Цена жизни

Гнетущая атмосфера давила физически, хотелось покинуть это место как можно скорее. Но никто не двигался. Не осмеливались, а может уже привыкли. Никто не мог предположить, что в голове у другого. Мафия. Можно ли так их называть? Наверняка. Сколько лет эта организация уже существует? Никто точно не знал. Всех находящихся в этой огромной комнате нельзя было назвать людьми. Все они уже давно потеряли свою человечность. Вступая в такие организации, ты машинально отказываешься от неё. Иначе тебе не жить. Собственное милосердие в этой среде в конечном счёте тебя и убьёт. Многие тут оказались не по собственной воле, но в итоге по ней же и оставались. Это как болото, если затянет, то ты уже никогда не выберешься. Семья, друзья, нормальная жизнь — ничего из этого тебя уже не будет волновать. Только ты, грязные деньги, оружие, да наркотики. И плевать, что завтра может уже и не наступить. Акацуки — являлись самой крупной преступной организацией в Японии. Продажа наркотиков, оружия, наёмные убийцы, отмывание денег — все твои капризы за твои же деньги. Вот только после смены босса она начала сдавать свои позиции. Янус — так звали предыдущего босса, что в переводе обозначало двуликий бог. Никто не видел его настоящего лица, могли только представлять и строить догадки. Однако это не мешало сеять ужас в душах окружающих. Недовольных было много. Желание свергнуть нового босса возрастало с каждым днём. Люди тут делились на несколько рангов: босс, его правая рука, руководители, что также могли приказывать и мелкие сошки, выполняющие самую грязную работу.  — Мы столько лет не собирались. Так что же послужило срочному совещанию? — первым заговорил Сасори, устав от образовавшегося молчания. Все руководители стояли поодаль друг от друга в один ряд. Позади них наготове, в случае чего, находились их подчинённые. Единственным, кто сидел, был новоиспечённый босс. В организации его называли Пейном. Справа от него стояла с виду миловидная девушка, являющаяся на самом деле одной из опаснейших персон. Подпирая подбородок о правый кулак, тот скучающим видом оценивал окружающих.  — Алё? Нам отвечать кто-нибудь будет? — вспылил Дейдара — самый молодой руководитель.   — Вас созвал не я, — выдохнул Пейн.   — Тогда кто?  — Вы здесь по моей воле, — звонкий стук каблуков, раздавшийся из коридора, постепенно привлек общее внимание. Он обвёл взглядом помещение, заняв место подле руководителей. Точнее перед ними. Поприветствовав Пейна, тот повернулся спиной к нему.       — Как это понимать? Что здесь делает правая рука предыдущего босса? — наклонившись поближе к Пейну, спросила Конан. Ответа она не получила. Все его внимание было приковано к нему.       — Я отвечу на твой вопрос, Конан, — чуть повернул голову бывший заместитель. — Видишь ли, я недоволен нынешним результатом.       — У тебя нет права на что-либо. Твой босс оставил организацию мне. Тебе бы уже свыкнуться с этим, — размеренно и спокойно выдал Пейн. — Или ты до сих пор греешь надежду на его возвращение?       — Грею надежду? — склонив голову набок, усмехнулся тот. — Нам не знакомо слово «надежда». Тебе ли не знать об этом? Никто не смел прерывать диалог. Пейн был жестоким человеком, но всем было известно, что правая рука предыдущего босса была ещё безжалостнее и хитрее. Он мог найти любые лазейки даже с виду из безысходных ситуаций. Его ум и проницательность не знали границ. Поэтому его прозвали Гермес. Янус и Гермес сеяли страх, но именно с ними организация процвела и стала неуязвимой. Это знал, да признавал и сам Пейн.       — Почему ты созвал всех сюда? — встрял Сасори, поёжившись от одного лишь взгляда переведённого на него.       — Пора свергнуть никудышного босса, — достав пистолет со спины, тот мгновенно направил его прямо в голову Пейна. Но стрелять пока не собирался. Он ещё не насладился представлением. Конан сразу же встала перед ним, также вынув своё оружие, прицелившись в сердце Гермеса. Что уж там. Все находящиеся прицелились в него.       — Отойди, Конан, — нечитаемым тоном выдал Пейн. На обеспокоенный взгляд лишь устало выдохнул. — Повторять не стану. — Ей это и не требовалось. Склонив голову, та всё же повиновалась и отошла в сторону. Однако пистолет опускать не стала.       — Я всегда думал, что ты умный человек, — тот изволил встать со своего места и теперь направлялся прямиком к Гермесу. — Но, что я вижу? Тебе не выйти отсюда живым. Даже если убьёшь меня. — Говорил Пейн ни громким, ни тихим голосом, но чрезвычайно уветливым и магнетическим. — Особенно если убьёшь меня, — с нажимом повторил свои слова. Гермес не двинулся. Как казалось, ни единая мышца на его лице не дрогнула. Даже тогда, когда Пейн схватил за ствол его пистолета и приставил к своей груди.       — Пейн! — сзади послышался истошный крик Конан.       — Давай же, стреляй! — не обращая внимания на девушку, зарычал рыжеволосый. — И умри подле меня, как верная своему боссу шавка! Его слова вызвали приступ истеричного смеха. Тот едва продержался, дабы навзничь не плюхнуться на пол. Однако пистолет от его груди он не убрал.       — Ты слишком самоуверен для такого труса, — едва смех прекратился, заговорил тот. — Ты и вправду думаешь, что я пришёл сюда без единого плана? Стоило только заговорить об этом, как многие поменяли дуло пистолета на противоположного от себя человека. И не важно, ели ли они вместе час назад или считались друзьями, выполняя вместе опасные задания, доверяя друг другу свои жизни. В один момент они стали врагами, готовыми разорвать глотки друг друга, лишь бы самим остаться в живых. Такова реальность в их жизни. И никакого завтра больше не будет. Руководители также не остались в стороне. Те, кто выбрал сторону Гермеса, стали рьяно его защищать. Если не приостановить происходящее, то ангар превратится в поле боя, в безжалостную мясорубку, не оставляя никому шанса на выживание.       — Смешно, — усмехнулся тот, видя как хаотично бегают глаза Пейна, как незаметная паника окутывает его. А потом видит в его глазах разочарование и прекрасно понимает причину. Та малая частица, что осталась с ним, стали опускать оружие на пол, предавая его окончательно. Может кому-то стало бы его жаль, но не Гермесу. В этой среде, если ты слаб, тебе не выжить. — Как говорится, каков босс, таковы и его подчинённые.       — Я не позволю тебе этого сделать! — прокричала Конан, услышав, как тихим щелчком предохранитель был снят. Подошла ближе к ним, чтобы было удобнее пристрелить того и защитить любимого. — Я не задумываясь размажу твои мозги об этот грязный пол!       — Конан, хватит, — устало выдохнул Пейн, хоть мельком не удосужившись посмотреть на неё. Его взгляд был прикован практически полностью на прикрытое лицо Гермеса. Пейну необязательно было изучать его, глаза многое говорили за него. — Пощади её.       — Это твое последнее желание?       — Да. Пейна оглушает громким одиночным выстрелом. Слышит, как валится позади находящееся тело и как оно ударяется о твёрдую поверхность. Все происходит, словно в замедленной съёмке. Не успевает понять, когда Гермес успел поменять траекторию прицела с его груди на позади стоящую Конан. Повернуться не хотелось. Было страшно видеть эту картину. Но поборов самого себя, всё же повернулся и кинулся к мёртвому телу любимой. Забыв, где находится. Забыв, что позорится пуще прежнего. Плевать. Сейчас не до этого. Сейчас лишь бы притронуться к ней. Обнять. Месть будет потом. Сейчас главное почувствовать её теплоту. И она была действительно тёплой, и было плевать, что это из-за хлынувшей из её груди крови. Его руки полностью окрасились в бордовый цвет её крови.       — Конан… Ответь… — тихим, умоляющим голосом прошептал Пейн. — Ну же… Кивком указав всем на выход, Гермес подошёл вплотную к скорчившемуся над телом девушки Пейну и присел на корточки, наблюдая за этой сценой с полной апатией и без чувств. Жестоко. Безжалостно. Бесчеловечно.       — Я пощадил её, — призывая к вниманию рыжеволосого, заговорил тот. — Без тебя она бы не жила и вовсе. Я подарил ей свободу, о которой она всегда мечтала.       — Заткнись.       — Знаешь почему меня называют Гермесом? — пока тому не было до этого никакого дела, Гермес взял оружие из-под её рук. — Гермес считался посланником богов и проводником душ умерших. Убив её, я сопроводил её душу в мир иной.       — Заткнись уже, — отчеканил Пейн, окончательно придя в себя. Апатия прошла. Однако вместо неё пришла неимоверная злость. Желание отомстить возрастало с каждой миллисекундой. — Если хочешь избавиться от меня, сделай это сейчас. Потом уже не наступит.       — Как хочешь, — нечитаемым тоном проговорил тот, вставая на ноги, направил пистолет в его голову. Прозвучавший выстрел эхом отразился от стен опустевшего ангара. Пейн смотрел уничтожающим взглядом до последнего вздоха.       — Однако… — кидая пистолет на пол чуть поодаль от них, Гермес достал из кармана куртки пачку сигарет. Вынув оттуда одну, зажав между указательным и средним пальцем, охватив губами, зажёг её и затянулся, после выдохнул едкий дым. — Сопровождал он души в подземное царство Аида. Так сказать в ад. Идеальное местечко для таких, как мы, не находишь? Ответа он не ждал. Оглушительная тишина вовсе не давила. Стоило бы о многом задуматься. Правильно ли он поступил? Крохотные останки жалости в сердце вопили, пытались привлечь внимание. Вопили даже зная, что останутся без ответа. Слабые люди не выживают в этой среде. Это твердили ему с самого начала. Он ненавидел эту фразу. До сих пор ненавидит. Но всячески использует его, невзирая на собственную ненависть. Пока по его приказу лили бензин во всём ангаре, тот успел докурить сигарету. Подойдя к остальным у входа в ангар, гордо приподняв голову, проговорил:       — С сегодняшнего дня вашим боссом являюсь я. Если у вас есть ко мне претензии, озвучьте их сейчас, потом вас ждёт то же самое, — поставленный ультиматум не оставлял выбора. Никто бы не осмелился вымолвить хоть слово. — Прекрасно. Я жду от вас чёткого исполнения приказов.       — Есть! — хором прокричали все, склонив голову в знак уважения.       — Босс, всё готово. Можете поджигать, — послышался голос позади. Достав металлическую зажигалку, раздался резкий щелчок, и маленькое пламя бензиновой зажигалки отразилось в его глазах. Стоило такому крохотному огоньку соприкоснуться с лужей на земле, спустя время яркие языки пламени охватывают весь ангар.

***

      — Скорее! Мы должны быть на месте преступления первее всех, — отчеканил Хатаке и выбежал из кабинета. Никто толком и не понял, что произошло только что, но медлить не стал. Выйдя из кабинета уже после Хатаке, спешно забрали свои куртки и выдвинулись в автостоянку. Их команда была маленькой, поэтому машины Какаши и Саске были более чем достаточны. К Хатаке сели Киба и Сай, а к Саске — Наруто с Шикамару. Никогда машина не заводилась так медленно. У Макио же был ещё выходной.       — Можете объяснить к чему такая спешка? — не выдержал первым Наруто. — Как я понял, был пожар. А чаще всего после пожара практически ничего не остаётся.       — По моим данным это был один из бывших складов Акацуки. — Подал голос сидевший на заднем сидении Шикамару. — А базы Акацуки так просто не загораются.       — Но к чему такая спешка? — повторился тот. — Огонь там такой, что до вечера будут тушить.       — Этого я уже не знаю, — развел плечами Нара.       — А ты что думаешь? — переведя свой взгляд на Саске, спросил блондин.       — Скорее всего Какаши просто хочет быть первее ФБР и взять это дело себе. Акацуки давно о себе не давали знать. Это прекрасная возможность, — легко маневрируя на дороге, ответил Учиха. — А так согласен. После пожара всегда остаётся очень мало улик. На оцеплённом месте преступления группу Хатаке встретили команда криминалистов, отряд пожарных и толпа назойливых журналистов, которые каким-то образом уже успели добраться сюда раньше детективов. Несмотря на то, что с момента поджога прошло относительно мало времени, суматоха вокруг была огромной. Точно так же, как и режущий ноздри запах гари. Пожар был настолько сильным, что пожарные с трудом справлялись с ним. Выйдя из машины вместе с остальными, мерцающий свет мигалок буквально ослепил. Последовав за Какаши, ребята стали ждать новых приказаний. Бегло осмотрев подчиненных, капитан приступил к раздаче указаний:       — По телефону мне толком ничего не объяснили, поэтому наша нынешняя задача — сбор информации. Пока пожарные занимаются своей работой, вы займётесь своей. Обыщите каждый уголок, каждый камень, допросите всевозможных свидетелей, нам важна любая зацепка. Я тем временем поговорю с криминалистами. Журналистов смело игнорируйте. Поняли меня?       — Да, капитан! — хором отозвались ребята.       — Тогда за работу! Как по команде детективы разбрелись в разные стороны. Практически сразу все разделились, так как продуктивнее было изучать местность по отдельности. Детектив горько поджал губы и выпрямился. Ничего существенного найти не удавалось. Акацуки знали где и как нужно вести переговоры, не оставляя улик. Запах гари всё ещё витал в воздухе, почти не оставляя улик. В поисках хоть чего-то, спустя некоторое время Наруто наткнулся на Учиху. По его недовольной физиономии стало понятно, что дела у него были аналогичны.       — Ты что-то нашел? — подойдя поближе, всё же рискнул спросить блондин.       — Нет, ничего. А у тебя? — Отрицательный кивок стал ему ответом. — Чёрт. Было чертовски обидно. Первый признак возвращения Акацуки, но ни единой улики. Не хотелось признавать, но Учиха был рад их возвращению чисто с профессиональной стороны. Если бы они так и продолжили скрываться без улик, их никогда больше не смогли бы поймать. Этого Саске хотел бы избежать в первую очередь. Неимоверное количество смертей за их спинами, зависимых от наркотиков или просто морально убитых людей и близко не сосчитать. Акацуки без зазрения совести продавали наркотики, продавали людям смерть за огромные деньги. А после на них же покупали оружие. Бесконечно тянущаяся цепочка смерти. Этот пожар был знаком. Предупреждением чего-то нового. Чего-то очень опасного.       — Думаешь это только начало? — голос Наруто вернул его в реальность. Будто читал его собственные мысли.       — Да. Это было предупреждением.       — Каким ещё?       — Как раньше больше не будет. Это уж точно. Мурашки от осознания происходящего прошлись по спине. Во что он ввязался? Акацуки уже никакие не шутки. Расследование этого дела может закончиться собственной смертью. Этого ли он хотел? Наруто не понимал самого себя. Он же пришел мстить за убийство любимой. Так почему стало так страшно?       — Может, потому что ты законченный трус? — внезапный голос в голове насторожил. Это и есть собственное подсознание? А может быть, настоящий он?       — Я не трус, — горько усмехнулся он. Осознание того, что разговаривает сам с собой накрыло только сейчас.       — Не веря в самого себя, пытаешься доказать собственную правоту? Смешно. — Наруто мог поклясться, что услышал едкую усмешку в этом голосе. Неужели это настоящий он? Почему в нём столько желчи и неприязни? А может это тот самый Демон из мультфильмов, который сажался на плечо и направлял человека на грешный путь. Наруто успокаивал себя как мог.       — Можешь сколько угодно лить свою желчь, мне плевать. Я не откажусь от этого дела. Я сам её и раскрою. Вот увидишь!  — ответа не последовало. Блондин, однако, в этом не нуждался. Он дал самому себе обещание сделать это.       — Ты чего застыл? — Саске, видя, как Наруто с минуту пилил взглядом чуть поодаль находящийся контейнер, насторожился. — Ты в порядке?       — Да, всё хорошо, — встряхнув голову, тот прошёлся рукой по блондинистым волосам и вернул взгляд обратно на брюнета. — Пойдем поищем ещё чего-нибудь? Может повезёт. Каждый из них был занят поиском хоть чего-нибудь полезного. Однако помимо этого Наруто параллельно размышлял и про дальнейшее развитие их общения. После их состоявшегося разговора прошло два дня, и Учиха старательно избегал его. Причину Наруто не мог понять. Хотелось спросить об этом, но скорее всего ответа на собственный вопрос он уже знал. За всё время их общения, примерно месяц, Наруто более или менее понимал цепочку мышления Саске. Однако язык чесался спросить, узнать причину от самого Саске и не накручивать себя пуще прежнего.       — Наконец-то мы остались наедине, — решил начать диалог сдалека.       — К чему ты клонишь? — продолжая искать глазами всевозможные улики, спросил Учиха.       — Ты же избегал меня эти пару дней. — Ну как сдалека… Это было прямое попадание.       — Что? — нахмурился брюнет. — Я был занят работой. Тебе, кстати, советую тоже заняться делом.       — Конечно. Был занят работой, — хмыкнув, Наруто издевательски повторил его фразу. — Учту. Что и следовало ожидать. Однако Наруто был рад и такому ответу. Ведь это означало, что понимать Саске не так уж и сложно, но и считать его открытой книгой верх глупости. Саске подобен розе: изумителен и раскошен, однако, приятен лишь для глаз. Стоит только притронуться к этой красоте, поранишься о шипы, что окутали его с ног до головы. Как бы нежен ты с ним не был, шипы неосознанно, нехотя будут ранить тебя. Такова была защитная реакция у Саске: атаковать.       — Что ты хочешь, Наруто? — устало выдохнул Саске. Он понимал, что рано или поздно разговора было бы не избежать. Так пусть это будет здесь и сейчас. Пусть здесь всё и закончится. И должен был признать хотя бы себе, что он и вправду всё время избегал Наруто, ссылаясь на работу. Причину пока что не мог разобрать. Быть может, этот разговор и вправду поможет им разобраться в себе.       — Всего лишь понять тебя, — подходя ближе, прошептал тот. — Хотя, кажется, уже понемногу понимаю.       — И что же ты понимаешь? — едкая усмешка слетела с его губ.       — Ты избегаешь близких связей. Неужели близость так пугает тебя? — усмешка испарилась мгновенно, брюнет нашёл причину своего побега: страх связаться с кем-то ещё.       — Если ни с кем не близок, никто не предаст и не сделает тебе больно, — отчеканил брюнет.       — Однако, — хоть Саске и был выше Наруто, Узумаки явно смотрел на него свысока. Неимоверно раздражает. — Так ты никогда не забудешь об одиночестве.       — Человек всегда одинок, Наруто. Он не может полностью избавиться от одиночества, но может забыть о нём, привыкнуть к нему, — Саске видел как постепенно менялся взгляд Наруто. Уверенность отпадала с каждым произнесённым словом. Неужели думал, что раскусил его мышление? Как наивно. — В этом человек находит силы жить.       — Определённо не в этом, — отрицательно кивает головой Узумаки и тычет указательным пальцем в грудь Саске. Опустив голову, Саске хмурится. — Что ты…       — Человек всегда носит боль в своём сердце, — прервал его Наруто. — Сердце его болит, поэтому вся жизнь для него боль.       — Не болит его сердце! Оно уже привыкло, — разозлился про себя Саске. Глупые стереотипы. Почему человеку обязательно нужен другой человек? Он вполне может справиться со всем и один. Со всем можно справиться в одиночку. Просто люди не пытаются, наивно полагая, что без других не справятся. Глупости. Нет ничего невозможного. Просто никто и не пытался.       — А ты? — лучшая защита это нападение. Саске всегда обожал эту фразу. — Чего же боишься ты? Хотя, дай угадаю, — брюнет пятится назад и делает вид, что увлечённо думает о чём-то важном и усмехается, когда приходит время ответа. — Ты ведь боишься остаться в одиночестве, не так ли?       — Нет… это не так, — заикается тот. Душа Учихи ликует так сильно, будто весь вечер играл в дартс, и все мишени попадали в яблочко.       — Чтобы быть счастливым тебе нужна значимость. Ты хочешь что-то значить, хочешь быть полезным, чтобы привлечь внимание окружающих, — не останавливался Саске.       — Заткнись, — тихо прошипел Наруто, сжав напряжённо руки в кулаки. Сравнение с розой оказалось идеальным. Слова Саске кололи хуже шипов.       — Вот почему ты пришёл в полицию. Помнишь, я спросил о том, любишь ли ты Хинату до сих пор или нет. Ты не нашёл тогда ответа, но накидал несколько вариантов. Вот он твой ответ, Наруто! Не твоя любовь или стремление к справедливости.       — Заткнись!       — Ответом тебе будет твоё стремление быть значимым, — выплюнул Саске.       — Я же сказал заткнуться! — агрессия вмиг выходит из-под контроля. Он бьёт Саске по лицу, совсем забыв о том, что они на задании и что сейчас вовсе не время. Саске едва удерживает себя на ногах. А едкая усмешка, озарившая его губы, выводит на эмоции ещё больше. Блондин только хочет наброситься на него и избить до смерти, как замечает, что Саске вовсе не смотрит на него, взирает на что-то позади находящееся. Повернувшись, Наруто ищет глазами то, на что Саске не отводил взгляда. Брови заметно поднимаются от изумления, и весь гнев уходит на нет. На дорожном фонаре находилась камера видеонаблюдения. Хоть камера находилась не так уж и близко от ангара, не меняет факта, что хоть кто-то мог бы попасться в неё.       — Пошли уже! Если здесь камера, значит и есть будка с наблюдателем, — переходя на бег, выдает Саске. Повторять дважды не было нужды, Наруто последовал за ним практически сразу. Долго, однако, искать не пришлось. За поворотом той же дороги их взору предстала маленькая, каменная будка. Отдышавшись, Саске мельком взглянул на Наруто, удостоверившись, что тот в порядке, достал пистолет из кобуры (на всякий случай) и медленно толкнул дверь.       — Чёрт! Представшая картина отнюдь не радовала. Мужчина, на вид около пятидесяти, лежал на полу в собственной луже крови, словно туша в мясной лавке.       — Позови на помощь! Быстро! — приказал Саске и, не дожидаясь ухода Наруто, вошел внутрь. Сейчас единственное, что их волновало — труп невиновного человека. Недавняя ссора стёрлась вместе с переживаниями об этом старике. Будка была довольно маленькой, поэтому Саске каждый свой шаг делал с предельной осторожностью, боясь наступить на лужу крови незнакомца. Присев на корточки около головы, Саске постарался прощупать пульс на шее. Безрезультатно. Чертыхнувшись про себя, Саске поднял взгляд на рядом стоящий стол и увиденное ничуть не обрадовало. Вся техника была прострелена. Робкая надежда теплилась внутри, что они смогут восстановить видеоматериалы. Терять такую зацепку они попросту не могли.

***

      — Ожидаемо, что многого мы не смогли отыскать, — начал Какаши, продолжая перебирать какие-то бумаги. — Однако полученная информация тоже важна. Практически каждый с замиранием сердца ждал результатов сегодняшней поездки. Поджог ангара, убийство свидетеля, уничтожение улик — огромное и трудоёмкое дело. Не успели отдохнуть от одного дела, сразу же всплыло новое. На совещании присутствовала даже Макио, которая, невзирая на прямой приказ оставаться дома, пришла на работу, не желая упускать ни единой информации.       — Начнем с доклада пожарных: они сообщают, что пожар стал следствием поджога бензином, то есть можем смело уверять, что данный инцидент был ничем иным, как подстроенным поджогом. Свою речь Какаши прервал лишь на момент, когда в кабинет зашла Цунаде, извинившись за опоздание. Тем временем Хатаке обошёл стол и, нагнувшись к компьютеру, с помощью клавиатуры вывел изображение на экран. Тот пролистал несколько слайдов, параллельно комментируя:       — В ангаре нашли два трупа, точнее останки. — Зрелище, однако, не из самых приятных. — Скорее всего их убили ещё до пожара и с его же помощью попытались скрыть улики.       — Кажется, у них это получилось, — уныло процедил Киба, внимательно рассматривая фотографии. Ужасная смерть.       — Не совсем, — отрицательно мотнул головой капитан и поменял слайд. Взору предстали фотографии уже от криминалистов. — Как сообщают криминалисты, следов обуви было немало, а это значит, что в ангаре проводилось некое собрание, вследствие чего и произошёл некий конфликт.       — А возможен ли вариант, что у них теперь новый босс? — задумчиво потирая подбородок, высказался Шикамару. Наруто не переставал восхищаться его дедуктивным умозаключениям. Он никогда бы не предположил такой вариант.       — Хорошая мысль, Нара, — подметил Какаши. — Молодец. Скорее всего так и есть. Ведь долгое время Акацуки не давали о себе знать.       — Скорее всего его люди были недовольны нынешним результатом и прибегли к таким мерам, — прокомментировал Сай.       — Вы не правы, — встрял Саске. — Будь это восстанием, погибло бы намного больше людей.       — Согласна, — поддакнула Макио. Этот спор, кажется, заходил в тупик.       — Нам не важна сейчас причина, — предотвратила только начавшийся спор своим грубым голосом Цунаде. — Нам важны последствия. Поэтому замолчите и слушайте дальше своего капитана.       — Как и говорил ранее, было много людей, — прокашлявшись, продолжил тот. — Остались следы обуви и колёс машин. Но по ним, к сожалению, мы определить ничего не сможем. Их слишком много. Больше, как таковых улик не наблюдалось. Кроме одной, — сделал паузу на выдохе. — Самой важной. Наруто и Саске переглянулись. Их находка была равносильна золоту. Однако лишь спустя время они узнают: золото это или всего лишь грязь.       — Дзиро Танака, шестьдесят три года, около двадцати лет работал местным охранником. Был убит от огнестрельного ранения в грудь. Стреляли несколько раз, — слайд поменялся на фотографии место преступления. — Компьютер и диски были также прострелены, но есть шанс на их восстановления. За это всецело взялась ФБР. Нам лишь стоит ждать.       — То есть сейчас мы будем сидеть сложа руки? — возмущённо спросил Наруто. Одно из самых нелюбимых вещей.       — Пока не будет новой информации, то да, — ответил Какаши и не успел договорить, как его прервал очередной вопрос. На этот раз говорил Саске.       — А что, если его не смогут восстановить?       — Если дадите договорить, узнаете, — устало выдохнул тот. — Мы попробуем найти другие камеры, однако, вряд ли это что-то даст.

***

После тяжёлого рабочего дня ребята всё же решили пойти в бар и чуть расслабиться. Они ведь даже не успели отметить прошлую поимку крупного преступника. Учиха же ушёл домой, даже не попрощавшись. Наруто было стыдно за своё поведение. Он наговорил ему много лишнего, в добавок ещё и ударил. Хоть отчасти считал, что тот заслужил. Однако он понимал, что Саске пытался лишь защитить себя, что означало, Наруто действительно оскорбил и обидел его. Обстановка была чуть напряжённой вначале, но стоило опустошить одну бутылку саке, ребята постепенно расслабились. Наруто с Макио любили выпивать в академические годы, однако, ни один из них не мог представить, что выпивать в компании друзей-коллег может быть настолько увлекательно. Смешные и нелепые шутки, разговоры о бытовых проблемах, обычные пьяные споры о политике — всё это неимоверно грело душу и не давало чувствовать себя одиноко. Да, Саске однозначно был прав. Наруто всегда боялся одиночества, хоть всегда и был одинок. Ему всегда было страшно, с самого детства. Он рос в разных приютах, ведь родители рано погибли, а родственников у него не было. Он не согласен с Саске. К одиночеству невозможно привыкнуть, по крайней мере, у него это не получилось. А сейчас он заливисто смеётся, когда Киба, перебрав с алкоголем, начинает запевать песню и просит у официанта гитару, а Шикамару бросает в него орешки и умоляет угомониться. Наруто и вправду комфортно, когда смотрит на выпившую Макио, что присоединяется к Кибе и поёт во весь голос. Он думал, здесь рассядутся взрослые сосредоточенные мужчины и те будут обсуждать строго работу, а видит перед собой забавных весельчаков, некоторые из которых в душе ещё совсем дети. Максимально комфортно становится тогда, когда он уже сам подпевает песню, которую слышит впервые в жизни.

***

В квартире было холодно. Как бы Саске не пытался заснуть, мысли в голове никак не собирались утихать, наоборот, становились всё громче и громче. Ёрзая в постели, он отчаянно пытался найти удобную позу для сна. "Ты избегаешь близких связей. Неужели близость так пугает тебя?" Учиха стискивает зубы, да так сильно, что становится видно, как движутся его челюсти, сжимает одеяло до боли, до хруста костей и гневно кидает прочь. Сев на край кровати, трёт лицо ладонями и пытается успокоиться, задушить свой гнев. Как бы Саске не пытался отрицать, глубоко в сердце понимал, слова Наруто до безумия ранили. Ранило больше всего то, что они казались правдой. Как бы он не отрицал, сердце ныло от боли. Тупая боль, к которой ты постепенно привыкаешь, воспринимая как должное. В тишине раздался громкий стук двери. От неожиданности брюнет вздрогнул и раздражённо взглянул на часы. Они показывали час ночи. Мысленно ругая человека за дверью, Саске пошел открывать её лишь для того, чтобы послать того куда подальше. И какого же было его удивление, когда за дверью оказался никто иной, как Наруто Узумаки собственной персоной.       — Что за…       — Приве-е-е-е-т, — глупо посмеивался Наруто, едва удерживая себя на ногах.       — Что ты тут забыл?! — гневно цедит сквозь зубы Саске. Терпение его уже подходило к концу. В его жизни не хватало только пьяного Наруто на пороге его дома. Как он вообще узнал, где он живет?       — Я хотел… — блондин хочет сделать шаг вперёд, но ноги его подводят и тот падает. Учиха успевает схватить его за плечи и не даёт упасть. — Я хотел лишь извиниться.