Закрой врата с той стороны

Не о себе я,

Покинутой, забочусь;

Жизнь человека,

Что клялся быть мне верным,

И ныне дорога мне.

 

Госпожа Укон, родилась и умерла в Х в.

    XLIX.       Камни больно впивались в босые ступни. Колючий ветер трепал волосы, выбивая слёзы из глаз. Шаманка прикрыла лицо локтем, с трудом делая шаги. Первый, второй, третий… на земле оставались следы, к которым тут же сбегались мелкие духи-насекомые, принимаясь жадно лакать кровь. Добравшись, наконец, до святилища, возле которого стояли многочисленные дзидзо, чьи красные одежды представляли собой лохмотья, Абэ села на корточки и сложила в молитвенном жесте ладони, скоро прошептав молитву. Каменные статуи взирали на девушку тёмными провалами глаз, а щели-губы кривились в издевательской усмешке. Потусторонний детский смех волной пронёсся по лесу, распугивая птиц, что взлетали, громко хлопая крыльями и тревожно крича. Солнце с трудом проникало сквозь густую листву, погружая местность в таинственный полумрак.       — Что же вы, мои хорошие, стесняетесь? Выходите, я вас не обижу, — шаманка протянула руку к ближайшему дзидзо, из-за которого выглядывала призрачная головка девочки лет четырёх. Дух, оглянувшись на своих друзей, сделала нерешительный шаг вперёд, внимательно следя за девушкой.       — Что тебе надо? — на крыше святилища сидел мальчик лет десяти. Дорогое когда-то кимоно было испещрено разрезами, сквозь которые были видны кошмарные кровоточащие раны, полные шевелящихся личинок трупных насекомых. — Неприятно?       Он вытащил одну личинку и показательно съел, аппетитно причмокивая, но Икари лишь снисходительно заломила бровь. Право слово, шаманка за свою недолгую жизнь насмотрелась достаточно, чтобы сохранить спокойное выражение лица.       — Ого, а ты ничего, девочка, обычно другие с визгами убегали прочь.       — Чтобы меня испугать, этого недостаточно, — пожала плечами Абэ.           — Хочешь проверить? — мальчик поддался вперёд. Его лицо неуловимо поменялось: края глаз удлинились, радужка поменяла цвет, скулы заострились, нижняя челюсть выступила вперёд.       — Пожалей детей, видимо, они нечасто видели тебя такого.       Резко обернувшись, дух оглядел испуганных малышей, которые сжались в комочки, наполовину провалившись в дзидзо.       — Оомори-сама, — девочка, первая сделавшая шаг к шаманке, приблизилась к мальчику и взяла его за руку. Её кимоно было испачкано кровью, что вытекала из перерезанного горла.       — Прости, Минори-чан, — дух погладил малышку по щеке, убирая за ухо прядь растрёпанных волос.       У Икари защемило сердце — все собравшиеся умерли воистину жестокой смертью… ещё никогда за всё время работы они не видела такого количества детей-призраков. Уйди они за врата, то непременно попали бы в ад, поэтому божество, называть теперь его просто духом посчиталось бы святотатством, решило собрать вокруг себя жертв преступления, даря возможность просуществовать в подлунном мире чуть дольше. Но почему он весь в порезах? Причинить вред Ками невозможно. По крайней мере руками смертных. «Неужели?..» — шаманка ахнула, прикрывая рот ладонью. Её реакция не осталась незаметной — мальчик прищурился, прижимая к груди Минори.       — Верно, она — Наша предназначенная, но мерзкие людишки посмели лишить жизни супругу Ками. Мы не могли позволить Минори попасть в Ад, потому что ждать её следующего перерождения невыносимо долго…       — Значит, Ваши раны…       — Расплата за убийство семьи предназначенной. Теперь Мы не Бог, но и не дух.       — Мне безумно жаль…       — Что Нам твоя жалость? Ты ведь пришла изгнать нас всех…       Подобное порой случалось с Ками, рождёнными из людских желаний — божество выбирало из последователей проводника собственной воли. Такие люди становились священниками, но что могло скрепить союз крепче, если не брак? Вот только как так получилось, что Минори, избранная Оомори-самой, погибла в раннем возрасте столь ужасной смертью?       — Её родители посмели лишить дочь жизни, считая, что только таким образом Минори-чан сможет стать Нашей женой…       — Извечное заблуждение непосвящённых. Я не смогу сосчитать сколько раз сталкивалась с аналогичным мышлением, — провела ладонью по лицу Икари.       — Вот Мы и разозлились! — воскликнул Оомори. — Словно забыли, что таким образом Минори-чан попадёт в Ад! Мы не успели спасти, но смогли удержать возле себя. Потом присоединились и другие дети.       — Я понимаю Вашу боль и желание спасти, но шутки Ваших подопечных вышли за рамки. Поэтому обязана очистить души. Не беспокойтесь — я замолвлю слово.       — Назови Нам своё имя… — прохрипел мальчик.       — Абэ Икари к Вашим услугам, — шаманка низко поклонилась.       — Раз это ты, то что-то может получиться… — Оомори счастливо улыбнулся, сжимая ладонь супруги.       Вписав имена всех детей в свиток, Икари провела обряд. Она смогла договориться со слугой Верховного Бога Ада, чтобы тот передал просьбу сжалиться над духами, подкрепив жертвой Ками — божество самолично выступило с желанием прислуживать в Аду, дабы находящиеся под его опекой дети ничего не боялись.       Спустившись с горы в деревню, Икари приказала ежегодно молиться за умерших и накрывать богатый стол, в противном случае она не сможет ручаться, что погибших больше не будет. Старейшина поклялся исполнить её волю и, не отходя от кассы, распорядился устроить празднество.       — Вы же останетесь, Абэ-сан? — заискивающе спросил мужчина, потирая потные руки.       — Я бы с удовольствием, но завтра в школу, — шаманка отдала Сиону ритуальные артефакты.       — Да-да, понимаю… — обескураженно протянул старейшина. Он не смел и подумать о возрасте девушки.       — Осторожнее, Кусака-сан, некоторые дети всё ещё помнят обстоятельства своей смерти, — надменно выплюнула Икари вмиг посеревшему мужчине. «Ничего, его друзья непременно дождутся в Аду. Год. Нет, даже меньше», — шаманка усмехнулась, подавая руку Сиону. Помощник помог ей сесть в арендованный автомобиль.       — Домой? — поинтересовался До, выруливая на трассу в сторону Токио.       — Ммм… к Такаши.       — Хорошо, госпожа.   L.       Дверь открыла Луна:       — Икари-оне-сан! Братик со вчерашнего дня не выходит из комнаты! — девочка тут же расплакалась.       Мана стояла неподалёку, но, в отличие от старшей сестры, сдерживала слёзы.        — Простите за вторжение… Да как он посмел расстроить моих принцесс, ммм? — Абэ крепко их обняла, одновременно с тем выпуская духовную силу — Мицуя был чем-то сильно расстроен и не хотел, чтобы его видели в подавленном состоянии.       Сперва Икари хотела плюнуть и пойти к нему, но интуиция упорно твердила поступить по-другому. Поэтому, когда Такаши всё-таки вышел из комнаты, он был удивлен присутствием девушки — она вместе с сёстрами готовила ужин.       — Привет, дорогой, — Абэ чмокнула парня в щёку. — Садись ужинать. Горячее готово, остался салат и десерт.       Выложив на большое блюдо каараге и украсив свежей зеленью, Икари наложила в одну пиалу мисо-суп, в другую — рис. Быстро накрошила в салатник варёную курицу, шампиньоны и корнишоны, заправив оливковым маслом.       — Девочки, присаживайтесь, после попьём чай с клубничным чизкейком.       — Да, Икари-оне-сан! — девочки, сложив ладошки на коленках, бросали кроткие взгляды на Такаши.       — Что такое? — шаманка взяла с подставки палочки. — Приятного аппетита.       — Приятного аппетита, — одновременно сказали Мицуя, беря с тарелки курицу.       — Хмм… — прикусила нижнюю губу Абэ. «Такаши, как старший сын и глава семьи, должен был первым начать есть, но я по привычке первая схватила палочки… Только почему он промолчал? Уважение как к гостье? Точно».       В последнее время Икари редко обедала с семьёй, всё больше с Сионом или подругами. Да и сейчас она отправила помощника домой, сказав, что доберётся своим ходом — бросать молодого человека в таком состоянии было нельзя. Закончив с ужином, девушка хотела было помыть посуду, но от мойки её ласково отодвинул Мицуя.       — Я сам. Спасибо за ужин. Уложишь пока девочек?       — Конечно, — получив в щёку поцелуй, шаманка взяла сестёр за ладошки и повела в комнату.       Они быстро уснули, поэтому, погладив их по головкам и включив ночник, Икари оставила приоткрытой дверь, после чего постучалась к Такаши.       Он сидел на кровати в позе лотоса, прислонившись спиной к стене. Примостившись на краешек, девушка слегка потрепала парня по колену.       — Расскажешь?..       — Баджи вчера ушёл. Из Тосвы… — голос звучал надрывно, Мицуя еле сдерживал слёзы.       — Бедный Чифую… — только и сказала шаманка, борясь с желанием позвонить Ханагаки и выяснить, какого, собственно, демона он творит? Обещал же разобраться! Разговаривать с Габриель не имело смысла — что-то у них произошло, так как она даже от одного его имени начинала плеваться. Можно было, конечно, расспросить духов… только подруга долго будет дуться…       — Кейске как-то объяснил свой уход?       — Только то, что он теперь — наш враг. Самое отвратное, — горько усмехнулся Такаши, пару раз стукнувшись затылком о стену. — Ушёл не в какую-то там банду, а в Вальхаллу… предал… предал нас всех!..       Не выдержав, он закрыл лицо руками. Глухие рыдания и трясущиеся плечи болью отозвались в сердце шаманки.       — Дорогой, иди ко мне, — Икари раскрыла объятья.       Несколько раз всхлипнув, парень осторожно подполз к Абэ и уткнулся ей в грудь, повалив на кровать. Мягко поглаживая Мицую по спине одной рукой, второй она печатала До сообщение оповестив, что останется у парня, попросив рано утром привезти школьную форму и учебники.       — Всё будет хорошо, сестрёнка позаботиться, даю слово…       Пусть она так и сказала, но что делать-то? Наверное, сначала стоит встретиться с Такемичи. Утром, после завтрака, Икари проводила девочек на автобус, который должен был отвезти их в детский сад, после чего переоделась в привезённую Сионом одежду.       — Подвези в школу.       — Конечно, госпожа.       Едва успев к первому уроку, шаманка мрачно взирала на пустующее место Габриель. «Да где её черти носят?» — нервничала Икари, из-за чего никак не могла сконцентрироваться на истории. Еле дотерпев до перемены, она вытащила из парты мобильный. Длинные гудки раздражали слух, но подруга всё не отвечала.       — Хайбара, ты случайно не знаешь, где Габи? Не могу дозвониться…       — Н-нет… — нахмурилась девушка. — Мы вчера вечером созванивались, но ничего такого не происходило. По крайней мере, я об этом ничего не знаю.       — Да что такое-то? — Эмма тоже не брала трубку.       Весь оставшийся учебный день подруги сидели, как на иголках — никто из друзей не отвечал. Отправив Такаши штук тридцать сообщений с просьбой перезвонить, Икари выбежала из школы, одновременно заказывая такси, но возле ворот, будто ничего не случилось, сидя на капоте машины, шаманку ждала Ренуар.       — Ты почему мне не отвечала? — налетела на подругу Абэ. Акеми задержалась в клубе верховой езды.       — Прости-прости, — француженка подняла ладони. — Садись, поговорим в другом месте.       Прикусив язык, уж очень хотелось многое высказать, Икари обошла автомобиль, присаживаясь на пассажирское сиденье.       — Куда мы едем?       — К Эмме.       — О, нет-нет-нет. Нам нужно к Кейске. Ты знаешь, что он учудил?       — Даже не произноси его имя при мне, — Ренуар стиснула руль до побелевших костяшек.       — Так ты в курсе, что он вступил в другую банду… — видимо подруга была невероятно зла на предназначенного, раз говорить о нём не хочет.       Быть может, она первая узнала о его желании покинуть Тосву, пыталась отговорить, но Баджи не послушал. Тогда обиду можно понять — Габриель была довольно самолюбива и слишком близко к сердцу принимала, когда кто-то не поступал так, как она хотела. Всё бы ничего, но у неё чуйка была на такие вещи — будто предвидела, что плохо закончится.       — О-о-о, на это мне плевать! — с ненавистью фыркнула девушка.       — Габи… — Икари испуганно выдохнула: «Да что у них произошло-то? Неделю назад всё было хорошо…»       Оставив Бэль на ближайшей парковке, возле дома Сано не было места, девушки подошли к двери, которая тут же открылась — бледная Эмма из окна видела, как подходили подруги.       — Девочки… — всхлипнула блондинка, бросаясь им на шеи.       — Поговорим в комнате, — попыталась улыбнуться Габриель. — Здравствуй, Майки.       — Привет-привет! — как ни в чём не бывало протянул парень, надевая шлёпки.       За его спиной маячил Кен. Взгляд, которым Манджиро одарил Абэ, ей не понравился.       — Привет… — а вот Рюгуджи старался не встречаться с шаманкой глазами.       — Простите за вторжение…       — Кстати, Икичи, давно хотел попросить, но дел было невпроворот, не поделишься номером младшей сестры?       — Ч-что? — прохрипела Абэ, чувствуя, как на её шее затягивается удавка. «Надо осторожнее подбирать слова…» — Я-я… спрошу у неё, но ничего не могу обещать.       — Спасибочки, Икичи, — Майки схватил руки шаманки и насколько раз потряс.       — Но где ты её видел? Имото крайне редко выходит за пределы храма…       — Вот как?.. — скуксился блондин. — Я несколько раз приходил к храму, но не смог с ней встретиться. Значит, она меня не избегает!       Сано аж расцвёл. Помахав на прощание, они с Дракеном вышли из дома. «Инари… — шаманка потёрла лицо. — Во что ты, Ками-сама, вляпалась?.. Неужели повстречала на прошедшем фестивале? Но тогда было много божественной силы, он бы не смог тебя унюхать…»       — Икари, ты идёшь? — позвала подругу Ренуар.       — Да, — сняв школьные туфли и надев тапочки, она последовала за девушками, перед этим посетив ванную — ей срочно надо было освежиться. Холодная вода чуть помогла, по крайней мере лицо перестало печь.       — Вы ведь слышали, да? — начала Эмма, нервно ходя по своей комнате.       — По твоему брату не скажешь, что он переживает по этому поводу.       — Он умеет скрывать свои чувства, сестрёнка Габи, — Сано топнула ножкой. — Может, ты поговоришь с Кейске-куном? Вы ведь предназначенные…       — Ха! — Ренуар скрестила руки на груди. — Эту связь только я воспринимаю как нечто священное!       — О чём ты? — не поняла Абэ.       — А ему просто хотелось разрядки, — поджала губы француженка.       — Что?.. — ахнула Эмма и, медленно дойдя до кровати, плюхнулась на розовое покрывало.       Окно резко хлопнуло, по комнате прошёлся ветер. Глаза шаманки горели гневом, а волосы, наэлектризовавшись, зашевелились. Сорвав с запястья браслет, но не тот, который с сильнейшими духами-защитниками, Икари скороговоркой прошептала заклинание:       — Приведите меня к Баджи Кейске.       Духи-помощники, радостно пролепетав, давненько их не вызывали, золотой пыльцой прошли сквозь стекло.       — Ты чего, Ики? — вскочила со стула Габриель. — Н-не надо… он того не стоит!       — Стоит, Габи, не смей спорить. Он посмел обидеть тебя, — прошипела шаманка.       Француженка уже видела подругу в таком состоянии, она случайно пришла в гости, когда у Абэ были клиенты — пожилая супружеская пара, желающая узнать причину самоубийства единственной дочери. Оказалось, супруг последней, будучи в наркотическом состоянии, заживо сварил трёхмесячного сына и силой скормил бедной женщине. Проклясть шаманка не могла, но отомстила за три загубленные души самым страшным способом — поделилась энергией с духами. Мужчина продержался чуть меньше месяца…       — Ики, не надо, когда ты такая, я тебя боюсь… — француженка задрожала. — Не порть карму, он же, как бы то не было, мой предназначенный…       — Не волнуйся. Ничего я ему не сделаю, просто поговорю по душам…       — Да я уже собственноручно его побила, не надо…       — Я согласна с сестричкой Икари, такое нельзя спускать с рук! — воскликнула Эмма, выбегая за шаманкой.       — Девочки…       Духи привели подруг в старое заброшенное здание игрового центра на окраине Синдзюку.       — Слушайте, у меня плохое предчувствие, — сглотнула Эмма, оглядываясь. — Майки и Дракену точно не понравилось бы, что мы здесь находимся…       Но Икари, приподняв юбку, перешагнула табличку с надписью «Вход воспрещён». В полуподвальном помещении воняло дешёвыми сигаретами и выпивкой. Со всех сторон послышалось мерзкое улюлюканье — несколько десятков парней облизывали взглядами подруг. Шепотки неприятно били в спину.       — Икари-чан! — со своего места поднялся тот, кого Абэ не ожидала увидеть, пусть они и расстались на довольно хорошей ноте. — Какими судьбами?       — Привет, Шуджи-кун, — шаманка придала своему лицу самое благожелательное выражение, краем глаза найдя палку, которой могла заменить синай. Другого оружия у неё не было, даже веера. — Ваш член обидел мою подругу, поэтому мы пришли разобраться. Не дело играть с сердцем влюблённой девушки.       Вышедший из толпы Кейске зло оскалился, но, что приятно удивило Икари, злость была направлена не на подруг, за них он переживал, а на парней.       — Ты что творишь? — он быстрым шагом добрался до Габриель и схватил её за руку. — За мной.       Француженка не сопротивлялась — с таким количеством противников без жертв не обойтись. С их стороны. Эмма так вообще не боец, надо было оставить девочку в машине.       — Вы уже уходите? — обиженно поинтересовался Ханма, кивая гопникам.       — Ммм… нет. Но давай не будем мешать их разговору? Эмма, проследи за Габриель, а то ещё натворит что-нибудь, дурья голова, — попросила шаманка подругу, подходя к Шуджи. — А мы пока поболтаем, ты же не против?       — Конечно, нет. Можешь не верить, но я успел соскучиться, — несколько жутковато улыбнулся парень.       — Какой же ты шалунишка, смущаешь меня, — Абэ прикоснулась ледяными пальцами горящих щёк. Нет, покраснела она не от стеснения, а от страха вперемешку с возбуждением. Вдруг придётся драться? Теперь она здесь одна.       — Жаль, что ты занята, — притворно огорчился Ханма.       — Так ты ещё и джентльмен, чтущий правила якудза, — так же притворно умилилась Икари.       Громогласный хохот Шуджи пронёсся по помещению, его поддержали парни. Девушка заломила бровь, ожидая пока смех смолкнет.       — А твой капитан в курсе, что ты здесь?       — Зачем мужчинам знать о маленьких женских слабостях? Я в его дела тоже не вмешиваюсь, — пожала плечами Абэ.       — Ты ещё и умная, прямо мечта, — Шуджи приобнял девушку.       — Ой-ой, прекрати, пожалуйста, иначе я решу, что ты ко мне клеишься, — голос шаманки едва не дрогнул.       — Если и так? — мурлыкнул юноша.       «Они с Хайтани что, по одним книгам учатся? — мелькнула мысль. — Уж больно подкаты одинаковые…»       — Тогда, боюсь, нам придётся сократить количество встреч до минимума. А мне бы не хотелось терять такого интересного друга, — девушка постучала указательным пальцем по подбородку.       — Ладно-ладно, — горестно вздохнул Ханма. — Жаль, что я не встретил тебя раньше.       — Оу… — в словах парня не было ни капли лжи, что немного напрягло Икари. — М-мило…        Шаманка в очередной раз убедилась, что духов и Ками ей намного легче понять, хотя опыт общения с последними порой помогал, особенно в такие моменты, когда любое движение или слово способно столкнуть её в пропасть. А из неё очень сложно выкарабкаться, одним мисоги дело не обойдётся.       — Что-то их долго нет… — начала волноваться Абэ. — Я пойду проверю…       — Не так быстро, милая. Войти сюда просто, но, чтобы выйти, нужно заплатить определённую цену.       — И чего же ты хочешь? — внутри заскреблось неприятное предчувствие.       — О, ничего такого… — Шуджи, облизнувшись, перевёл взгляд на её губы.       Неосознанно сделав шаг назад, девушка пошевелила пальцами, словно сжимая рукоять меча: «Как там говорила Габриель? На каждую милашку найдётся свой маньяк?.. Неужели у меня действительно виктимное поведение?»       — Номерком не поделишься? — гопник вытащил из куртки раскладушку.       «Второй раз за день спрашивают… но я пока не решила, чья просьба меня больше ошарашила…» — Икари, дёрнув плечом, продиктовала цифры и, дождавшись звонка, махнула Ханме рукой на прощание, игнорируя хулиганов, словно белый шум.       — Я позвоню! — крикнул парень на прощание.       — Не обещаю, что отвечу, — хохотнула шаманка.       — Ты разбила мне сердце! — он, театрально схватившись за грудь, повис на ближайшем подчинённом.       — Благодари Ками, что не череп… — полушёпотом проворчала Абэ, ступая на улицу, где перед ней предстала довольно интересная картина — Габи прижималась к груди Баджи, который, в свою очередь, ласково гладил её по спине и что-то шептал на ухо.       — Всё разрешилось? — Абэ подошла к Эмме, стоящей возле машины.       — Угу, — кивнула блондинка. — Сначала сестрёнка Габи кричала на него, потом он отвёл её подальше, видимо, чтобы я ничего не услышала, долго что-то объяснял, на что сестрёнка мотала головой. Потом… потом… — Сано покраснела. — Кейске поцеловал её и получил под дых. Снова разговор, а теперь они обнимаются… как же я завидую…       — М-да, ну, и страсти Мадридского двора, — шаманка скрестила руки на груди, но ничего не сделала — нить любви между подругой и её предназначенным горела ярче солнца.       — Насчёт страстей… — кашлянула блондинка. — Майки интересовался у меня насчёт твоей младшей сестры.       — Когда? — резко спросила Икари, испугав подругу.       — Точно не помню, но в конце каникул… а что такое?..       — Просто я никак не могу понять, где и как они столкнулись. Инари за территорию… вот же маленькая нахалка!       «Как приду — её ждёт допрос с пристрастиями…» — девушка сжала кулаки. Чувство приближающейся беды усилилось, неприятной щекоткой отдаваясь где-то в желудке.   LI.       Всю дорогу до дома Сано Ренуар молчала, как партизан — не её секрет и всё тут! Сдавшись, наконец, но перед этим порядком обидевшись, Эмма попрощалась с подругами, попросив держать её в курсе событий — брат и предназначенный не торопились посвящать в свои тайны, сказали только, что у друга детства просто бунтарский период. То, что ребята сами недалеко ушли по возрасту, они благополучно позабыли.       — Можешь ничего не говорить, я просто рада, что вы разрешили свои проблемы, — сказала на прощание Икари, когда Габриель остановилась неподалёку от тории. — И лучше говори мне сразу, всё равно же узнаю.       — Угу, — француженка уткнулась лбом в руки, сложенные на руле. — Теперь я понимаю, почему ты рассказала, что Хайтани твой предназначенный, только спустя какое-то время. Стыдно.       — Не то слово… — прыснула Абэ. Смех поддержала Ренуар.       — Надеюсь, что скоро всё образуется, — Габриель откинулась на спинку сиденья. — Помолишься?       — Могла и не говорить, моя хорошая, — шаманка легонько потрепала подругу по волосам.       — Ты лучшая…       «Лучшая-то лучшая, но говорить, что я прицепила к ним обоим сикигами, точно не стану», — Икари почесала висок. Она терпеть не могла что-то скрывать от Габи.       — Пока-пока, звони если что, — Абэ отстегнула ремень безопасности и потянулась к француженки.       — Пока. Ты тоже.       Шаманка не пошла к себе. Вызнав у духов, где сейчас находиться Инари, девушка направилась к ней домой, но возле храма её перехватил Такемичи:       — Мне надо с вами поговорить! Это очень срочно, — запинаясь пролепетал Ханагаки, боясь встретиться с ней взглядом.       «Почему все мало-мальски приятные люди боятся смотреть в глаза? Но только не те, кому бы не помешало это сделать?» — задала она про себя риторический вопрос.       — Я тоже хочу о многом тебя расспросить, но сейчас у меня есть неотложное дело. Давай в другой раз, хорошо?       — Разговор о вашей младшей сестре! — выпалил парень, зажмурившись.       «Ещё один, — Икари сжала виски. — Эта тенденция начинает меня пугать. Но…»       — Хорошо, иди за мной. Я как раз направляюсь к Инари.       — А… м-мне м-можно?       — Ей нужно знать. Тем более, что ты, так сказать, свидетель.       — В-вы п-правы.       Абэ-младшая развлекалась тем, что играла со своими духами-приятелями в каруту. Посчитав карты со стороны Инари, шаманка поняла, что имото проигрывает. Ну, опыт в несколько столетий у духов не отнять.       — Ты бы ещё с ним в го сыграла, — хмыкнула Икари.       — Это к дедушке, — не оборачиваясь ответила девочка, молниеносно махнув рукой, выпуская духовную силу, в противном случае она бы не опередила противника. — Твой друг?       — Да, Ханагаки Такемичи. Представляешь, он второй человек за сегодня, который интересовался тобой. Ничего не хочешь мне объяснить?       — Ммм… нет?       — Повернись ко мне, и ответь нормально, — шаманка скрестила руки на груди. — Не позорься перед гостем.       — Я его не приглашала, так что могу спокойно проигнорировать правила гостеприимства.       — Инари.       — Ладно-ладно, — девочка пересела лицом к сестре. — О, привет. Какими судьбами?       Юноша сглотнул: «О-она меня пугает. Этот её взгляд… он такой же, как и в будущем. Но как это возможно, если оно ещё не наступило?»       — Для начала ответить на один вопрос: когда ты успела познакомиться с Сано Манджиро? — шаманка села на татами.       — Кто это? — очень натурально удивилась Инари.       — Не испытывай моего терпения, — выдохнула сквозь зубы Абэ.       — Ладно-ладно, только не ругайся… — заискивающе растянула губы в улыбке девочка, бросая взгляд на Такемичи: «Что он успел рассказать сестрёнке Икари?»       — Долго ответ ждать?       — Эх, — простонала Абэ-младшая. — Да вышла, недавно, погулять в город, случайно столкнулась…       — Что ты сейчас сказала?! — Икари аж вскочила с пола. — Ты в своём уме была, когда решилась на это?! Понимаешь, кого встретила?       — Уже пожалела, — Инари склонила голову, уперевшись руками в колени: «Главное, чтобы она не спросила с кем я гуляла…» — Теперь стараюсь вообще не отходить далеко от дома, а перед этим выпускаю духов проверить местность.       — Прогулка того стоила?.. — девушка обессиленно опустилась на татами. У неё от разговора голова разболелась.       Абэ-младшая вспомнила весёлые и забавные моменты того вечера, фотографии, бережно хранимые в шкатулке…       — Да… даже Ад мне теперь нестрашен…       «Никогда не видела, чтобы она так улыбалась…» — у Икари защемило сердце.       — Как ты вообще сквозь барьер прошла?       — Ну… — замялась девочка. — Немного… поработала с печатями…       — Невероятно… видимо, у тебя действительно много свободного времени… — покачала головой шаманка.       — На это моей силы хватит. Я же не переписывала письмена, а просто проскользнула насквозь.       — То, что у тебя получилось всё это провернуть за нашими с дедушкой спинами…       — Расскажешь ему, да? — насупилась Инари, сжимая кулачки: «Лишь бы телефона не лишили… Как я тогда с деверем буду общаться?»       — Раз не попалась, то не буду ничего говорить. Свою вину сама знаешь, смысл повторять? Только прошу: если не будешь осторожна, у кого-то будет вкусный ужин.       — Хорошо, сестрёнка Икари. Теперь… — девочка переключилась на молчавшего всё это время Такемичи. — Зачем вы пожаловали?       — Я… я… — парень понятия не имел как начать разговор.       — Он из будущего, — сдала его Икари.       — Как… интересно, — хмыкнула Инари. — Могу предположить, что если вы, Ханагаки-сан, захотели со мной встретиться, то я в будущем…       — Вам будет очень плохо… — он зажмурился.       — М-да… очень информативно. Можно поподробнее? — Абэ-младшая улыбалась, но внутри похолодело.       — Тот человек, Майки… через двенадцать лет сделает вам плохо…       — Угу… продолжайте…       — Я видел вас один-единственный раз, но вы больше походили… на сломанную куклу без стремления жить… — Такемичи зажмурился, чтобы не смотреть ей в глаза. — На любимую и дорогую куклу, до которой даже дотрагиваться нельзя… смотреть.       — Птичка в клетке, отказавшаяся петь, почти что мертва, — задумалась Инари, потирая подбородок. — Выходит, меня заперли, что сказалось на моём ментальном здоровье. И общался со мной только Майки, запретив другим.       — Кроме медперсонала! — вспомнил юноша край белого халата, промелькнувшего в щели закрывающейся двери.       — Интересно складывается моя жизнь! — излишне весело произнесла девочка. — Сначала заперта в храме, потом у какого-то мужчины. А после смерти буду заперта в урне. Ками меня слишком любят.       — Инари… — прошептала шаманка, положив руку на плечо имото.       — Ничего, сестрёнка Икари, отмучаюсь в этой жизни, в следующей — легче будет.       «Нет, я никогда не привыкну к их отношению к жизни и смерти, — поёжился Ханагаки, невольно вспомнив с какой улыбкой Сано недавно говорил об Инари. — Возможно ли… что Абэ-сан — его слабое место?»

+ один человек в его список спасаемых