Мне будет достаточно улыбки

      Мужчина всё же не стал задавать вопросов, но внимательный взгляд переодически осматривал повреждения на открытых участках тела. Сейчас преподаватель и Дмитрий тащили Шаста в медпункт, пока тот отчаянно вырывался.       — Успокойся уже, — потребовал Позов, когда Антон в очередной раз попытался вырвать у него собственную руку, — не сделают тебе ничего. Не маленький уже, должен понимать.       В ответ шатен только закатил глаза, бросив тихое «предатель» и продолжил вырываться. Но, к счастью Позова, да и Попова, спустя пару неудачных попыток зеленоглазый сдался, не найдя больше сил на лишние движения.       — Ты боишься врачей? — задал вопрос Арсений, заговоривший за время пути впервые.       — А не похуй ли? — огрызнулся Шаст, сразу получая толчок в бок от друга.       — Лучше с ним не говорите, он не особо дружелюбен со старшими, — Дима обратился к учителю, игнорируя присутствие друга.       — Бесишь, — кинул подросток прежде, чем окончательно замолчать.

***

      Преподаватель с Позовым стояли у двери медсестры, которая попросила их выйти. Через пару минут она позвала их.       — Ну как? — опередив Дмитрия, спросил историк.       — Ну, — девушка ещё раз взглянула на подростка, устроившегося на кушетке полусидя и прикрывшего глаза, — у него переутомление. Плюс, как я поняла, недоедание. По поводу синяков… показывать отказывается, но я уверена, что там тоже не всё гладко.       — Идиот, — вполголоса сказал Дима. Ему, вообще-то, было обидно, что все его старания помочь другу были посланы к хуям.       — Сам такой, — подал голос «больной», видимо, с особо острым слухом на подобные вещи.       — Ты когда ел и спал в последний раз? — задал вопрос Попов, игнорируя небольшую перепалку между друзьями.       — Не ваше дело.       — Он ни-, — начал Дима, поймав на себе взгляд шатена. Тот уставился на товарища. Сейчас он явно не шутил, показывая, что говорить нельзя, — спасибо, Арсений Сергеевич. Дальше мы сами.       Историк проигнорировал слова ученика, так же стоя у медсестры. Он пялился прямо на лицо зеленоглазого.       — Я позвоню твоим родителям, тебя должны забрать, — начавший подниматься Шаст замер, а его глаза моментально потемнели. Но уже через пару секунд он пришёл в себя.       — Они не в городе. Я сам дойду, не развалюсь, — Антон медленно подошёл к другу, стараясь не навернуться.       Мужчина всё также пялился, что уже изрядно бесило шатена. Именно поэтому он сейчас вперился взглядом в два тёмно-синих омута перед собой.       — Разве его глаза были не более светлыми?  — пронеслось в голове у Антона, пока двое смотрели прямо в глаза друг другу в течении нескольких секунд.       — Я не могу тебя так отпустить.       — Тогда отпустите Димона или Серёжу, они меня доведут, — пожал плечами зеленоглазый, наконец, отводя взгляд к другу. В этот раз победил преподаватель.       — Ты и сам прекрасно в курсе, что это так не работает, — вмешался Позов, — я попрошу свою маму тебя забрать.       — Не над-.       — Отлично, — перебив парня, сказал Попов.       — Я не соглашался.       — А тебя и не спрашивали, — Дима взял друга под руку, потащив в коридор.

***

      Подросток стоит на заднем дворе школы, в небольшом углу, где никто его не увидит. А вот Антон имеет отличный обзор на парковку, куда в скором времени должна приехать мать Позова.       В руках шатена, как обычно, сигарета. В наушниках во всю играет Грязь «Детство», которую ещё ночью ему скинул Сергей. Матвиенко уже примерно понял, какую музыку любит Шаст, несмотря на то, что зеленоглазый меломан. Но даже так, Серёжа иногда присылал достаточно… неподходящие треки.       На территорию школы заехала дорогая иномарка белого цвета. Подросток сразу её узнал, спешно выбрасывая сигарету и закидывая в рот спизженную у друга жвачку.       Шатен подошёл к машине, открывая заднюю дверь.       — Здрасте, — парень устроился удобнее, сразу принимая на себя дозу объятий и восторженных визгов маленькой девочки, — привет. Как выросла. Ты в кого такая красотка, а, Савин?       — Привет, Антош, — наконец поздоровалась женщина за рулём, — ты как?       — В порядке, спасибо, — Антон взял в руки протянутую игрушку.       — По тебе видно. Мне Дима рассказал, так что дома тебя ждёт кастрюля супа, — Ангелина, как, собственно, зовут маму Дмитрия, теперь уже повернулась корпусом, сразу нахмурившись.       До этого она наблюдала за подростком в зеркало заднего вида, в котором повреждения на лице парня было разглядеть сложно. Сейчас же ей представился полный обзор на тёмно-синие синяки и гематомы.       — Что ж это такое-то… — на выдохе произнесла Позова, ероша кудри подростка.       — Во-первых, я в порядке. А во-вторых, я не голоден, — обиженно произнёс зеленоглазый, поправляя чёлку.       — Сейчас по лбу дам, — женщина пригрозила пальцем, — конечно, не голодный он.       Подросток промолчал, а старшая не стала развивать тему. Дальше они доехали в тишине, если не считать сопение уснувшей Савины.

***

      Шатен сидел за столом в просторной кухне. Ангелина поставила перед ним тарелку с супом, но Антон не спешил брать ложку в руки.       — Ешь давай, — женщина присела на соседний стул, подтолкнув тарелку к парню.       — Я не голоден.       — А я тебя и не спрашивала, — всё с той же нежной улыбкой произнесла старшая.       Не рискуя и дальше провоцировать Позову, подросток всё же принялся за еду.

***

      — Я дома! — крикнул Дмитрий, закрывая за собой входную дверь.       — Кушать будешь? — всё так же из кухни ответила Ангелина.       — Нет, мам. Где Антон?       — Ну вот что это, а? — раздражённо произнесла женщина, — один есть не хочет, другой. Я вам здоровье гробить не дам, запомните!       — Мам, ну правда, — протянул школьник, — так где Антон?       — В твоей комнате. И заходи тише, он спал.       Позов аккуратно открыл дверь, входя в свою комнату. На небольшом кресле в сидячем положении спал Шастун.       Дима кинул на его колени серый плед, а сам упал на кровать, не спеша переодеваться.

***

      — Доброе утро, спящая красавица, — произнёс Поз, когда Антон открыл глаза, потирая их руками.       — Чего? — сонно переспросил Шаст, — сам ты такой.       — Выспался хоть? Уже почти ночь так-то.       — Угу.       — Пошли поедим. Отказы не принимаются, — Дмитрий встал с кровати, начиная тащить друга на кухню.       — Я не хочу, — прохныкал Шастун, пока его волочили чуть ли не по полу.

***

      Двое сидели на кухне и пили чай. Диме всё же удалось запихнуть в друга тарелку лапши.       — Поздно уже. Я, наверное, домой уже пойду, — шатен неохотно произнёс это, укладывая уже вымытую посуду на полку.       — Можешь у меня остаться, — предложил Позов, искренне волнуясь за товарища.       — Нет, всё нормально. Не хочу мешать, — заленоглазый надел все украшения, которые оставил на столе перед уборкой.       — И всё же… — начал Дима, так и не закончив, — ладно. Но напиши мне, когда будешь дома.       Антон кивнул, сразу направляясь в коридор.

***

      Парень уже пару минут стоит напротив двери своей квартиры. Даже на лестничной площадке было слышно, как громко смеются его родители и их собутыльники.       Уже почти 2 часа ночи, но никто из соседей не вызывает полицию, дабы шумная компания разошлась. Соседи уже привыкли, им просто всё равно.       Шатен, наконец решившись, тихо открывает входную дверь. Она предательски громко скрепит, но разговоры на кухне не стихают, значит не услышали.       Антон аккуратно разулся, стараясь вести себя как можно тише. Он осторожно шагал в сторону коридора, ведущего к его комнате, но уже возле двери его одёрнули за капюшон толстовки.       — Где шлялся, ублюдок? — кое-как выговаривая слова, спросил Шастун старший. Он прижал подростка к стене, вцепившись в ткань на его теле.       — У друга был, — честно ответил парень. Сейчас последнее, чего ему хотелось, так это быть избитым.       — Мразь. Отцу врать вздумал? — Андрей схватил шатена за волосы, больно толкая его голову к стене, — думаешь я поверю, что у тебя есть друзья?       — Да что тебе от меня надо?! — Антон не выдержал…       Уже через секунду его ударили по лицу. Следом полетели удары по корпусу. Когда подросток упал на пол, в ход пошли ноги.

***

      Антон открывает глаза, когда в телефоне срабатывает будильник и тот начинает вибрировать в кармане. Всё тело парня жутко болело, а на лице уже ощущалась корочка подсохшей крови.       Зеленоглазый кое-как поднимается, обнаруживая на полу небольшую лужицу красного цвета. Он аккуратно заходит в ванную, опираясь на стену. Посмотрев в зеркало, он тихо выругался.       На лице уже расцвела целая куча синяков, которые кое-где наслаивались друг на друга. Прямо возле виска образовалась большая гематома. Нижняя часть лица и частично шея были полностью в крови, которая пошла из разбитого носа.       На ключицах остались следы от удушья. Когда подросток задрал футболку, то обнаружил, что корпус выглядит ни капли не лучше. На левом боку район живота был полностью синим от синяков.       Парень ясно чувствовал дикую боль в ногах, но их проверять не стал. По какой-то причине он стыдился повреждений на своём теле, будто это он виновен в них. Будто это его недостаток, отличие от других, которое полностью обесценивает его жизнь.       Опустив, наконец, футболку, Антон подошёл ближе к раковине и начал смывать кровь холодной водой. Это было не самое приятное занятия, учитывая то, что кровь успела засохнуть и приходилось её оттирать, задевая повреждённые участки.       Но уже спустя пару мучительных минут, Антон закончил. Осмотрев себя в зеркало и не найдя больше красных дорожек, парень наклонился и взял половую тряпку, отправляясь обратно к двери.       Убрав все следы вчерашних побоев с пола, Шаст прошёл в комнату, закидывая несколько учебников в рюкзак. Уже пора выходить в школу, что бы не опоздать, поэтому шатен решает не переодеваться.