Подаривший счастье

Сяо огляделся по сторонам в поисках Кадзухи. До первого урока оставалось не так много времени, потому в холле уже почти никого не было. Недалеко толпились младшеклассники, списывающие друг у друга задания, кто-то просто шел мимо. Не заметив знакомую фигуру, Сяо опустил взгляд, набросил портфель на плечо и резко развернулся. — Архонты, ты что так резко поворачиваешься? — Итэр отскочил на шаг назад, явно испугавшись. — А ты зачем так тихо подкрадываешься? — вопросом на вопрос ответил Сяо, пробегаясь быстрым взглядом по фигуре напротив. Итэр снова был в пиджаке и на этот раз в черной рубашке. «На черном кровь менее заметна», — пронеслось в голове Сяо, и он сильнее сжал челюсть. — Вот, держи, как и обещал, — ярко улыбнулся Итэр и протянул аккуратно сложенный шарф. Сяо не шелохнулся. Мозг умело рисовал образ Итэра без рубашки с кровоточащим плечом. Эта улыбка была фальшивой. Почему-то Сяо не мог думать иначе. Улыбался ли Итэр когда-нибудь искренне? — Ты чего завис? — Итэр щелкнул пальцами прямо перед носом Сяо, от чего тот вздрогнул. Резким движением выхватив шарф из чужих рук, Сяо тихо произнес односложное «спасибо» и быстрым шагом отправился в класс. Находиться рядом с Итэром становилось невыносимо. Сердце начинало ныть с неистовой силой, ведь все, чего хотелось Сяо — это обнять крепко-крепко этого глупого подростка, отвести к психологу, пока не поздно, чтобы тот больше не мог делать себе больно. Сяо не помнил, как дошел до класса и как сел за парту. Зато он запомнил изучающий взгляд Итэра, когда тот спустя минуту зашел следом. «Постарайся забыть», — набатом стучало в голове, и Сяо резко отвел взгляд. На Итэра он больше не смотрел.

***

— Сяо, а какие у тебя планы на день? Стоило только выйти с последнего урока, как Кадзуха тут же повис на плечах Сяо. — Говори, что тебе нужно. — Почему сразу нужно? Я не могу просто поинтересоваться планами своего друга? — Когда ты так говоришь, значит, ты точно что-то хочешь. Сяо за годы дружбы так и не привык к тактильности Кадзухи и до сих пор чувствовал себя немного не в своей тарелке, когда тот откровенно обнимал его при ком-то. Вообще какие-либо касания для Сяо казались чем-то довольно интимным. Сидеть в обнимку с Кадзухой дома — было уютно и приятно, но в школе чувствовалось раздражение от чужих взглядов. Словно все смотрящие покушались на их взаимоотношения. — Я тебя просил не виснуть так на мне, — сурово произнес Сяо, пытаясь скинуть руки друга со своей шеи. — Я думал, тебе это нравится. — Нравится, когда ты не делаешь это на глазах у всего коридора, — почти прошипел Сяо и все же умудрился выскользнуть из цепких объятий. — Парни, а как давно вы встречаетесь? — Чайльд как всегда влез с неуместными шутками, на что Сяо только закатил глаза. Слухи про их с Кадзухой отношения поползли еще в средней школе. Абсолютно все в шутку (или же не совсем) шипперили их друг с другом. И не то чтобы это было проблемой, просто Сяо иногда начинало казаться, что все это заходит слишком далеко. — Почти с рождения, знаешь. Я когда впервые Сяо увидел, сразу понял, что он мой избранный, — ничуть не смутившись, ответил Кадзуха и тут же вернулся к незаконченному разговору. — Я хотел напроситься к тебе домой. Только сейчас Сяо заметил, что рядом с ними все это время шли Люмин с Итэром. Щеки предательски начали гореть. С губ сорвался рваный вздох, который затерялся в окружающем шуме. Сяо пришлось собрать воедино все свое самообладание, чтобы вновь попытаться нормально заговорить, не выдавая дрожь и хрипотцу в голосе. — Хорошо, я только рад. — Я тебя обожаю! — чуть ли не закричал Кадзуха, вновь накидываясь с объятиями. Но на этот раз получилось ускользнуть от прикосновений и, кинув всем легкое «пока» на прощание, Сяо выскочил из школы, посильнее натягивая капюшон на голову. Все эти ощущения были так новы. Раньше Итэр не смотрел в его сторону от слова совсем. Сегодня же Сяо несколько раз ловил на себе чужой внимательный взгляд, и от этого коленки подкашивались, а мозг окончательно переставал работать. Мысли в голове разделились на два лагеря. Первый хотел просто любить Итэра со стороны и не лезть в его жизнь, в его проблемы и, наконец, в его раны, а второй же кричал, что Сяо обязан помочь, докопаться до правды, ведь потом может стать слишком поздно. Сяо чувствовал себя птицей в клетке. Он метался из стороны в сторону и раз за разом бился головой о прутья, но выхода так и не находил. Все это было трудно, было слишком… ненормально, и от этого голова шла кругом.

***

Кадзуха привычно облокотился на грудь Сяо, утверждая, что это самая удобная поза для просмотра фильма. Кажется, они смотрели очередную комедию, но Сяо не был сосредоточен на том, что происходит на экране. В его голове по-прежнему сидели мысли об одном человеке, который внезапно заполнил собой вообще все пространство. Раньше Сяо тоже думал о нем. Он держал образ в голове, часто зависал в своей влюбленности, но если было нужно, он легко отвлекался. В отличии от нынешнего положения дел. Телефон завибрировал в кармане. Осторожно, чтобы не потревожить Кадзуху, Сяо вытащил его из кармана и, удобно сложив руки у друга на макушке, разблокировал экран.

Итэр:

Ты сегодня был какой-то мрачный.

Сяо перестал дышать, чувствуя легкий мороз по коже. В голове крутился один единственный ответ: «Конечно, мрачный, ведь я целый день думаю о тебе и о том, что я видел, и чем больше я думаю, тем сильнее мне хочется помочь тебе, ведь ты мне очень дорог, я не прощу себе, если с тобой что-то случится…».

Сяо:

Да вроде такой, как обычно.

Итэр:

Ты сейчас с Кадзухой?

Сяо:

Да, а что?

Итэр:

Я не отвлекаю?

И Сяо готов был закричать от нахлынувших эмоций. «Конечно не отвлекаешь, я счастлив видеть твои сообщения, я готов говорить с тобой вечно».

Сяо:

Нет, он смотрит фильм.

Итэр:

А ты?

Сяо:

А я не люблю комедии, но Кадзухе отказать в удовольствии не могу.

Итэр:

Вы так близки…

Сяо поморщился. Они правда были близки. Все эти объятия, дружеские разговоры, совместные секреты — все это сильно их связывало. Кадзуха всегда был рядом в трудные минуты, мог поддержать. Сяо в свою очередь тоже часто становился подушкой для друга, мог выслушивать его часами, лишь изредка вставляя односложные реплики. Сяо в душе оскорблялся, когда слышал шутки про их с Кадзухой отношения. Они казались чем-то абсолютно неправильным, порочащим их крепкие чувства.

Сяо:

Мы дружим с самого детства, и у меня нет никого ближе, чем он.

Итэр:

Как вы познакомились?

Сяо едва заметно улыбнулся. Воспоминания о детстве всегда вызывали ностальгические чувства, ведь в далеком прошлом они не то чтобы хорошо ладили, и сейчас, спустя время, это забавно вспоминать.

Сяо:

Наши мамы дружили раньше, и мы вынуждены были общаться. Кадзуху я жутко раздражал в детстве, и мы часто дрались. Но потом в школе как-то сдружились, и вот все еще вместе)

Итэр:

Не могу представить Кадзуху в драке) но это в любом случае мило: 3

Сяо:

А у тебя есть такие друзья?

Сяо спросил только из вежливости. Услышать в ответ, что у Итэра много крутых друзей, которые могут вот так с ним лежать в обнимку, не хотелось. Эгоистично? Да. Но сделать что-либо с этим собственническим чувством Сяо не мог.

Итэр:

Таких — нет. У меня всегда было тяжко с друзьями. Но у меня есть Люми, правда, в последнее время мы немного не ладим…

Сяо:

Что случилось? Вы поссорились?

Итэр:

Она слишком много времени стала проводить с Чайльдом, и я переживаю, чем все это может обернуться.

Сяо закусил нижнюю губу, вдруг почувствовав груз ответственности за то, что с ним делятся такой личной информацией. Почему вдруг с ним? Почему вообще Итэр написал ему?

Сяо:

Я думал, он не нравится Люмин. В школе она держится на расстоянии от него.

Итэр:

Только в школе. А после они гулять ходят вместе, кажется, она даже была у него дома пару раз. И это… это слишком меня беспокоит. А когда я пытался поговорить с ней об этом, она лишь злилась… И сейчас она тоже ушла к нему.

Сердце снова сжалось тисками. Итэр сейчас казался сильно расстроенным. Его хотелось успокоить, обнять, сказать, что все будет хорошо. Сяо чувствовал, что ему Итэр пишет от какой-то безысходности. Наверное, хочет выговориться.

Сяо:

Она взрослая девочка, ты не сможешь ей указывать. Я верю, что Чайльд не настолько урод, чтобы что-то сделать ей плохое. Она же у тебя боевая, может и яйца ему оторвать.

Итэр:

Ты прав, наверное… но я все равно волнуюсь, ха.

Сяо:

Я понимаю.

Ты сейчас один?

Ответ пришел не сразу. Сяо уже начал нервничать.

Итэр:

Да.

Сяо понадобилось долгих несколько секунд, чтобы собраться с силами написать следующее сообщение. Руки вдруг снова сковало дрожью. Как часто Итэр режется? Делает ли он это дома, когда один? Безопасно ли его вообще оставлять одного?

Сяо:

Не хочешь с нами прогуляться?

И снова ожидание. Томительное, режущее без ножа ожидание, которое оседает на легких горящим пламенем, обжигая изнутри. Сяо боялся отказа. Он вдруг явно почувствовал, что что-то в Итэре было не так… Сяо заволновался.

Итэр:

Нет, не хочу, прости. Не в том настроении.

«Пожалуйста, не отказывайся от нас, я ведь чувствую, что тебе плохо, неужели я ничего не могу сделать?»

Сяо:

Надеюсь, ты в порядке.

Итэр:

Все хорошо, не переживай)

— Блять, — прошептал Сяо, откидывая телефон в сторону. Кадзуха только слабо завозился в ответ. Кажется, он давно заснул. Сяо аккуратно запустил ладонь в светлые волосы. Сердце в груди ухало как сумасшедшее. Он чувствовал, что что-то не так. Позже, ночью, он так и не смог заснуть. А на следующий день нервы окончательно натянулись до предела, ведь Итэр впервые с начала полугодия не пришел в школу.