». Номеров на дверях не было. Наверное, третья от её комнаты.       В коридоре на равном расстоянии находились четыре двери. Предположив, какая по счёту, он подошёл и только хотел постучать, как дверь распахнулась и вылетела Джеки. Она столкнулась с парнем нос к носу. От неожиданности оба вздрогнули.       — Марк? Ты что тут делаешь? — она заметно смутилась, никак не ожидая увидеть его тут.       — Тебя не было в институте, я… — он слегка замялся и покраснел, благо темнота коридора не позволила этого увидеть, — …волновался.       — Волновался? С чего это. Извини, мне нужно в аптеку.       — Кто-то заболел?       Джеки подняла на него взгляд: — Зачем тебе это? Уходи.       — Я хочу помочь. Почему у тебя телефон отключён?       — Он разрядился.       Из квартиры послышались женский вопль, и что-то разбилось об пол.       — Что случилось?       Джеки вздрогнула и захлопнула дверь, по телу прошла дрожь: — Извини, мне нужно идти.       — Что у тебя с лицом? — Он хотел протянуть руку и коснуться её щеки.        Она машинально тронула лоб: — Ничего, просто царапина. — По-пацански засунула руки в карманы джинсов и направилась к выходу. Марк схватил её за локоть и развернул к себе.       — Я иду с тобой, — в голосе появилась строгость.       Аптека располагалась в подвале этого же дома. Спустившись по кирпичной лестнице, молодые люди попали внутрь. Своеобразный запах витал в помещении: пахло моющим средством вперемешку с лекарствами. Втянув в себя воздух, Марк чихнул. Джеки подошла к окошку и протянула рецепт и купюру.       — Что, совсем плохо? — спросил пожилой аптекарь. Она, опустив глаза и уставившись на гладкую поверхность стойки, не желала отвечать. Да и что она должна ответить? Что с Луизой вновь случился припадок и она перепутала реальную жизнь с миром грёз, в которых до сих пор была счастлива рядом с Сандрой и часто выкрикивала во сне её имя? Теряя границу между внешним и внутренним миром, нарушалось восприятие реальности. Но после ей приходилось болезненно возвращаться в убогую жизнь. Она часто орала: За что? За что ты меня бросила?..       Последнюю совместную фотографию — в хрустальной раме, сделанную на заказ, — где они вдвоём с Сандрой, она разбила сегодня. Осколок стекла отлетел от стены и попал в лоб Джеки и рассёк бровь.       Марк стоял рядом и чувствовал, как дрожит тело девушки. Ему захотелось притянуть её в свои объятия, уткнуться в макушку светлых волос, вдохнуть их запах и стоять так вечность. Хотя бы в своих тайных мыслях он был сам собой.       — Вот, один сделай сейчас, остальные — в холодильник, — голос аптекаря отрезвил Марка. Джеки взяла коробку и направилась к выходу.       — Ты не хочешь объяснить, что случилось? Откуда у тебя на лице синяк и рана. — На щеке красовалось тёмное пятно с ладонь. Тут и объяснять было нечего.       — Марк. — Она резко развернулась, ей не хотелось, чтобы он так тщательно рассматривал её и тем более лез не в своё дело. — Иди лучше домой. Таким мальчикам, как ты, тут не место.       — Каким? — его немного обидело неясное определение. Она считает его избалованным сынком?       — У которого всё есть.       — И оставить тебя одну?       — Тогда не задавай ненужных вопросов, сейчас нет времени что-то объяснять.       Ребята быстро покинули помещение. Марк не отставал от Джеки, которая спешила будто на пожар.       Квартира состояла из двух маленьких смежных комнат и кухни. Скромная обстановка не смутила незваного гостя: бедно, но чисто. Джеки предложила пройти на кухню.       — Напою тебя хотя бы чаем, только подожди минуту. — Ей даже в голову не пришло как-то смущаться от бедного положения. В её жизни было всё: большой дом, дорогие игрушки, путешествия, отдых на яхте. Это была белая полоса в жизни, как считала Джеки. Но жизнь состоит не только из одного цвета, она разная, как радуга после дождя.       В это время из комнаты раздался крик женщины: — Джеки, где тебя носит? Ты смерти моей хочешь, мерзавка. — И вновь звуки бьющейся посуды.       В стену послышались удары и крики соседки: — Хватит орать. Я сейчас полицию вызову. Джеки, закрой ей рот наконец-то. Нет больше сил это слушать.       — Это Луиза? — спросил Марк, она кивнула. — Помочь?       — Сиди тихо, она не терпит мужчин.       — С кем ты шушукаешься, неблагодарная тварь? Мы тебя вырастили, а ты…       В дверях появилась невысокая худощавая женщина в цветастой пижаме, нечёсаные волосы свисали на плечи, в глазах горели огоньки безумия. Лицо показалось негармоничным, с искажёнными чертами. Непропорционально широко раскрыты косящие глаза. В руке она держала пустую керамическую кружку.       В эту минуту Марк вспомнил историю Геракла, который в припадке безумия убил собственных сыновей.       — Сколько раз можно просить тебя принести мне воды?       Увидев Марка, женщина замерла на месте и заметно перекривилась, словно перед ней раздавленный слизняк. Медленно подняла трясущуюся левую руку и указала худым пальцем на парня:       — Это ещё кто? Зачем он пришёл? Он пришёл меня убить? Это ты его привела, мелкая сука. — И тут же кружка полетела в голову Джеки. Она не успела увернуться, пошатнулась и упала, ударившись об пол головой. Рядом с височной частью образовалась рана, и кровяной потёк окрасил кожу и волосы.       Всё произошло за считанные мгновения, Марк не успел никак среагировать и с ужасом смотрел на происходящее. Только он сделал шаг к Джеки, как женщина набросилась на парня, сжимая тонкие, костлявые, но сильные пальцы на его шее. Марк не ожидал такого поворота и не предполагал, что в этой хрупкой женщине столько дьявольской силы.       Она, словно горгулья, впилась когтями в кожу и обвила ногами торс парня. Взгляд белёсых зрачков ещё больше пугал Марка. Она медленно наклоняла голову, сверля глазами, старалась причинить боль. Марк схватив её за руки, пытался скинуть с себя, а та вцепилась ещё сильнее. При этом она шипела, как дикая кошка, показывая зубы и бормоча какие-то слова.       Словно танцуя предсмертный танец, они метались по комнате, сшибая углы мебели. Воздух в лёгких заканчивался. Инстинкт самосохранения выплеснул последние силы. Марк с силой ударил женщину о стенку, с полки, что висела выше, посыпались всякие безделушки. Хватка ослабла, он повторил действие. Луиза обмякла, спускаясь по стенке вниз, руки повисли лапшой, подбородок прижался к груди, веки закрылись. Секунда и бесчувственное тело лежало на полу.       Марк закашлялся, складываясь пополам. Только сейчас он понял, что могло произойти минуту назад. Он подполз к Джеки, взял за запястье и нащупал пульс. Вытащив шприц из коробки, сделал укол Луизе в надежде, что лекарство надолго угомонит женщину. Поднял с пола свой телефон, выпавший из кармана во время борьбы, и вызвал скорую. После попытался привести Джеки в чувство. В поиске нашатырного спирта он перерыл все ящики на кухне и в комнате, но не нашёл. На полу валялся разбитый телефон Джеки. «Вот почему она не отвечала» — промчалась мысль в голове. Может, ударить по щекам? — но он боялся сделать ей больно даже в таком состоянии.       — Какая же ты маленькая. Как так вышло в твоей жизни? Сколько же ты натерпелась, — Марк говорил сам с собой, приподняв голову и качая её, как ребёнка. Дверь распахнулась, и в комнату вошла старуха.       — Что у вас тут? — строго прикрикнула она, но, увидев обстановку, изменилась в голосе. — Опять Луиза бушует, — бабка бросила взгляд на лежащую на полу женщину. — Скорую вызвал? — Парень кивнул. — Бедная девочка, сколько раз я говорила ей отправить её в ИСК, пусть со своим браком сами разбираются. А она — нет, её потом не выпустят.       Через минут двадцать раздался тот же поросячий звук звонка. Бабка поспешила открыть двери. Два здоровых мужика в униформе медицинских работников ввалились в комнату.       — Что произошло? — Один подошёл к Джеки. Второй — к Луизе и приложил два пальца в область шеи.       — Жива, — сказал второй. — Вы вкололи ей препарат? — он поднял с пола шприц. — Марк кивнул.       — Давно она без сознания? — спросил первый, открыл сумку, достал ампулу, набрал в шприц и сделал Джеки укол.       Марк рассказал всё, что тут произошло. Бабка стояла возле двери и кивала головой: — Это не первый раз, — подтвердила она.       — Мы её забираем, — твёрдым голосом заявил мужчина, который осматривал Луизу. В это время Джеки пришла в себя.       — Что вы тут делаете? — она рассеянно посмотрела на людей в серой форме. — Я вас не вызывала. — Хотя перед глазами всё плыло, она трезво понимала, что происходит.       — Я вызвал, — ответил Марк.       Один из мужчин заговорил по рации: — Нам требуются носилки. Да, без сознания… И ремни.       — Какие ещё носилки… оставьте её в покое. — Джеки бросилась к Луизе. — Её нельзя в больницу. Она там умрёт. Уходите все.       — Она чуть тебя не убила, — тихо сказал Марк, удерживая девушку.       — Ты не понимаешь. Она не всегда такая.       — Что у вас на шее? — спросил врач. Джеки повернула голову и уставилась на Марка. Увидев бордовые пятна на шее друга, она поняла, что могло произойти за это время. Улучшения в лечении давно не было; препарат, что выписывал доктор, давал временный эффект. Да и на приобретение его уже не было денег. Деньги, оставшиеся от продажи дома, давно растаяли, как снег с приходом весны.       — Собирайтесь, вы едете с нами, вас осмотрят и окажут медицинскую помощь. Возьмите все документы для её оформления, обязательно социальный номер, выданный ИСКом.       В голове Марка всплыл собственный. Девять цифр стали навязчивыми.       Джеки вытащила из письменного стола, стоящего в углу комнаты, прозрачную папку с бумагами. Предполагая, что рано или поздно ей придётся ими воспользоваться, она приготовила документы заранее.       Погрузив бесчувственное тело женщины в карету скорой помощи, её пристегнули кожаными ремнями. Ребята сели рядом с носилками на мягкие сидения, в изголовье сел один из мужчин. Марк взял Джеки за руку и слегка сжал холодные пальчики. Из глаз девушки скатились слёзы, она смотрела на бледное лицо Луизы и не верила в происходящее.       — Я буду рядом, — тихо сказал Марк. Джеки устала опустила голову на его плечо и беззвучно прошептала: «Спасибо».