В роднике твоих глаз

Я почти полностью навалилась на тело капрала, который придерживая меня за талию, пронес к выходу. - Подай одежду и карету – совсем юный мальчик, видимо, впервые поставленный в обслугу на подобных раутах, со всей резвостью соскочил в сторону гардеробной. - Слышишь ты, пропоица – он поднял мою голову за подбородок. Видела я лишь грозового цвета глаза, такие же как небо в такую ураганную ночь. – Стой прямо, или я поволоку тебя на улицу за волосы и оставлю трезветь под дождем. - Не посмеешь – хмыкнув, я отвела лицо в сторону - Сука, как же ты меня вынуждаешь – я удостоилась оценивающего взгляда, капрал пытался рассчитать мое умение стоять на каблуках в нетрезвом виде. Я, откинув выбившиеся пряди назад, гордо подняла голову. Осторожно сделав шаг, на самом деле, скрупулёзно следя за каждым движением, прореферировала к капралу. - То есть мне не обязательно было тебя тащить. Ты, оказывается, могла справиться и без меня. Вернувшийся мальчик подал нам плащи и, стараясь четко выговаривать слова, объявил, что карета уже подана и нас ожидает. Капрал сразу же вышел на улицу под шум ливня. Я негодующе посмотрела на плащ, который мне предстоит натягивать самостоятельно. Глубоко вздохнув, я, прикрыв глаза для концентрации, наконец-то была готова к выходу. Выйдя под проливной дождь и раскаты грома, я пыталась укутаться в плащ, сохранивший сухость лишь на несколько секунд. Чувствуя, как по волосам и лицу стекают крупные капли, я посмотрела в сторону дороги. Леви, не шелохнувшись, стоял под ливнем и раскатистыми ударами грома. Плащ с силой развивался сзади, подхваченный ураганным ветром. Мимолетным движением, капрал пригладил рукой назад промокшие волосы, не переставая говорить с кучером. Медленно переставляя уже намозоленные туфлями ноги, я подошла ближе к карете. Леви, не отвлекаясь на меня, кивнул в сторону раскрытой двери, заставляя меня залезть внутрь. С меня потоками стекала вода. Облокотившись о набитую ватой спинку, я постепенно начала доставать из бывшей ранее прически шпильки, массируя уставшую кожу головы и выпрямляя волосы. С грохотом Леви захлопнул дверь и резко ударил по стенке, рядом с моим лицом, чтобы дать кучеру сигнал к отъезду. Капрал стал еще более угрюмым, я посчитала разумным не заговаривать первой, он же в свою очередь не удостоил меня беседой. Чтобы не видеть глаз, моментами презрительно уставляющихся в мою сторону, я прикрыла века. Не заметив, я провалилась в глубокий сон. *** Чувствуя тепло чужого тела через мокрую ткань, я медленно приоткрыла глаза. Мы поднимались по деревянным, скрипящим ступеням в полумраке. Вокруг пахло капустным супом, прокисшим вином и гнилью. Я брезгливо сморщилась. - Что не нравится? Поверь, от тебя несет в разы хуже – знакомый голос заставил выти из полудремы. - Поставь меня. Я в состоянии идти сама. - Как скажешь – сказал капрал и с усмешкой резко отпустил руки, а я грохнулась прямо на пол, ударившись спиной. Я простонала, приподнимаясь на локтях. Леви же с садистским удовольствием наблюдал за отражением боли на моем лице. - Сука – я привстала, чувствуя босыми ногами протертые половики, туфли капрал нес отдельно и сейчас держал в руках – Где мы? - Гостиница. – он прошел мимо, видимо, негласно приглашая меня идти следом. - Что-то с дорогой? – я схватилась за голову из-за резкого выстрела головной боли. - Да, ее размыло дождем, несколько деревьев повалило, перекрывая дорогу. Объездной дорогой кучер отказался ехать, по его словам, там все должно быть не лучше. Мы дошли до конца коридора, я немного опешила, а потом повернула голову в стороны одной из комнат, из которой громогласно раздавались женские стоны. Я многозначительно уставилась на капрала, требуя разъяснений. - Я не брал с собой особо денег, так что довольствуйся чем есть – он отпер последнюю дверь и вошел во мрак. Я не различала предметов и ждала, пока Леви зажжет свечи, что продолжалось нестерпимо долго, учитывая тяжесть в ногах и головную боль. Слабый свет свечи освещал скудную комнату, в которой из мебели присутствовали лишь две кровати и стул. И клопы, что наверняка. Но койка была сухая, в отличие от всей моей одежды. - Выйди – я повернулась к капралу – Мне нужно переодеться. - Скорее уж раздеться, сухих вещей здесь нет, если ты не предпочитаешь спать сырой. - Капрал – я прожигала его взглядом, пока он не удостоился повернуться в мою сторону. - Я не собираюсь никуда выходить. Резко появившаяся стеснительность у шлюхи меня мало заботит - Лицо вспыхнуло от резко накатившей злости – Тем более, что я там не видел. Отвернувшись, он стал снимать просвечивающую от сырости рубашку, оканчивая этим разговор. Я медленно подошла к нему, чувствуя тряску по всему телу от желания прирезать его прямо сейчас. - Так может заплатишь за то, что видел. Шлюхам ведь стоит платить, сильнейший воин человечества - прошептала я, почти вплотную подойдя к нему. Я почувствовала, как напряглось его дыхание, выдавая подступавший пыл. Удовлетворенная реакцией, я также отвернулась и прошла к кровати. Аккуратно убрав волосы набок, я пыталась нащупать застежку платья, когда мне в спину полетели монеты. - Сукин с… - резко развернувшись, я увидела, как он в доли секунду настиг меня. Когда капрал повалил меня на пол, из груди выбился воздух, и я уставилась в потолок, пытаясь унять боль. - Это сверх цены. Так что, отрабатывай – я попыталась выставить руки вперед, все еще надеясь, что на этом он остановится. И я почти решила так, пока кисть не прожгла адская боль от вывиха. В глазах заплясали звезды, когда я услышала звук пряжки снимаемого ремня. - Ривай – еле выдохнула я, пытаясь сбросить его со своего тела, после чего он лишь сильнее прижал меня к полу, приставив колено к промежности. Задрав за голову мои руки, он привязал их ремнем к ножке кровати. Я попыталась привстать, но получила пощечину, от которой в голове вновь заплясало. Как только я открыла рот для крика, он закрыл его своим. Я чувствовала вкус крови, от прокусанной им губы, его язык, очерчивающий мой. Мои слова утонули в этом поцелуе, раздирающим мои губы. Грубые руки, блуждающие по моему телу, вызвали безумный страх, я тихо простонала, пытаясь сдержать подступившие от ужаса слезы. Я увидела отблеск луны на лезвии ножа. Он прислонил его к моим губам, и я уставила ошарашенный взгляд на него. Его лицо было искривлено вожделением, глаза были затуманены. Он с пошлостью взирал на подмятую под себя девушку. В этот момент я почувствовала, как что-то во мне рвется, как паника заполоняет все нутро. - Один вскрик, и я всажу его в тебя. После чего, он провел лезвием по коже на шее, спускаясь ниже. Поддел ткань платья, и я услышала, как она с треском рвется, оголяя тело, казавшееся еще белее под светом луны. Он разодрал остатки ткани руками, отбросив их в сторону. Лежа полностью оголенной я пыталась лишь глотать воздух, чувствуя, как по лицу стекают жгучие слезы. Он лишь на мгновение отстранился, чтобы избавится от своей одежды. И когда он вновь прильнул ко мне, я почувствовала бедром вставший член и вновь тихо застонала. На шее я ощущала его разгорячённое дыхание, пока одной рукой он до боли сжимал грудь, а пальцами другой начал разрабатывать снизу. Вставляя их так глубоко, что при каждом движении я почти вскрикивала. Он начал покрывать мою шею поцелуями, очерчивая языком ключицу, спускаясь ниже. Взяв зубами сосок, он начал оттягивать его, принося еще большую пытку. И пока я пыталась не чувствовать его губ и зубов, он резко вошел в меня, закрыв мой рот рукой, чтобы сдержать вопль. Я выгнулась от пронзившей все тело боли. Откинув голову назад, я почти отключилась, но в желаемого забвения не получила. Разрывая, он вновь, еще более сильными толчками вдалбливал меня в пол. Он сминал меня под собой, все ускоряя темп. Прильнув к моим губам, он почувствовать влагу на щеках, увидел стекающие по скуле соленые капли. Схватив меня за лицо, он крикнул мне смотреть на него, но я уже не слышала. Осталась только боль, и я потеряла сознание.