Silver flame

«Лучший способ защитить свое — сделать так, чтобы враг никогда не захотел нападать.»

— Цитата от автора.

Нью-Йорк.

— Поверни направо через двести метров. Мы мчались по Нью-Йорку, уличные огни мелькали перед глазами, превращаясь в размазанные полосы. Стив крепко сжимал руль, взгляд сосредоточенный, напряжение ощущалось даже в том, как он дышал. Я старалась не отвлекать его, но скорость, с которой мы двигались, заставляла сердце стучать в ушах. В салоне машины слышался ровный голос Наташи, диктующей координаты. Ее голос, как всегда, был хладнокровным, но я знала, что за этим скрывается напряжение. Я обернулась через плечо. Романофф сидела сзади, вглядываясь в планшет с какой-то схемой. — Мы знаем, кто активировал протокол Зимнего Солдата? Хоть какая-то зацепка? Нат посмотрела на меня, на миг замерев. Она медленно покачала головой, и этот жест был тяжелее слов. — Пока нет. Только источник сигнала. Но если мы не успеем, то... Она не договорила, но мне и не нужно было. Я развернулась обратно, вцепившись в дверную ручку, пока машина резко повернула за угол. — Успеем. — коротко бросил Стив, не отрывая глаз от дороги.  Я снова взглянула на огни города, что проносились за окном, и стиснула зубы. — Баки получил сообщение вчера. — проговорила я, стараясь держать голос ровным, но сама чувствовала, как начинаю нервничать. — Кажется, оно его взволновало. Он был… не в себе. Стив кинул на меня быстрый, настороженный взгляд, не отвлекаясь от дороги дольше пары секунд. — Какого рода сообщение? Я пожала плечами, чувствуя, как беспокойство сжимает грудь. — Ума не приложу. Он убрал телефон почти сразу. Рассмотреть я ничего не успела. На мгновение в машине воцарилась тишина, нарушаемая только звуком двигателя и голосом навигатора. Я обернулась к девушке, сидящей сзади. — Нат, сможешь перехватить сообщение с его телефона? Думаю, это и есть наша зацепка. Кто-то явно замешан в этом. Нат слегка приподняла бровь, но тут же вернулась к своему планшету, ее пальцы быстро забегали по экрану. — Попробую. — ответила она, не поднимая головы. — Но если он успел стереть сообщение или зашифровал его… может понадобиться время. Я снова обернулась к окну, но теперь видела не городские огни, а тот момент, когда мы с Баки лежали рядом на кровати, словно весь мир был на паузе. Его рука небрежно лежала на моей, а глаза были закрыты, но я знала, что он не спит. Тогда все казалось таким простым, таким спокойным. Теперь же мысли крутились вихрем. Если он что-то скрывает, если это сообщение… Если он снова втянут в тени прошлого. Меня накрывала тревога. — Ты думаешь, он… снова тот, кем был раньше? — раздался голос Стива, тихий, почти осторожный. — Я не уверена Стив. — я отвела взгляд от окна, посмотрела на него. — Я хочу верить что нет, но ты видел запись. Шансы очень малы. — Кто-то стоит за этим. — продолжил размышлять Стив. — Вероятно, что да. Баки не отправился бы, убывать агентов, просто так. Это был приказ. Кто-то из бывших командиров Гидры? — Нет. Они все мертвы. — отвергнул предположение мужчина. — Но, отрубишь одну голову, вместо одной вырастут еще две.  — Ненавижу эту фразу. — Задайте вопрос… Что нужно этому человеку, который контролирует Барнса? — вмешалась Нат, высовываясь вперед. — Почему солдат напал на агентов Фьюри? Почему им нужен именно Щ.И.Т? Для власти? Информации? — Гидра, уже давно хотела заполучить Щ.И.Т. — дополнил Роджерс, крепче сжимая челюсти и поворачивая на другую улицу. Я выпрямилась, обдумывая услышанное. Шестеренки начали прокручиваться в моей голове, когда я нервно стучала пальцем по коленке. — Это другое. Если бы Гидра хотела заполучить все базы Щ.И.Т.а, они бы делали это осторожнее, как бы без лишнего шума и глаз. Понимаете? Романофф с интересом посмотрела на меня, а затем кивнула. — Зачем возвращать Зимнего Солдата, если можно обойтись хитростью и без утрат. В этом есть смысл.  Наташа начала что-то быстро набирать на своем планшете, ее взгляд был прикован к экрану. Машина продолжала нестись вперед, и казалось, что каждый метр дороги тянулся бесконечно долго. — У него сильная защита. — пробормотала Наташа, едва слышно, как будто самой себе. — Но не настолько, чтобы меня остановить. Я наблюдала, как ее пальцы бегают по экрану, пока на табло не высветилось что-то. Она чуть прищурилась, разглядывая текст, затем подняла на нас взгляд. — Есть! Тут только одно сообщение. — сказала она, голос ровный, но в нем сквозила настороженность. Стив слегка сбросил скорость, явно ожидая ее слов. — Что там? — спросила я, едва сдерживая дыхание. Наташа прочитала вслух. — «Ну, здравствуй, Баки. Я знаю, что ты не один из суперсолдат, созданных Гидрой. Хочешь сохранить в тайне их существование? Приходи по этому адресу.» На мгновение в машине воцарилась гнетущая тишина, которую нарушал только шум мотора. — Адрес? — Стив нарушил молчание, не отрывая глаз от дороги. — Бруклин, 32-я улица, заброшенный док. Я почувствовала, как холодный комок подкатил к горлу. — Это ловушка. — прошептала я, скорее для себя, чем для кого-то. — И он попал в нее. — отозвалась Наташа, задумчиво глядя на экран. Роджерс взглянул на нее, в зеркало заднего вида. — Едем по адресу, где его засекли камеры. Его слова прозвучали как приказ, и я лишь кивнула, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Баки оказался в центре чего-то, что могло все разрушить. И мне казалось, что прошлое снова настигло нас, не оставляя шанса на покой. Если к Баки, доберутся федералы первыми за нас, то будут проблемы. Они закроют его. Поэтому нам нужно добраться до него быстрее.

****

Мы подъехали к нужному месту, и даже из машины было видно, что что-то пошло не так. Вокруг стоял густой дым, пахло гарью и раскаленным металлом. Когда мы выбрались из машины, хлопнув дверями, я увидела повсюду разбросанных агентов Щ.И.Т.а. Некоторые стонали от боли, кто-то пытался подняться на ноги, а другие лежали неподвижно, без сознания. — Черт. — пробормотала я, осматривая это поле хаоса. — Что здесь произошло? Стив обвел все взглядом, напряжение читалось в каждой линии его лица. Он быстро оценил обстановку и обернулся к Романофф. — Нат, помоги пострадавшим. — скомандовал он, тон резкий, но безразличия не было. — Выясни, что они знают, если смогут говорить. Наташа кивнула, не задавая лишних вопросов. Она тут же направилась к ближайшему агенту, который пытался подняться, держась за бок. Стив посмотрел на меня. — Мы осмотримся. Возможно, он еще где-то здесь. Я кивнула, хотя сердце уже гулко стучало в груди. Мы двинулись вдоль разрушенных магазинов и груды обломков. — Если Баки это устроил... — начала я, но Стив прервал меня. — Не будем делать выводы, пока не узнаем больше. Но я видела, как он напрягся. Даже в его голосе был намек на сомнение, которого я не ожидала. Мы углублялись в руины. Повсюду были следы борьбы: сорванные двери, оплавленные металл и битые стекла. Но ни одного признака самого Баки. — Он был здесь, мы это знаем. — сказала я, глядя на глубокую вмятину на одной из стальных дверей, словно кто-то пробил ее кулаком. — Но где он теперь? Стив молча смотрел на дверь, затем на следы из грязи, ведущие куда-то к углу здания. — Мы это выясним. На крыше что-то мелькнуло, и я заметила движение — тень, быстро скользнувшую к противоположной стороне здания. — Стив! — воскликнула я, показывая на крышу. Не теряя ни секунды, он бросился за тенью, почти мгновенно скрывшись за углом. Я побежала в обход, надеясь перехватить того, кто бы это ни был. Сердце бешено колотилось, легкие горели от рваного дыхания, но я не останавливалась, пока ноги не начали подкашиваться. В голове крутилось множество вопросов. Кто с ним это сделал? Зачем? Баки боролся с этими демонами не один год, чтобы вернуться к нормальной жизни, а теперь это все снова списалось к нулю. Он был Зимним Солдатом больше, чем жил своей собственной жизнью, и эта мысль неприятно колола меня. Для чего все это? Эта борьба с самим собой? Чтобы снова стать монстром из легенды. Мне было невыносимо думать про это. Но одно я знала точно, если я узнаю, кто с ним это сделал снова, я оставлю только одно воспоминание, от этого человека. Я буду продолжать избивать и мучать его, как это делали с Баки. С моим Баки! Через несколько минут я резко остановилась, упершись руками в колени, и пыталась прийти в себя. Грудь тяжело вздымалась, вокруг был только шорох ночного ветра и запах дыма. Я оглянулась, но Стива уже не было видно. Он скрылся где-то за одним из дальних зданий, продолжая свою погоню. — Сволочь. — выдохнула я, выпрямившись. Я провела рукой по волосам, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Никто другой не мог двигаться так быстро, не мог оставить за собой такую разруху и исчезнуть. Надо было продолжать двигаться, искать. Но на долю секунды меня охватила тревога: если это действительно Баки, то что он пытается сделать? И смогу ли я его остановить, если придется? Я осмотрелась вокруг, стараясь поймать хоть какие-то признаки движения, но все, что я видела, — это хаос, оставшийся после боя. Луна, яркая и полная, поднималась высоко над доками, освещая все своим холодным светом. Я замерла на миг, чувствуя, как горло сжимается, и в памяти всплыл совсем недавний момент. Мы с Баки сидели на берегу, наслаждаясь редкой ночью покоя. Лунный свет падал на его лицо, делая его черты мягче, спокойнее. Он был почти расслаблен, только иногда отводил взгляд, словно борясь с воспоминаниями, которые не давали ему покоя. Сейчас, стоя здесь, среди руин, я чувствовала, как этот момент ускользает, словно песок сквозь пальцы. Кто-то снова выдернул Баки из той крохотной спокойной гавани, в которую мы только начали верить. И этот кто-то запустил цепочку событий, которая могла его разрушить. Я стиснула зубы и выдохнула, поднимая взгляд на луну. — Я не позволю тебе снова исчезнуть, Баки. — прошептала я. Сирены завывали где-то вдали, постепенно приближаясь, словно отбивая мое сердце, гулкое и тяжелое. Я стояла неподвижно, вслушиваясь в этот звук, который раньше означал помощь, но сейчас — приближение чего-то неизбежного. Холод ночного ветра пробирал до костей, но это было ничто по сравнению с холодом, который я ощущала внутри. Я медленно опустила голову, чувствуя, как душевная боль становится невыносимой. Она поднималась из глубины, накрывая волной отчаяния и бессилия. Все это казалось циклом, который мы не можем разорвать. Баки снова исчезал в тени, снова был тем, кого нужно спасать. Но что, если он уже за той чертой, где я не смогу его достать? Я сжала кулаки, ногти впились в ладони. Это была моя привычка — боль, пусть и физическая, помогала сосредоточиться. Но сейчас ничего не помогало. Картины прошлого, воспоминания, моменты покоя с ним крутились в голове, словно насмешка. Я напряженно всматривалась в темноту, обшаривая взглядом руины вокруг. Тишина была давящей, только ветер шелестел среди обломков. Нервы натянуты до предела, дыхание сбивалось, но я продолжала вглядываться, пытаясь уловить хоть намек на движение. И вдруг — резкая боль пронзила мою спину. Я не услышала ни звука, не почувствовала предупреждения. Сильный удар в спину выбил воздух из легких, и я отлетела вперед, больно ударившись о стену. Плечо вспыхнуло острой болью, и на секунду перед глазами потемнело. Я инстинктивно откатилась в сторону, скатившись на землю, и поднялась на ноги, тяжело дыша, вскидывая руки в защитной стойке. Плечо пульсировало, ныло, но сейчас это не имело значения. Я быстро обернулась и замерла, увидев его. Баки стоял в нескольких шагах от меня. Его силуэт, освещенный лунным светом, казался чужим и пугающим. Это было его тело, но лицо... оно было каменным, бесчувственным, а глаза — ледяными. Они смотрели на меня без малейшего признака узнавания, как будто перед ним стоял враг. — Баки? — выдавила я, тяжело дыша, но голос мой звучал сдавленно. Он не ответил. Только шагнул вперед, тяжело и уверенно. В его движениях не было колебаний, только хищная точность. — Баки, это не ты! Ты можешь бороться! Ты уже боролся с этим! — продолжала я, пытаясь найти его взгляд, зацепиться за хоть что-то, но он оставался холодным, как металл его руки. — Уходи. — его голос прозвучал низко, почти рычанием. — Пока можешь. — Послушай. — твердо сказала я, стирая тыльной стороной ладони кровь, которая сочилась из рассеченной губы. — Ты можешь остановиться. Ты сильнее этого! Его шаги ускорились. Я едва успела увернуться, когда он снова бросился на меня, ударяя так, что воздух вокруг будто вибрировал. Я перекатилась в сторону, встала на ноги и снова заняла оборонительную позицию, но внутри все сжималось от ужаса. Я знала, что могу попытаться защитить себя, но что-то внутри сопротивлялось. Это был он. Тот, кого я любила. Тот, кого я обещала спасти. Но передо мной стоял не Баки — это был Зимний Солдат. Орудие без воли, без сердца. Я видела его таким только на старых записях, но реальность была намного страшнее. — Ты не хочешь этого! Ты… Прежде чем я успела произнести фразу до конца, он оказался слишком близко. Металлическая рука взлетела, и я едва успела увернуться. Его удар разбил стену позади меня, и пыль поднялась в воздух, заставляя меня кашлять. Я знала, что не смогу победить его в бою, но у меня был выбор: бежать или попытаться его остановить. Я выбрала второе. Он был быстрым, словно тень, и каждое его движение было выверенным, точным. Баки больше не был тем, кого я знала, кто, казалось, защищал меня от всего мира. Сейчас он был хищником, и его цель — я. Его кулак пронесся мимо моего лица, я едва успела увернуться, сделав шаг назад, но следующий удар уже летел в бок. Я перекатилась по земле, чувствуя, как камни и грязь впиваются в кожу, но продолжала двигаться. Я знала каждую его атаку, каждую уловку. Мы тренировались вместе столько раз, что его стиль стал для меня чем-то родным. Но сейчас это не облегчало задачу. Его движения были быстрее, грубее, полные ярости. — Барнс, остановись! — закричала я, но он не услышал. Еще один удар, я отклонилась в последний момент, но его ладонь внезапно схватила меня за руку. Я не успела вырваться — он рывком притянул меня к себе и ударил в живот. Воздух вырвался из моих легких, ноги подкосились, и я всхлипнула. Но это был не просто звук боли. Это было что-то большее — мое сердце сжималось от того, что он делал это. Без тени сочувствия, без малейшего намека на узнавание. — Ты… помнишь меня? Он замер, всего на миг. Его глаза чуть дрогнули, но затем снова наполнились жестокостью. — Ты не должна была вмешиваться. — сказал он, голос низкий, холодный, как лед. Его хватка стала сильнее, и я вздрогнула, но не отступила. — Это не ты. — прошептала я, пытаясь встретиться с его взглядом. — Я знаю тебя. Ты тот, кто защищал меня, кто… — Я — оружие. — перебил он, его голос был чужим, без капли эмоций. — Нет! — закричала я, стиснув зубы от боли. — Ты человек. И ты мне дорог. Это они снова тебя используют. На его лице промелькнула тень сомнения, но почти сразу он сжал челюсти, снова поднимая металлическую руку для удара. — Не заставляй меня… — Я никогда не буду с тобой сражаться. — сказала я твердо, хотя страх сжимал грудь. — Я не буду причинять тебе боль. Металлическая рука взметнулась, и прежде чем я успела что-либо сделать, удар пришелся прямо в лицо. Я не успела даже вскрикнуть — мир перед глазами взорвался яркой вспышкой боли. Меня отбросило на землю, и на мгновение все вокруг замерло. Голова гудела, в ушах звенело, но я знала, что не могу оставаться там. Я сделала над собой усилие, встала, хотя ноги дрожали, а кровь пульсировала в висках. — Кто контролирует тебя?! — прокричала я, голос сорвался, но в нем звучала ярость. Он остановился, словно мои слова пробили невидимую преграду. Но его лицо оставалось суровым. — Никто. Это мой долг. — проговорил он, голос хриплый, но уверенный, как будто он действительно верил в это. — Это не твой долг! — выкрикнула я, стараясь удержать его внимание. — Это не ты! Тебя снова используют, снова превращают в оружие! Он шагнул ко мне, и я видела, как его металлический кулак сжимается. — Уходи. Ты не часть этого. — Я не уйду! — сказала я, вытирая кровь со щеки. — Если мне придется стоять здесь, пока ты пытаешься убить меня, я все равно не оставлю тебя. Ты мне нужен, понимаешь? Я не позволю им забрать тебя у меня! — Прекрати… говорить. — выдавил он, но голос дрогнул. — Нет. — ответила я, сделав шаг вперед, несмотря на то, что тело кричало от боли. — Ты сильнее этого. Ты можешь это остановить. Ты уже делал это раньше. Его рука поднялась, и я увидела блеск металла — пистолет был направлен прямо на меня. Холодный, безжалостный взгляд, который он когда-то обращал только на врагов, теперь был устремлен на меня. Я замерла, ощущая, как сердце сжалось в ледяном страхе. Но ноги не двигались назад, наоборот, я сделала шаг вперед, несмотря на стук собственного сердца, который казался оглушительным. — Ты не сделаешь этого. — сказала я тихо, голос дрожал, но в нем звучала твердость. Его палец лег на спусковой крючок, и я видела, как его челюсти напряглись, будто он боролся с чем-то внутри. — Остановись. — прохрипел он, словно это было обращение не ко мне, а к самому себе. По моим щекам стекали слезы, горячие, словно огонь. Я сделала еще один шаг, пока дуло пистолета почти не уперлось мне в грудь. — Я не уйду. — прошептала я. — Если ты собираешься стрелять, стреляй. Но я знаю, что ты не сможешь. Его рука дрогнула, но все еще оставалась поднятой. В глазах мелькнуло что-то, что могло быть болью, может быть, воспоминанием. — Уйди. Его взгляд оставался холодным, неподвижным, и в этих глазах я не видела ничего, кроме решимости и смерти. Мое сердце сжалось, но я не позволила себе дрогнуть. — Помнишь Стива? Он не ответил, лишь продолжал смотреть на меня, как на цель. Мое имя, наша история — ничего этого больше не существовало для него. — Ты был его лучшим другом. — продолжила я, чувствуя, как голос становится все тише. — Ты спасал его, помогал ему, защищал. Помнишь, как он всегда говорил, что ты для него как брат? Никакой реакции. Словно я говорила с чужим человеком. — Нет, ты не помнишь, правда? — мой голос сорвался, и я сжала кулаки, пытаясь справиться с эмоциями.  — Уйди. — произнес он ровным, мертвым голосом. — Не уйду… Его рука замерла в воздухе, но не опустилась. — Я выполняю приказ. — проговорил он холодно, словно каждое слово было высечено камнем. — Приказ? Приказ кого Баки? Он не ответил, но его рука сжалась в кулак. Я видела, что он борется, но борьба шла не в мою пользу. — Если ты не помнишь меня, если Стив для тебя больше никто, тогда что ты видишь, глядя на меня сейчас? — Цель. Я отрицательно покачала головой, чувствуя, как слезы горячо катятся по щекам. — Ты не выстрелишь, Баки. — прошептала я. Он слегка наклонил голову, на его лице мелькнула холодная усмешка, будто мои слова забавляли его. — Глупо. — произнес он. И тут раздался выстрел. Я рефлекторно дернулась, мои ноги подогнулись, а сердце будто на миг остановилось. Я не верила, что он мог это сделать. Я ждала боли, но ничего не почувствовала. Замешательство охватило меня, пока я не опустила взгляд вниз. Передо мной, прямо на уровне груди, пуля зависла в воздухе, окруженная светящимися нитями моей магии. Она дрожала, словно сопротивляясь невидимой силе, но не могла сдвинуться ни на миллиметр. Я подняла руку, не отрывая взгляда от этой нереальной картины. Магия защитила меня, сама по себе, инстинктивно. Моя собственная сила спасла мне жизнь. Подняв глаза на Баки, я увидела, как его взгляд изменился. Его глаза на мгновение округлились, а затем он резко тряхнул головой, будто пытаясь избавиться от наваждения. — Ты… — мой голос дрогнул, но я нашла в себе силы продолжить, — Ты чуть не убил меня… Его рука с пистолетом чуть дрогнула, но он снова направил ствол прямо на меня. На его лице промелькнуло что-то человеческое, что-то, что заставило меня на секунду поверить, что он борется. Сигналы сирен разрывали воздух, когда из-за поворота выехали машины с мигающими огнями. Полицейские и агенты Щ.И.Т.а выскочили из них, поднимая оружие и целясь прямо в Барнса. Один из агентов, одним лишь выстрелом, выбил пистолет из рук солдата. Лазеры красных снайперов уже были направлены на нас с крыш, словно смертельные точки, готовые убить в любую секунду. Баки, казалось, оценивал ситуацию, его взгляд метался, и я видела, как в его голове выстраиваются варианты. Он уже готовился к очередному бою, но я не могла этого допустить. Я шагнула вперед, быстро и решительно, встав между ним и всеми, кто держал его на прицеле. Лазеры немедленно перестроились, теперь их точки горели на моей груди и плечах. Баки дернулся, собираясь бежать, но его движение остановилось, когда из-за горизонта раздался резкий шум и по воздуху пронесся знакомый серый силуэт. Рядом с нами приземлился Роуди в своем сером железном костюме, его фигура казалась массивной и уверенной даже на таком расстоянии. Он вышел из воздушного маневра, встал на землю и, вытянув руку в сторону, уверенно произнес. — Вот вы и доигрались. Я же говорил Беккер, один неправильный шаг и я предприму меры. — сказал тот, поднимая переднюю пластину маски. — Я лишь защищаю его! — А ты уверена, что ему нужна твоя защита? — он усмехнулся, переводя взгляд на мужчину. — Одно неверное движение Барнс, и они выстрелят. Знай, я не люблю раскидываться словами, просто так. Все оружия продолжали быть нацелены на Баки и меня, ни один агент или снайпер не сдвинулся с места. Лазеры продолжали светиться и сверлиться в нас, а мы находились в самой опасной точке. Роуди шагнул вперед, его голос был спокоен, но от этого звучал еще более угрожающе. — Мы его забираем, туда где будет безопасно. — продолжил он, словно уже знал, как именно обернется эта ситуация. Баки вновь дернулся, но Роуди поднял руку, и в его голосе теперь звучало нечто большее — уверенность и неотвратимая сила. — Стой! — сказал он, глядя на него. — Ни шагу, или все закончится быстро. Думаю ты меня слышишь солдат.  — Вы не посмеете Роуди. — прошипела я, продолжая закрывать рукой Баки, будто могла его защитить. — Думаешь? Роджерс поручился за него, а Старк за тебя. И где же вы оба сейчас? Мы забираем не только Барнса, но и тебя тоже. Ты защищаешь Зимнего Солдата. Убийцу. — Это не его вина. Кто-то взял контроль над ним. Я лишь делаю то, что должна. Сотни глаз, лазеров и дул, и ни один из них не собирался опустить оружие. Роуди держался уверенно, но было ясно: он тоже знает, как опасно это положение. Мы оказались в ситуации, где каждый следующий выстрел мог стать фатальным. — Держите его под контролем. — добавил Роуди, обращаясь к группе агентов. — И никаких движений. Мы разберемся с этим. — Только троньте его! — прокричала я, не отступая на шаг, даже когда пули и лазеры продолжали сверлить нас. — Мы не отступим. — отрезал Роуди, голос у него был холодным. — Барнс должен ответить за свои действия прошлого.  Я перевела взгляд на него, ощущая, как в груди нарастает не только страх, но и ярость. — Но он не виновен! — крикнула я, почти не слыша себя из-за звуков сирен и гулов машин. — Это не его выбор! — Контроль или нет — это уже не имеет значения. Мы получили приказ. Он идет с нами или умрет на месте. Я подняла руку и показала ему средний палец. — Это мой ответ тебе Роуди! Тронешь его и я убью их всех, а затем и тебя!  — Угрожаешь мне? Одна из Мстителей? Ты понимаешь, что ставишь под угрозу их всех своими действиями?  — Ты видел во мне угрозу? Так вот, я ей и являюсь. Я повторяю ни шагу ближе к нему! — я почувствовала, как во мне пробежала волна энергии. — Это ошибка, девчонка! — Либо вы опустите оружие сейчас, либо я вмешаюсь, и последствия будут серьезные. Баки потянулся к ножу на бедре, его движение было быстрым, но не ускользнуло от внимания агентов. Один из полицейских, не раздумывая, выстрелил. Пуля ударила Баки в плечо, и он резко дернулся назад, стиснув зубы, чтобы подавить болезненный стон. Из раны начала сочиться кровь, но он лишь поднял на стрелявшего взгляд — ледяной и угрожающий, как у зверя, который уже решил, что это будет его следующая жертва. Я почувствовала, как что-то вспыхнуло внутри меня, словно в груди разрывалась буря. От злости мои глаза сверкнули ярче обычного, а пальцы закололи от неуправляемой магии, которая начала просачиваться наружу. Одно резкое движение рукой — и мужчина, выстреливший в Баки, с криком свалился с крыши, словно его толкнула невидимая сила. Его падение заглушило сирены на мгновение, но не мой голос. — Знаешь, на что я способна? — прогремел мой крик, больше похожий на рычание. Лазеры нацелились на меня, но никто не осмелился нажать на спусковой крючок. Я подняла руки, и вокруг меня засияла энергия, яркая и пульсирующая, как пожар. Баки стоял рядом, придерживая окровавленное плечо, но не делал попыток сбежать. Он знал, что сейчас я стала единственным барьером между ним и смертью. — Хочешь увидеть, что происходит, когда ты поднимаешь руку на мое?! — мой голос звучал твердо, почти нечеловечески. Мои глаза вспыхнули ярким светом, и волна энергии вырвалась из меня, отталкивая ближайших агентов. Они попадали на землю, их оружие разлетелось в стороны. Я почувствовала, как Роуди попытался что-то сказать, но его голос затерялся в гуле моей силы. Он сделал шаг назад, подняв руки в примирительном жесте, но в его глазах я увидела то, что ждала — страх. Железный костюм, казалось, не делал его неуязвимым передо мной. — Отступите. Сейчас. — я сжала кулаки, и энергия вокруг меня начала вибрировать сильнее, словно готовая сорваться в разрушительном ударе. — Ты не оставляешь нам выбора. — тихо произнес Роуди. — Нет, это вы не оставили выбора. — прошипела я в ответ. — Еще один выстрел, и никто из вас не уйдет целым. Роуди медленно опустил руки. Он обернулся к агентам, которые все еще были нацелены на нас, и кивнул. — Это еще не конец. — тихо сказал он, глядя на меня. — Ты защищаешь его, но последствия этого решения упадут на твою голову. — Пусть так… — ответила я холодно. — Но пока я здесь, никто не прикоснется к нему. Он обвел взглядом агентов, что-то оценивая, и жестом указал всем отступить. — Уберите оружие. Все, сейчас же, — коротко и резко приказал он. Агенты переглянулись, но никто не осмелился ослушаться. Лазеры исчезли, а полицейские опустили стволы, но напряжение в воздухе оставалось осязаемым, словно любой звук мог снова разжечь конфликт. Сирены продолжали выть, но теперь они казались лишь фоном к этой странной и тяжелой тишине. — Уходим. — добавил Роуди, обращаясь к своей команде. Они начали медленно отступать к машинам и транспортам, оглядываясь на нас, как на зверей, которые могли наброситься в любую секунду. Несколько снайперов на крышах задержались дольше, чем следовало, но даже они в итоге подчинились. Баки тяжело выдохнул рядом со мной, прижимая руку к ране на плече. Роуди не двинулся с места сразу. Он смотрел на нас, на меня — так, будто пытался понять, что же делать дальше. Его губы сжались в тонкую линию, и я видела, как внутри него кипела борьба. — Последствия будут на вас всех. — наконец сказал он, и его голос был ледяным. — Ты думаешь, что сейчас победила, но это временно. Мы вернемся, и тогда никто не сможет тебя прикрыть. Ни Роджерс, ни Старк ни кто-то еще. Тебя спасает лишь то, что перед нами зависла опасность гораздо хуже твоего солдата. Его слова звучали как приговор, но в его глазах все еще оставался страх, который он не мог полностью скрыть. Я выдержала его взгляд, не говоря ни слова, но дала понять всем своим видом: я не отступлю. — Если вернетесь, то будьте готовы ко всему, Роуди. — тихо произнесла я, но в моем голосе звучала сталь. Роуди не ответил. Он поднялся в воздух, и исчез за горизонтом вместе с остальными агентами на машинах. Сирены стихли. Мы остались одни среди пустой улицы, усеянной следами от колес, выбитых пуль и опрокинутых ограждений. Баки покачнулся, и я быстро подхватила его, помогая удержаться на ногах. — Ты в порядке? — спросила я, всматриваясь в его лицо, бледное от потери крови. Но Баки вдруг напрягся, его глаза сузились, и, прежде чем я успела среагировать, он резко замахнулся на меня здоровой рукой. Его движения были быстрыми, но в них чувствовалась какая-то внутренняя борьба, словно он сражался не только со мной, но и с самим собой. Я инстинктивно подняла руки, и в тот же момент от кончиков моих пальцев пробежала тонкая, почти незаметная нить магии. Она коснулась его, и Баки мгновенно замер. Его тело ослабло, и он начал падать, как будто силы оставили его в одно мгновение. — Прости, солдат. — прошептала я, ловя его, чтобы он не ударился.  Я мягко опустила его на землю, присела рядом на корточки и посмотрела на его лицо. Даже во сне он выглядел измученным, его черты оставались напряженными, словно кошмары продолжали преследовать его даже здесь. Я осторожно протянула руку и тыльной стороной ладони притронулась к его щеке. Кожа была холодной, но я почувствовала, как он чуть расслабился под моим прикосновением. — Все будет в порядке. — тихо сказала я, словно пыталась убедить нас обоих. — Я позабочусь о тебе. Я задержала руку на его щеке на мгновение дольше, чем следовало, а затем убрала ее и осмотрелась. Тишина вокруг казалась оглушительной после всего произошедшего. Никто не оставался, чтобы нам помешать, но я знала, что это ненадолго. Нам нужно уходить.