Часть 16. Не всё просто
10 октября 2022 г., 06:00
Когда Марк проснулся, Джеки в постели уже не было. Часы показывали десять. «Ничего себе, я поспал», — он потянулся и широко улыбнулся, вспоминая ночь. Чувство блаженства наполнило молодого мужчину, кружа голову. Вот оно — то, чего он ждал. Он не мог описать, какой восторг накрыл его от близости с женщиной. Несмотря на мимолётные помутнения в голове, он пытался зафиксировать каждое, какое бы оно ни было, ощущение.
Повалявшись минут пять, Марк резко поднялся, накинул халат и направился умываться. Привёл себя в порядок и спустился вниз. Проходя через холл, наткнулся взглядом на сумку Джеки, это немного насторожило и вызвало вопросы.
В столовой он застал интересную картину. Джозеф сидел за столом и читал что-то в планшете, а Джеки в фартуке крутилась возле варочной панели, накладывая в тарелку кашу. Запах молочной каши с маслом вперемешку со свежесваренным кофе заставил вкусовые рецепторы выделить слюну.
— С добрым утром! Как вкусно пахнет, — заявил парень и присел за стол.
— С добрым. Как спал? — дед на время отвлёкся от экрана и взглянул на внука сквозь очки.
Марк слегка смутился от вопроса деда. Слышал ли он то, что вчера происходило у него в комнате?
— Спал не хуже младенца.
— Кашу будешь? — спросила Джеки, пряча порозовевшее лицо. Ей было неловко смотреть в глаза Марку. После вчерашней близости внизу томно тянуло тупой болью, а когда она выскользнула рано утром из его объятий, то увидела пятнышко крови и сильно испугалась. Неужели при каждом контакте будут кровь и боль?
— Ты собралась уезжать? Там, в холле, стоит твоя сумка, — Марк кивнул на вопрос девушки о каше.
— Да, мне завтра на работу. — Но причина скрывалась в другом: ей не хотелось встречаться с родителями Марка.
— Я думал, мы сходим на речку искупаться.
— Как-нибудь в другой раз, — сухо ответила она и поставила перед ним тарелку, продолжая прятать глаза.
Марк тяжело вздохнул и приступил к завтраку. Ему хотелось спросить: что произошло? что не так? Он рассчитывал обсудить их отношения, но Джеки вела себя как-то странно. Он же видел её блаженные глаза. Или ему это показалось? Может, это ему было хорошо? И он сделал что-то не так?
— Алан мог бы потом отвезти тебя домой, — не сдавался Марк.
— Я уже заказала такси на одиннадцать. Мне ещё нужно навестить Луизу.
Луиза являлась сильным аргументом, с которым Марк не имел права спорить.
— Хочешь, я поеду с тобой?
— Марк… я не нуждаюсь в няньках, — она резко пресекла все вмешательства в её жизнь. Сказав, опустила глаза, не понимая, откуда с её стороны появилась такая агрессия.
Джозеф сидел молча, не пытаясь вмешиваться в разговор. Он догадался, что произошло между молодыми людьми, но упрекать и учить не хотел.
Без пяти одиннадцать к калитке подъехало такси. Джеки поблагодарила хозяина дома за приём, улыбнулась и протянула руку. Старик с радостью пожал и сказал, что будет рад видеть её в любое время.
От той девочки, которая была вчера, ничего не осталось. Волосы Джеки спрятала под кепку, в потёртых джинсах и излюбленной клетчатой рубашке она была похожа на мальчика. Не дожидаясь просьбы, Марк подхватил сумку и первым вышел из дома. У дверцы машины он развернулся и уставился на Джеки.
— Я не понял — что произошло? Я сделал что-то не так?
— Мне надо ехать, — сухо ответила она.
— Позвони, когда доберёшься.
В ответ Джеки кивнула и села на заднее сидение. Марк смотрел вслед, пока машина не скрылась за поворотом.
Что больше всего удручает в жизни? Это недосказанность, недопонимание, вовремя не поставленные акценты. Марк считал, что нужно всегда объясняться и высказываться, а не носить всё в себе. Сейчас он не понимал, что происходит. Хотя он не понимал и что происходит в отношениях с Тэдом. Вспомнив о друге, он поспешил домой, чтобы позвонить и всё выяснить.
Телефон на вызов не отвечал. Это начинало входить в привычку, что сильно раздражало. Позже Тэд всё же соизволил перезвонить.
— Привет, Марк, ты звонил? — шёлковый голосом спросил оппонент.
— А то ты не видел пропущенные звонки, — держа трубку возле уха, парень вышел на улицу, чтобы пройтись по дорожке сада подальше от ушей Джозефа.
— Ну и что ты хотел? — уже более грубо спросил Тэд.
Поняв, что он не с того начал, Марк поменял тактику: — Ты меня окончательно бросил?
— С чего ты взял? — услышав обиженный голос, Тэд понял, что лучший друг ревнует и широко улыбнулся, но Марк этого не увидел. — Пойми, рано или поздно это бы произошло. Мы оба нашли бы свои половинки. Дружба дружбой, а создать семью нужно.
— Я понимаю. — Образ Рафаэля нарисовался перед глазами.
— Ничего ты не понимаешь, а если бы понимал, то не вёл бы себя как эгоист.
Разговор оказался тяжёлым. Слова друга отрезвили Марка. Он действительно ведёт себя, как капризный ребёнок, у которого отняли самую любимую куклу. Спрашивать, кто стал для Тэда желанным, он не посмел. Да и какая разница. Теперь либо ты принимаешь всё как есть, либо потеряешь друга навсегда. Марк выбрал первое.
— Марк, — голос Алана прервал поток мыслей. Парень резко развернулся. — Скучал без меня? Надеюсь, Джозеф не замучил моего мальчика? — мужчина опустил сумки с продуктами и развёл руки в стороны. Он всегда так делал, когда уезжал ненадолго по делам, и маленький Марк ждал его возле окна, а после бежал в его объятия.
— Джозеф, между прочим, белый и пушистый, — со стороны послышался пожилой голос. — Ты один? Без этого… — он кашлянул, — …счастливчика?
— Один. Неужто соскучился по Фреду? — От слов сына старик перекривился. — А насчёт белого и пушистого, это ты скажи агентству по найму помощников по уходу, — улыбаясь, продолжил Алан. — Чувствую, вы меня ждали. Ну, и как вы тут сосуществовали? Вижу, не съели друг друга и не утонули в речке.
— Ты вечно будешь вспоминать то недоразумение? Давайте лучше зайдём в дом. Я чайник поставил. Что вкусного привёз? Как же нам не хватает твоих кулинарных шедевров.
— Я так и думал, что вы скучали не по мне, а по моей еде, — понимая юмор, поддержал Алан.
Обняв Алана, Марк подхватил пакеты и первым направился к дому.
— Ты как был хитрым лисом, так и остался, — прищурив глаза, Алан рассмеялся, обнял старика. Его поразили перемены в Джозефе: куда-то делась угрюмость, молчаливость. Неужели Марк так повлиял на пожилого мужчину?
Сидя за накрытым столом, Марк всё время рассматривал Алана, пытаясь найти хоть какие-то сходства. Ему хотелось верить в совпадение чисел, но требовались веские доказательства, чтобы об этом заявить во всеуслышание. И тут его осенило и толкнуло на маленькую хитрость с Днк тестом. Он знал, что мужчина помешан на гигиене, и решил украсть у него зубную щётку, с которой тот не расставался. А дальше? Дальше дело техники. Марк ещё не придумал, что с этим делать.
Побыв до вечера, Алан уехал. Никто не стал его удерживать и как-то уговаривать остаться хотя бы на одну ночь, прекрасно понимая, что дома ждёт Фред.
Время потекло в привычном ключе. Джеки в тот вечер так и не позвонила. Марк долго переживал и ближе к ночи набрал сам. Она сообщила, что закрутилась и забыла. Марк проглотил обиду. Понимала ли она, как он за неё волновался? Скорее всего, нет. Она рассказала про Луизу, что в этот раз она не спала, а наоборот, как маятник рассекала по комнате, где стены были обшиты мягким материалом. Это сильно удивило Джеки, но потом она поняла, для чего.
Джеки подошла к прозрачной стене и коснулась ладонью холодного покрытия. «Луиза», — позвала она, но реакции — ноль. «Что с ней такое?» — спросила у доктора.
«Это постоянное её состояние». Только доктор ответил, как женщина остановилась и медленно повернулась, будто услышала родной голос. В глазах сверкало безумие, такой взгляд Джеки видела во время приступа. Секунда, и Луиза бросилась к стеклу и стала колотить по нему ладонями, при этом шипеть: «Ты хочешь моей смерти, ты во всём виновата, неблагодарная тварь».
Джеки от испуга отпрянула и схватила за рукав доктора, пальцами сильно сжимая ткань. Разом всплыли воспоминания о всех приступах. Девушку изрядно затрясло. Доктор нажал красную кнопку, что была впечатана в стену, и тут же появились двое здоровенных мужчин в униформе. Доктор поспешил увести посетительницу, и Джеки уже не видела, что произошло дальше, но могла догадаться. В кабинете он протянул таблетку, стакан воды и пояснил, что ей нужно успокоиться.
Марк слушал дрожащий голос и сочувствовал. Ему хотелось в этот момент находиться рядом, поддержать и приласкать, но навязывать своё общество парень не мог, и так они перешли все дозволенные границы.
Незаметно пролетела ещё одна неделя, и вот в доме появилась упитанная смуглая, с добродушной улыбкой лет за пятьдесят женщина. Это была Нэнси. Марк представлял себе её как-то иначе. Она по-хозяйски прошла на кухню. Увидев чистоту и порядок, ахнула и, не жалея добрых слов, похвалила. Джозеф ещё больше ожил. Всё расспрашивал, как она отдохнула, каких впечатлений набралась, признался, что скучал по её вкусным супам и кашам, и нажаловался, что внук чуть не заморил бедного старика голодом. Конечно, это была шутка. Марк был не удивлён, от женщины веяло позитивом, казалось, что даже самый хмурый день рядом с ней станет светлее.
Марк поймал себя на мысли, что он как-то особенно стал относиться к женскому полу. Сначала Джеки, потом Маргарита и её любовь к старой эпохе, теперь Нэнси. Все эти женщины покорили его сердце, и каждая была по-своему хороша и загадочна.
— Ну что, останешься? — как-то в комнату Марка вошёл Джозеф. — Или домой к этому тирану Фреду?
— Если не прогонишь, останусь до начала учёбы. Фред не тиран.
— О нет, куда ему до тирана.
Конечно, пожилой человек был рад компании Марка. Нэнси поддержала, увидев в старике изменения в положительную сторону. В доме царил мир и покой. Марк с радостью помогал на кухне, за что Нэнси ещё больше зауважала парня.
Чтобы отвлечь себя от мыслей о Джеки и Тэде, Марк решил вернуться к книге Маргариты Руфф «Бег времени». Но мысли о тесте ДНК навязчиво лезли в голову. В один из вечеров за чашкой душистого чая Марк вспомнил, кем является Виктория, что стоит попытать удачу.
— Ты случайно не знаешь телефон Виктории? — как-то резко спросил Марк, меняя тему беседы.
— Знаю, а зачем тебе?
— У меня к ней маленькое дело. Если всё выгорит, я тебе расскажу. Обещаю!
Джозеф достал из кармана домашнего костюма телефон и продиктовал номер. За что Марк был ему признателен. На следующий день, уединившись в саду, он набрал Викторию, представился и попросил об одном деликатном одолжении.
— Я постараюсь вам помочь, но не обещаю, вы же понимаете, я сейчас не работаю, хотя у меня остались кое-какие связи.
— Где мы с вами можем встретиться? — поинтересовался Марк.
— К сожалению, в ближайшее время приехать в посёлок я не смогу. — Она на минуту замолчала. — Но знаете, отправьте мне материал экспресс-почтой. Адрес я скину СМСкой.
Марк сделал всё, как рекомендовала Виктория: упаковал две зубные щётки в стерильные футляры, подписал и отослал. Осталось только ждать. Она предупредила, что это займёт какое-то время. Марк не торопил, он одновременно и хотел, и боялся узнать результат теста. Но неизвестность мучила со страшной силой.
Близилась осень, на горизонте маячили даты похода в ИСК и начала учебного года. ИСК, как всегда, предварительно прислал уведомление, заботясь о донорах. Алан сообщил о письме по телефону. На что Марк перекривился, вспоминая о постыдном обмороке. Но он решил, что при сдаче биоматериала он будет думать о Джеки. Несмотря на то, что девушка держала себя в определённых рамках, Марка тянуло к ней. На приглашение приехать она находила причины отказа. Ей не понравилась близость, делал он выводы, он так же, как и она, обнаружил на простыне пятно крови. Чувство вины опустилось на плечи парня, и только книга сильно помогла не впасть в депрессию и отогнать негативные мысли.
В один из чудесных дней Джозеф предложил Марку пройтись по берегу реки и вспомнить их прогулки в детстве.
— А чего это тебя на ностальгию потянуло?
— Да вчера решил альбом полистать, воспоминания прямо навалились. Я тебе показывал детские фотографии Алана? Потом покажу, у меня даже есть, где он на горшке сидит. Он был такой забавный. Я как-то оставил включённым компьютер и не сохранил текст, вернулся в кабинет, а он стоит на стуле и тычет в клавиатуру пальчиком. Всё, думаю, станет писателем.
— А как же балетная школа?
— Это он сам захотел, после того как увидел по телевизору постановку спектакля «Марсель».
Марк с удовольствием согласился на прогулку. Медленно идя вдоль берега, вспоминая былое время, они повстречали Маргариту, которая сидела на лавочке, наслаждаясь прекрасной погодой, в роскошной шляпе с широкими полями, в больших тёмных очках и в голубом брючном костюме. Ладони слегка сжимали трость.
— Какая неожиданная встреча и прекрасная погода! — первым обратился Джозеф.
— Воистину так! — отозвалась Марго. Марк также поприветствовал женщину. — Присядете?
— А мы не помешаем?
— Джо, ну когда вы мне мешали? Что за глупости.
Только Джозеф удобно пристроился на скамейке, как телефон в его кармане зазвонил.
— Простите, я отвечу, — он поднялся с места. — Да, Нэнси. Что случилось? Что? Ни в коем случае не пускай его в мой дом. Он уже вошёл… я понял. Ничего не позволяй ему трогать. Я сейчас приду.
— Что-то произошло? — увидев расстроенный взгляд деда, спросил Марк.
— Мне нужно срочно вернуться домой. Марго, вы простите за бестактность. Тысяча извинений.
— Мне пойти с тобой?
— Нет, лучше оставайся. Мне так спокойнее. — Джозеф развернулся и направился в сторону дома. Марк присел рядом с Маргаритой.
— Ну, молодой человек, как ваши успехи в изучении хронологии искусства?
— Я закончил вашу книгу. Пока в голове сумбур — слишком много информации и много направлений в исследовании. Всё страшно интересно, но этот материал требует определённого времени для усвоения.
— Чтобы мысли легли по полочкам.
— Да, — Марк улыбнулся. — Пока же у меня возник вопрос о стилевой периодизации разных эпох и закономерности смены стилей. У вас эта идея не развёрнута, вы об этом только упоминаете.
— Вы правы, Марк. Это отдельная тема, исследованная разными учёными. И смысл идеи заключается в том, что смена стилей в искусстве носит универсальный характер. Можно взять любую эпоху, например, Ренессанс. Проторенессанс и дученто, и треченто — этап развития до Ренессанса — в живописи и скульптуре возникли тенденции в изображении реальности, а архитектура переживает увлечение романским стилем. Кватроченто (15 век) — в живописи более тонкая разработка деталей, лиричность, игры со светом, цветом, связи с наукой, создание теории прямой линейной перспективы. В скульптуре царствует трёхмерный реализм. Высокое Возрождение — стиль классицизма, где формы античного искусства наполняются гуманистическими идеалами, связями с природой, с науками, стремлением к гармонии. Маньеризм теряет интерес к соразмерности в форме, пропорциям, цвету, использует вычурность, манерность, деструктивность. Барокко выражает идеи маньеризма на основе динамичности и психологизма, аристократичность вместо манерности, благородство сюжетов и открытость тем, яркая эмоциональность и богатство колорита. Эти тенденции продолжаются и в период рококо, но с существенными изменениями: колорит приобретает декоративный характер, тематика мельчает, а акценты расставляются на мелкие детали, на изящность, ассиметрию.
— Как я понимаю, мы в принципе кратко проследили весь цикл развития искусства в законченном виде, — поддержал диалог Марк.
— Если посмотреть на всю ситуацию обобщённо, то схема выглядит так: подъем — кульминация — спад, с вершинами — достижениями в каждый период. Здесь важно отметить, что константой является связь предыдущего периода с последующим, но только с разными знаками. Так, подъём всегда предваряет находки в кульминации, а затем — к закату — появляются новые идеи, часто как протест, как антифаза по отношению к предшественникам.
— В вашем лаконичном объяснении содержатся ответы на многие вопросы. Я так понимаю, что указанные вами принципы были присущи предыдущей эпохе. Но вы утверждаете, что закономерности существования цикла развития стилей носят универсальный характер?
— Давайте посмотрим на нашу эпоху, — женщина улыбнулась. — К примеру, сто лет назад здесь возникла Лесная школа, где культивировались гиперреализм, родство с природой, стремление к гармонии цвета, формы, композиции. Этот стиль просуществовал всего сорок лет, и на смену ему пришли бунт и разруха, как антитеза к художественному совершенству. Связи тут отчётливы и безусловны и в тематике, и в технике, и в идеологии, и в настроении. Вот так обобщённо выглядит ответ на ваш вопрос.
— Очень интересно и вполне убедительно. Однако можно ли примерить эту схему к другой эпохе?
— Разумеется. В этом её универсальность. Попробуйте выбрать из этого цикла один фрагмент, например, барокко, и поискать в ином временном отрезке период, соответствующий общей характеристике его особенностей. Вы увидите, как чётко это проявляется в истории. Или покопайтесь в современных тенденциях развития искусства, определите, какой этап мы сейчас переживаем.
— Я принимаю ваш вызов.
— Я уверена, у вас всё получится, — женщина поднялась, собираясь покинуть приятного собеседника. Признаться, что устала и годы не те, не позволяло воспитание. — Мне нужно домой.
— Можно мне вас проводить?
Женщина с радостью согласилась. — Позвольте, я возьму вас под руку?
Марк кивнул и подставил локоть, как делали в старых фильмах, которые очень любил смотреть Джозеф. Проводил Маргариту до самого крыльца, и как только дама скрылась за дверью, стремительно понёсся домой. Телефонный разговор деда не давал покоя: что там могло произойти?
