моя боль умещается в твоей замерзшей ладони

— а если мы его не найдем. — найдем. — а если… — кан тэхен, — прислоняет его к стенке бомгю, смотря злобным взглядом. у того ни шанса выбраться. — мы его найдем, ты понимаешь? я тебе обещаю, мы… — как ты можешь обещать независящие от тебя вещи? — дрожащим голосом произносит, чхве неловко в голове его с котенком маленьким и испуганным сравнивает. руки опускает и шаг назад делает, чтобы более спокойную обстановку создать. — это из-за меня… он пропал из-за меня, я слишком мало общался и… — не думай, — просит или же слишком умоляет. — если ты будешь поддаваться истерике, то ничего не изменится. — у меня друг пропал, какое спокойствие, бомгю? — отталкивает его и старается пойти вперед. — зря я тебе звонил, сам поищу, иди домой, — гю берет за руку и к себе тянет резко. — ты чушь не неси, я никуда не уйду. — тычет в лоб. — прости, ладно? я веду себя эгоистично, просто… просто если ты будешь на эмоциях, то мы очень долго будем искать, тем более мы ищем не одни. все будет хорошо, слышишь? он цел и невредим, — притягивает к себе и обнимает так крепко, что силы кончаются. тэхен, кажется, даже не против, в этих объятиях хотел бы раствориться. — из-за слезок не сможешь ничего увидеть и найти, так что не плачь, хорошо? я рядом, мы побьем кого-угодно, если нужно будет. — нужно будет? — еще больше дрожит тэхен. бомгю про себя тысячу мата произносит, кто его тянет за его корявый язык вообще? — не нужно будет, я просто дебил. — самокритично, — тянет грустную улыбку тэхен, гю победно вздыхает. — еще как, на что ради любви не пойдешь. — ты опять? — я снова! — отстраняется наконец, проверяя очередные места в телефоне. — пошли быстрей, я могу тебя потом еще пообнимать, если тебе так понравилось. — если бы не мое волнение за кая, то я бы тебя избил прямо здесь. — так страшно, кан тэхен… ты прям монстр, в курсе? бомгю проверяет очередное место, до которого они доходят. это обычное кафе, где кай, видимо, часто зависал. оно уже закрылось, часы посещения вышли и свет выключен — очевидно, что никакой хюнин кай здесь и не наблюдается. гю кусает губу и смотрит следующее место, куда они и направляются. — но ведь правда… — начинает тихо тэхен, иногда жмурясь подавлено. — тебе ведь правда страшно. — от мысли про избиение? от твоих милых ручек? я практически в восторге, тэ… — нет, — перебивает тот и останавливается. — прости, что я позвал тебя, ты ведь боишься темноты, я совсем не подумал о том, что… взгляд бомгю с шутливого быстро меняется на серьезный, так что он прикрывает глаза. в принципе, это бессмысленно — темно и с закрытыми, и с открытыми глазами. страшно? да, наверное, но у тэхена при потере кая страх намного больше, так что чхве может и потерпеть. — мы почти дошли, этот парк же тут, да? — сменяет тему, правда, не особо ловко. кан лишь выдыхает грустно, глазами по парку бегая. где ты, хюнин? пожалуйста, просто отзовись. *** кай рассказывает двум парням о своих переживаниях, изливает душу, потому что понимает, что держаться наплаву и дальше вот так не может. эти мысли давят на него, они уже расползаются по всему телу, душат горло в ком похуже снежного, сердце заставляют дышать быстрее, кажется, раз аж в пять. он рассказывает о своей никчемности, о бесталанности и бесхребетности. рассказывает о том, что завидует каждому из своих знакомых и друзей, рассказывает даже о том, что покончил бы со всем, если бы не два близких человека. — вы же не расскажете тэхену об этом всем? — в конце концов спрашивает кай все еще со слезами на глазах. рассказывать оказалось еще сложнее, чем просто о таком думать. енджун подходит к каю ближе, заключая того в объятия посильнее. гладит по спине успокаивающе, шепча что-то бесконечно хорошее. — мы мало знакомы, но я всегда считал тебя отличным человеком, кай. ты сказал, что считаешь крутым меня, но ты, наверное, в зеркало не смотрел? ты намного меня круче, разве не так? — улыбается еле явно, на что хюнин не может улыбнуться в ответ. — если бы ты был таким никчемным и ненужным, думаешь, четыре твоих друга стали бы голову ломать и ночью по округе бегать? — к слову о других двух, — начинает субин. — ты не думаешь, что им нужно написать, что мы его нашли? — точно, — опешил енджун и сразу же взялся за телефон, кай поднял голову в вопросе. — бомгю и тэхен тоже ищут тебя, дурилка. — тэхен… он все-таки думал обо мне… а я подумал, что… — дурак что ли? — тычет джун в лоб, наблюдая с удивленным взглядом. — да он так в трубку о твоей пропаже рыдал, что я думал, что ты уже в земле похоронен. — енджун, — сообщает субин о том, что тот перебарщивает, ведь кай снова утыкается в колени и начинает плакать. — он несет чушь, но тэхен — твой лучший друг, конечно, он напугался. — я идиот, — мямлил хюнин у себя в коленях, прежде чем сопливую голову поднять. — он меня никогда не простит… — еще бы, — слышится голос сзади, все узнают голос кана сразу же. тот обнимает лучшего друга со спины крепко. — ты такой придурок, кай, но я так рад, что ты в порядке…