Подаривший счастье

Очередной урок физкультуры подкрался незаметно. Собираясь утром в школу, Сяо снова хотел было «забыть» форму и прогулять, но потом вдруг стало интересно — как же переодевается Итэр, которому явно есть, что скрывать на своем теле. Любопытство пересилило нежелание идти, поэтому, когда Сяо молча направился вместе со всеми в раздевалку, Кадзуха не сдержал удивленный возглас. — Ты реально идешь на физ-ру? Я что, сплю? — Да, хочешь, ущипну, чтобы проснулся, — и Сяо потянулся было к руке Кадзухи, но тот резко отпрыгнул в сторону. — Не вздумай, ты всегда больно щипаешь! — Как знаешь, — буднично ответил Сяо, первым распахивая дверь и проходя вглубь, занимая себе место в углу. По мере того, как парней становилось все больше и больше, места оставалось все меньше. Сяо уже давно переоделся, а потому просто сидел на лавке, делая вид, что занят чем-то в телефоне, а сам же краем глаза следил за тем, когда придет Итэр. Его все не было. В центре раздевалки о чем-то громко спорили Итто с Чайльдом, кажется, обсуждали какой-то прошедший матч. Все это никак Сяо не волновало. Волновал лишь близнец, которого до сих не было. — Сяо, пошли в зал, чего ты тут сидишь? — Кадзуха вновь предпринял попытку вытащить друга из раздевалки. — Мне лень. До звонка не выйду. — Хочешь поглазеть на Итэра? — чуть тише спросил Кадзуха, на что тут же получил злой взгляд в ответ. — Еще одна подобная шутка, и я не посмотрю на то, что ты мой друг, — угрожающе процедил Сяо, как тут же взглядом выцепил знакомую макушку. — Ой, какие мы нежные, уже пошутить нельзя! — театрально громко возмутился Кадзуха, после чего развернулся и все же вышел за всеми в зал, оставляя Сяо с Итэром в одиночестве. Звонок вырвал из размышлений. Итэр почти бегом промчался в другой конец, скидывая с себя вещи и натягивая спортивные штаны и большую кофту. Сяо правда пытался не пялиться. Но все стеснение сошло на нет, когда он увидел забинтованное бедро до самого колена, перебинтованную голень на другой ноге и те самые поджившие раны на плече. Видимо, новых он не оставлял, а те уже достаточно зажили, чтобы их не бинтовать. Итэр, если и чувствовал, что на него смотрят, никак не реагировал. Лишь зашипел один раз, когда натягивал носок как можно выше на той самой ноге, видимо, чтобы даже если штанина задерется, бинтов не было видно. — Ты идешь? — спокойно спросил он, когда был полностью готов, на что Сяо молча кивнул и быстро вышел следом. После того откровенного разговора прошло всего несколько дней, и за это время их переписку трудно было назвать нормальной. Сяо пару раз интересовался самочувствием Итэра, тот в ответ шаблонно врал, что все нормально. Диалог не клеился, задавать личные вопросы Сяо не спешил, а потому общение ограничивалось парой дежурных фраз. Единственное действительно важное для Сяо было взятое с Итэра обещание, что тот будет писать ему, если будет резаться. Сяо не знал, что будет делать с этой информацией, а Итэр слишком легко согласился, что означало лишь то, что вряд ли он сдержит это обещание. После пробежки и разминки было решено играть в баскетбол, поэтому Сяо молча отошел к лавочкам. Он никогда не играл. Еще в средней школе его пытались заставлять, но после пары синяков и одного вывиха оставили в покое. Учитель, разделив класс на команды, устало подошел и сел рядом с Сяо. — Давно я тебя на уроках не видел. Обещал же не прогуливать, — добродушно произнес он. — Простите, вы же знаете, как я люблю нарушать данные обещания, — Сяо неловко улыбнулся в ответ. — И что мне прикажешь делать с тобой? — Понять и простить? Учитель шутку оценил, рассмеявшись в ответ. — На этот раз прощаю, но если не придешь еще хотя бы три раза за полугодие, то так просто не отделаешься. Сяо искренне верил, что лучше этого человека на роль преподавателя придумать было сложно. Он был понимающим, добрым и отзывчивым человеком, к которому буквально все ученики относились с теплотой. Сяо вновь перевел взгляд на площадку. Заметить фигуру Итэра было не сложно. Он всегда выделялся среди других. Его яркая улыбка, непослушные пряди у лица, тонкие изящные пальцы, стройное тело, которое он прятал за мешковатой одеждой — все это вызывало бурю эмоций внутри, которые теплотой разливались по телу. Сяо влюбился в такого Итэра, но теперь, узнав о другой его стороне, отступать не собирался, а наоборот — чувствовал, как влюбленность начинает крепнуть день за днем. Хотелось увидеть его без бинтов, хотелось увидеть без всех этих масок, хотелось, чтобы он выпустил свою истерику любым способом, но не на самом себе. Сяо вновь одернул себя, поняв, что уже несколько минут не спускает с Итэра взгляд. И пускай этого никто не заметил, ведь все были заняты игрой, все равно стыд мурашками растекся по коже. Сяо тихо отпросился у учителя и незаметно ушел в раздевалку. Свой долг он выполнил, теперь можно спокойно отсидеть весь оставшийся урок здесь в одиночестве. Оставаться в зале и дальше не хотелось, ведь чем дольше Сяо смотрел, тем больнее ему было от осознания, что Итэр с ним никогда не будет. Даже сейчас их общение — вынужденное, и от этого Сяо готов на стену лезть. Переодевшись обратно в свою форму и удобно устроившись на скамейке, Сяо прикрыл глаза и, кажется, немного задремал. Поэтому, когда спустя какое-то время дверь с хлопком распахнулась и в нее, хромая, залетел Итэр, Сяо сильно испугался, едва ли не подскакивая на месте. — Со мной все в порядке, — оправдывался Итэр перед Чайльдом, который зашел следом. — Я сам не понимаю, как так вышло, прости меня. Давай сходим к медику, — Чайльд и правда выглядел виноватым. Следом в дверях появились Итто и сам преподаватель. — Со мной все хорошо. Сейчас отсижусь и буду как новенький, — Итэр снова улыбнулся, дохромав, наконец, до лавки и осторожно на нее присаживаясь. — Точно не нужно в медпункт? — мягко уточнил учитель. — Абсолютно. Мне нужно немного передохнуть, я постараюсь скоро прийти, — ко всем сразу обратился Итэр. Сяо заметил, как дрожат чужие губы. Итэр держался за то самое бедро, на котором лежал толстый слой бинтов. Внутри все похолодело. — Не беспокойся об этом. На сегодня ты свободен. Сяо, присмотри за ним и если что — зови, — произнес учитель, после чего забрал с собой все еще виноватого Чайльда и весьма взволнованного Итто. Как только дверь закрылась, лицо Итэра тут же исказилось болью. Он зашипел сквозь зубы, дрожащими пальцами пытаясь поправить штаны на бедре, но, кажется, сделал только хуже, от чего едва ли не заскулил. Сяо даже не понял, как оказался рядом. — Снимай штаны, — тихо приказал он. Итэр помедлил несколько секунд, но после послушно стянул с себя одежду. Все его тело дрожало от боли, руки не слушались, а при виде крови сквозь бинты с губ сорвалось едва слышное ругательство. — У меня есть еще бинты в портфеле и даже перекись, — прошептал Итэр. И Сяо судорожно принялся искать чужой портфель, после чего достал все необходимое и присел на колени перед Итэром. — Сейчас все перебинтуем. Сильно ударили? — Чайльд в меня врезался, и я упал прям на эту ногу. Сяо услышал тихий всхлип, когда аккуратно снял последний слой бинта, прилипшего к засохшей местами крови. Его и самого трясло не меньше, но он продолжал сохранять трезвый рассудок. Продолжал ровно до того, пока не увидел кожу под бинтами. Относительно свежие порезы сеткой накладывались друг на друга. Из особенно широких медленно вытекали струйки крови, видимо, от удара кожа натянулась и едва успевшие образоваться бордовые корочки вновь разорвались, причиняя сильную боль. Сяо уже несколько секунд смотрел и пытался посчитать количество, но раз за разом сбивался, чувствуя подступающую тошноту. — Я сам справлюсь, — прошептал Итэр, пытаясь дрожащими руками справиться с крышкой на баночке перекиси. — Времени очень мало, сюда может кто-нибудь зайти, — твердо произнес Сяо, а сам в душе кричал от ужаса. Как человек мог сделать с собой такое? Почему тут нет живого места? Ладно один порез, ладно два… Сяо пытался найти хоть какое-нибудь объяснение тому, что видит. А ведь есть еще другие. Как Итэр вообще может ходить с такими порезами. Неужели ему для существования нужно столько боли? Как он вообще может улыбаться, ощущая все это? Сяо делал все быстро. Даже дрожь в пальцах немного отошла на второй план, стоило сосредоточиться на процессе. Как и тогда в туалете, Итэр мужественно молчал, сжав губы в одну полоску и зажмурившись. Только в уголках глаз виднелись слезы. Сяо не представлял, сколько сил нужно, чтобы держаться и не плакать в такой ситуации. Сам он, наверное, давно бы заплакал, если не от боли, то от собственного душевного состояния. Просто не сдержался бы, попади он в столь уязвимое положение. Итэр быстро пришел в себя, когда понял, что все закончилось. Он сморгнул слезы и впервые за это время посмотрел Сяо в глаза. И вновь на губах появилась вымученная улыбка. — Почему ты даже сейчас улыбаешься? — с отчаяньем произнес Сяо севшим голосом. — Привычка, — тихо ответил Итэр, но улыбаться не перестал. — Не мог бы ты отойти, я хочу переодеться. Сяо отодвинулся чуть назад, так и не вставая. Взглядом он поймал чужие пальцы. Он впервые так отчетливо видел их вблизи. На сгибах во многих местах тоже виднелись ранки, кое-где даже крупные, а средний палец правой руки был заклеен пластырем. Сяо почувствовал сильное опустошение. — Почему никто из семьи не замечает твое состояние? — обреченно произнес Сяо, вновь посмотрев в глаза Итэру снизу вверх. Тот уже переоделся и вновь сидел на том же месте. — Думаю, я просто хороший актер. И снова на губах улыбка, от которой у Сяо кровь в жилах застывала. Это какое-то безумие. Каким нужно быть актером, чтобы даже дома не давать волю своим эмоциям? — Есть хоть кто-нибудь, кому ты можешь выговориться? — О чем ты? — Итэр удивленно вскинул брови. — Неужели у тебя нет никого, кому можно было бы все рассказать? Все, что чувствуешь, что тебя беспокоит… — Нет, — перебив, отрезал Итэр, отводя взгляд в сторону. — У меня есть Люми, но я бы не хотел обременять ее своими проблемами. — А друзья? — Я не хочу их беспокоить. Сяо вновь замолчал. Сейчас собственная беспомощность ощущалась еще сильнее. Итэр даже свою родную сестру не хотел посвящать в свои проблемы, что уж говорить о других, тем более о ком-то столь далеком, вроде Сяо. Он молча встал и ушел обратно к своему месту на лавке. Говорить что-либо дальше казалось бессмысленным. Что он может сказать? «Итэр, ты можешь мне рассказать. Я тебя выслушаю, поддержу, потому что ты мне не безразличен. Я хочу быть с тобой рядом…» — Почему я тебе не противен? — вопрос прозвучал так внезапно, что Сяо даже не успел осознать смысл того, о чем его спрашивают. — Почему ты должен быть мне противен? — Потому что все это… — Итэр пытался подобрать подходящее слово, но спустя пару секунд совсем замолчал, окончательно уходя куда-то в себя. Сяо почувствовал, как тело сковало холодом. — Итэр, ты мне не противен. Ни ты, ни твои порезы, ни твое состояние, — Сяо хотел бы сказать больше, но едва сдержался. — Почему у тебя возникают такие мысли? Итэр тихо всхлипнул, после чего обхватил себя руками отчаянно, пальцами цепляясь за одежду как за спасательные тросы. — Итэр… — Все в порядке, — резко ответил он, после чего поднял голову и широко улыбнулся. — Я рад. И Сяо почувствовал, как внутри что-то надорвалось. Было ли это собственное самообладание или что-то еще, но видеть такую улыбку вдруг стало невыносимо. «Почему, испытывая боль и рушась там где-то внутри себя, ты продолжаешь улыбаться?..»