Как прожить жизнь вражеским принцем

Когда взгляд портного Шаттена Слейка упал на Калиана, он от неожиданности выронил измерительную ленту из рук. Он поднял её с пола и тут же убрал. Затем он достал новую ленту, так как все, что было испачкано на земле, не должно было использоваться для королевской семьи. Шаттен уставился на Калиана, и интуиция Яна заставила его чувствовать себя неловко — рот Шаттена открылся, чтобы заговорить. — Глядя на принца, я вспоминаю мадам Фрейю. — Сер Слейк! Обеспокоенный Ян немедленно остановил Шаттена. Как будто он понял, что сказал только после упрека Яна, портной выглядел взволнованным и низко поклонился Калиану. — Мои глубочайшие извинения, Ваше Высочество. Калиан был больше удивлен внезапно изменившейся атмосферой и повернулся к Яну за объяснением, но обнаружил, что Ян кланяется еще ниже. — Мне жаль. Я сейчас же пришлю кого-нибудь другого, — сказал слуга. Калиан нахмурил брови, не понимая, почему они извиняются, и быстро просмотрел свои старые воспоминания. «Зачем мне копаться в этих воспоминаниях? Разве информация не всплывает на поверхность, когда я думаю об этом?» Словно листая книжку с картинками, на ум пришли воспоминания, связанные с этим, и его настроение упало. «Ах…» Первоначальный Калиан дрожал от осознания того, что он похож на Фрейю, и он ненавидел смотреть на свое лицо в зеркале. Долгое время он страдал из-за того, что был похож на кого-то, кого не встречал с самого рождения. Теперь он понял, почему Ян так беспокоился о том, чтобы принести зеркало принцу. Калиан обычно не смотрел на свое лицо и ни с того ни с сего поднял по этому поводу шум. «Странно, что меня до сих пор не раскрыли!» Калиан вздохнул. Конечно, теперь у него не было никаких чувств к Фрейе, но то, что за одно утро удалось преодолеть столько травм, могло показаться подозрительным. Он медленно приходил в себя, но ему все же приходилось выказывать каплю нежелания. Он подыскивал нужные слова, прежде чем обратиться к Шаттену. — Продолжайте делать то, что вы делаете. Вам не нужно извиняться. Я знаю, что похож на свою мать. Они оба были удивлены словами Калиана, но, по крайней мере, не было похоже, что их подозрения пробудились. — Да, конечно. Давайте начнем. Шаттен, который был уверен, что его прогонят, приподнялся и начал тщательно измерять тело Калиана, пока помощник записывал измерения. Через некоторое время Шаттен закончил свою работу и осторожно дал несколько советов. — Я думаю, вам следует есть чуть побольше, ваше высочество. Я беспокоюсь насчёт вашего костюма. Калиан улыбнулся. Не было причин обижаться на что-то, сказанное из волнения. Он был не совсем маленьким, но это правда, что он был худым. —Хорошо. Поскольку измерения были сняты быстрее, чем ожидалось, Калиан подумал, что может немного отдохнуть перед обедом, но тут ассистент притащил несколько толстых книг. Шаттен положил их на стол и открыл. На одном были иллюстрации различных типов мантий, а на другом были образцы ткани, все из которых отличались по материалу и цвету. Были и другие книги со шнурками, которые выглядели почти так же, и всевозможными аксессуарами, другие с пуговицами и туфлями. На этом дело даже не закончилось, так как ассистент принёс ещё две книги после первой партии. У Калиана было озадаченное лицо, которое ясно указывало на невысказанный вопрос: что это? Шаттен, казалось, понял, потому что он указал, что они только начинают. — Теперь мы должны определиться с дизайном, ваше высочество, пожалуйста, выберите всего четыре. — Сколько костюмов? Поскольку истощение наступало еще до того, как приступить к выполнению поставленной задачи, воспоминания первого Калиана дали объяснение. Нужно было подготовить пять комплектов одежды. Благо, парадная одежда уже была выбрана, так что осталось 4. Лицо Калиана побледнело: — Ты имеешь в виду, что я должен выбрать их все!? Берн никогда не испытывал этого в своей жизни. Его мать, королева, выбирала ему одежду, когда он был ребенком, и после того, как он стал рыцарем, он не носил ничего, кроме нескольких вариаций рыцарского мундира. Не было необходимости выбирать другую одежду. Кроме того, в Секретии не было таких масштабных и пышных мероприятий, где нужно было иметь сразу пять комплектов одежды. Но теперь у него не было матери, которая подбирала ему одежду, и у него не было рыцарского одеяния. Ян, увидев его обеспокоенное лицо, заговорил. — Разве ваше высочество не сильно изменились в последние дни? Однако из-за подготовки к фестивалю в этом месяце не было больших светских мероприятий, и потому первым появлением изменившегося принца станет празднование дня рождения его величества. — Так ты имеешь в виду, что нужно красиво одеться и удивить, показав изменения? —Да, ваше высочество. — Верно, я понимаю, о чем ты говоришь… Калиан посмотрел на стопку книг на столе. Один только вид этого заставлял его чувствовать себя измотанным. Будет ли одежда привлекать внимание к слабому телу, которое даже не может использовать ману? — Но я не настолько уверен в своем выборе, вы все можете выбирать. Под «вы» принц имел в виду Шаттена, Яна и служанок, которые следовали за ним. Калиан хотел переложить на них эту утомительную задачу, но глаза Яна расширились, а поза выдавала сильнейшую растерянность. — Вы уверены? — Конечно. — Калиан кивнул и сел на диван. Началась война, их страсть загорелась, как пламя. Последние несколько дней горничные молча следовали за Калианом — они не сказали ни слова за все время, но теперь начали говорить страстно, с желанием выделить своего господина. Калиан, который слушал обрывки разговора, время от времени вставлял свои собственные комментарии. — Никаких королевских лент. Даже маленьких. Был момент разочарования от слуг, прежде чем они придумали другую идею. — Не слишком много излишеств, - снова перебил Калиан. Они не сдались. — ...Как насчет кружев? Что, черт возьми, они пытаются сделать? И для чего все бусы? В конце концов, Калиан вклинился между ними и присоединился к словесной войне. До маны и ауры — сначала нужно было отказаться от "вкусных" излишеств.