Подаривший счастье

Сяо с особой нежностью бинтовал порезы Итэра, стараясь сделать все максимально аккуратно. Они сидели совсем близко, соприкасаясь коленями, и Итэр внимательно следил за движениями чужих рук. Сяо все чаще стал заходить к Итэру домой перед их прогулками, чтобы забинтовать его израненные руки и ноги, потому что Сяо сам напрашивался помочь, внутренне ликуя от того, что мог вот так открыто касаться Итэра, и ему за это даже спасибо скажут. — Ну что, уже решил, куда пойдем? — спросил Сяо, когда они закончили с бинтами. Итэр стоял спиной к нему и застегивал пуговицы на любимой клетчатой рубашке. Лето подобралось совсем уж внезапно. Школа осталась позади, впереди ждали каникулы, а потом и выпускной класс, о чем никто из школьников даже и не думал вспоминать. Сяо было вовсе не до мыслей о школе. Он каждую встречу с восторгом смотрел на Итэра в его легких рубашках и широких брюках всех возможных и невозможных цветов и чувствовал себя самым счастливым человеком на планете. Итэр в принципе у Сяо плотно ассоциировался с летом, потому что был таким же теплым, нежным, словно мороженое в парке, и ярким, словно закатное солнце. И их совместные прогулки стали едва ли не каждодневными, что не могло не радовать. Конечно, Сяо и про Кадзуху не забывал, они даже несколько раз гуляли втроем, но сам Кадзуха стал часто пропадать с какой-то загадочной девушкой, о которой тактично умалчивал, обещая познакомить их, когда они начнут встречаться. И Сяо не был против, так как знал, что ему все равно все расскажут, когда придет время. — Давай сходим в «Глазурный павильон», там сегодня должны бесплатно раздавать сладкую вату, — воодушевленно предложил Итэр, на что Сяо лишь тепло улыбнулся и без раздумий согласился. Итэр любил сладкое в любых его проявлениях, будь то шоколад, конфеты, печенья или простая газировка. Сяо часто притаскивал с собой всяких вкусностей, чтобы просто увидеть счастливые глаза Итэра, когда он кусал очередную шоколадку, которую никогда не пробовал. — Волосы лучше в косу заплести или в хвост? — поинтересовался Итэр, уже одевшийся и внимательно осматривающий себя в зеркале. — Иди с распущенными, — произнес Сяо, который, увидев однажды Итэра с распущенными волосами, теперь постоянно хотел видеть его только таким. — Ни за что! Я не выйду так на улицу, — тут же отрезал Итэр. — Хорошо-хорошо, тогда давай хвост, — быстро согласился Сяо, залипнув на ловкие движения руками, умело собирающими волосы. Сяо уже спрашивал, почему Итэр не подстрижется, если так стесняется своих длинных волос, на что получил в ответ простое: «Я привык, да и они уже такие длинные, что отрезать их просто жалко». И спорить было не с чем. — Я готов, — констатировал Итэр, развернувшись всем корпусом. — Ты как всегда неотразим, — произнес Сяо, на что получил искреннюю улыбку. До центра они дошли довольно быстро. И несмотря на то, что еще был далеко не вечер, людей на площади перед павильоном было достаточно. Особенно много было детей и подростков, ведь летом практически все тусовались здесь — это место было, по сути, единственным нормальным торговым центром в городе. Итэр подобную атмосферу не любил, но готов был немного потерпеть, раз уж они все равно пришли. Не потеряться в потоке людей было довольно сложно, но Сяо старался держаться как можно ближе, чтобы ни в коем случае не выпустить из вида светлую макушку. Пробравшись сквозь толпу внутрь, парни быстро отыскали тот самый киоск, где была акция. Сяо от ваты отказался, зато Итэр чуть не запищал от счастья, когда ему вручили огромный сладкий шар на палочке. Его глаза, казалось, засияли сейчас так ярко, что смогли бы осветить хоть всю планету, если бы солнце внезапно погасло. Сяо любовался. Он не мог оторвать взгляда от того, как Итэр облизывал сладкие пальцы, как он забавно морщил нос, пытаясь без помощи рук откусить кусок от всей ваты. Итэр был таким разным — вроде еще совсем ребенок с горящими глазами, но с израненным телом и душой. И Сяо так старался сделать все, чтобы подобная детская радость пылала в душе гораздо ярче и чаще, нежели обида, одиночество и боль, но все равно, когда они расходились по домам, Итэр вновь брал в руки лезвие. И сколько бы раз Сяо не старался выяснить, почему Итэр продолжает это делать, даже когда он теперь не один и может выговориться, тот молча пожимал плечами. И потом они вновь делали вид, будто нет в этом ничего страшного. Раз он не пытается покончить с собой, то, может, в этом правда нет ничего особенного? — Я больше не могу, ее слишком много, — захныкал Итэр, своими большими глазами прямо в душу заглядывая. — Выброси, — усмехнулся Сяо. — С ума сошел?! — воскликнул Итэр и агрессивно запихал в рот еще один кусок. — Я думал, ты предложишь доесть. — Ну если ты и правда уже наелся, то давай, — в очередной раз согласился Сяо, не в силах отказать этим глазам. Так и пришлось ему доедать ненавистную сахарную вату, от которой потом еще долго будет приторный привкус на языке. Но чего не сделаешь ради Итэра. Наконец, когда с тем, ради чего они пришли сюда, было покончено, они решили уйти и прогуляться в тишине по аллее. Но стоило им недалеко отойти от центра, как их окликнул незнакомый Сяо голос. — Итэр? Вот уж не думал тебя здесь встретить. Итэр на мгновение замер, тут же теряя улыбку с лица, после чего резко развернулся к тому, кто его позвал. — П-привет, Скарамучча, — взволнованным голосом поздоровался Итэр, отчего Сяо напрягся всем телом, чувствуя неладное. Парень перед ними был невысокого роста, может, даже чуть ниже самого Итэра, но это не мешало ему смотреть словно свысока. Его улыбка не вызывала доверия, а лишь заставляла чувствовать себя странно — так, словно любые мысли, произнесенные в голове, он мог услышать и высмеять. Сяо нахмурился. — Ты классно выглядишь, — произнес этот парень, а у Сяо из глаз едва ли не посыпались молнии. Внезапно в груди разлилось неприятное чувство собственничества. И хоть Итэр никому не принадлежал, Сяо хотел забрать его сейчас как можно дальше и присвоить наглым образом себе. — Спасибо, — тихо произнес Итэр, глядя прямо глаза в глаза Скарамучче. Сяо нутром чуял, что тут что-то не так. Что-то в этой притворной вежливости было неправильным, но он все никак не мог понять что. Он бросил взгляд на пальцы Итэра, ведь они всегда могли сказать многое. И так и оказалось — Итэр дрожал, причем довольно ощутимо, старательно пытаясь скрыть это, заламывая руки за спиной. Сяо не выдержал и потянулся, чтобы взяться за руки. Когда он коснулся чужой ледяной кисти, он взмолился всем, кому только можно, чтобы Итэр не выдернул сейчас руку. Пусть потом хоть убьет его за то, что тот так бесцеремонно вторгся в личное пространство, но сейчас пусть возьмет за руку. И Сяо не знает, какие именно существа услышали его молитвы, но Итэр услышал абсолютно точно. Он мертвой хваткой вцепился в ответ, едва ли не впиваясь своими короткими ногтями в кожу. — О, так ты себе уже парня нашел? Как мило, — не оставил без внимания подобный жест Скарамучча, натягивая еще более мерзкую ухмылку. Итэр закусил губу, явно не зная, что ответить. Он сейчас выглядел ужасно смущенным и напуганным одновременно. У Сяо была лишь секунда на раздумья, и он не знал, как после отреагирует Итэр, но все же решил вмешаться. — Да, нашел, — довольно грубо сказал Сяо. — Какие-то проблемы? — Был рад повидаться, — абсолютно проигнорировав грубость Сяо, мягко произнес Скарамучча, глядя Итэру в глаза, после чего развернулся и ушел, оставляя их наедине. Итэр судорожно выдохнул, стоило парню раствориться в толпе, но руку выпускать не спешил. — Спасибо тебе, — сказал он, повернувшись к Сяо, и оглядел их сцепленные руки. — Не стоит благодарить. — Хотел бы я, чтобы эта ложь стала правдой, — тихо произнес Итэр, тут же замирая в шоке от того, что он только произнес вслух. А когда осознание пришло, он поднял огромные глаза на Сяо, испуганно выдернул руку и едва ли не бегом помчался по дороге в сторону аллеи. Сяо впал в ступор на каких-то несколько секунд, пытаясь понять сказанное, после чего сорвался следом. Это только что было признанием? Сяо ведь все правильно понял? — Подожди, чего ж ты убегаешь? — спустя минуту погони, взмолился Сяо, уже и не надеясь догнать Итэра, потому что дыхание окончательно сбилось и нужна была передышка. Сяо резко остановился, оперевшись ладонями на колени. Итэр остановился чуть поодаль, тоже тяжело дыша. — Забудь, что я сказал, — надрывно произнес Итэр. В его голосе слышалось какое-то отчаяние вперемешку с накатывающей истерикой. Глаза у него были на мокром месте, и Сяо внезапно понял, что сейчас самое время все обговорить. И каким бы ни был исход — разговор им обоим был необходим. — Итэр, давай с тобой сядем куда-нибудь и все обсудим, — взмолился Сяо, боясь сделать даже шаг навстречу, думая, что тот снова убежит. — Пожалуйста, только не бросай меня из-за глупого признания. Я не переживу, если потеряю тебя, — жалобно произнес Итэр и все же не сдержался. Слезы полились чуть ли не ручьем. Он обхватил лицо руками, пытаясь скрыть свое очередное поражение, и отвернулся, наощупь плетясь к ближайшей лавочке. Сяо быстро подбежал и сел рядом, не решаясь прикоснуться к Итэру снова. Хотя желание вцепиться мертвой хваткой и больше не позволить ему убежать было бешеным. — Итэр, когда я говорил, что ты мне нравишься — я не шутил. Я действительно влюблен в тебя… — Так не бывает, Сяо, — продолжал рыдать Итэр, растирая слезы по щекам. — Не верю, что я мог вот так глупо признаться тебе, и вдруг оказывается, что все это взаимно. Ты говоришь это мне снова, чтобы успокоить. Не нужно, потом мне будет только хуже. Я не хочу потерять тебя из-за того, что сказал глупость. Итэр захлебывался в истерике, заикаясь и комкая слова. Он пытался выровнять дыхание, но ничего не получалось. Истерика рвалась наружу, сворачивая все нервы в тугой комок, готовый вот-вот взорваться. — Сука, почему мы встретили его именно сегодня? Почему? — в пустоту спросил Итэр, а Сяо сидел рядом и не знал, что ему сказать. — Итэр, можно я обниму тебя? Пожалуйста, — тихо попросил Сяо, и когда увидел положительный кивок, быстро приблизился, крепко прижимая к себе дрожащее тело. Итэр вцепился пальцами в футболку на спине, лицом утыкаясь куда-то в плечо и продолжая плакать, а Сяо лишь поглаживал чужие лопатки своими горячими ладонями, стараясь успокоить чужое взволнованное сердце. Он прижался щекой к чужой макушке и легко прикоснулся губами. Он хотел бы сейчас Итэра зацеловать с ног до головы, хотел бы успокоить его нежными касаниями, хотел бы сделать все, чтобы этот Скарамучча с его гаденькой ухмылкой провалился сквозь землю. Но все, что ему было позволено, это простые объятия. Сяо чувствовал, как у самого наворачиваются слезы. Он даже представить не мог, какую душевную боль испытывает сейчас Итэр. Его хотелось защитить, укрыть от враждебности всего мира, искупать целиком в любви и доверии. — Скарамучча и есть тот самый друг, — прошептал Итэр, когда он немного пришел в себя, но продолжал обнимать, не отстраняясь. — Прости за вопрос — так вы все же встречались? — Это так очевидно? — У меня уже были такие мысли, когда ты рассказывал про него, а сейчас почему-то окончательно понял это. — Да, наверное, встречались… — неопределенно ответил Итэр и все же отлип от Сяо, не решаясь посмотреть ему в глаза. — Ты чувствуешь к нему что-нибудь? — спросил Сяо, ощущая неприятное копошение в районе сердца. Страшнее всего было сейчас услышать положительный ответ. — Если ты про влюбленность, то нет, — помотал головой Итэр. — Мне сейчас просто обидно от того, что после всего, что он мне говорил когда-то, он может вот так подойти, как будто ничего не было, и вкидывать тупые комплименты про мою внешность, которую он ненавидел, когда мы были вместе. — Он не заслуживает твоих слез, — произнес Сяо, осторожно переплетая их пальцы. — Я тебе правда нравлюсь? — резко сменил тему Итэр, впиваясь своим цепким взглядом прямо в душу, выворачивая наизнанку. Сяо вновь ощутил, как земля уходит из-под ног. — Да, нравишься, — сдавленно прошептал он, не смея разорвать зрительный контакт. — Давно? — С восьмого класса. — О, архонты… — смутился Итэр, все же уводя глаза в сторону. Его губы вновь задрожали, а в уголках глаз появились слезы. — Солнце, не плачь, я тебя прошу, — взмолился Сяо, крепче стискивая чужие руки своими. — Я ведь тебе еще в самом начале сказал, что ты мне нравишься… — Я думал, ты шутишь, потому что потом мы обсуждали девушек и отношения, да и в целом ты всегда вел себя очень сдержанно, несмотря на какие-то откровенные комплименты. Я слышал, что вы и с Кадзухой так общаетесь, поэтому думал, что для тебя это в порядке вещей… — Какие же мы оба слепые… — мягко засмеялся Сяо. Ситуация и правда казалась довольно абсурдной. Если оба чувствовали симпатию друг к другу, то как могли столько времени не понимать этого? — Так мы теперь с тобой… — неловко начал Итэр, тут же замолкая, не решаясь, видимо, сказать вслух. — Встречаемся? О да, и даже не надейся, что я теперь от тебя отлипну хоть на минуту, — серьезно произнес Сяо. — Я слишком долго этого ждал. Итэр улыбнулся сквозь слезы. И сейчас почему-то улыбка казалась такой настоящей, совсем не натянутой, искренней. — Какой же ты чудесный, — прошептал Сяо, аккуратно собирая пальцами слезы с чужих щек. — Не говори так, а то я опять разноюсь, — отшутился Итэр, уже порядком успокоившийся и теперь смотревший на Сяо своими заплаканными, покрасневшими глазами. — Пойдем сегодня ко мне домой? — предложил Сяо, чувствуя, что отпустить Итэра он просто не может. Слишком этот день был эмоционально загруженным. После таких дней Итэр обычно резался и плакал всю ночь напролет, не в состоянии справиться со своими переполняющими изнутри чувствами. И Сяо был уверен, что сегодня будет то же самое, поэтому оставлять его одного не хотел. Итэр от предложения мгновенно побледнел. В глазах промелькнул испуг. — З-зачем? — спросил он. — Просто хочу побыть с тобой. Что-то не так? Сяо удивился подобной реакции. Они же оставались уже вместе на ночь. Да, никогда еще не были дома у Сяо. Но все же почему такая реакция? — А ты не будешь приставать ко мне? — неловко спросил Итэр, закусывая губу и пряча глаза. — Конечно же нет, даже в мыслях не было. — Тогда хорошо, — тут же улыбнулся Итэр, и Сяо решил спросить об этом позже.

***

Мама Сяо была самой понимающей женщиной на всем белом свете. Когда они вернулись домой уже почти ночью, и Сяо спросил — может ли Итэр остаться, ответ был простым: «Конечно, да, почему ты вообще спрашиваешь?». Только вот у нее каникул на работе не было, поэтому она лишь попросила, чтобы в квартире ночью было тихо. И Сяо с немного смущенным Итэром, быстро поужинав, закрылись в комнате, оставляя из света только ночник на столе. Настроения смотреть что-либо не было. Точнее, у Сяо было настроение смотреть неотрывно на Итэра, а у того — сгорать от стыда под чужим пристальным взглядом. — Распусти волосы, пожалуйста, — окончательно обнаглел Сяо, чувствуя легкую власть в собственных руках. Теперь Итэр по праву принадлежал ему. И пусть об этом по-прежнему никто не знал, и сам Сяо боялся даже лишний раз его коснуться, все равно сердце победно ликовало, ведь заветная мечта, наконец, исполнилась. — Тебе так нравятся мои волосы? — покачал головой Итэр, все же снимая резинку и расправляя локоны пальцами. — Мне нравится то, как ты выглядишь, когда они распущены, — завороженно прошептал Сяо. Сердце в груди сходило с ума, билось о ребра и кричало от восхищения, вот-вот готовое захлебнуться в собственной любви. Итэра хотелось целовать до искр перед глазами, зарываясь пальцами в эти длинные, мягкие волосы, прижиматься близко-близко, чтобы кислорода не хватало. Но он стойко держался, зная, как Итэр боится чужих прикосновений, особенно нежеланных. — Можно расчесать тебя? — спросил Сяо, когда Итэр взял в руки расческу. — Только аккуратно. И Сяо в мгновение оказался за чужой спиной. Едва сдерживая дрожь в руках, он начал медленными осторожными движениями прочесывать местами сильно спутанные за день волосы. Сяо старался сделать все в лучшем виде, сходя с ума от того, какие они мягкие, пушистые, густые… У него самого волосы были жесткими, особенно в последнее время от частого окрашивания. — Как же я тебя обожаю, — в очередной раз за этот вечер с губ сорвалось признание, на что Итэр лишь судорожно выдохнул. — Ты такой красивый… — Ты всегда такой? — неловко спросил Итэр, поворачиваясь и заглядывая прямо в глаза. — С тобой — да. Я ни к кому в жизни не испытывал подобного. — Тебе всего шестнадцать, еще успеешь, — усмехнулся Итэр. — Ты уже бросаешь меня? Мы даже нескольких часов не встречаемся… — Нет, я не это имел ввиду, — перебил Итэр, тяжело вздыхая. — Да забудь, в общем-то. — Я знаю, что в таком возрасте глупо говорить о любви навсегда, но я могу тебе точно сказать — если кто-то из нас и решит расстаться однажды, то это точно буду не я. — Клянешься мне в вечной любви? — шутливо произнес Итэр. — Клянусь, — со всей серьезностью ответил Сяо, утопая в золотых глазах напротив. — Дурак, — беззлобно покачал головой Итэр, но больше ничего говорить не стал, о чем-то задумываясь. А Сяо все смотрел и смотрел, не веря своему счастью, не веря в то, что это не иллюзия, и Итэр действительно сидит сейчас перед ним — весь такой домашний и открытый. — Обними меня, — неловко попросил Итэр, не глядя в глаза. В комнате был полумрак, но Сяо готов поклясться, что Итэр сейчас покраснел от своей просьбы. Это был первый раз, когда он сам просил прикоснуться к нему. Всегда инициатором был Сяо, навязывая свои касания. Сердце в груди словно замерло. Сяо вновь развернул Итэра спиной и обвил его талию руками, притягивая к себе близко-близко, чтобы ни миллиметра между ними не осталось. В комнате было так тихо, что они слышали дыхание друг друга. Сяо спиной облокотился на спинку дивана. Как же ему не хватало этих объятий, этой нежности, не хватало взаимности. Сяо подушечками пальцев пробежал по чужому животу, вызывая по телу Итэра волну мурашек, после чего плавно перешел на запястья, едва касаясь уже заживающих порезов. Он давно хотел их коснуться, но никак не было возможности. А теперь он мог позволить себе и это. Он бережно очертил широкие линии, тянущиеся вдоль синих, просвечивающих сквозь тонкую кожу вен. Итэр судорожно выдохнул, боясь сделать лишнее движение и разрушить повисшее между ними волшебство. — Тебе не больно? — прошептал Сяо, на что тот отрицательно помотал головой. Запястья у Итэра были тонкими. Их легко можно было обхватить пальцами и сделать больно. Сяо внезапно подумал, как сильно проявятся синяки на этой бледной коже, если ее сжать посильнее. Вероятно, даже от простого поцелуя могут остаться следы… И все же их волшебство нарушила вибрация в кармане Сяо. Он нехотя отлепил одну руку от Итэра и потянулся за телефоном. Достав его, он вернулся в прежнее положении, чтобы и Итэр мог увидеть то, что происходит на экране. Кадзуха прислал несколько голосовых. Сяо, заведомо зная любовь его друга к эмоциональным сообщениям, убавил звук и включил их. — Чувак, ты просто охереешь сейчас! Так, во-первых, я видел вас с Итэром в павильоне, и вы просто восхитительно смотритесь вместе! — чуть не пропищал Кадзуха, отчего Итэр смущенно закрыл лицо ладонями. — Я, наверное, помру скорее, чем ты ему признаешься. Но вообще не об этом сейчас! Отсюда вытекает во-вторых. Ой бля-я, — первое голосовое оборвалось, и Сяо не сдержал смешок. Видно, Кадзуха шел по улице и, возможно, обо что-то споткнулся, не оставив это без комментария. Тут же началось второе голосовое. — Я же говорил тебе, что мне нравится одна девушка? Так вот, она из девятого класса, и знаешь что? Наш историк Аято — ее старший брат. Мало того, сегодня, когда я ее проводил домой, он стоял возле подъезда и так посмотрел на меня, когда я обнял ее на прощание. Ты понимаешь, что мне теперь будет, если вдруг я ее брошу? Он же меня сожрет в школе, — едва ли не кричал Кадзуха, а Итэр тут же подскочил и удивленно уставился на Сяо. — Он встречается с Аякой? — возбужденно прошептал Итэр. — Ну, получается, что да. Почему тебя это удивляет? — Ну она же такая… такая утонченная. И еще всегда ходит с Томой, я думал, они вместе. — Я понятия не имею, о ком ты говоришь. Я и про Аяку слышу впервые, — пожал плечами Сяо, немного пораженный тем, что невольно оказался втянут в сплетни. Тут же на экране высветилось еще одно голосовое. — Ты сейчас дома? Расскажи лучше, как вы погуляли с Итэром. Я хочу знать абсолютно все! Какие же вы сладкие вместе, я просто не могу! Сяо поднял глаза на Итэра, который слабо улыбался, смущенно глядя в ответ. — Я могу рассказать ему, что мы встречаемся? — спросил Сяо. — Да, конечно, — кивнул Итэр и ловко заправил волосы с одной стороны за ухо. Сяо подполз ближе, приобнимая Итэра за плечи, и открыл камеру. Тот не возражал, лишь спрятал руки, чтобы порезы не попали на фотографию, и улыбнулся ярко-ярко, отчего даже сам Сяо не сдержался и растянул губы в довольной ухмылке. Отправив фото и написав короткое «он слышал все твои голосовые, и странно, что ты до сих пор живой, ведь я наконец признался», он вновь отбросил телефон, уже не обращая внимания на посыпавшиеся сообщения от Кадзухи. Сяо прижался к Итэру, растекаясь по нему мягкой лужицей и едва ли не мурча от наслаждения, чувствуя ловкие пальцы в своих волосах. Кажется, с Итэром он станет тактильно зависимым, и это, наверное, не так уж и плохо.