Шесть недель

Очередное утро. Снова не похожее на предыдущее. Скучаю ли я по тем однообразным дням? Нет. Я все также не скучаю по дому. Да и тем более мне осталось провести в этом запертом супермаркете пару дней. Снова я проснулся раньше всех, но, чтобы не повторять свою ошибку и не разбудить Фрэнка, я решил потерпеть с завтраком. Просто достал блокнот и снова начал рисовать. Когда я рисую, я погружаюсь в какой-то свой мир, отключаюсь от реальности и не замечаю ничего, что происходит вокруг меня. Передо мной лишь тетрадный лист, на котором потом появляется рисунок. Так, погруженный в этот самый мир, я опять не заметил, как Фрэнк проснулся и, боясь спугнуть мое вдохновение, тихо сидел рядом с огромными от восхищения глазами и наблюдал за мной. Я посмотрел на Фрэнка и вздохнул. Я не мог злиться на него. Он был чист и искренен, словно ребенок. Если бы я накричал на него, это было равносильно тому, когда родители отнимают у ребенка сладость или игрушку. Я отнял бы у него возможность наблюдать за тем, как я рисую. В любом случае, наверное, после того, как нас спасут, мы не встретимся… Так что пусть смотрит. Наверное, он забудет меня через пару месяцев. Люди просыпались, начинали ходить по магазину, шуметь, а с утра всегда так тихо, спокойно. Фрэнк рассказывал мне о своем сне, когда произошел случай, который я запомню навсегда. Я услышал громкий голос, похожий на крик. Повернувшись в сторону, откуда он доносился, я заметил, что все люди столпились в одном месте. Мы обменялись с Фрэнком взглядом и решили подойти поближе, чтобы узнать, в чем дело. На столе у стойки охраны, возвышаясь над толпой, стоял какой-то незнакомый парень. На вид он был примерно моего возраста, кучерявый, высокий… Один из запертых тут посетителей супермаркета. Он размахивал руками, бурно жестикулировал и очень громко говорил. - Нет никакой защиты против воли Божьей! Здесь нет защиты, и ничто в мире не может ее дать! Толпа шумела от негодования, испуга и непонимания. Слова этого чокнутого парня были похожи на проповедь. - И храм был наполнен дымом от славы Господа и его силы! И никто не мог войти в храм! Казни от семи ангелов не свершились… - И что? - Что вы предлагаете? На него посыпалась тонна вопросов из толпы. Мне становилось жутковато. Мне вообще было не по себе в церквях и при любых упоминаниях о Боге. Не могу сказать, что я был атеистом… Думаю, я просто еще не определился, верю ли я в Бога или нет. Но от одного представления, что все это существует, от Библии, от молитв, мне становилось не по себе… и этот проповедник, надо сказать, пугал меня. - Чтобы мы все приготовились встретить нашего Создателя! Последние времена наступили! Кто-то пускал пар от гнева, кто-то высмеивал его, кто-то стоял с огромными от страха глазами и не мог шевельнуть даже пальцем. Что касается нас с Фрэнком – мы принадлежали третьему типу. Мы окаменели от ужаса и с трудом понимали что происходит. Я смотрел на людей, стоявших рядом, на их лица, и мне становилось еще хуже. -А твоя задница готова встретить мой ботинок, сука? – раздался громкий крик у меня из-за спины. Я резко обернулся и увидел, как высокий мужчина лет сорока на вид протискивался сквозь толпу и буквально закипал от гнева. Я прикрыл собой Фрэнка и расступился, давая пройти этому мужчине. Попасть под горячую руку сейчас совершенно не хотелось. - Прекратите, вы, сумасшедшие! - Успокойтесь, нам и так всем тут плохо! Люди начали переживать за безопасность места, в котором мы были заперты. Еще одно слово, и могла разыграться нешуточная драка… Мы с Фрэнком потихоньку отходили назад, пытаясь незаметно выйти из этой толпы. - Я пытаюсь спасти ваши души, глупые люди! – продолжал проповедник. – Пора оплачивать по счетам… Это все расплата! Расплата за зло! За дурных людей! Вдруг мы услышали такой громкий звук, что одновременно вздрогнули. Это был звук выстрела из пистолета. Я посмотрел поверх толпы, но резко отвернулся, еле сдерживая приступ тошноты. Парень проповедник лежал в луже крови с пробитой пулей головой. В супермаркете повисла гробовая тишина. Даже вздоха не было слышно, а в следующую секунду раздался плач детей, крики женщин… Я впервые в жизни стал свидетелем убийства. На моих глазах застрелили человека. Фрэнк был напуган не меньше меня. Мы с ним не проронили ни слова весь оставшийся день. Почти так же, как еще половина людей, ставших свидетелями случившегося. Перед моими глазами весь стояла эта картина, тело в луже крови пролежало до вечера, и только потом охранники убрали его в подвал здания. Выяснилось, что этого парня звали Рэй Торо-Ортиз, он жил в Милфорде с рождения и у него, мягко говоря, были проблемы с головой. Я чувствовал себя так, будто сам убил этого парня. Это было ужасно. И вспоминать это тоже невыносимо. Даже ночью мне снилось это убийство. Я видел, что не один был в таком шоковом состоянии. Люди начали бояться, что следующей жертвой могут стать именно они. Помните, я говорил вам про Голодные игры? Наверное, они начались… Главное - дожить до спасения. Нужно быть тихим и незаметным. Не стоит привлекать слишком много внимания, как этот проповедник… Я смутно помню, что было вечером, потому что я был погружен в свои мысли. Помню только то, что когда я засыпал, Фрэнк был со мной рядом. Это успокаивало меня. Наверное, один я бы давно сошел с ума.