Договоренность недействительна

      Чонгук, как и обещал, отвел Чимина в свою игровую комнату. Чимин был поражен его коллекцией и ласково назвал Чонгука «гиком». Чонгук показал ему несколько своих любимых игр, Чимин попробовал поиграть в несколько и понял, что видеоигры явно не его сильная сторона, однако, когда они перешли к бильярду, он быстро лишил Чонгука уверенности, легко выиграв три игры подряд.       Когда они устали от многочасового смеха, криков и общего поддразнивания друг друга, они решили посмотреть фильм, что-нибудь легкое, что понравится им обоим. Прошло совсем немного времени, прежде чем Чонгук почувствовал тяжесть на своем плече. Чимин положил голову на его плечо некоторое время назад, так что Чонгук не возражал, но вес стал тяжелее, и, наклонившись вперед, он понял, что Чимин заснул. Он улыбнулся с нежностью, выключая фильм и осторожно опуская голову Чимина со своего плеча, чтобы можно было встать. Он поднял его, сунув одну руку под ноги, а другую за спину. Чимин заскулил от этого движения, и Чонгук шикнул ему       — Это всего лишь я, я отнесу тебя в твою комнату, продолжай спать, — прошептал он.       Чимин, должно быть, понял, потому что он уткнулся лицом в шею Чонгука, а его маленькая рука легла ему на грудь. Он осторожно прошел по коридору в соседнюю комнату, где остановился Чимин, радуясь, что персонал уже откинул одеяла, он медленно уложил Чимина в постель, снимая с его ног тапочки и натягивая одеяло на его тело. Он улыбнулся, когда Чимин глубже зарылся в мягкость одеяла. Чонгук задернул занавески и повернулся к Чимину, убедившись, что он в порядке. Он не удержался и откинул волосы с его лица.       Уставившись на умиротворенные и, по общему признанию, красивые черты лица, нежно проведя пальцами по волосам Чимина, Чонгук замер на мгновение и задумался. Он не мог отрицать очевидную привязанность, которую испытывал к Чимину. Не мог отрицать, что в каком-то аспекте он находил принца привлекательным, хотя и не мог сказать, насколько далеко зашло это влечение. Он обожает своего будущего партнера, и он почувствовал облегчение от этого. Именно поэтому он так же, как и его отец, стремился к тому, чтобы их договоренность состоялось. Он что-то чувствовал к Чимину, и это было всё, на что он мог надеяться, каким бы запутанным или странным это ни казалось. Просто друзья или нечто больше. В Чимине было что-то такое, что приносило спокойствие и блаженство, и он не хотел упускать возможность иметь эту безопасность рядом с собой.       В этот момент он понял, что сказал Чимин в садах южного дворца. Что в душе он романтик и будет изо всех сил стараться оставаться моногамным, если встретит кого-нибудь, также желая, чтобы этого не произошло. Чонгук никогда не был романтиком и был рад, что кто-то взял на себя ответственность за поиск партнера для него. При этом он не чувствовал, что что-то упускает. Однако Чимин чувствовал себя иначе, он лишался удовольствия от отношений, любви и романтики; и всё это ради своего положения. Он ни разу не пожаловался на это.       В последний раз улыбнувшись и погладив Чимина по волосам, Чонгук вышел из комнаты, выключив свет и закрыв за собой дверь, прежде чем отправиться в свою комнату. Открыв свой ноутбук и усевшись на кровать, он начал искать.

***

      На следующее утро Чонгук немного опоздал к завтраку. Он с трудом заставил себя встать с постели, так как большую часть ночи не спал, прочесывая интернет. Его задача была выполнена, что помогло ему немного лучше заснуть. Он извинился за свое опоздание, смотря на Чимина, который без слов спросил его, всё ли с ним в порядке. Он кивнул с улыбкой в ответ, которая, казалось, удовлетворила принца.       Чонгук включился в разговор, понимая, что это дальнейшие обсуждения их предстоящей помолвки. И ему снова стало скучно, когда идеи выдвигались и отбрасывались одна за другой. Он был рад, когда идею о публичном предложении быстро отклонили.       — Пусть это предложение будет только для них. Как только они всё уладят и будут близки к назначению даты, мы сделаем объявление для королевства, — сказал его отец.       — Поцелуй на балконе — это обязательное условие, ради традиций, — почти взволнованно произнесла мать Чимина. Его отец согласился с ней, но Чонгук этого не услышал.       Он знал об этой традиции. Обе семьи разделяли одно и то же чувство короткого поцелуя в день объявления о помолвке и в день свадьбы. Он совершенно забыл об этом и был поражен осознанием того, что ему придется поцеловать Чимина. Он ни в коем случае не испытывал отвращения по этому поводу, но определенно нервничал, и беспокоился, что это будет очевидно широкой публике. Он никогда не чувствовал себя комфортно при публичных проявлениях привязанности.       Его взгляд скользнул к Чимину, который, казалось, наблюдал за игрой эмоций на его лице, в его глазах читалось сочувственное беспокойство. К этому моменту они оба были близки к тому, чтобы закончить свой завтрак, и Чимин прочистил горло.       — Можем ли мы с Чонгуком сейчас уйти? Есть кое-что, что мы хотели бы обсудить, — спросил Чимин. Отец Чонгука, казалось, собирался отказаться, пока чья-то рука не остановила его. Его жена кивнула головой на сына, который, казалось, был немного погружен в свои мысли. Он кивнул, и Чимин встал.       Чонгук встал следом и последовал за Чимином из комнаты. Они не разговаривали, пока не добрались до большого зала.       — Ты в порядке? — спросил Чимин, поворачиваясь, чтобы встать перед Чонгуком.       — Я в порядке. Конечно. Я просто не думал, — Чонгук не закончил фразу, не зная, воспримет ли это Чимин как оскорбление.       — Ты не думал, что тебе придется поцеловать меня? — спросил Чимин, и Чонгук кивнул с легким смешком.       — Это звучит так глупо, конечно мне бы пришлось сделать это, ты же будешь моим мужем.       — Я тоже нервничаю. Я бы не хотел разрушать ту динамику, которая у нас есть сейчас, но уверен, что вместе мы сможем во всем разобраться. Сделай так, чтобы это выглядело естественно и комфортно. Я понимаю, что тебе будет труднее, ведь ты натурал, — Чимин снова успокоил его. Чонгук кивнул в ответ на его заявление. Увидев своего посыльного, он позвал его.       — Не могли бы вы, пожалуйста, пригласить Намджуна, Юнги и Хосока, если у них найдется время для меня, — персонал кивнул и ушел.       — Хорошая идея, давай пройдем в твою комнату.       Чимин идет вперед, а Чонгук следует за ним.

***

      Чонгук снова зажмурился, когда его сердце бешено колотилось в груди. Каждый раз, когда он чувствовал, как губы Чимина слегка касаются его губ, он чувствовал себя все более неловко.       — Честное слово, Чонгук. С каждым разом ты становишься хуже, — сказал Хосок с усталостью в голосе. Чонгук снова почувствовал тяжесть на своих плечах.       — Мы говорим тебе расслабиться, а ты напрягаешься ещё больше, — добавил Юнги.       Чимин тихо стоял рядом с Чонгуком, выглядя сочувствующим. Они занимались этим уже чуть меньше часа. Чтобы во время объявления новостей они выглядели естественно, они решили потренироваться, начиная с маленьких поцелуев, но каждый раз, когда Чонгуку говорили, что он слишком взвинчен, Чимин инициировал каждый из них.       — Я ничего не могу с собой поделать, всё это странно для меня, — Чонгук был раздражен, и он знал, что это видно, когда снял жакет и бросил его на диван. Намджун быстро поднял его и аккуратно перекинул через руку.       — Возможно, это потому, что ты пригласил нас сюда для помощи и теперь у вас есть аудитория, — предложил Намджун.       — В этот день у них будет многотысячная аудитория, — упомянул Хосок, заработав хмурый взгляд от Юнги. — Что? Нет смысла приукрашивать, — пожал он плечами.       — Это не работает, — фыркнул Чонгук. — Мы занимаемся этим уже час, и я всё ещё чувствую себя очень неловко из-за этого.       — Чонгук, мне кажется, ты немного драматизируешь. Почему бы не попробовать поцеловаться как следует, тогда простое прикосновение губ будет казаться очень незначительным, — предложил Юнги. Чонгук почувствовал ещё большее раздражение.       — Нет смысла дуться из-за этого. Это то, что ты должен сделать, так что делай. Я не дурак и не слепой. Я знаю, что ты достаточно хорошо разбираешься в поцелуях, хватает для перепихона, так что перестань вести себя как ребенок, — Чонгук всё ещё дулся, даже несмотря на то, что Юнги терял терпение.       — Это не так просто, — пробормотал Чонгук.       — Тебе предстоит управлять страной, но поцелуй с парнем — это то, чего ты боишься? Ты когда-нибудь задумывался, что твои нынешние действия делают с гордостью Чимина? Он стоит здесь уже час, пока ты плачешь о том, что не хочешь целовать его, — снова пожаловался Хосок. Чонгук посмотрел на Чимина и понял, что на его лице написано извинение.       — Нет, нет, — Чимин быстро снова встал перед ним, проводя руками вверх и вниз по рукам Чонгука в успокаивающей манере. — Не беспокойся о моей гордости, у меня достаточно эго, чтобы пережить это. Просто не переживай из-за этого слишком сильно, ладно? Здесь никто не осудит, со мной ты всегда можешь быть самим собой. Я просто хочу, чтобы ты чувствовал себя комфортно, — он тепло улыбнулся, и Чонгук с признательностью улыбнулся в ответ. — Мы разберемся с этим вместе, у нас еще есть время.       Маленькие пальчики Чимина нежно откинули его волосы назад, убирая их с лица. Смотря на всё еще теплую улыбку Чимина, Чонгук в очередной раз осознал свою удачу. Он повернулся, чтобы обратиться к своим друзьям, но с поддержкой Чимина большая часть его забот превратилась в фоновый шум, и внезапно он почувствовал момент уверенности. Прежде чем его уверенность исчезла, он быстро решил ею воспользоваться.       Он взял принца за руку, легко повернув его к себе лицом, его рука опустилась на тонкую шею, а губы прижались к губам Чимина. Он почувствовал, как принц на мгновение замер в его руках, но когда губы Чонгука шевельнулись, он расслабился. Рука Чонгука легла ему на талию и притянула Чимина ближе, наклоняя его и глубже целуя, чувствуя, как Чимин одной рукой слегка держит его за руку, а другой скользит от груди к ключице. Он не мог не наслаждаться ощущением мягких губ Чимина, податливых под его собственными. Тело Чонгука работает на автопилоте, он облизывает верхнюю губу Чимина языком, он легко уступает и приоткрывает рот, и когда их языки встречаются, Чонгук чувствует знакомую дрожь по спине. Он замедляет поцелуй, прежде чем отстраниться, и осторожно отпускает Чимина.       Лицо Чимина покраснело, но Чонгук предположил, что его собственное было таким же красным. На мгновение он подумал о том, чтобы снова притянуть Чимина к себе, но его мысли были заняты аплодисментами и криками его друзей. Обычно его бы раздражало их поддразнивание, но в тот момент он был слишком доволен собой за то, что справился. Оглянувшись на Чимина, он увидел, что тот улыбается вместе со своими друзьями и нежно похлопывает его по спине. Румянец всё ещё заметен на его лице и, по общему признанию, он выглядит красиво.       — Вот это был настоящий поцелуй, как он справился, Чимин? — спросил Хосок.       — Думаю, будет лучше, если мы не будем это обсуждать, а то станет неловко, — рассмеялся Чимин.       — О, так плохо? — снова спросил Хосок, бросив взгляд на Чонгука, который теперь смотрел на Чимина, ожидая ответа.       — Нет. Нет. Я не это имел ввиду, я просто подумал…       — Так это было нормально? — перебил его Чонгук. Он не совсем понимал, зачем ему это нужно, но он хотел знать. Чимин смущенно вздохнул, смотря на него.       — Разве не странно говорить об этом?       — Просто скажи мальчику, как он справился, или он никогда не остановится, — взмолился Юнги.       — Всё было хорошо, — Чимин пожал плечами.       — Но не очень хорошо? — Чонгук почувствовал еще большее раздражение на себя, задаваясь вопросом, что он мог бы сделать по-другому.       — Какая разница, если это выглядит так, как нужно? — спросил Чимин почти отчаянно, и Чонгук мог только пожать плечами в ответ.       — Потому что его эго сдувается, — ответил Юнги.       — Эй, всем хочется знать, хорошо ли они целуются, — быстро выпалил Чонгук, защищаясь.       — И ты не очень хорош, — хихикнул Хосок, заработав хмурый взгляд от Чонгука.       — Иисус, вы не позволите мне сохранить мою гордость, не так ли? — голос Чимина был громким и привлек всеобщее внимание. — Отлично, это было действительно чертовски хорошо. Умопомрачительно, просто дух захватывает и заставляет сжиматься пальцы ног, хорошо? — его маленькая вспышка гнева вызывает у Чонгука удовлетворенную и гордую улыбку, а его друзей заставляет смеяться.       — Твое лицо немного покраснело, — поддразнил Чонгук принца.       — Да, и ты только что поцеловал парня, — возразил Чимин, ухмылка Чонгука на мгновение исчезла, когда он это осознал. Чимин усмехнулся, а Чонгук лишь пожал плечами и улыбнулся.

***

      После того, как друзья Чонгука ушли, посчитав свою работу выполненной, пара перебралась в офис Чонгука, просматривая несколько запросов, по которым Чонгук хотел узнать мнение Чимина. После того, как они легко приняли совместное решение, они продолжили разговаривать, просто наслаждаясь обществом друг друга. Чонгук почувствовал облегчение от того, что их динамика не сильно изменилась. Они вместе пошли на ужин со своими родителями, он был заполнен обычной болтовней между семьями, гораздо менее шокирующей, чем их утренний разговор.       Когда они уходили, Чонгук увидел, что Намджун стоит у подножия лестницы, его друг кивнул ему с улыбкой, и Чонгук почувствовал приступ волнения.       — Есть ли что-то еще, с чем тебе нужна моя помощь сегодня? — спросил его Чимин, и Чонгук покачал головой.       — Нет, спасибо за сегодняшнюю помощь. Сейчас мне нужно уладить еще кое-какие личные дела. Наслаждайся своим вечером, — Чонгук улыбнулся, и Чимин кивнул.       Чонгук продолжал улыбаться до тех пор, пока Чимин не скрылся из виду. Как только принц поднялся по лестнице, оставив его одного, Намджун подошел к нему. Чонгук быстро прошмыгнул в библиотеку и, убедившись, что никого нет в поле зрения, махнул ему рукой. Его друг передал небольшую сумку, от которой Чонгук быстро избавился, являя небольшую бархатную коробочку. Он осторожно открыл её и не смог сдержать ухмылки.       Большую часть вечера он потратил на изучение материалов, дизайнов и вариантов. Как только он определился с тем, что ему нужно, он отправил семейному ювелиру электронное письмо. Небольшой бизнес, хранивший множество королевских секретов.       В коробке лежали два кольца, одно больше другого. Оба были сделаны из белого золота высочайшего качества. Одно кольцо было с черной полосой посередине, а другое, что поменьше — с розовым золотом. В кольце с черной полоской был один тонкий бриллиант, а золотое кольцо было украшено рядом из 7 бриллиантов идеальной огранки высочайшего качества. Повернув их к свету, он снова ухмыльнулся. Он никогда не видел такого блеска, кроме как в кольце своей матери.       Он показал кольца Намджуну, который улыбнулся ему в ответ.       — Я думаю, что ты хорошо подобрал дизайн. Это, безусловно, подойдет ему.       — Ты не думаешь, что этого слишком мало. Кольцо моей матери довольно большое, — спросил Чонгук. Намджун покачал головой.       — Нет, я думаю, что сдержанность подходит вам обоим. Ты ярко сияешь без крупных бриллиантов, и для протокола, Чонгук, это очень мило с твоей стороны, — Чонгук похлопал его по плечу и поблагодарил, прежде чем они покинули библиотеку и разошлись в разные стороны. Чонгук направился в свою комнату, чтобы переждать время, а Намджун вернулся к своей работе.

***

      Было 11 вечера, и Чонгук сделал свой ход, зная, что их родители надежно спали в своих кроватях, и лишь немногие сотрудники всё еще бодрствовали. Он прокрался в комнату Чимина, ожидая, что тот спит, но обнаружил его сидящим на подоконнике с книгой в руке и растерянно смотрящим на него.       — Пойдем со мной, — Чонгук ухмыльнулся, и Чимин смущенно улыбнулся в ответ.       — Мы сбегаем или что-то в этом роде? — пошутил он, и Чонгук покачал головой. Чимин жестом велел ему повернуться, и Чонгук сделал, как его попросили, уставившись на дверь, пока Чимин не похлопал его по плечу. Он переоделся в повседневную одежду из джинсов и толстого вязаного свитера.       — А если серьезно, куда мы едем? — спросил Чимин, когда они вышли из комнаты. Чонгук не отвечал, пока они не спустились по лестнице.       — Это сюрприз.       Чонгук был рад осознать, что Чимин не из тех, кто боится темноты, хотя и впечатляюще неуклюже стоит на ногах. Он взял принца за руку, как только они пробрались через изгородь в густой лес. Легко зная тропу, он осторожно вел Чимина, пока их местоположение не стало знакомым. Именно тогда Чимин пошел впереди него.       Озеро на их земле было красивым, особенно ночью, когда оно было спокойным, отражающим небо лишь с небольшим колебанием. Чонгук повел его вниз по пирсу, который вывел их из леса к воде. Он указал вверх и увидел, как в глазах Чимина отражается лунный свет. Он был благодарен судьбе за то, что вечер выдался теплым и ясным, а звезды были хороши видны.       — Это удивительное место, Чонгук, — произнес Чимин шепотом с благоговением. Чонгук улыбнулся.       — Это одно из моих самых любимых мест, — сказал Чонгук. — Я знал, что тебе здесь тоже понравится, — Чимин лучезарно улыбнулся ему, и Чонгук повернулся к нему. Он взял Чимина за руки и посмотрел в его удивленные глаза, вспоминая, что он хотел сказать.       — Мне нужно многое сказать. Во-первых, я хотел бы поблагодарить тебя за то, что ты слепо доверял мне, пока я вел тебя сюда, — это заставило Чимина усмехнуться, что бесконечно успокоило Чонгука.       — Мы многим жертвуем ради наших позиций, Чимин. Всё, что мы делаем, мы делаем для наших людей, даже если это означает упустить моменты, которые должны быть самыми запоминающимися и прекрасными моментами в нашей жизни. Я помню, как ты говорил, что в душе ты романтик, в отличие от меня, но я понимаю, что это будет большой потерей для многих, — он ещё недолго смотрел на пальцы Чимина, играя с ними, прежде чем снова посмотреть ему в глаза. Он лишь мило улыбнулся ему в ответ.       — Я хотел дать тебе хотя бы это, — наконец сказал Чонгук, прежде чем опуститься на одно колено. Вытащив коробочку из кармана куртки, он воспользовался моментом, чтобы оценить широко раскрытые глаза и потрясенное выражение лица Чимина. Он открыл коробку, увидев блеск колец, когда держал их перед Чимином, который прикрывал рот рукой и чьи глаза блестели от непролитых слез.       — Пак Чимин, за последние месяцы ты оказал мне большую поддержку, чем я когда-либо мог выразить словами. Сначала я принял эту договоренность из-за желания моих родителей, но теперь это решение во многом мое собственное. Если это не ты, то рядом со мной не будет никого другого. Я обещаю всегда уважать тебя, слушать и поддерживать во всём, что ты делаешь, до тех пор, пока ты обещаешь держать мое эго в узде и продолжать делать меня лучше для моего народа, — Чимин усмехнулся, прикрыв рот рукой, прежде чем сморщить нос. Слезы, струящиеся из его глаз, были видны в лунном свете.       — Я чувствую себя по-настоящему счастливым, мне повезло с тобой. Не окажешь ли ты мне честь стать моим мужем? — Чимин лихорадочно вытер глаза свитером, прежде чем кивнуть и поднять руку Чонгука с кольцами, показывая, что нужно встать. Чонгук ухмыльнулся ему, шмыгнув носом. Достав кольцо, он взял руку Чимина и надел его ему на палец.       — Ты не представляешь, как я рад, что оно подходит, — сказал Чонгук, и Чимин снова захихикал.       Всё еще не говоря ни слова, он уставился на свое кольцо. Мгновение спустя Чонгук достал из коробки другое кольцо и позволил маленьким ручкам Чимина надеть его себе на палец. Он улыбнулся ему, всё еще видя следы слез на его щеках, он взял лицо Чимина в свои руки, нежно вытирая их большими пальцами. Его глаза встретились с глазами Чимина, когда другая рука поднялась к его шее, наклонившись, они прижались губами друг к другу. Чонгук легко расслабился в поцелуе, обвивая руками талию Чимина, когда тот подошел ближе. Чонгук почувствовал, как легкость в груди опустилась к животу, когда губы Чимина коснулись его губ, и он приподнялся на цыпочки, обвивая руками его шею.       Чонгук отвечал на поцелуй с таким же энтузиазмом, ни на секунду не задумываясь, почему он так легко согласился на обмен, с которым так боролся раньше, и его сердце трепетало от блаженства момента.