Привидение

      Не то чтобы Шэнь Юань не заметил сразу…       На поиск подрядчика и покраску стены уходит три дня, еще столько же — чтобы краска высохла.       В эти дни от запаха у Шэнь Юаня немного болит голова, но это просто маленькое временное неудобство, он смиряется с ним, как с вынужденным злом. Зато потом то и дело подходит к стене и проводит пальцами по свеженькому покрытию, радуясь, как ребенок.       Хотя остальные три стены остались прежними, эта — темно-зеленая с золотистыми вкраплениями, будто маленькими брызгами солнечного света. Отблески видно, когда солнце падает под углом на закате и если присмотреться. К этой стене Шэнь Юань передвигает диван. И вообще делает небольшую перестановку оставленных предыдущей хозяйкой вещей в квартире. Всего три полноценные комнаты, потому что кухня совмещена с гостиной. Но зато здесь очень высокие потолки, большие окна и много света.       И даже звук шагов…       Откровенно? Он наслаждается новой жизнью. Он читает все то, что так давно хотел прочитать, смотрит сериалы, которые всегда хотел посмотреть, по-настоящему долгие, многосерийные и многосезонные, гуляет в парке недалеко от дома — к сожалению, не столько, сколько было бы полезно для здоровья, но точно, когда хочет кофе и нежные ягодные пирожные, которые продаются там же в кофейне, — не готовит, потому что от него этого ждать не стоит: он слишком ленив и непритязателен, готовая еда из доставок и супермаркетов его вполне устраивает.       Он думает о том, чтобы завести кошку или что-то типа того, но пока это пространные фантазии о том, что еще из «нормальной» жизни Шэнь Юань хотел бы попробовать.       Он думает о том, чтобы попытаться завести новых друзей, но… Это смешно, потому что один его хороший знакомый не зря зовет его неизлечимым хикканом.       Звук смс-сообщения. Шэнь Юань как раз стоит на кухне у окна и наблюдает, как включаются фонари, размешивая кофе в кружке.

Самолет: [И как ты собираешься не порасти мхом без того, чтобы Цзю-эр держал тебя за ручку и выводил в люди? Знай, братан, я не хочу найти твой остывший труп через пару недель только потому, что ты забыл сказать, что с тобой что-то не так :(]

      Венка на виске пульсирует в слабом раздражении. Подожди, пока «Цзю-эр» узнает, как ты его называешь! Да за кого его держат? Это сюэди не владеет навыками общения (забудем, что «навыки общения» и «способность общаться» — разные вещи), а не он!       И Шэнь Юань всего-то один раз пропустил сигналы тела, что ему плохо. Он просто не думал о том, что проблемы со сном — такой уж повод переживать.

Непревзойденный Огурец: [У меня нет проблем с социумом, спасибо за беспокойство]

Непревзойденный Огурец: [Кстати, я собирался выпить кофе и открыть твою новую главу. И кофе уже заканчивается, братан :)]

      Ожидаемо следующего сообщения нет.       Шэнь Юань пренебрежительно фыркает и допивает последний глоток кофе, не отрывая взгляда от окна. От его слегка пыльной, но все равно гладкой, прозрачной поверхности с чудесным видом, которая, когда на улице темнеет, превращается в отличное зеркало.       …а еще дело в том, что Шэнь Юань ведь вовсе не одинок.       За спиной уже почти привычно осторожно скрипит половица, и он нажимает кнопку на узком «пульте», который держал в руке, зажав под локтем второй, пока остужал дыханием горячий кофе. Самодельный датчик ЭМП — просто потому что Шэнь Юань «любит» смотреть классические ужастики — на мгновение вспыхивает пятью лампочками.       А в окне «гостя» все же не удается уловить.       — А вот это уже невежливо. Я вот Шэнь Юань, а ты?

***

      Еще раз: не то чтобы Шэнь Юань не заметил сразу.       Серьезно, он не очень хорош в построении сложных и крутых массивов, как умеет Цзю-гэ, или в физическом подавлении — руками или мечом, хотя Ци-гэ упорно старается не обнажать меч лишний раз, — как его названный брат. Но Шэнь Юань обладает невероятно плотной духовной энергией, постоянно излучаемое вокруг него поле, если он не ограничивает свою ци специально, проявляет в физической форме тех духов и демонических созданий, которые прячутся между мирами.       Конечно, некоторым видам существ это придает дополнительную мощь, но иметь дело с видимым врагом всегда в разы проще.       И, разумеется, это не означает, что они не умеют скрываться от него вовсе, все зависит от их силы, проще всего выловить тех, кто сам стремится взаимодействовать физически, но, когда постоянно живешь с призраком в одной квартире — ошибиться невозможно.       Шэнь Юань просто не хочет обращать внимание сперва.       В первое утро после переезда он просыпается на диване в гостиной, его очки все еще на нем, неудобно впившись дужкой за ухом, а сам он свернулся вокруг подушки в руках. Но книга, за чтением которой он заснул, и его телефон, который в какой-то момент ночью точно ударился о пол — лежат аккуратно на чайном столике.       Может, он просто не помнит, как положил их туда. Кто может доверять своей памяти на сто процентов?       Поэтому Шэнь Юань встает, потирает ноющую шею и идет умываться. А потом берет телефон, смотрит на дату и пишет Цзю-гэ поздравление:

Юань-ди: [С удачной защитой докторской!]

      И отправляет еще минимум пять восторженных, хлопающих и пускающих конфетти стикеров в добавок, потому что Цзю-гэ все еще на него дуется. Просто потому что того они раздражают.

Цзю-гэ: [Паршивец. Я содрал и выбросил все оставленные в твоей комнате на стенах постеры.]

      Шэнь Юань закатывает глаза и качает головой.       Он уверен, что брат на самом деле сложил его постеры в коробку и запихнул ее в дальний темный угол кладовки, чтобы та пылилась и никогда их ему не отдать, но не выкинул. Как был уверен, что Шэнь Цзю получил свою докторскую степень, еще не услышав от брата подтверждение. Кто бы мог подумать еще несколько лет назад, что брат добровольно захочет обучать «детей»? Даже если его дисциплина напрямую связана с заклинательской деятельностью, ведь даже обычным людям стоит что-то знать о скрытом в тени.       К счастью, «сеет разумное, доброе, вечное» Цзю-гэ в другом университете, а не в том, возле которого поселился Юань.       И еще — у Шэнь Юаня все-таки прекрасная память, он прекрасно запомнил сегодняшнюю дату.

Юань-ди: [Давай, Цзю-гэ, пришли мне тоже радостный стикер!]

      Шэнь Цзю отправляет ему стикер шипящего кота. Да, что-то схожее между ними действительно есть.       Дальнейшие проявления второго жильца в квартире довольно банальны и предсказуемы. Все начинается с развевающихся штор, когда за окном нет ветра, и шагов, когда «гость» неудачно попадает на скрипящие половицы, которых в квартире оказывается слишком много. А еще трубы в ванной, как обнаруживается, старые, жутко скрежещущие и дрожат от напора воды, но все равно чертовски приятно иметь ванну, в которой можно полежать. Роскошь, так еще и в единоличном пользовании.       Потом появляется классика: меняющие иногда расположение предметы, как зубная щетка Шэнь Юаня, которую тот привык бросать на раковине, закрывающиеся-открывающиеся двери и окна.       Шэнь Юань чувствует, как по его затылку ползет электричество, когда на него смотрят.       Хотя он должен признать, что телекинезом его призрачный сожитель не злоупотребляет. Все знают, как это происходит в фильмах: вещи сдвигаются специально на глазах, или когда герой лишь на мгновение отворачивается в сторону, чтобы напугать и произвести эффект. Или привлечь внимание. Зависит от фильма.       «Гость» все делает, когда его точно не могут увидеть, Шэнь Юань просто действительно со временем не может не замечать изменения. Даже если он королева отрицания.       Или не замечать оседающую в его квартире чужую энергию. Некоторые призраки оставляют следы холодные и неприятные, но его «гость» наоборот — делает воздух более теплым, немного сухим, как вблизи костра, и иногда, совсем иногда отдающим нотками можжевельника.       Еще не единожды, когда Шэнь Юань засыпает в гостиной, его телефон оказывается спасен от пола и лежащим на столе. А телевизор выключенным, чтобы «не мешал спать».       Поэтому, да, игнорировать такое трудно…

Непревзойденный Огурец: [Я думаю, что, возможно, в моем доме есть призрак]

Самолет: [Думаешь? А как же эта твоя супер-мега-крутая сила, типа «ого, у тебя под кроватью живет хэньцзи, ты что, действительно, все еще боишься высовывать ноги из-под одеяла?», когда ты пришел ко мне домой впервые, а? Между прочим, я потом еще месяц не мог нормально спать, когда ты его вытащил и показал мне!]

Непревзойденный Огурец: [Я ведь на пенсии, как я могу быть уверен, есть у меня призрак или нет?]

Самолет: [Братан…]

      …игнорировать трудно, но Шэнь Юань старается.

***

      От лапши из коробочки еще идет пар, и кусочки морепродуктов выглядят мягкими и сочными — даже несмотря на то, что конкретно этот ресторан перебарщивает, заливая все соусом и маслом, — если бы эта самая лапша сейчас не валялась на полу, разлетевшись во все стороны и растекшись уродливым жирным пятном, потому что ее уронили с кухонной стойки.       Можно было бы предположить, что Шэнь Юань неудачно споткнулся, если бы он не отходил на пять минут, чтобы справить нужду и помыть руки после того, как принял свой поздний заказ от курьера.       Шэнь Юань скрещивает руки на груди и топает ногой.       — Если ты будешь выкидывать мою еду, я тебя изгоню!       Потому что кто еще это мог быть? И коробочка была перевернута слишком далеко от стола, где Юань ее оставил. Глухой тревожный «шмяк» Шэнь Юань услышал, когда выходил из ванной. Кое-кто испугался, что его застукают, поэтому просто испарился! Точно, так и было! Посмотрите на него!       — Что тебе сделала моя еда? Обидела твоего щенка при жизни?       Разумеется, теперь это нельзя есть. А еще большую боль Шэнь Юань ощущает, когда принимается убирать беспорядок. По изящно расписанному линолеуму в этой части комнаты приятно ходить босыми ногами, потому что его поверхность шероховатая, но убирать с нее что-то жирное УЖАСНО.       Какое УЖАСНОЕ непрактичное решение для кухни!       Шэнь Юань плачет почти не фигурально, горестно пыхтит и строчит смс-ки Шан Цинхуа, пока путешествует от раковины к полу и обратно раз десять.

Непревзойденный Огурец: [Как можно мягко изгнать призрака из своей квартиры?]

Самолет: [Брата-ан, еще раз: то, что ты «на пенсии» не значит, что ты не знаешь, как изгнать призрака! И почему ты спрашиваешь меня? Я что, успел стать признанным экспертом?]

Непревзойденный Огурец: [Точно нет, судя по тому, как ты прописываешь свой мир. Очень-очень редкие и крайне-крайне необычные цветы под каждым кустом не растут в реальном мире, так что ты скорее всего умрешь. Поздравляю]

Самолет: [Пусть твой призрак тебя сожрет]

Самолет: [Стоп. Ты сказал «мягко изгнать»? Ты что, не хочешь его ранить… или что?]

Самолет: [А этот твой Каспер-я-друг-людей точно не опасен? Мне стоит начинать беспокоиться?]

      Шэнь Юань последней отправляет в мусорку тряпку, потому что теперь ее, откровенно, проще выбросить, чем отстирать, и утомленно разминает спину. Запах чистящего средства еще до завтра будет стоять у него в носу.

Непревзойденный Огурец: [Не думаю, что он опасен]

      По крайней мере до сих пор Шэнь Юань не ощутил ничего тревожного, его ци постоянно мягко гудит на поверхности кожи и ощупывает окружение, даже во сне. Это привычка.

Непревзойденный Огурец: [Но он, кажется, не любит мою любимую службу доставки]

Непревзойденный Огурец: [Может, мне стоит немного беспокоиться за курьера в следующий раз?]

      В конце концов, покончив с уборкой беспорядка, Шэнь Юань бросает взгляд на часы и обреченно вздыхает. Почти час ночи. Ни одна доставка уже не привезет ему еду, а в круглосуточном в такое время — уже ничего хорошего не достать.       Есть еще, конечно, более дорогие — и, откровенно, более качественные — доставки, но даже спустя годы Шэнь Юань все еще предпочитает количество качеству. И не горит слишком тратиться на еду, бытовые мелочи или даже одежду. Если только на покупку веб-романов и иногда особо приглянувшегося фанатского мерча. Но это ведь поощрение авторов!       Так что в такой поздний час у него остается лишь один вариант…       Он вновь складывает руки на груди и постукивает кончиками пальцев по коже, посылая хмурый взгляд в сторону пустой гостиной.       — Доволен? Из-за тебя мне теперь придется готовить самому, — невообразимо кислым тоном, потому что живот урчит. В какой-то момент за эту пару недель Шэнь Юань приобрел привычку говорить со своим сожителем вслух.       Или вести монолог вслух.       Живот вновь издает голодный звук.       Видят Небеса, Шэнь Юань не любит готовить.       Поэтому сперва он решает сделать самое простое — заварить лапшу быстрого приготовления. Но за спиной со стола падает пульт от телевизора, и Шэнь Юань перемещает руку на коробку с овсяными хлопьями. Второго «возражения» не следует.       Может, у его невидимого визави проблемы не с доставкой?       «Голодных призраков» на самом деле не так уж мало, но чутье Шэнь Юаня все еще заставляет его чувствовать себя весьма комфортно, поэтому он отбрасывает идею, что его сожитель жаждет сожрать чью-нибудь душу, а не просто тарелку каши.       Закончив готовить себе порцию — просто залив кипятком, а потом добавив немного молока, да-да-да, — Шэнь Юань ставит вторую чашку на кухонный остров и демонстративно слегка подталкивает.       — Получилось слишком много. Раз уж это твоя вина, то ты и ешь, — он прикрывает рот рукавом и сохраняет невозмутимое лицо. — Между прочим, мой брат учил меня, что плохие мальчики не получают угощения, поэтому джем я добавлю лишь себе.       Вместо клубничного джема он поливает вторую порцию медом. Шэнь Юань его не любит, поэтому остается доволен.

***

      Во время следующего же косого ливня выясняется, что крышу залатали неудачно. Поэтому уже на кухне вода просачивается между деревянных балок на потолке.       На утро, когда Шэнь Юань это обнаруживает — дождь все еще идет и заполняет квартиру серо-белым монотонным шумом, — под капающей водой обнаруживается подставленная емкость.       Чашка с кашей — пуста, помыта и стоит на сушилке для посуды.