Вольный ветер

Юрист жил через два участка от лавки зелий. -Спасибо, что помогаете мне, мисс Морган, - сказал Гарри. -Не стоит благодарности, мистер Поттер, - ответила та, - с вами обошлись несправедливо, а задумали настоящую подлость. Мы все благодарны вам за победу над Темным Лордом. Хоть у нас тут почти все чистокровные волшебники, всем бы пришлось солоно, задержись он у власти. Мы собирали отряд самообороны, готовили артефакты и зелья боевого назначения. Самые сильные маги готовились накрыть весь квартал защитным куполом. Дедушка тоже участвовал, помогал готовить ловушки. И вот все кончилось. Наши не знали, что с вами так обошлись, а то бы встали на защиту. А теперь поможем. -Спасибо, - искренне поблагодарил Гарри, - большое спасибо вам всем. Они поднялись на крыльцо очередного появившегося из тумана домика. Двери открылись сами по себе, гостей тут ждали. Хозяин дома – низенький толстячок с хитро прищуренными глазами встретил их в кабинете, сплошь заставленном книжными шкафами, буквально набитыми здоровенными фолиантами. -Здравствуй, Мэри, маленькая птичка, - улыбнулся хозяин дома, - кого ты мне привела? Неужели сам мистер Поттер почтил своим присутствием мой скромный дом? Чем могу служить? Тут перед ними появился серебристый силуэт барсука. -Мэри, где ты ходишь? – послышался мужской голос. – Я волнуюсь. И обедать пора. -Ой, дедушка! – спохватилась Мэри. – Надо бежать домой. Мистер Поттер приходите к нам в воскресенье на обед. Мы с дедушкой будем очень рады. До свидания! До свидания, мистер Гроуби, рада, что вы в добром здравии. -Беги, малышка, - кивнул юрист, - передавай привет старине Моргану. А вы, молодой человек, присаживайтесь. И рассказывайте, что там у вас случилось. Гарри попрощался с Мэри и устроился в предложенном ему удобном кресле для посетителей. -Мне вас рекомендовали, мистер Гроуби. Мистер Джагсон. Он сказал, что вы можете помочь мне составить опровержение в газету. Не знаю, читали вы или нет, я сам не знал, оказалось, что миссис Уизли и ее дочь дали интервью, в котором заявили, что у меня скоро свадьба с мисс Уизли. А я ей предложения не делал. -Хм…, хмыкнул Гроуби и щелчком пальцев призвал одну из газет, - почитаем вместе. Вот вам копия. Дело может оказаться не таким простым, как кажется на первый взгляд. Гарри благодарно кивнул и развернул спланировавшую ему на колени газету. Да-а, тут было на что посмотреть. Сияющая Молли и смущенная Джинни улыбались на большой колдографии. Скоро свадьба, приготовления идут полным ходом, жених приводит в порядок дом и готовит сюрприз для невесты. На седьмой курс в Хогвартс пара приедет уже женатой, Артур Уизли уже договорился, чтобы им выделили отдельные апартаменты. Гарри передернуло. От этой уверенности рыжего семейства в собственных правах на него и его имущество становилось дурно. Он же человек. Живой человек со своими чувствами. С планами на жизнь наконец! Как они могут так с ним поступать?! Кто дал им такое право?! -Талли, успокоительное быстро! – скомандовал мистер Гроуби. – Спокойно, мистер Поттер, не надо так нервничать! У вас теперь есть друзья, и вас в обиду не дадут. Гарри опустошил флакон с успокоительным и благодарно кивнул. По телу разошлось приятное тепло, голова стала ясной, пропала предательская дрожь. Можно было продолжать разговор. -И что вы думаете по этому поводу? – спросил мистер Гроуби, небрежно сложив газету. – С чем связана подобная уверенность и настойчивость? У этого семейства могут быть какие-либо документы, подтверждающие их права на вас? Вы не подписывали брачного контракта и обязательства жениться, но это могли сделать за вас. Например, ваш опекун. Кто он? -Честно говоря, я не знаю, - ответил Гарри, - по идее меня должен был опекать Сириус Блэк, но он находился в Азкабане. Единственное, мой ключ от сейфа находился у Дамблдора. И у семьи Уизли. Тот сейф пуст. Но мне оставил дом и счет в Гринготсе Сириус. На это и живу. Я наследник Блэков. Гроуби хмыкнул. Побарабанил пальцами по столешнице. Вызвал домовика и велел подать чай с капелькой брэнди. -Чувствую, мистер Поттер, разговор у нас будет долгий. Но вам придется рассказать мне все в мельчайших подробностях. Для начала подпишем контракт, он не позволит мне выдавать какие-либо ваши секреты. Беру я недешево, но зато гарантирую успех. Это дело будет очень громким, тут задействованы не самые последние люди в нашем мире. -Хорошо, - согласился Гарри, которому, как он это чувствовал, уже было нечего терять. Контракт никаких кабальных условий не содержал. Гарри на всякий случай прочитал его дважды. Гонорар юриста был вполне подъемным. В голове невольно всплыли разглагольствования дяди Вернона на тему, что каждый должен заниматься своим делом, и что жадность еще никого ни до чего хорошего не довела. Лучше заплатить специалисту, чем лишиться последнего. И Гарри все подписал. Гроуби кивнул и поставил свою подпись. Свиток тут же удвоился. -А теперь рассказывайте, мистер Поттер, - сказал Гроуби, убрав свой экземпляр контракта в папку, - рассказывайте все. И Гарри стал рассказывать. Гроуби хмыкал, задавал наводящие вопросы и делал пометки в большом блокноте. А Гарри с ужасом понимал, в какой яме он оказался. -Ну что ж, мистер Поттер, - резюмировал юрист, - думаю, вы сами многое поняли. Полагаю, что никаких магических брачных контрактов нет. Дамблдор просто не мог быть вашим опекуном, там даются очень серьезные клятвы, его бы буквально размазало за неисполнение обязанностей и за то, что он подвергал вашу жизнь опасности. И опустевший сейф явно не принадлежал Поттерам, иначе бы туда никто не мог бы попасть без вас. Если у Уизли и имеется что-то на руках, то это фикция, ничего не значащая в нашем мире. Поступим следующим образом. Я составлю опровержение и добьюсь от редакции «Пророка» официальных извинений. Схожу в банк, чтобы выяснить что там у вас со счетами. А вам, раз уж ваш дом закрыт, стоит обратиться на почту и арендовать там ячейку для писем. Там стоит стандартная защита, которая не пропускает вопиллеры, проклятые и отравленные письма и тому подобное. За небольшую дополнительную плату можно поставить блокиратор порт-ключей. Забирать почту сможет домовик. Он же отнесет вашу заявку. В нашем квартале безопасно, а на Диагон-аллею пока не суйтесь, именно там вас будут караулить. -Хорошо, - согласился Гарри, - у меня и так много дел с ремонтом. -Вот и славно, - улыбнулся Гроуби, - ждите новостей. Подписку на «Ежедневный пророк» я вам оформлю. Гарри распрощался с юристом, вызвал Кричера и отправился домой. Да, теперь он мог назвать мрачный дом на площади Гриммо своим домом. Несмотря на чай с сэндвичами и пирожными есть хотелось. Но дело прежде всего. Составить письмо на почту помог уже хорошо знакомый портрет, Кричер подхватил его и несколько галеонов и отправился заключать договор. Гарри выпил чашку бульона, съел свиную отбивную с картофелем и салатом. Работать он сейчас не мог, сосредоточиться бы точно не получилось. К тому же его мучило любопытство. -Скажите, сэр, - обратился он к портрету, - а что это за квартал такой, в котором я был? Такое ощущение, что они живут несколько изолировано от остальных волшебников. Особенно в переулке Теней. -Побывали в квартале мастеров? – усмехнулся портрет. – Очень интересное место. Его обитатели не со всеми идут на контакт, а многих просто напросто гонят. Но товары у них отменные. Министерство магии с самого своего основания пытается взять их под контроль и установить там свои порядки, но ничего не получается. Старые договоры – это старые договоры. -А что за договоры? – тут же спросил Гарри. -Еще до Завоевателя заключали. Мастерам лучше жить в городах, тут спрос на товары больше. В Хогсмите селились те, кто как-то связан с Хогвартсом. Знать укрепляла свои мэноры. Кто-то комфортно чувствовал себя рядом с магглами. А вот некоторые мастера решили устроиться по соседству с тогдашним Лондоном. Обязались платить налоги, но в дела их общины никто вмешиваться не мог. Обычное дело по тем временам. -А Диагон-аллея? – Гарри было очень интересно. -Она появилась позже, как и Лютный. Всегда есть кто-то, кого не принимают в приличном обществе. Это я шучу, конечно. В те времена многие проблемы решались изгнанием неудобных соседей из защищенных мест. Кого-то не принимали в общину, потому что он не дотягивал до нужного уровня. А еще мастера очень пришлых не любят. Причем даже магглокровку, если он талантлив и готов принять их правила и законы, примут. А вот приезжим из бывших колоний или из других стран вход закрыт. Разве что кто-то брак заключит, и то со скрипом. -А почему? – спросил Гарри. – В Хогвартсе многие учатся. Я вот и с китаянкой знаком, и с индианками. Чернокожих довольно много. -Поэтому в Хогвартсе дети из квартала мастеров и не учатся, - ответил портрет, - хотя, насколько я знаю, их вынудили сдавать экзамены на С.О.В.У. и Ж.А.Б.А. Без этого лицензию на торговлю не получить. Еще и деньги за сдачу экзаменов платить заставляют. На мастерам проще заплатить, они народ зажиточный. А чужих не пускают, потому что у тех другие традиции колдовства. Держатся за старое. И свои секреты оберегают. Да и пришлые вполне могут за собой ораву родственников притащить. Так и получилось, что другие маги вынуждены подчинятся министерству, даже мэноры не ото всего спасают. Дети учатся в Хогвартсе. А вот мастера держат марку. -Они сказали, что у меня теперь есть друзья, и что меня в обиду не дадут, - проговорил Гарри, - надо же. Меня и на обед в воскресенье пригласили. -Положили на вас глаз? – рассмеялся портрет. – Это хорошо, юноша, поверьте мне. Помогут. Только и вам придется их критериям соответствовать, иначе никак. Гарри вздохнул. Но, честно говоря, обитатели таинственного квартала нравились ему намного больше, чем большинство старых знакомых. Было в них что-то… истинно британское, что ли. Но, как бы там ни было, он уже сделал первые шаги на своем новом пути, и уже было не так-то просто свернуть в сторону или все остановить. Да и не хотел он останавливать, если честно. Ему понравилось жить одному и самому принимать решения. Это дорогого стоило. Пока же он решил почитать про волшебные картины, чтобы точно знать как восстанавливать те, что теперь принадлежали ему. Зелья зельями, а испортить все можно. Такая книга тоже нашлась в библиотеке. Она начиналась с подробного описания способов зачарования холстов и рецептов варки волшебных красок. Созданию говорящих портретов посвящался целый раздел. Тонкостей как и заковыристых заклинаний хватало. Далее следовало описание возможных повреждений и способов их исправления. Начинать определенно стоило с картины в столовой, той, где был изображен корабль. С портретом предстояло намного больше возни. Гарри помнил, как Кричер говорил о том, что над портретом леди Вальбурги колдовал Дамблдор, так что для начала стоило избавиться от возможного проклятья, чтобы не закрепить его окончательно. Проклятые картины и портреты редкостью не были. Что только не творили! Самой распространенной пакостью было создание прекрасного пейзажа, который притягивал потенциальную жертву и сводил ее с ума. Несчастный грезил о том, чтобы попасть в чудесное нарисованное место, и медленно сходил с ума, полностью отключаясь от реальности. Над портретами тоже изгалялись. Да, магия это не только Люмос и превращения спичек в иголки, это настоящая сила, которая могла стать очень опасной. -Мы начнем с картины в столовой, Кричер, - сказал Гарри за ужином, - тут столько сложностей, что я просто боюсь повредить портрет твоей дорогой хозяюшки. Согласись, что это будет очень жаль. Да, кстати, в доме нет еще пострадавших картин? Восстанавливать, так восстанавливать. -Кричер, все проверит, хозяин, - ответил домовик, пододвигая Гарри блюдо с домашними пирожными, - все-все. Так что после завтрака Гарри было чем заняться. Он действовал очень осторожно, убирая гарь и следы сажи. Тонкий слой зелья. Еще пару заклинаний. И вот по нарисованному морю прошла рябь, развернулся на ветру тяжелый флаг. Над фортом появился характерный дымок от пушечных выстрелов, а ветви пальм затрепетали. -Уф, - сказал уставший от напряжения Гарри, - получилось. Получилось, Кричер! Теперь и портрет оживим. -Да, хозяин, - благоговейно проговорил домовик, - чаю не желаете? Тут почта пришла. И газета. Гарри прошел на кухню, отхлебнул горячего ароматного чая и первым делом развернул «Ежедневный пророк». Ну что сказать, мистер Гроуби получал свои гонорары не зря. Это не была крохотная заметка, затерявшаяся среди рекламы и объявлений. Нет, прямо на первой странице редакция приносила свои глубочайшие извинения мистеру Поттеру за то, что были напечатаны непроверенные данные. Далее писалось, что мистер Гарри Поттер никогда не был помолвлен с мисс Уизли, никогда не делал ей брачного предложения и вообще жениться на ней не собирается. Он понятия не имел о планах этой семьи на свою особу. Да, он занимается сейчас ремонтом доставшегося ему в наследство дома Блэков, но это связано с тем, что в доме давно никто не жил, тут надо многое привести в порядок, а что-то отремонтировать и восстановить. Все строго и по делу. Далее следовало несколько фраз о том, что подготовка к свадьбе со стороны семейства Уизли выглядит просто непристойно, так как в битве за Хогвартс погиб Фредерик Уизли, а приличные люди во время траура о свадьбах даже не думают. -Вот тебе и твой сюрприз, Джинни, - тихо проговорил Гарри. Он не то, чтобы злорадствовал. Просто чувствовал себя все более и более свободным. Действительно, не маленький мальчик уже, скоро восемнадцать исполнится. Уж сам разберется, на что деньги тратить, а уж тем более сам решит, на ком жениться. А у Джинни пусть все будет хорошо, но подальше от него. Пусть вон в квиддич играет. Помимо газеты тут присутствовало и несколько писем. Для начала Гарри вскрыл то, что было от мистера Гроуби. Юрист писал, что с редакцией «Ежедневного пророка» все вопросы улажены. Более того, теперь все публикации о Гарри Поттере будут согласовываться с ним самим или его доверенным лицом. Это было очень хорошо, Гарри хорошо помнил статейки Риты Скиттер, особенно травлю перед пятым курсом. Мерлин! Гарри даже замер на несколько секунд. А ведь им тогда удалось прижучить в буквальном смысле этого слова Риту. И Гермиона взяла с нее слово, что она не будет писать гадости про Гарри. Но все это продержалось только до каникул. Но это могло означать только одно. Гермиона снова встречалась с Ритой и освободила ту от клятвы. Хороша подруга! И вряд ли она сама додумалась до такого. Но кто мог ее об этом попросить, а то и приказать? Ясно кто. Она боготворила только Дамблдора. А он тогда об этом и не подумал. Впрочем, положа руку на сердце, Гарри мог сказать, что вообще мало думал. За него думали другие, Гермиона, Дамблдор, Уизли. А он… Играл в квиддич и как дрессированный пес выполнял команды. Послушно бежал туда, куда его загоняли. Вот и лишился содержимого сейфа, и чуть не потерял жизнь. Спасибо Сириусу за наследство и Волдеморту за Аваду. Та не только выбила из него крестраж, но и несколько прочистила мозги. Дальше Гроуби писал, что собирается в Гринготс, чтобы разобраться с финансами Гарри и с его наследством. Как оказалось, в банке было принято оставлять один из экземпляров завещания. Нет, гоблины не становились душеприказчиками волшебников, просто так было всем спокойнее. Мало ли там что министерские выдумают. Да и уничтожить могли документ конкуренты основного наследника. А связанные клятвами и договорами подземные жители бумаги хранили так же ревностно, как и деньги. Очень интересно. Следующее письмо было от Шеклбота. Его назначили и.о. министра, он надеялся на поддержку Гарри на осенних выборах. Это следовало обдумать. Опыт общения с Фаджем навсегда отвратил Гарри от контактов с властями. Лезть во все это не хотелось. Еще одно письмо было от МакГоннагал. Она тоже рассчитывала на поддержку. А с ней-то что? Надо будет узнать. Хотя, может деньги на восстановление школы нужны? Писала Андромеда Тонкс. Эта прямо требовала денег для себя и для внука. Напоминала, что именно она урожденная Блэк и имеет все права на наследство своей семьи. Дом ей был без надобности, она рассчитывала на ежемесячное содержание. Прописанная сумма превосходила все траты Гарри, включая гонорар юриста. Ничего себе… А ему на что жить прикажите? Неприятно… Последнее письмо было от Гермионы. Она прямо указывала, что Гарри ведет себя как ребенок. Ему следует открыть дом для членов Ордена Феникса (особенно для нее и всех Уизли), поддержать МакГоннагал, которую обвинили в безответственности, приведшей к гибели студентов Хогвартса и многочисленным разрушениям древнего замка, а так же помочь Шеклботу победить на выборах. Еще нужно было помириться с Джинни и в поте лица готовиться к ответственному учебному году и сдаче Ж.А.Б.А. Читать это было противно. Даже послышался голос мисс Грейнджер с менторскими интонациями. Да пошла она! Он-то уже точно никому ничего не должен. Волдеморта победил? Вот и хватит с него. Пусть отстанут. А учиться он согласен, он уже кучу заклинаний выучил и еще многое повторит. Без ронова нытья и нотаций Гермионы материал усваивался просто на диво. Хотя тут тоже могла помочь Волдемортова Авада. Гарри спалил письма миссис Тонкс, Гермионы, МакГоннагал и Шеклбота, оставив только послание Гроуби. Обойдутся без ответа. Хватит на нем ездить. Хотя было интересно, что там с МакГоннагал. Но узнать наверняка можно и без контактов с ней. Маленькому Тедди Люпину он конечно поможет, может даже забрать его себе. А вот его бабушка пусть идет Запретным лесом. Да, так ей и напишет. Мол, мадам, понимаю ваши обстоятельства, крестника забираю, а вам помочь ничем не могу. И Гарри быстро написал письмо. Стало немного легче. Ух, а ведь еще реакция на сегодняшнюю публикацию будет… Как все-таки хорошо, что он закрыл дом. А теперь стоило заняться портретом Вальбурги. Это вдруг показалось страшно важным. Вспомнилось, как нарисованная хозяйка дома пыталась хоть как-то отравить жизнь наглым захватчикам. Выгнать их она, увы, не могла. Гарри осторожно поднялся по сломанной лестнице. А все-таки интересно, почему многие портреты ныне покойных Блэков висели здесь, в этой мрачной прихожей. Караулили неугодных визитеров? Ладно, потом узнает. А пока стоило свериться с книгой и провести диагностику. Так и есть, местами холст тускло светился зеленовато-коричневыми пятнами, напоминающими плесень. Притаившийся поблизости Кричер только ахнул и всплеснул лапками. -Да, приятель, - кивнул Гарри, - проклятье сильное. Сперва надо его убрать, а то леди на восстановленном портрете снова будет кричать. Я думаю, что ей самой от этого плохо было. -Доброй хозяюшке запретили переходить на другие картины, - вздохнул Кричер, - она очень скучала. -И это тоже уберем, - согласился Гарри. Конечно, придется сталкиваться с леди в самых неожиданных местах, но глядишь, она и подобреет. Особенно, если с родичами пообщается. Проклятье и, как понял Гарри, ограничитель поддавались с трудом. Тут явно постарался специалист. Да и злости ему было не занимать. Но вот все еще закопченный холст очистился. Убрать сажу и копоть оказалось легко. -Раму потом починим, - сказал Гарри, - можно будет и новую заказать. -Да, хозяин, - почтительно проговорил Кричер. Настала очередь зелья. В этом Гарри уже был, можно сказать, профи. Несколько взмахов волшебной палочкой, тонкий слой зелья, еще пара заклинаний… Фон налился густым цветом. Почтенная леди теперь выглядела практически как живая. Вот она шевельнулась, открыла глаза, у нее дрогнули губы. -Здравствуйте, леди Вальбурга, - негромко проговорил Гарри, - рад, что мне удалось восстановить ваш портрет. С рамой разберемся потом. Если что, ограничитель я снял, так что можете навестить и другие картины. Кричер, подай мне ужин, смотайся за почтой и делай, что хочешь. Старый домовик упал на колени и обнял ноги Гарри. По его щекам текли слезы. -Добрый… добрый хозяин, - бормотал он, - вернул портрет хозяюшки… Добрый хозяин… -Кто здесь? – послышалось с портрета. -Я Гарри Поттер, мэм, - ответил Гарри, - крестник и наследник Сириуса. Я должен отдохнуть, так что пойду. Кричер потом ответит на все ваши вопросы. Он развернулся и ушел в свою палатку. Общаться с Вальбургой желания не было, по крайней мере пока. Кричер мигом накрыл стол, исчез, вернулся с несколькими конвертами и удрал, надо понимать на отчет к своей хозяюшке. Ну и пусть, ему и одному есть чем заняться. Первым делом еда, а потом и письма просмотреть можно. Да, похоже, что договор с почтой избавил его от кучи вопиллеров. А может быть и от чего похуже. Написать сподобился даже Рон. «Гарри, я думал мы друзья! Как ты мог так с Джинни?! Совсем зажрался и зазнался, предатель!». Это было предсказуемо. Гермиона разродилась длинным посланием, где тоже постоянно встречалось то самое «как ты мог?!». Джинни плачет, у миссис Уизли истерика, мистер Уизли заперся в сарае, Джордж напился. -Угу, - пробормотал себе под нос Гарри, - а мои чувства никого не волнуют. Все с вами ясно, «друзья». Дальше следовал очередной список, что там Гарри еще должен. Да уж, мисс Грейнджер непрошибаема. Гарри даже остальные письма отложил и заглянул в небольшой бар, куда Кричер уже натаскал вин и прочего. Налил себе бокал вина и залпом выпил. И это только начало. Прав был Гроуби, на Диагон-аллее ему сейчас делать нечего. Поймают и сожрут живьем. Гарри налил себе еще один бокал и покосился на два оставшихся конверта. От кого это? Ага, опять от МакГоннагал и миссис Тонкс. Вот неугомонные тетки. Что им еще надо? Придется смотреть. МакГоннагал требовала, чтобы Гарри сказал свое веское слово и выступил в защиту … гробницы Дамблдора. Как оказалось, Попечительский Совет Хогвартса, куда опять просочился Люциус Малфой, потребовал не превращать территорию школы в погост. Ссылались на то, что во время гоблинских восстаний замок пережил несколько осад, но погибших защитников хоронили на существующем кладбище в Хогсмите или отдавали родственникам для погребения в семейных усыпальницах. И рядом с замком нет ни одной могилы директоров. Да что там директоров, самих Основателей. А Дамблдор не только уступал многим прежним директорам, которые являлись знаменитыми учеными, но и крайне халатно относился к своим служебным обязанностям. Зловредный Нотт инициировал полную ревизию замка и составлял списки устаревшего оборудования (из-за старых метел разгорелся настоящий скандал) и пропавших из библиотеки книг. Но ведь все знают, что директор Дамблдор убирал из общего доступа книги по черной магии. А деньги, перечисленные для покупки оборудования и обеспечения Больничного Крыла частично шли на борьбу с Волдемортом. Гарри задумчиво отложил письмо. Раньше он, не задумываясь, бросился бы в бой, отстаивая и гробницу, и все остальное. Но теперь… теперь он был склонен согласиться со, страшно сказать, Малфоем и Ноттом. Действительно, стоило похоронить всех где-нибудь в другом месте. Наверняка, многие родители хотели бы, чтобы их дети были погребены рядом со своими родственниками. А что касается Дамблдора, то он действительно значительно уступал многим своим предшественникам, не говоря уже о самих Основателях. И эти деньги… Люпин долгие годы прекрасно обходился без сложного и дорогостоящего зелья. А на эти деньги можно было хоть те же метлы купить. Вспомнились окаменевшие ученики на втором курсе, которых практически не лечили, ожидая пока поспеют мандрагоры. И на пятом курсе их всех просто сложили в Больничном Крыле, а не отправили в Мунго. Книги, пропавшие из библиотеки… Гнусно все это. Да, кстати… По всему выходило, что теперь все три Дара Смерти принадлежали ему. А он, как последний идиот, снова засунул бузинную палочку в гробницу Дамблдора, а воскрешающий камень выбросил где-то в Запретном лесу. И что теперь делать? Где искать утраченные сокровища? Это ведь принадлежит ему по праву, как последнему потомку Певереллов. Это же… Гарри даже зажмурился от обиды на самого себя. А когда открыл глаза, то замер, раскрыв рот. Прямо перед ним на журнальном столике, что стоял в его гостиной в палатке, появились палочка и камень. А потом вдруг возникла мантия-невидимка, которую он держал в сундуке. Не может быть! Но вот они, сокровища. Прямо перед ним. -Спасибо, - неуверенно проговорил Гарри, даже не понимая, к кому он обращается, - большое спасибо. Теперь точно из рук не выпущу, спрячу в доме, тут надежно. И больше разбрасываться ценностями не буду. Обещаю! Некоторое время он любовался своими сокровищами. Это было чудесно! Но надо было открыть последнее письмо. Андромеда снова требовала денег, угрожая, что иначе Гарри никогда не увидит крестника. Гарри стиснул кулаки. Ну уж нет! Надо связаться с Гроуби и отстоять малыша Тедди. Нечего тут шантаж устраивать. Он так сказал! Тут он вспомнил, что его пригласили на воскресный обед. А это уже завтра. Ой! Тут определенно требовался совет кого-то более опытного. Гарри смутно помнил, что в гости да еще на обед просто так не ходили. Дурсли, если ждали гостей, наряжались. Дядя Вернон с гордостью угощал своим коллекционным брэнди, а тетя Петунья доставала из буфета лучший фарфоровый сервиз, расписанный цветами и райскими птицами. Это не касаясь собственно угощения. А если Дурсли шли в гости сами, то не только наряжались, но и брали с собой букет цветов и бутылку дорогого вина. А ведь они магглы. Что принято у волшебников? Очень не хотелось ударить лицом в грязь, особенно перед хорошенькой мисс Морган, которая ему так помогла. И у кого спросить? У знакомого портрета? Или у Кричера? Пожалуй, стоило начать с портрета, обитатель которого последнее время предпочитал обретаться на пейзаже, висящем в гостиной. И Гарри направился туда. Знакомый обретался не один, он о чем-то беседовал с Вальбургой. Гарри тяжело вздохнул, но отступать было уже поздно, его заметили. -А, мистер Поттер, - обрадовался покойный Блэк, - огромное вам спасибо за спасение портрета леди Вальбурги. С ней уж очень жестоко обошлись. И ограничитель поставили, и прокляли, а потом еще и сжечь пытались. Просто кошмар! Как же хорошо, что вы выгнали этих захватчиков из дома! -Спасибо за гостиную, - кивнула Вальбурга, - это моя любимая комната. -Мне нужен совет, - как в омут с головой бросился Гарри, - видите ли, меня пригласили на обед. Завтра. А я совсем не знаю, как все это принято у волшебников. Вы мне не поможете? -Пригласили на обед? – уточнила Вальбурга. – А кто? Приличная семья? -Их фамилия Морган, - ответил Гарри, - они из квартала мастеров. Очень милые люди и так мне помогли. -Морган? – переспросила Вальбурга. – Это не у них лавка с палатками? Хорошее знакомство. Очень жаль, что представителям старых семей приходится заниматься торговлей. Раньше… впрочем, это не важно. Да. Нужно прилично одеться и стараться соответствовать своему положению. Раз уж вы наследник Блэков. Кричер! Тут же появился домовик. Он почтительно склонился перед портретом своей дорогой хозяюшки. -Сегодня еще есть время, - строго сказала Вальбурга, - отведи мистера Поттера в магазин одежды, что на улице Хрустальных Колокольчиков. Пусть ему там подберут гардероб. И про обувь не забудь. Кричер склонился еще ниже. -Столько всего надо сделать, - проворчала леди, - дом в страшном состоянии. Надо все восстановить. И, раз уж вы, молодой человек, наследуете Сириусу, то узнайте, что там с его домом, который он получил от этого отщепенца Альфарда. Имущество семьи не стоит разбазаривать. Но это пока терпит. Сейчас отправляйтесь за покупками, а потом я научу вас, как правильно вести себя в гостях. Уверена, у вас все получится. Раз! И Гарри вместе с Кричером оказался на уже знакомой улице перед лавкой, в витрине которой красовались манекены в нарядных мантиях. Гарри вздохнул и решительно толкнул дверь. Раздался звон колокольчика. Какое счастье, что ничто не длится вечно. Больше думать ни о чем не получалось. Все-таки шопинг это не для Гарри. Он поужинал и сидел на диване, тупо глядя в одну точку. Посещение лавок здорово выбило его из колеи. Мерлин, как только другие все это выдерживают! Кричер же с довольным урчанием раскладывал и развешивал обновки хозяина в шкафу. Носки, трусы, кальсоны (мамочки, еще и кальсоны!), нижние рубахи и несколько пижам. Сорочки обычные и с рукавами под запонки. Брюки, штаны для полетов на метле и что-то под парадную мантию. Несколько мантий: обычные, парадная для важных светских мероприятий, наряд для обычных визитов и опять-таки для полетов на метле. И куча обуви. К домашним туфлям Гарри уже привык, а тут были и сапоги из драконьей кожи, и что-то лаковое с пряжками. Раздолбанных кроссовок маги не понимали. -Я же не умею все это носить! – простонал Гарри. -Хозяин научиться, - ответил Кричер, - наследник Блэков не может ходить как оборванец. Единственное, что утешало Гарри и придавало ему решимости, это чары. Одежда и обувь идеально подогналась под его размеры, нигде ничего не давило, не жало и не натирало. А еще были охлаждающие или наоборот согревающие чары, которые он знал. Жить можно. Другое дело, что оставалось множество всяких нюансов. Те же перчатки, будь они неладны. Как все-таки хорошо, что хоть за столом краснеть не придется, тетя Петунья очень строго следила, чтобы локти на стол ни он, ни Дадли не ставили, правильно пользовались приборами и салфетками и ели с закрытым ртом. Он, конечно, несколько расслабился в обществе того же Рона, но намертво вбитое теткой никуда не делось, да и Гермиона умела вести себя за столом. Но оставались еще эти самые подарки. Комплименты Гарри тоже говорить не умел. Как и поддерживать светскую беседу. Вроде бы за едой дела не обсуждали. Хотя, может быть, ему простят его промахи? В любом случае глаза уже слипались. Ничего, вот сейчас он ляжет спать, а завтра попробует разобраться. В конце концов, вряд ли это настолько уж сложно. Справится. Наутро его взяла в оборот Вальбурга. Да, почтенная леди была настоящим экспертом во всем, что касалось правил поведения и норм этикета. Гарри чувствовал себя как на опросе по зельеварению у профессора Снейпа. Перчатки было решено не надевать, тут он точно бы запутался, когда снимать одну, когда обе, и куда все это девать. Занятно, что с неаккуратной прической и очками было решено не расставаться, по словам леди Блэк, это уже был бренд, как и знаменитый шрам. Потом убрать можно. Кричера погнали за букетом роз. Гарри прослушал лекцию о том, как правильно приветствовать хозяев дома, вручать цветы хозяйке и предлагать вино. Самыми разными винами был забит погреб, куда захватчикам дома ходу не было. Впрочем, вся эта компания в изысканных напитках ничего не понимала, а Сириус методично изничтожал огневиски. Гарри уже не помнил, как сжевал ланч. Время шло неумолимо. И вот уже Кричер перенес хозяина в переулок Теней. Дом Морганов оказался видимым. На крылечке приветливо улыбались мистер Морган и Мэри. Гарри вздохнул и толкнул калитку. Будь, что будет. Его провели в гостиную. Вручить букет зарумянившейся Мэри и бутылку дорогого вина мистеру Моргану удалось без накладок. -Как ваши дела, мистер Поттер? – спросил хозяин дома. – Мы все переживаем за вас. В голову не приходило, что вы в такой переплет попали. -Сам не знал, пока мне мистер Снейп не сказал, - вздохнул Гарри, - у меня ведь столько дел в доме. Он просто в кошмарном состоянии. И со счетами нужно разобраться. И крестника себе забрать. -Крестника? – переспросила Мэри. – У вас есть крестник? -Да, маленький Тедди Люпин. Его родители погибли, он остался с бабкой. Она из Блэков, но ее отсекли от семьи и выжгли с родового гобелена за брак с магглорожденным. Ее муж тоже погиб. Я не против помочь. Но миссис Тонкс требует просто огромное содержание. И угрожает, что иначе я не смогу видеть Тедди. -Крестническая связь это очень серьезно, - покачал головой мистер Морган, - если вы не сможете видеть мальчика и принимать участие в его жизни, то и вам и ему будет плохо. Да и вообще, шантажировать ребенком – мерзость. Вы человек, прямо скажем, не бедный, сможете содержать ребенка. Он совсем маленький? Возможно, придется домовика-няньку купить. Но это разумные траты. Обучить всему, что нужно. И все будет в порядке. Гарри кивнул. Именно так он себе это и представлял. -Мне тут про ваш квартал рассказали, - сменил тему он, - так интересно. Я и не знал про квартал мастеров. Морганы улыбнулись. -Про нас не любят говорить, - сказал мистер Морган, - хотя мы честно платим налоги, выкупаем лицензии для своих лавок, еще и за сдачу экзаменов платить заставляют. И не десять галеонов, как остальные, кто в Хогвартсе не учатся, а по сотне. Но мы держимся. Новое – это неплохо, но без старых традиций никуда. Гарри обвел глазами уютную комнату и вдруг увидел над камином картину, так похожую на ту, что висела у него в парадной столовой. Корабль входил в бухту. -Ой, - сказал Гарри, - у меня тоже такая картина есть. Я ее реставрировал, ее сжечь пытались. Красивая. Только мне про корабль никто не рассказывает. Я знаю только, что он принадлежал Эдварду Блэку. Морганы переглянулись. -Корабль цел? – спросила Мэри. – Или вы не знаете? -Не знаю, - ответил Гарри, - его искал Сириус Блэк. Но не нашел и попытался спалить картину. Но мне бы сказали, наверное, если бы корабля больше не было. -Да, - сказал мистер Морган, - видимо, мне и придется вас просвещать. Никуда не денешься, фамилия обязывает. Пойдемте к столу, потом поговорим. -Фамилия обязывает? – переспросил Гарри, старательно вспоминая когда-то читанное и виденное по телевизору. – Морган? Но… но ведь это знаменитый пират и губернатор Ямайки, если я ничего не путаю. -Он самый, сэр Генри Морган, - вздохнула Мэри, - наш предок. Дедушка вам все объяснит. А пока прошу к столу. Все уже стынет. Стол в старомодной столовой радовал глаз нежным фарфором и прекрасным столовым серебром. Домовик подал первую перемену. Некоторые блюда были Гарри незнакомы, но он быстро освоился. Ничего сложного. Тем более что все оказалось невероятно вкусным. -Это называется колониальной кухней, - пояснил мистер Морган, - в старой доброй Англии многие специи приживались с трудом. А кое-что так и осталось экзотикой. А мы любим все, что можно привезти с островов. Хотя и от своих рецептов не отказываемся. Что может быть лучше ростбифа, седла барашка или бараньих котлет с мятным соусом? Только нежный паштет или мясо по-веллингтонски. -Все очень вкусно, - улыбнулся Гарри, - никогда такого не пробовал. Скажите, а в обычных лавках все это можно купить? Или нужно заказывать? -В лавках есть не все, - ответила Мэри, - далеко не все люди охотно пробуют что-то новое. Предпочитают привычное. А торговцы не хотят рисковать. Ведь если товар не пойдет, то они останутся в убытке. Гарри кивнул, это он понимал. Конечно, дядя Вернон рассуждал о дрелях, но новые модели внедряли очень осторожно. Именно для того, чтобы не остаться с никому ненужным товаром на руках. Пить кофе они снова отправились в гостиную. Гарри с удовольствием принял чашечку из рук Мэри. -Так вот, корабль, - начал мистер Морган, с удобством расположившийся в кресле, - море, мистер Поттер, стихия чрезвычайно коварная. Далеко не всем удавалось сколотить состояние, многие оставались ни с чем, становились инвалидами, а то и вовсе шли на корм рыбам. Да и новые места часто оказывались крайне негостеприимными. Волшебники, хоть и далеко не все, тоже оценили такой источник дохода. Любые деньги, если их не преумножать, рано или поздно кончатся. Устраивались, кто как мог. Многие зарабатывали на магглах. А кое-кто обратил внимание на недавно открытые земли. Там было много интересного: золото, драгоценные камни, редкая дорогая древесина, пряности. Некоторые сколотили состояние на работорговле. А еще можно было получить каперский патент, а то и просто пограбить торговцев. Каперские патенты выдавала Корона. Они давали право во время войны захватывать торговые корабли противника. Вот они денежки, только руку протяни. Но, понятное дело, никто не хотел, чтобы его нагло грабили. Хитрые маги стали создавать артефакты, защищающие их корабли и помогающие с управлением. Удачливые пираты были или волшебниками или сквибами, состоящими в родстве с сильными магами. -У вашего предка был такой корабль? – спросил Гарри. – Значит и у меня тоже? -Почему был, он и сейчас есть, - улыбнулась Мэри, - прекрасный парусник в отличном состоянии. И пушки целы. -Вот это да! – восхитился Гарри. -Строительство волшебных кораблей прекратилось с появлением паровых двигателей, - сказал мистер Морган, - они перестали окупаться. Это удовольствие не из дешевых, должен вам сказать. К тому же и прежняя вольница кончилась. Те же каперские патенты отменили. Кто-то поставил свои корабли на прикол, кто-то как мы иногда выходит в море, чтобы вспомнить былое и привезти те же специи. Но теперь все не то. И особой прибыли нет. -А где же может быть корабль Эдварда Блэка? – спросил Гарри. -Надо искать, - ответил мистер Морган, - и без управляющего артефакта ничего не выйдет. Он где-то в доме. Ищите. Гарри кивнул. Он обязательно найдет. Знать бы еще, как этот артефакт выглядит. -А на что этот артефакт может быть похож? – спросил Гарри. – Это что-то, что служит для прокладки курса? Или для управления кораблем? -Нет, - ответил мистер Морган, - там должно быть или изображение корабля, или это миниатюрная точная копия корабля, выполненная из драгоценных материалов. И вы точно почувствуете магию, исходящую от этого артефакта. Это я вам гарантирую. -Понятно, - сказал Гарри, - это ведь может храниться в каком-нибудь тайнике? Раз уж Сириус Блэк не нашел. -Дом не открывал ему своих секретов? – спросила Мэри. -Да, - ответил Гарри, - он совершенно не ценил того, чем мог пользоваться. Многое выбрасывал. Разрешал семейству Уизли везде рыться. Хорошо еще домовик многое спрятал, а то бы в доме ничего не осталось. А там столько чудесных вещей. Один камин, облицованный малахитом, в гостиной чего стоит. Я потихоньку все восстанавливаю. Честно говоря, мне непонятно, зачем Сириус искал корабль. Хотел отплыть в дальние страны? Но ведь он и так в той же Бразилии жил, пока опять в Англию не вернулся. -Корабль отлично защищен, - заметил мистер Морган, - но мистер Блэк мог искать судно не только для себя. Передать корабль не законному наследнику или не родственнику невозможно. Но чужака вполне можно взять пассажиром. Мистер Блэк остался бы капитаном, но корабль бы плыл туда, куда приказывал тот пассажир. Хорошо, что этого не случилось. Гарри нахмурился. Сириус слушался только Дамблдора. Значит, корабль понадобился бывшему директору Хогвартса. Но зачем? Непонятно. -Да, - сказал Гарри, - это хорошо. Мэри пододвинула ему блюдо с печеньем. Он благодарно кивнул и взял одно. Очень вкусно! Стоящие на каминной полке часы пробили половину одиннадцатого. -Ой, - спохватился Гарри, - уже так поздно. Огромное спасибо за приглашение, мистер Морган, мисс Морган. Как только разберусь с домом, тоже обязательно приглашу вас на обед. -Будем ждать, - улыбнулся мистер Морган. Гарри распрощался с гостеприимными хозяевами и вышел на крыльцо. И только тут позвал Кричера. Леди Вальбурга несколько раз повторила ему, что вызывать домовика в чужой дом или пользоваться там порт-ключом – это хамство и неуважение. А ему очень хотелось произвести благоприятное впечатление на Морганов. Особенно на Мэри. Дома было тихо, спокойно и несколько мрачно. Гарри направился было в свою палатку, но Кричер сказал, что его ждут в гостиной. Понятно, отчет. Вспыхнула люстра. На Гарри выжидательно уставилось несколько пар нарисованных глаз. Похоже, что леди Вальбурга как-то сагитировала на знакомство с новым хозяином дома еще некоторых Блэков. -И как прошел визит? – спросил тот, кто первым заговорил с Гарри. -Замечательно, - искренне улыбнулся тот, - Морганы – очень милые люди. Угощение выше всех похвал. И еще мне многое объяснили. -Что объяснили? – тут же сделала стойку Вальбурга. -Про волшебные корабли, - ответил Гарри, - мистер и мисс Морган – потомки того самого сэра Генри Моргана, который был пиратом, а потом стал губернатором Ямайки. Они до сих пор пользуются своим кораблем. Так что можете мне и дальше ничего не рассказывать, теперь я знаю, что искать. Покойные Блэки дружно переглянулись. -Вопрос в том, юноша, что вы собираетесь делать с этим кораблем, - сказал один из них. - Это очень большая ценность. А двое последних Блэков просто жаждали поставить наш корабль на службу своим кумирам. Один – этому полукровке, назвавшему себя Темным Лордом и Лордом Судеб, а второй – другому полукровке, по недосмотру старых семей ставшему директором Хогвартса. Это страшное унижение для всей нашей семьи. Мы успели скрыть все, что можно. Корабль достанется достойному. Гарри вздохнул. Ему очень хотелось хотя бы увидеть этот чудо-корабль, не говоря уже о том, чтобы выйти на нем в море. Тут ему банально не хватало знаний и навыков. Надо будет изучать эти, как их там, навигацию и лоцию. Карты читать. Определять местонахождения корабля. И выучить, где расположены всякие там мели и подводные скалы с водоворотами. Без помощи опытного наставника нечего и мечтать. Но все равно… Корабль… -Я могу сказать только то, что точно никому не отдам, - сказал Гарри, - и на службу ни к кому не пойду. Хватит с меня. Окончу Хогвартс, буду заниматься делами, растить крестника и учиться управлять кораблем. -Крестник – это хорошо, - заметил джентльмен в напудренном парике и расшитом золотом наряде, - но свои дети – это свои дети. Нам рассказали, как вас хотели женить на крайне неподходящей девице. Срочно ознакомьтесь с кодексом Рода и ищите подходящую невесту. А то сейчас вцепятся в одинокого богатого и знаменитого сироту. -Кстати, - встрепенулась Вальбурга, - мисс Морган. Она помолвлена? Это старая семья. Сэр Эдвард Блэк был женат на дочери сэра Генри Моргана. Девушка наверняка получила правильное воспитание. Мистер Поттер, не теряйтесь! -У кого можно узнать про эту семью? – сразу перешел к делу еще один джентльмен. – Я имею в виду их нынешнее состояние. Хотя, если они живут в квартале мастеров, то явно ничем себя не скомпрометировали. -У них лавка с палатками, - сказал Гарри, внутренне холодея. Ему очень нравилась Мэри, но вот так сразу… -И что? – спросила Вальбурга. – Мы тоже специями и дорогим деревом торговали. А Малфои работорговлей не брезговали. Почтенный торговец всяко приличнее Предателей Крови, магглокровных выскочек или министерских лизоблюдов. Будем узнавать. Гарри покачал головой. Что-то будет… Но отчет был окончен, и он смог отправиться к себе. В Уизли и их методах не было ничего хорошего, но и Блэки с ним церемониться не собирались. Гарри сбросил одежду и вытянулся в ванне с пеной. Избавиться от тирании нарисованных родичей было не так уж и сложно. Просто хлопнуть дверью по примеру Андромеды и Сириуса. Только вот за эту свободу приходилось платить по самой высокой ставке. Но дело было в том, что просто отказаться от наследства и хлопнуть дверью он уже не мог. И не только потому, что пришлось бы отказаться от дома, счетов в банке и чудесного корабля. От него теперь зависел маленький Тедди. Никто не отдаст ребенка нищему без крыши над головой. А еще тот, кто отказывался от семьи (а Блэки как-никак являлись ему родственниками) становился Предателем Крови. А Гарри ужасно не хотелось терять уважение новых знакомых из квартала мастеров. Что-то купить там он сможет, были бы деньги. Но не будет этих встреч, интересных бесед. И Мэри, вполне вероятно, не захочет с ним разговаривать. Обидно. Гарри прикрыл глаза, вспоминая золотистые локоны и красивые глаза. Как девушка помогала ему. Как зарумянились ее щеки, когда он вручил ей букет. Как она улыбалась. Как наливала ему кофе. Лишиться всего этого? Ну уж нет! Он и так слишком много отдал. В конце концов сразу же жениться их никто не заставляет. А она явно много знает о чарах, раз уж помогает деду в лавке. И про корабль с ней можно поговорить. А еще она совсем не зазнается, как Гермиона. И явно не жаждет обставить гостиную розовыми пуфиками. У Морганов имелись и дорогие обои, и ковры и красивая старинная мебель. Мэри поймет мрачноватую красоту дома Блэков. Милая Мэри… Организм среагировал как и положено организму семнадцатилетнего юноши. Гарри стало немного неловко. Но потом он плюнул и решил возникшую проблему проверенным способом. Пора было ложиться спать. Утром после завтрака Гарри направился в музыкальный салон, чтобы продолжить свои реставрационные работы. Некоторые музыкальные инструменты он видел впервые в жизни. Интересно, как на них играют? Тут явно надо было обновить лак. -Почта, хозяин, - почтительно проговорил Кричер. Гарри отложил «Ежедневный пророк» и стал просматривать письма. Опять от МакГоннагал и от Гермионы. Подождут. Первым он вскрыл письмо мистера Гроуби. И не прогадал. Юрист писал, что инициировал полный аудит всех счетов, которые принадлежали Гарри, и доступ к которым он мог получить. Мистеру Поттеру надлежало явиться в Гринготс, чтобы ознакомиться с несколькими завещаниями в свою пользу. Гроуби будет рад сопровождать его, чтобы сразу же разрешить возможные спорные вопросы. Особо был выделен тот счет, деньги с которого брал Гарри во время учебы. И который так неожиданно быстро опустел. Так как счет был не фамильный, то получить к нему доступ мог любой маг, у которого был на руках ключ от сейфа. Вернуть деньги невозможно. Но можно получить список тех, кто этим счетом пользовался. Гроуби считал, что недобросовестных волшебников, которые пользовались наивностью сироты и просто напросто грабили его, надо знать обязательно, чтобы больше им не доверять. Гарри взглянул на список и вздохнул. Но для начала стоило поблагодарить юриста, а заодно озадачить его недвижимостью и положением Тедди. И Гарри сел писать письмо. Да, то, что написала ему миссис Тонкс, он тоже отправит мистеру Гроуби. Ну вот, теперь можно и со списком ознакомиться. Кое-что Гарри, честно говоря, подозревал. Но подробнейший отчет с пояснениями окончательно расставил все по своим местам. Читать было противно. Как оказалось, до достижения одиннадцатилетия Гарри можно было снимать только по сто галеонов в месяц. Это были проценты. Сумма не маленькая, уж на пропитание и одежду ребенку точно бы хватило и еще бы осталось. И Дурсли, получай они по пятьсот фунтов на племянника, точно не считали бы его дармоедом. Но не они, ни сам Гарри этих денег не видели, хотя их аккуратно снимал Альбус Дамблдор. -Вот сука бородатая! – пробормотал Гарри, невольно вспомнив чулан под лестницей и одежду не по размеру. После одиннадцатого дня рождения ключ от сейфа должен был перейти к Гарри. Тот вздохнул, вспомнив наглого Хагрида, который не только отобрал ключ, но и не забыл нагрести кучу монет в свою сумку. Трат у Гарри было всего ничего, ему не купили кучу необходимых вещей (теперь он понимал, что одной формы мало, нужна обычная и теплая одежда и обувь, а так же белье), самая дорогая покупка – волшебная палочка за семь галеонов. Еще немного денег он потратил на сладости в Хогвартс-экспрессе, причем большую их часть нагло сожрал Рон. А взято было ни много ни мало – пятьсот галеонов. Лесник себя не обидел. Надо же на что-то огневиски покупать и играть. Сука! Та самая метла «Нимбус-2000», которую якобы «подарила» МакГоннагал. Кошка драная! Потом ключ оказался у семьи Уизли. Точнее у Молли. Та стабильно снимала по двести галеонов. Штраф за нарушение Статута Секретности (это когда Рон уговорил Гарри лететь в Хогвартс на фамильном «Фордике») тоже взяли из сейфа Гарри. Пятьсот галеонов на лечение Джинни. Якобы и тут Гарри виноват, а не сама конопатая идиотка, забывшая элементарные правила безопасности. Карманные деньги для всех Уизли, что учились в Хогвартсе. Вспомнилось, как Билл снял для Гарри деньги, якобы из-за дополнительных мер безопасности в банке. А ведь Рон тогда прямо требовал свой мешочек с деньгами, старший брат еле его заткнул. Привык «лучший друг» к дармовым денежкам. Билл брал и довольно крупную сумму денег. «Подарок от Гарри Поттера по случаю женитьбы». Кажется, теперь понятно на какие шиши был куплен коттедж «Ракушка». И вряд ли у Билла не было сбережений, все-таки он работал разрушителем проклятий. Но зачем тратить свое, если можно взять чужое? Вопрос риторический… Гарри отложил список. Там были и билеты в ВИП-ложу на всех Уизли и Гермиону, да и самого Гарри на финал чемпионата мира по квиддичу. И многое другое. Остатки вымел Дамблдор, который и так себя не забывал, продолжая снимать деньги. Друзья, семья, добрый и мудрый наставник? Или стадо ненасытных пиявок? Если бы не Сириус, то Гарри остался бы нищим. Но и на эти деньги уже претендовали. Мерлин, как больно и противно! Появился Кричер, держащий в лапках поднос, на котором красовался полный бокал вина. -Выпейте, хозяин, - сказал домовик, - выпейте. И Гарри выпил великолепного вина из погребов Блэков. -Сопьюсь с этими новостями, - пожаловался он, - но мистер Гроуби прав. Это нужно знать. Больше меня так никто не поимеет. Смотреть на два оставшихся письма не хотелось. Особенно на письмо Гермионы. Участвовала ли она в разграблении его сейфа? А кто знает. Книги она покупала не дешевые. Могли ли ее родители тратить такие суммы? Или для нее деньги брала Молли? Что-то же должно связывать девочку из приличной маггловской семьи с Предателями Крови. Раз уж она так упорно приезжала в «Нору», где не было ничего интересного. А вот денежки на книги могли послужить неплохой приманкой. Думать об этом не хотелось… Но Гарри решил прочитать и эти письма. Гермиона была неоригинальна. Снова упирала на то, что Гарри ведет себя как ребенок. И что он не имеет права лелеять свои обиды, когда стольким волшебникам так требуется его помощь. И опять про слезы Джинни, которую он … предал. И что всем Уизли нужно срочно помочь, потому что в магазин «Умников Уизли» пришла какая-то проверка, которая выявила, что большинство товаров не имеет сертификатов и опасно для потребителей. Джорджа с огромным трудом спасли от Азкабана, но тюремное заключение заменили штрафом в пять тысяч галеонов. Таких денег не было, тем более что проверяющие наложили арест на товар, ингредиенты на складе и само помещение. Продать не получится. Гарри усмехнулся, в этом он увидел хоть какую-то справедливость. Тысяча галеонов, данная им близнецам, давно канула в неизвестность. По крайней мере никаких поступлений в сейф из этого источника не наблюдалось. Да, он тогда сам отдал деньги, тут винить некого. Но неприятный осадочек остался. С какого перепуга близнецы постоянно обсуждали свои планы на открытие магазина в его присутствии? Да, эти деньги жгли ему руки, он считал их платой за смерть Седрика. Но почему он отдал их рыжим прохиндеям, а не в Мунго, например? Не потому ли, что ему буквально ездили по мозгам этим магазином? Ну что ж, деньги, что выманили у него, на пользу не пошли. И, разумеется, Гарри еще не сошел с ума, чтобы платить штраф за жадных и наглых идиотов. Не захотели заплатить небольшую сумму за проверку своих «вредилок», так кто им доктор? Хорошо, если никто из покупателей не пострадал. А семейство Уизли перетаскало у него намного больше пяти тысяч (та тысяча в эту сумму не входила). Не сумели сохранить, все потратили, рассчитывая и дальше доить наивного Поттера? А он тут причем? МакКошка тоже продолжала исполнять старые песни. «Хогвартс в опасности! Могилы разоряют! Готовят аттестацию учителей. Начали инвентаризацию. Директора пришлют со стороны. Мрак, ужас и сплошное разорение! Еще и Снейп коварно снюхался с Попечительским Советом и передал свои права на пост директора в его распоряжение». Гарри пожал плечами. Аттестация и инвентаризация его лично не касались. С директором он плотно общаться не планировал. Надо же, Снейп все еще считался руководителем Хогвартса. Хотя он понятия не имел о том, как происходит передача этой должности. Вряд ли так, как это провернула гриффиндорская деканша. О, да она просто хочет, чтобы он, Гарри, попер на баррикады, отстаивая ее мифические права на золоченый трон в Большом зале. Обойдется. Все обойдутся. Ничего он им всем больше не должен. Столько лет книзлу под хвост, то есть отданы борьбе. Даже странно, он так не хотел читать два последних письма, а они так подняли ему настроение. Понятно, что в Хогвартсе ему аукнется его молчание и бездействие. Но у МакКошки уже не будет прежней власти, а с Грейнджер он разберется. Все-таки не Волдеморт. Как и все Уизли. -Какие новости? – послышалось со стены. -Да вот, - Гарри привычным жестом взлохматил волосы, - теперь точно знаю, кто и сколько у меня украл. Раньше только подозрения были. Но на пользу краденое не пошло. Пойду с юристом в банк, там со многим разобраться надо. Он пишет, что на меня несколько завещаний составлено. -Краденое на пользу точно не идет, - согласилась Вальбурга, - особенно, если обирать сироту. А что касается остального, то у Поттеров было несколько патентов и производство магического фарфора. Погибли они внезапно, так что предприятие не было законсервировано. Не удивлюсь, если кто-то им пользуется. Джеймсу Чарльз и Дорея не доверяли. Упустили сына. Там и вполне приличное поместье было, может, удастся открыть. Я имущество Блэков перед смертью законсервировала. Если вы, Гарри, имеете серьезные намерения и не собираетесь спонсировать всякий сброд, то я скажу, что надо делать, чтобы все снова заработало. Одни жемчужные фермы дорогого стоят. Гарри даже головой замотал. -Нет уж, - сказал он, - я хороший урок получил. Никакого спонсирования. Эти сволочи больно быстро привыкают в чужих сейфах пастись. И даже благодарности не испытывают. Дай им и все. -Привыкают, - согласилась Вальбурга, - и уже начинают считать ваши деньги своими. Если их вдруг лишить привычных поступлений, то истерика гарантирована. Уже не они у вас крадут, а вы – у них. Родне помочь можно, всякое бывает. Но нельзя никого сажать себе на шею. Это развращает. Гарри кивнул. Развращать что Уизли, что остальных он больше не планировал. Пусть привыкают к честной жизни.