всё, что мне надо

***

быть причиной добрых перемен.

      Арс ерошит тёмные волосы голубоглазого мальчишки, поправляет на нём футболку и хлопает по плечу, когда тот убегает за своими друзьями вдоль коридора. — Не мешайся в проходе, — ворчит Шаст, — я же сказал тебе крабовые палочки нарезать, ну Арс! — Не нервничай, — короткий поцелуй в самый уголок губ, — а то злой Дедушка Мороз тебя накажет. — Ой, блять, — он аккуратно завязывает на талии фартук с рецептом солянки, морщит нос, когда его снова целуют, и убегает на кухню сам, чуть не сбив с ног бедного Ярика. Оксана, Рита и Ира встречают Шастуна на кухне очень красноречивым взглядом, означающем что-то вроде «ну наконец-то, блять», дают бедному парню лёгкий подзатыльник и всучивают в руки нож и разделочную доску. Антон присаживается на стул, раскладывает на столе все необходимые ингредиенты для оливье и включается в беседу девушек о каком-то недавно вышедшем фильме. На пороге появляется замученная Яна, которая сдувает со лба прядь светлых волос и ставит руки в боки. — Ну нахер, честно сказать, этих ваших детей! — Ян! — прикрикивает Ира, но тем не менее улыбается. — Ну мам! Я в няньки не нанималась. Так просто получилось, что я раньше всех родилась. Я может тоже не сессию сдавать хочу, а ныть о дробях по математике. Какой это класс? Пятый? Шестой? — Кузнецова, не спрашивая, садится на пол рядом со стулом Шаста и привычно кладёт голову ему на колени. — Пятый, — подхватывает вошедшая Соня, — Яр не от мира сего, я клянусь. — Лёша! — Оксана вытирает руки полотенцем, закидывает его на плечо и широким шагом покидает кухню, явно намереваясь нашептать пару ласковых мужу за то, что тот вообще не контролирует поведение сына. Антон вспоминает, что его мама в детстве делала так же, и невольно сжимается. — Антон, я не могу так больше, — разочарованно выдыхает Яна, разглядывая его из-под длинных ресниц. — Такова твоя учесть, странник, — он пожимает плечами, переводя взгляд на крабовые палочки, которые, вообще-то, суждено было нарезать Арсению. Девчонка прикусывает чужое бедро, на что Антон взвизгивает и чуть ли не роняет нож прямо на пол. — Сука! — Антон! — хором раздаётся сразу несколькими женскими голосами, и Шастун с позором закрывает голову руками, готовясь к очередным подзатыльникам под заливистый смех Янки и Сони. Новый Год вместе праздновать — уже традиция. Когда дети были маленькие, было сложновато собираться привычной компанией, но всё-таки взаимная помощь друг другу, их беседа в телеграме с групповыми звонками и банальное время, которое летит со скоростью света, вновь собрало большую семью на общий праздник. Было решено отмечать у Шастунов-Поповых, потому что у них менее травмоопасная квартира, и за девятилетним Ярославом не придётся смотреть на каждом шагу. А ещё просторная гостиная позволяет себе расщедриться на большой стол со множеством блюд и закусок. Ну и, будем честны, за столько лет дружбы все уже поняли, что Арс пить или разучился конкретно, или никогда не умел вовсе. Серёжа эту историю умалчивает. Собственно, поэтому было решено остаться дома. Всё-таки добраться до кровати в другой комнате намного легче, чем до квартиры прямиком с другого конца города. Серёжа хватает мальчика за ворот футболки, поднимает на руки и несёт виновника общей головной боли на кухню под возмущения уставшей Оксаны. Арсений выходит из гостиной, ловит на себе хитрый прищур голубых глаз племянника и улыбается от уха до уха — он его полная копия не только внешне. Правда, в Арсении этот шкодливый потенциал убили нехваткой времени, а этот парнишка вдоволь насладится всеми прелестями кризиса десяти лет. — Получите — распишитесь, — декларирует Матвиенко, поставив Суркова на пол. Ярик неловко чешет затылок, оглядывает всех присутствующих и снова прищуривает глаза. Раздаётся тихое Янкино «опять.», а потом мальчик с разбегу проезжается на носках по ламинату и удачно врезается лицом в стену. Он падает, хохоча, а потом его заразный смех подхватывают и взрослые, и дети, и на душе у каждого становится совсем хорошо. Древние считали, что любая встреча — это дар, и что вереница встреч — и есть жизнь. Но, чтобы встретиться по-настоящему, нужно снять блоки, оборону и позволить себе быть уязвимыми. Чтобы встретиться, нужно отказаться от контроля и проявить доверие. Только тогда можно жить не властью, а любовью. «Своё тебя найдёт». Может и так — в книжках, фильмах и сериалах. В стихах и песнях. Да, это чудо — когда судьба сталкивает тебя с нужным человеком в нужное время. Может быть не с тем, с которым ты хотел бы, но с тем, в ком ты действительно нуждаешься на данный момент. В реальности же для этого «своего» нужно снять барьеры, заблокировать внутри себя что-то, что не даёт дышать полной грудью. Исцелиться, потому что в душах на краю обрыва нет ничего притягающего и привлекательного. Пустота не смотрит на тебя в ответ и не говорит с тобой. Ты сам говоришь с собой от её имени: что там, внизу, больше не нужно будет чего-то ждать, можно позволить себе быть уставшим, измученным и больным. Разжать зубы, выпустить из себя давно рвущегося наружу маленького ребёнка, чтобы он наконец смог опереться на что-то. Все люди отчаянно желают любить и быть любимыми, но до сих пор отношения оборачиваются болью, страданиями и сложностями. Человек, который когда-то был тебе дорог — растопчет твоё доверие и плюнет в душу, став ненавистным прошлым. И тогда ты перестанешь отдавать слишком много и привыкнешь получать слишком мало. Но в какой-то момент ты сломаешься. Я не хочу верить в такую любовь. Любовь — это свет; дом, в который хочется возвращаться, где ты всегда чувствуешь себя нужным, где ты всегда центр Вселенной. Арсений наблюдает за смеющимся Антоном, за Яной на его коленях. Смотрит на то, как подрагивают плечи Иры от смеха, как Рита закидывает голову назад, а Оксана расстаивает и больше не ворчит на бедного Лёшу — с нежностью смотрит на сына и приобнимает мужа за плечи. Слушает звонкий смех Сони и громкий — Серёжи, улыбается хохочащему Ярославу и думает о том, что он чувствует эту любовь на кончиках пальцев. Всё хорошо. Ему больше не придётся что-то писать в чёрный блокнот. Он ловит на себе взгляд зелёных глаз, и видит в них то же самое. Всё хорошо. Что бы Арсений ему сказал? Себе шестнадцатилетнему и дрожащему. Он бы сказал ему правду — мы пропустили десятилетнюю годовщину нашей попытки, потому что были слишком заняты, слишком полны жизнью и так счастливы, что перестали считать дни. Будет много людей, которые скажут тебе, что оно того стоит, что станет лучше, но ты не поверишь им. Поверь, я знаю, это нелегко. Ты будешь разбиваться столько раз, что успеешь полюбить дно, на котором постоянно оказываешься. Ты станешь душой, привязанной к сизифу, ты будешь чувствовать, как толкаешь груз своей жизни вверх снова и снова, каждый новый сезон, как чёртов метроном. Порой я сожалею обо всём, чего лишился. Я мог бы стать врачом! Я мог бы иметь стабильную работу! Я мог бы добиться всего! Но вместо этого я паниковал, голодал, рыдал, чувствовал такое оцепенение во всём своём теле, что мог бы стать ледовым катком. Со временем одна за другой каждая эмоция будет возвращаться, и однажды ты осознаешь, что твой смех больше не притворный. Ты будешь просто смеяться. Тебе станет так легко испытывать радость. Можешь поверить, что люди называют тебя «живым»? Нечто прекрасное ожидает тебя. У тебя есть доступ к художественным принадлежностям, еде и мороженому (пока ты молод, ешь столько, сколько захочешь, поверь мне). Правда в том, что ты больше не живёшь ради завтрашнего дня. Ты не ждёшь его с побелевшими костяшками пальцев в надежде, что завтра всё изменится. Ты просто просыпаешься, делаешь себе кофе, смеёшься над очередной глупой шуткой и слушаешь музыку на полную громкость. Теперь жизнь на вкус, как мёд.

***

      Арсений выпивает бокал шампанского со жжёной в нём бумажкой. На ней одно простое желание, исполнения которого он жаждет сейчас больше всего на свете. «Хочу, чтобы все были счастливы». Антон целует его под бой курантов, прикрывшись воротником своей клетчатой рубашки. Поцелуй нежный почти отчаянно, и в нём столько немой благодарности, столько чувств, которые не обличить в слова, что заплакать хочется прямо здесь и сейчас. Брюнет отстраняется первым, достаёт из кармана брюк маленькую бархатную коробочку и вынимает из неё серебряное кольцо с высеченной с обратной стороны буквой «А». — Ты — всё, что мне надо, — шепчет он, глядя прямо в зелёные глаза напротив. Шастун с замиранием сердца смотрит, как мужчина надевает на его безымянный палец это кольцо, а потом просто прижимается к нему всем телом под громкие радостные крики всех их друзей. Где-то сзади налетает Яна, Серёжа кричит «за любовь!» и выпивает содержимое своего бокала, Оксана с трепетом смотрит на своего брата, а у Антона просто скачет всё внутри. Он чувствует, как бьётся сердце Арсения, улыбается этому и встречает Новый год. Встречает Новый год в объятиях самых любимых ему людей. Всё хорошо.

когда тебе не удаётся почувствовать себя лучше, вздремни и попытайся создать что-то из этого дня снова. твоя боль драгоценна. это не должно пройти даром. всё хорошо. это часть всей этой живой ситуации. со временем всё заживёт, обещаю. люблю, люблю, люблю тебя.

ㅤ