Фобия

– Чонгук, пока ты не пойдешь со мною на контакт, я не смогу тебе помочь. – доктор Мин сидел и внимательно изучал бледного юношу, чьи круги под глазами занимали большую часть лица. – Доктор, вы знаете, что такое истина? Скажите, что такое истина?

Несколько раннее

– Тэхён, а ты помнишь, как мы первый раз смотрели этот фильм? Тебе он очень понравился, мы даже ходили в кинотеатр на него. На последний ряд. – Чон впал будто в нирвану, вспоминая былые дни, которые вызывали табун мурашек, так приятно было осознавать, как раньше было хорошо. – Да, душа моя, такое было. – задумчиво ответил Ким, находясь будто не тут, не в комнате, где когда-то он и Чонгук вместе жили. – Ты не хочешь пойти и поесть? Со вчерашнего дня ты даже и чашки воды не выпил. Так нельзя. Нельзя, но кого это волнует? Чонгук проснулся ото сна. Так ему казалось. Все это время парень не помнил того, что было в его жизни. Как прошла его старшая школа. Ему казалось, что он был изгоем, ни с кем не общался и был серий мышью. Это было вовсе не так. Он общался, радовался жизни и наслаждался юностью. Не с одноклассниками, а со своим взрослым возлюбленным. Человек, чья жизнь раньше казалась чужой и наполненной страхом и отчаянием, резко обрела смысл жизни – собственное прошлое. Те, кто кричит во всю, что надо жить настоящим, просто дураки, которые не жили по-настоящему. Никто не любил Чонгука так, как это делал Тэхён. Каждая вещь в квартире, которая раньше просто стояла, теперь была целым кладом для воспоминаний. Постельное белье, которое так любил бессознательно Чон, было куплено Кимом, когда пара только начала вместе жить. Светильники, которые стояли на прикроватных тумбах, выбирали они вместе на сайте, еще в шутку даже поссорились, ибо Чонгук хотел одни, а Тэхён – совсем другие. В итоге победила дружба и они взяли два разных. Даже одежда Чонгука. Почти всегда её покупал Тэхён потому, что парню самому было сложно сделать выбор. Каждая пара джинс, футболка, худи и даже носки – это все покупал Ким, заботясь о вкусах своего парня, желая угодить. И как это можно было забыть? Как можно было забыть Тэхена? Чонгук не знал, что ему теперь делать. Мозг четко осознавал, что то, что происходит, это катастрофа для его сознания. В мыслях успела проскочить фраза матери о том, что ее сын больной на голову. И как бы не хотелось этого отрицать, но это было именно так. Парень просто не мог отпустить Тэхена. Не сейчас. Не тогда, когда столько всего навалилось на него скопом. Кто бы мог подумать, что его единственный друг сейчас окажется выдумкой его больного рассудка? И этот человек еще и был любовью всей жизни парня в прошлом. Какая ирония. – Гуки, поёшь, иначе это сделаю я и ты не будешь рад потери контроля. Пожалуйста. Приятный низкий голос Кима звучит так ярко в голове у Чона, что нельзя было сказать, что этого человека нет. Он есть, он живет, он все еще дышит. Просто не для других. Только для него самого. Для своего любимого. – Уговорил, согласен. Только ты будешь рядом со мною, хорошо? – Чонгук боялся, что если он заснет или на секунду отлучится, то Ким исчезнет. Пара медленно двинулась со спальни на кухню. И там так же жили воспоминания о их мирной жизни. Выбор посуды, длинные ночи напролет за кофе, редкие, но громкие ссоры. Это все тут же всплывает в голове Чонгука. – Тэ, скажи, почему ты появился сейчас? Почему не дал навсегда забыть тебя? – этот вопрос не может остаться без внимания. Да, это горько и больно понимать, но не бывает же такого, что вторая личность поселяется в тебе просто так. – Ты спроси самого себя. Смог ли ты меня отпустить? Не думаю. Поэтому я тут, решил помочь тебе. – Сколько? Ким не понял к чему этот вопрос. О чем это Чон? – Сколько ты еще сможешь быть со мною? Сколько у меня будет времени, чтоб тебя отпустить? Я так хочу провести еще немного времени с тобой... – Гуки, малыш... – пусть Тэхён и был лишь плодом воображения, но эмоции были будто настоящие. Сожаление, отчаяние и боль в глазах были реальны. Ему было больно отвечать. – Я не знаю. Ты сам понимаешь, что у тебя проблемы. С рассудком. Ты должен найти врача. И как можно скорее потому, что я легко могу брать контроль над тобой. Ты это уже успел заметить. Да, успел. Намджун все еще пожинает плоды того, что сделал Тэхён. Сейчас это не вызывает страха, а больше забавляет. Как ловко они его надули. А как Ким защитил Чона от сексуального надругательства над ним? Сказка, да и только. – Хосок знает обо всем? Он ведь знает, что мы встречались, почему тогда не сказал? – Он знал, что мы общались. Об отношениях не знал. Твой отец не хотел, чтоб я об этом рассказывал. Да, и не особо рад он был тому, что мы вместе. Тебе ли не знать. Да, Чонгук вспомнил сейчас, как его отец выгонял Тэхена со спальни парня. Как же смешно было потом, когда Ким, словно мальчишка, по пожарной лестнице залез через окно назад. И лицо папы на утро, когда Тэхён угощал его кофе и спрашивал, как ему спалось. Какие же они были дети. Пусть и телом они были взрослые, но поступки были поистине ребяческие. – Тэ, сделай свой фирменный омлет. Горелый. Я хочу его сейчас. – Чон всегда завтракал яйцами разного способа приготовления. Ким никогда не мог их нормально сделать. То недоварит, да так, что аж белок жидкий, то вместо яичницы у него получался черный блин. А омлет то вообще целая история. Вечно он приставал к сковороде, да так, что на тарелку его было невозможно переложить и приходилось есть прям со сковороды. – Ну, уж нет. У тебя творога полно. Сиди и ешь, кальций тебе нужен. – О, в тебе снова мамочка проснулась? Чего еще мне не хватает? Витаминов? А может воды надо больше пить, да? – Да, надо. И курить поменьше. Вся квартира, как одна большая пепельница. Все провонял. – Я никогда не курил с тобой, это все ты. Ты первый начал это делать в нашем с тобой доме. – Чонгук всегда вёл себя смело с Тэхёном и знал, что ему ответить. Только ему показывал, что тоже острый на язык. А Ким и правда много курил. Работа преподавателем в университете была нервная и стрессовая. Чего стоит только одна сессия. Не только студенты в это время страдают. Одни только дедлайны сдачи ведомостей и отчётов могут до инфаркта довести. Поэтому никотин был спасением Тэхена. И теперь Чонгука. Все привычки, что когда-то были частью Кима, теперь стали Чона. Курение, выпивание крепкого алкоголя, любовь к математике, к грустной музыке – это все когда-то любил Тэхён. Даже пищевые привычки, и те Чонгук скопировал себе. Неосознанно. Потому, что скучал, хотел быть ближе к своему парню, сквозь пелену страданий и понимания того, что смерть забрала его к себе. Никто не смог бы пережить потерю близкого, будь он на месте Чонгука. Каждый бы сошел с ума, если бы по их вине умер любимый человек. Каким бы сильным не был Чон, как бы не пытался убедить себя в том, что это лишь стечение обстоятельств, ничего не помогало. "Со мной моя mea maxima culpa" – в голове Чонгука в голове четко текст песни Шаров, которые четко описывали то, что происходит в его жизни. Вина всюду преследует парня, кричит о том, что умер прекрасный математик, будущее страны, великий учёный. И его любимый и единственный, кто дорожил им. Кто готов был сделать все, лишь бы парень был счастлив. Призраков не существует. Общаться с мертвыми во сне нельзя. Обряды черной магии не оживляют тех, кого забрала её Величество смерть. Это все сказки. А диссоциативное расстройство личности существует. И более, чем реально. Ведь перед Чонгуком сейчас сидит Тэхён и ласково гладит его руку, радуется тому, что его парень давится творогом низкой жирности, ибо любой другой он не переносит. – Тэхён, я так тебя люблю. Ты бы только знал. – И я тебя, малыш. И я тебя... – Скажи, я могу тебя поцеловать? Мы можем заниматься сексом? Обниматься? Или это все невозможно, если ты в моей голове? Ким аж поперхнулся воздухом. Не ожидал он, что Чонгук это спросит. Да, и Чон тоже не думал, что наберется смелости это озвучить вслух. – Как ты это себе представляешь? – Ну, когда ты касаешься меня, ощущение будто это правда происходит. Может ты попробуешь меня поцеловать? – голос Чонгука звучал неуверенно. Ему было стыдно и неловко о таком говорить. Парень не знал как это будет выглядеть со стороны, но очень хотел попробовать. – Бля, какой же стыд это будет со стороны, но я в деле, Гуки. – с задором в глазах сказал Тэхён и приблизился к юноше вплотную. Ким не знал с чего бы начать. Как и Чон. Кто из них первый сделал решающий шаг – никто не помнит, но Чонгук мог с уверенностью сказать, что от настоящих поцелуев эфимерные, выдуманные, призрачные ничем не отличаются. Ощущения такие же приятные, мурашки все так же бегут по телу. Чувствовал ли сейчас Чон себя психом? Еще каким. Но прекращать поцелуи не хотелось. Легкие и ласковые касания к собственному телу напоминали давно забытое. То, что когда-то было обыденность, привычным. Правду говорят, мы ценим то, что теряем, а не то, что у нас есть сейчас. Но больше терять Чонгук не намерен. Он хотел большего. Хотел контакт теснее. Как это было когда-то, четыре года назад. Чтоб все его тело было в укусах, в синяках. Чтоб поясница саднила после грубого секса. Чтоб до дрожи в ногах и до судорог в пальцах. И так, как это было раньше. Тэхён отстранился, тяжело дыша. Чонгук не понимал, что то, что он хочет, – невозможно. Не мог Ким ему это дать. Как бы не хотел этого. Подсознание Гука понимает намного больше, чем сам парень. Здравый смысл должен взять своё. Но сердце просит другого. И как добиться компромисса – не понятно. – Гуки, нельзя. Не получится у нас ничего. Давай ты доешь и мы пойдем посмотрим фильмы, хорошо? – с надеждой в голосе, сказал Ким, предварительно сделав несколько шагов назад. – Почему нельзя? Тебе не нравится со мною проводить время? Чонгук ощущал обиду. Он соскучился за Тэхёном, за его теплом. И никак не хотел понимать происходящего. Да, и кто на его месте был готов сознательно отказаться от любимого? – Нравится, но ты уставший. Ночь не спал. Мало ел. Тебе нужны силы. Поэтому давай просто посмотрим фильмы, хорошо? – Тэхён надеялся, что Чон согласится и не придется манипуляциями просить сделать то, что нужно. Чонгук лишь утвердительно помотал головой. Он и правда устал и посмотреть фильм было бы неплохо. Он сам их никогда не смотрел. Не хотелось, всё время было будто не то. Не так что-то было. Поэтому сейчас все должно было пройти, как нужно.

***

< Чон заснул после просмотра пятого по счету фильма. Тэхён понимал, что будет сложно взять контроль над телом именно сейчас, когда парень был истощен и сон был ему жизненно необходим, но чем-то надо жертвовать. Кое-как встав, Ким начал рыться по квартире, в поисках своей записной книги. Почему-то он был уверен, что Чон ее не выбросил. И оказался прав. Небольшой ежедневник лежал в ящиках когда-то Тэхенового стола. Теперь дело осталось за малым – найти номер телефона своего психиатра. В прошлом Ким лечился от фобии и детских травм у Мин Юнги – своего бывшего одноклассника и просто хорошего товарища. Тэхён был уверен в этом специалисте, ведь его друг с самой школы увлекался человеческим разумом и точно может помочь Чонгуку, ведь знает историю детства юноши, о его страхах и фобии. И может в случае чего сообщить Чон Хосоку о состоянии парня, который в свою очередь может поддержать и помочь с лечением. Отыскав заветные цифры, Тэхён взял телефон Чонгука и принялся звонить. Длинные гудки вселяли надежду и давали ощущение, что совсем скоро все станет в разы лучше. И наконец-то Гук будет счастлив.

***

Поздний звонок ни капли не удивил Юнги, когда ты психиатр, должен понимать, что именно ночью у твоих пациентов начинается самое тяжелое время. Бывало, что Мин должен был срываться и ехать домой к кому-то, чтоб оказать помощь, спасти от попытки самоубийства или от очередного приступа. Но этот звонок удивил. – Юнги, срочно, это Ким Тэхён звонит. Вернее Чонгук, но говорит Тэхён. – взволнованный голос на том конце провода быстро тараторил информацию, не давая переварить то, что поступило раннее. – Что? – Юнги был потерян. Не ожидал он услышать имя своего покойного друга. Подумал на минуту, что это шутка какая-то. – Ну, не совсем я. Помощь нужна Чонгуку. Я теперь его альтер-эго. Ну, или он мое. В общем, ты же психиатр, ты понимаешь, что с тобой говорит выдумка Гуки, просто хорошо продуманная. Не медли, я не знаю сколько еще контроль будет у меня. Когда к тебе можно прийти на прием? Мина будто в холодную воду окунули. Его друг, товарищ, который уже четыре года мёртв, резко стал жив. Вернее, его вопролощение в сознании Чонгука. Весело, врагу такого не пожелаешь. Но прежде всего он врач, есть человек, которому он нужен. – Завтра к десяти приходите. Или приходи. В общем-то, ты понял. Диалог вышел неловкий. Да, и каким он может быть, если ты говоришь с чьим-то альтер-эго, которое записывает своего хозяина на прием к психиатру? Только таким. Тэхёну было стыдно. Он дождался, пока Чонгук совсем устанет и заснет под его эфимерные объятия и воспользовался ситуацией. Да, он выдумка. Да, он ненастоящий. Но подсознание парня понимало, что Ким лишний в этом теле и жизни. Его нужно изгнать. И действовать надо было как можно быстрее, пока другие личности спят. Было ли много соседей у Тэхена в голове у Чона? Очень. За последнее время их стало больше. Он уже устал считать сколько всего поселилось в рассудке у его парня. Девушка, которую он сбил. Собственный отец юноши, который то и дело хотел проявить себя и показать, что тоже живет в сознании и готов помочь своему сыну. Подросток, который был олицетворением самого Чона и чьи воспоминания носил в себе Чонгук. И много тех, кто иногда проявлял себя в стрессовых ситуациях и брал контроль над телом юноши, когда он сам не мог справиться: будь то простая покупка одежды или же еды. Все они лишь выдумка, лишние личности, чье проявление сдерживал Тэхён. Единственный, кто хочет помочь Чонгуку – Ким. Другие же желали жить и показывать себя, свою силу, уверенность, готовность существовать в этом мире. Только сам Чон не был ни к чему из этого готов. И доктор Мин это должен будет решить. Нельзя оставить без внимания это. Тэхён решил отойти и отдать контроль обратно. Завтра ему нужно будет хорошо поработать и привести к врачу чужое тело. Он тоже устал. Ким не живёт по-настоящему, но боль его реальная. Он видит все кошмары юноши, он же и кричит, просит отпустить, перестать мучать, оставить в покое. Другие личности этого не выносят, сдаются быстрее. Поэтому Тэхёну снова и снова приходится смотреть, как Чонгука ругает мать, как бьет беззащитного ребенка за мелкие проступки, видит свою собственную смерть, свое мертвое и без дыхания тело в больнице. Это было тяжело. Даже для такой сильной личности.

***

"Почему я так долго сплю? Это все еще сон? Или нет... " – Чонгук постепенно приходил в себя. Он не мог понять, что с ним происходит и почему не получается проснуться. Ощущение будто я где-то глубоко внутри, не тут, не в этом мире. – " Может я умер? Тэхён. Где Тэхён? " Ким старательно держал контроль. Осталось совсем чуть-чуть. Таксист почти довез тело Чона до доктора Мина. Совсем скоро все станет хорошо. – У меня запись к доктору Мин. Пожалуйста, быстрее проводите меня к нему. – Тэхён держался из последних сил. Как бы долго он не жил, как главная среди побочных личностей, это было не его тело. – Да, конечно. Девушка администратор быстро среагировала и повела к кабинету врача. Видимо, привыкла к таким внезапным визитам. – Юнги, у меня есть пару минут. Минимум вопросов, максимум сути. – с порога начал Тэхён. – Меня зовут Ким Тэхён и я одна из множества личностей Чон Чонгука. Произошло это четыре года назад. Я умер и Гуки не смог справиться с горем. Он все забыл. Долгое время не помнил себя и свою юность, начиная с 16 лет. С момента начала наших отношений. Около недели назад я начал проявлять себя и брать контроль над телом. Я думал, что если помогу все вспомнить, то Чонгуку станет лучше и он справится. Как видишь, к врачу парня привела его альтер-эго личность. Парень не в себе от горя. Он хотел, чтоб я переспал с ним. Гук не понимает, что я, выдуманный. Знает, но не осознает. Так же... На этот моменте речь оборвалась. Чон пришел в себя и имел вид потерянного маленького мальчика, которого забыли где-то. – Где я? Что случилось? – Господин Чон, меня зовут Мин Юнги и я психиатр. Не пугайтесь, я здесь, чтоб помочь вам. Вернее вы здесь. – доктор понял, что теперь мало удастся узнать о пациенте, но и той информации, что успела поступить хватало, чтоб понять диагноз и начать действовать. Любой нормальный человек был бы шокирован происхождящим. А Чонгук не был нормальным. И парень чуть ли не в истерику был готов впасть. Он засыпал в постели со своим любимым. А проснулся в темном помещении, где сидит неизвестный ему беловолосый мужчина и заявляет ему о том, что он мозгоправ. Какая прелесть, наверняка, каждый мечтает о таком пробуждении. – Прошу прощение, произошла ошибка какая-то, я должен идти. – стыдно, неловко, ужасно смущает. Чонгук не знал, что ему делать, что говорить и как себя вести. – Не думаю, вас привел сюда Тэхён. По факту, вы сами сюда пришли. Вас сюда привело собственное подсознание. – Мин был непоколебим. И не с таким сталкивался. По крайней мере, Чон может пойти на контакт. – Я не нуждаюсь в помощи психиатра. У меня все хорошо. Слышите? Чонгук нервно ходил по кабинету, понимая, что уйти он не может. Не зря Ким его сюда привел. Наверняка, все рассказал. Но рисковать Тэхёном, который в любой момент может исчезнуть из его жизни снова – не хотел. Та самая дилемма, когда ты сам понимаешь, что твой рассудок тронулся, ты, по факту, псих, но не хочешь лечиться потому, что тебе нравится быть больным. – Присядь. Я перейду на ты, хорошо? – Юнги ни раз работал с такими случаями. – Как пожелаете. Я все равно не желаю с вами вести беседы. – Чонгук, пока ты не пойдёшь со мною на контакт, я не смогу тебе помочь. А тебе нужна помощь.– доктор Мин сидел и внимательно изучал бледного юношу, чьи круги под глазами занимали большую часть лица, истощение организма было весьма сильное. – Доктор, вы знаете, что такое истина? Скажите, что такое истина? – неожиданно спросил Чон. – Прошу прощения, о чем идет речь? О какой истине? – Юнги аж растерялся на мгновение. Мало кто вёл себя именно таким образом из его пациентов, резко меняя настроение. – Тэхён очень любил философию. И этот вопрос был его любимым. Чонгук тоже любит этот вопрос. И я. Хотя никогда до этого не приходилось его задавать. – голос резко приобрел новые нотки. Будто произошла смена личности, что по факту, так и было. – С кем имею честь говорить? – Мин не оставил без внимания смену настроения и тона. – Ким Намджун. Я тут новенький. Первый раз получилось показать себя. – Какой сюрприз. И какова ваша роль? За что вы отвечаете? – заинтересовано начал психиатр. – Всего лишь за помощь в отказах. Маленький Чон сделать этого точно не сможет. Ким сейчас не слишком большой авторитет имеет среди нас, когда привел Гука к вам. Девушка плачет сутками, ей грустно без шопинга. Другие боятся вас. Ну, а сам Чонгук слаб. Слишком слаб... – странное наслаждение и прям таки вожделение было на лице у парня. Страшное зрелище. – Как вы появились? Почему Чонгук создал именно ваш образ у себя в голове? – Юнги ничего не удивляет в этой жизни. Бывало и похуже среди пациентов. – Я тут совсем недавно. Когда мой прототип подверг сексуальному насилию Чона, я появился. Вернее, пытался. А так хотелось, чтоб это произошло. – на лице юноши появилась зловещая ухмылка. "А это антагонист в сознании Чона, видимо. Тот, кто будет мучать больше всего парня и кто собрал в себе весь негатив." – подумал про себя Юнги и как ни в чем не бывало продолжил: – И чего вы хотите как личность? Какова ваша цель? – Цель? – в голосе появилась растерянность. Каждое побочное сознание имеет свои жизненные принципы, свой смысл существования и свои стремления. Если их нет – личность соединяется с другими, грубо говоря, её съедает более сильная и уверенная в себе часть подсознания. – Да, каков ваш смысл пребывания? – Мин давил и манипулировал рассудком. Тэхён, когда вёл Чонгука к Юнги, – не ошибся в выборе. Доктор был мастера своего дела. Манипуляции было специализацией мужчины долгие годы в университете и на врачебной практике. Доводя до противоречий и внутреннего конфликта, Мин помогал своим пациентам отыскать себя. Будь доктор немного амбициознее, давно бы правил миром. – Этого я не знаю. Разве это так важно? – уже более уверено подал голос Намджун. – Конечно, важно. Как вы себе представляете жизнь без смысла? Это тогда не жизнь, а глупая трата времени. – Хах, и то верно. Доктор, так скажите тогда. В чем же истина? Ответьте. И я буду доволен. Сделаем это моим смыслом. Юнги опешил. Его переигрывает вымысел. Если он сейчас скажет ответ на вопрос – личность обрете свою цель и окрепнет в сознании. Но Мин избрал другой путь. – Спросите Тэхена. Он точно знает ответ. Этого было достаточно, чтоб Ким Намджун потерял власть. Ответа на его вопрос не было дано, ответ у Тэхена, сильнейшего среди подсознаний. Снова произошла смена. В этот раз появился Тэхён. – Господи, отморозок ушел. Теперь снова к сути. Чон страдал тяжелой депрессией долгое время. Я не могу это утверждать, но более, чем уверен, что это была дпресмич. Апатия к жизни, проблемы со сном, аппетитом, суицидальные мысли и попытки лишит себя жизни. Хорошо, что не вышло. – перевел дыхание Ким, закончив свою речь и взяв паузу. А Мин задумался. Не так легко такие вот смены делать. Не бывает такого. Это слишком быстро и смущает тот факт, что одна из личностей, а именно Ким Тэхён, понимает, что он не существует. Это что-то новенькое. – Тэ, какова твоя цель? Чего ты добиваешься? – доктор пошел той же тактикой, что и ранее. – Цель? Помочь Чонгуку справится с моей утратой. Чтоб он отпустил меня. Юнги, давай к сути, давай, нужно помочь ему, срочно, сделай что-то. Что делать мне? Как его спасти? А психиатр лишь улыбнулся в ответ. Он нашел брешь. Теперь ему стало все понятно. – Помочь? Зачем? Разве Чон не сказал, что в порядке? – Юнги, о чем ты говоришь? Посмотри на меня. Вернее, на него. На нас, в общем. Ты не видишь проблемы? – голос Тэхена звучал как крик отчаяния. Такое ощущение, что еще чуть-чуть и парень заплачет. – Вижу. И проблема в тебе, мой дорогой. Что будет, если помочь Чонгуку нельзя? Если ты будешь жить всегда с ним? – психиатр продолжил давить. Именно давить, перекрывая кислород и не давая путей отхода. – Доктор Мин, ты же лучший. Я знаю, что ты лучший. Неужели помочь нельзя? Быть такого не может. – Ким метался по кабинету, нервно заламывая руки и не зная, что и сказать. – Я найду другого врача. Кто-то должен знать, что делать. Точно, я найду другого врача. – Сядь. – Юнги резко осадил порывы пациента выйти с помещения. Тэхён повиновался. Выбора не было. Искать другого специалиста слишком проблемно. Не тогда, когда первая попытка далась с таким трудом. Ким и так теперь стал врагом для всех в рассудка Чона. И для самого Чонгука тоже, который в данный момент искал выход наружу, чтоб не дать себе помочь. – А теперь слушай меня внимательно, что ты должен сделать... – доктор Мин знал выход, теперь пришло время его озвучить.