От звёзд до пустоты

Ноги дрожали в напряжении от быстрого бега. Итэр не помнил, как смог с космической скоростью добраться до Сяо, пока тот даже не успел подняться. С меча капала кровь Элигоса. Адепт взглянул на него, презрительно поморщился и тут же зашелся кашлем. Казалось, вокруг не осталось чистого воздуха. Все пахло тьмой самого злобного демона. И тут ворвался аромат путешественника, исцеляющий, словно зелье. Герой Тейвата опустился на колени прямо перед яксой, купая плащ в пыли. В медовых глазах сияла тревога, разросшаяся до таких размеров, что не умещалась в них. Сяо словил этот взгляд, позволяя порции страха плеснуться внутри. Этот страх был другим, плотоядно-безжалостным, к которому охотник на демонов еще не нашел способ борьбы, потому что боязнь была за Итэра. — Ты в порядке? — синхронно выдали мальчики, потянувшись друг к другу. Смущение пробилось сквозь остальные скомканные эмоции путешественника. Он бегло осмотрел Сяо на наличие ран и выдохнул с нескрываемым облегчением. Тревога все равно не уходила. Рука в перчатке потянулась к адепту и аккуратно приобняла его плечо, впервые пробуждая жгучее желание снять обтягивающую ткань, отделяющую от ощущения сливочной кожи яксы. Адепт с коротким рыком отлепился от скалы, вынуждая каменную крошку осыпаться вниз. Спину саднило от сильного ушиба, Сяо не поддавался. Стена внутри держалась неприступно, наглухо закрывая сердце от ужаса и боли. От всего. Лишь касания путешественника потихоньку просачивались куда-то глубже, напрочь игнорируя возведенные препятствия. Так, словно их не существовало. Охотник на демонов игнорировал и это. Или не желал принимать. Наконец встав и слегка качнувшись, якса частично оперся весом на копье. Ладонь путешественника на миг задержалась в поддерживающем жесте и исчезла, оставив медленно уходящее тепло. — Я должен его найти, — утробно низким голосом с расстановкой произнес адепт. Все его тело, хоть и вздрагивало — было полно решимости. Итэр часто заморгал, пребывая в некой растерянности. Элигос просто растворился в пустоте. Каким образом его искать? — Он исчез и неизвестно куда направился, — попытался построить план почетный рыцарь, стараясь поймать глаза Сяо. Но тот пребывал глубоко в своих мыслях, и по напрягшимся мышцам можно было понять: адепт принял решение. — Какое-то время я смогу использовать телепортацию. Герой Тейвата остро почуял неладное. Смешанные, горькие чувства сбивались в ком в горле. Итэру лишь предстояло узнать яксу: в этот миг он узнавал его в самом скверном проявлении. — Мы можем исследовать Пепельное море вместе… — Времени нет, — угрожающе сверкнул взглядом Сяо. Путешественнику стало холодно. Он неверяще качнул головой. — Мы отправились сюда вдвоем! Я готов бороться, но нужен план. — Голос взлетел на несколько октав выше, грозясь вот-вот сорваться. Где-то в животе вздымалось чувство обиды, ползущее к сердцу. Итэр пытался воззвать к благоразумию яксы. Но о каком благоразумии может идти речь по отношению к тысячелетнему адепту? — Это моя битва, — тоном, в котором сквозила ледяная сталь, сказал Сяо, и глаз бога тихо сверкнул элементальной энергией. — Сяо! — Герой Тейвата стремительно дернул рукой, наблюдая, как фигуру охотника на демонов облизывает изумрудное свечение. Вспышка, и пальцы хватают пустоту. И с такой же скоростью в груди вздымается разочарование. Итэр отчаянно изучал безмолвное пространство перед собой, а затем опустился прямо на землю, вздымая осевшие клубы пепла.

***

Демоны, скребущиеся в душе. Ироничное выражение, что раньше вызывало ухмылку у яксы. Охотник на демонов борется с демонами в самом же себе. Абсурд. Со временем это перестало быть смешным. Особенно сейчас, когда Сяо ощутил, как нечто с особенной силой грызет изнутри. Копье трещало от анемо энергии, послушно бросая его из одной точки в другую. Истощение, еще не ушедшее от недавних событий, усиливалось с каждой телепортацией, увеличивая дыру где-то под ребрами до колоссальных размеров. «Привык быть один? Настолько, что бросил своего товарища?» Адепт жмурился от ненавистного тона подсознания. Непрошенные мысли — единственный зверь, которого он так и не смог укротить в себе. Наверное, можно было сказать — это то, что связывает его с людьми. Охотник на демонов не желал иметь с ними ничего общего. Не потому, что ненавидел или презирал. Боялся стать таким же. Слабым, мягким. Уязвимым. Золотые глаза окидывали новые просторы равнин. Пусто. Скачок, телепортация. Сяо позволил себе утешение — путешественник не пропадет. Он всегда сможет позвать адепта. И тот придет. Не сможет не прийти. Контракт, что якса подписал одним лишь словом по доброй воле, был проявлением необъяснимой слабости. Ее адепт разрешил себе безо всяких прелюдий. Будто сердцем чувствовал — решение верное. Отчего сейчас и селились сомнения. Сяо наделил Итэра защитой и собственными руками отнял, как только вздумалось. Кажется, люди называют это лицемерием? Охотник на демонов неровной порцией ухватил воздух, снова используя телепортацию. Пальцы дрожали от энергии, что сбивчиво текла по телу. Он был уже где-то далеко от каньона. Исчезал и появлялся, преследуя одну-единственную цель. Она буквально захватила разум. Адепт желал остановить Элигоса, уничтожить его, чтобы не допустить прошлых ошибок. Сяо плохо помнил их, но сердцем чуял - поступает верно. Выйдя из бестелесного состояния, Алатус стряхнул с себя светящиеся крошки магии. Острый взгляд уловил движение совсем неподалеку и жадно поглотил детали фигуры. Черный, будто смоль, плащ до щиколоток развевался в такт размеренным шагам в грубых ботинках. Длинные, слегка растрепанные белые волосы ложились поверх, образуя режущий контраст. Сяо почувствовал, как быстро его наполняет ненависть, не поскупившись на мощные удары по возведенной стене хладнокровия. Рука по идеально заученной технике провернула копье, тело сгруппировалось подобно зверю на охоте. Элигос резко остановился, словно уличил, что больше не один. Его спина вытянулась, и голова наклонилась в сторону, являя точеный профиль. — Годы не изменили тебя. — Сухие губы прорезала кривая ухмылка. Охотник на демонов оттолкнулся ногами от земли для разгона и полетел на архонта подобно стреле. Мужчина закатил графитовые глаза, поправив на правой ладони изящную тонкую перчатку, и сгустил в ней темную силу. Горячий, плавящийся шар врезался куда-то в солнечное сплетение адепта. Секундная боль разорвалась искрами перед глазами, пропекая кожу. Сяо отбросило назад, но недалеко. Он свел взъерошенные брови к переносице, проглатывая хрип, рвущийся наружу. Устоял. Элигос встретил его разъяренный взгляд и презрительно приложил пальцы ко лбу. — Все такой же упертый и безжалостный... Не умеющий признавать очевидные вещи. — Не желаю слушать тебя, — с отвращением, давно катающемся на языке, выплюнул якса. Он замахнулся для следующего удара, покрывая пространство вокруг себя голубыми и черными лентами. — Избавь меня от бесполезных упорств, — продолжал говорить демон, с хладным спокойствием наблюдая за действиями адепта. Когда тот снова накинулся на него, Элигос с непревзойденным изяществом увильнул от удара и перехватил пальцами древко Нефритового Коршуна. Сяо мощно дёрнул на себя, пытаясь вернуть орудие, но архонт даже не шевельнулся, с косой полуулыбкой наблюдая за трепыханием яксы. Золотые глаза с прожигающей темнотой метались по его лицу. — В прошлом ты был гораздо спокойнее. И откуда взялась такая самоотверженность? — стелющимся бархатом продолжал говорить демон, не прерывая зрительный контакт. Сяо позволил себе на миг утонуть в всепоглощающем сером море, услышал первое слово и скорчился от толчка боли. Вечное наказание наравне с несбывшимся контрактом лупануло в самую глубь, скручивая в агонии. — Ох, — наигранно сжалившись, выдохнул Элигос. — Деяния обрекли тебя на вечную расплату. Мы похожи. Якса, воспользовавшись тирадами архонта, рванулся, освободил копье и отскочил назад. Слова плеснули новую порцию яда внутрь, вздымая возмущение. У Сяо нет ничего общего с этим мерзавцем! Больше нет? Мысли скручивались в тугой непонятный клубок, который хотелось просто выбросить, не оставив ни одной ниточки. Голоса снова заговорили, будто почуяли рядом себе подобного. Они взрывались хором бесперебойных криков так, что, услышь их впервые, якса сошел бы с ума. Копье снова нацелилось на архонта, метя в самое сердце. Сяо скопил во взгляде всю ненависть с легкой примесью боли, не отрывая его от врага. — Оставь пустые попытки, — сдержанно попросил Элигос, смотря на адепта сверху вниз. Решив еще раз покрасоваться мощью, демон раскрыл ладонь и дёрнул ею снизу вверх, будто зачерпывая что-то невидимое. Описав дугу, рука сжалась в кулак и с краткой вспышкой выпустила волну темной энергии. Та плавно растеклась по воздуху, очертив контур тела мужчины. — Тебе сейчас не справиться со мной. — Я здесь лишь за тем, чтобы убить тебя, — с нечеловеческим рычанием повторил Сяо, щурясь от скверны. Она съедала воздух и колола глаза, извиваясь, будто нечто живое, омерзительное. Поневоле пропитываясь этим, охотник на демонов проваливался куда-то внутрь себя, сталкиваясь с запятнанным прошлым. — Сколько раз я это слышал, — посмеялся Элигос, обнажив идеально ровные зубы. Он на миг прикрыл серые глаза, обращаясь к давним воспоминаниям. — Им удалось уничтожить мое тело, но не душу. Не тебе ли, как адепту, хорошо известно, что искренние желания способны пробудить сознание и вернуть к жизни? — Что ты задумал? — подавив желание прокашляться от нехватки кислорода, решил выяснить Сяо. Он ни на секунду не расслаблялся, но позволил себе выпытать цель архонта. Убить всегда успеется. Словно этого и добиваясь, Элигос снова издал мерзкий смешок и скрестил руки на груди. — Наконец верные вопросы. Я помню, каким было это место до войны. — Его лицо обратилось куда-то в сторону, и адепту показалось, что на нем промелькнула тень сожаления. — Безмятежные времена. Охотник на демонов ощутил, как новая волна злобы подкатывает к горлу. Ведь он не помнил почти ничего. Путь, что якса прошел здесь, оказался похоронен где-то далеко в глубинах подсознания. — Ты не сильно был против войны, — сплюнул Сяо. Слова продолжали сочиться ядом и открытой неприязнью. Тело так и желало снова броситься в бой и растерзать демона, впечатать его черепушку в каменную печать, вогнать глубоко, туда, где даже корни артерий земли не растут. — Мне пришлось. К тому же, я встретил тебя. Подарок судьбы, не иначе, — съязвил с откровенной лестью Элигос, умело ковыряя пальцем затянувшуюся рану. Сяо прочувствовал это в таких красках, что глухая стена внутри угрожающе дрогнула под натиском свежих эмоций. — Замолчи! Из боевой стойки адепт с молниеносной скоростью набросился на демона, совершая серию сокрушительных атак. Но почему-то копьё так и не находило долгожданную цель, лишь ловило воздух. Элигос облачался буквально в ничто, оставляя после себя клубы темного дыма, а когда охотник на демонов немного затормозил, чтобы сменить позицию, резко материализовался и направил концентрированную энергию прямо в яксу. Адепт едва успел скрыться в телепортации. Искры анемо магии брызнули в стороны, сгорая в скверне. Сяо вылетел в реальность откуда-то сбоку, дрогнув от того, как сила глаза бога начала сбоить. Антрацитовый и золотой взгляды снова встретились. — Алатус, я сильнее тебя хотя бы потому, что за столько лет ты так и не обрел спокойствия. Мне же было над чем подумать, сидя в царстве мертвых. — Ты отравил скверной тысячи невинных душ и поглотил их! — старательно игнорируя слова Элигоса, что сочились правдой, прошипел якса. Демон со скучающим видом стряхнул невидимые пылинки со своего воротника, лишь слегка приподняв бровь на это высказывание. Он одновременно думал о чем-то другом, что выдавала небольшая морщинка на переносице. — Часы все же были созданы. И они где-то здесь, — после недолгого молчания внезапно заговорил демон изменившимся тоном. Серьезное лицо прорезала косая полуулыбка. — Найти их было бы приятным бонусом. Воздух словно вышибло из лёгких. Частичка паззла встала на место. Лицо Сяо было каменным, но внутри начался новый шторм. Реликвия, покоящаяся в кармане, обожгла ногу невидимым огнем. Адепт вспомнил две оскверненные души, что приходили за часами. Их послал Элигос. Зачем он ищет часы? Вопросы сыпались, а ответов до сих пор не хватало. И эта нехватка вызывала странные спазмы в теле. Сяо бросил взгляд из-под ресниц на демона, все ещё борясь с жгучей жаждой убийства. Он может бороться до изнеможения, но стоит ли игра таких жертв? Они уже на несколько ходов впереди, ведь заполучили механизм. Мысли пронзали сознание с каждой новой секундой. Якса вдруг взглянул на их попадание в прошлое под иным углом. Тесная связь Элигоса с часами обрела новый смысл. Возможно, изменив ход событий ранее, есть шанс предотвратить возрождение опасного демона и защитить мир. Заметив, что от долгого молчания взгляд архонта наполняется подозрением, Сяо изобразил недоумение на лице и дёрнул плечами: — Не понимаю, о чем ты. Элигос недоверчиво повернулся в профиль, но ничего не сказал. Он спокойно, даже немного лениво изучал местность, пребывая в своих размышлениях. — Если не выйдет изменить прошлое, я здесь с одной целью. Те архонты, что победили, не заслуживают нынешней власти. Они не лучше меня. Баланс тьмы и света нарушен, — забормотал мужчина. Он презренно скривился, его челюсть напряглась, выказывая желваки. — Света… стало слишком много. — Я остановлю тебя, — удивляясь своей сдержанности, повторил Сяо. Изящные пальцы легли на маску, готовясь сорвать ее с бедра. Элигос проследил за этим движением взглядом, полным уверенности. Но затем в графитовых глазах постепенно стало появляться что-то еще. — Я предложу тебе кое-что другое, — ехидно прошипел демон, сгущая вокруг себя тьму. Как только адепт догадался, к чему тот клонит, светлую кожу невольно пронзили мурашки. Эти слова стали спусковым крючком. Якса облачил всю ярость и весь страх, что роились в нем, в сокрушительный удар, сопровождающийся хриплым вскриком: — Сгинь! Элигос извивался и уходил от призрачных копий, словно змея. Вскользь передвигаясь совсем рядом с Сяо, он не переставал улыбаться, будто преисполнялся искренним удовольствием от того, что адепт не может его задеть. А охотник на демонов заводился от этого ещё пуще, набирая скорость. Злость извергалась вулканом, делая движения резкими и беспощадными. Наигравшись, Элигос изящно вскинул пальцы и сосредоточил энергию в теле, вынуждая бежать в руку. Архонт отлично владел темной магией, и Сяо понял, что видел эти движения. Они не сулили за собой ничего хорошего. Только смерть. Ветер анемо магии пробежался сухим теплом по телу, будто мог спасти. Копьё повело в сторону, вынуждая принять слишком открытую позицию. Якса часто заморгал, теряясь в расползшемся дыме. Неужели он слаб? Не может одолеть демона? Густой, пропекающий сгусток скверны врезался прямо в грудь, разрывая волной нестерпимого жара. Сконцентрированный яд объял, как огонь крылья мотылька, удовлетворённо парализовывая мышцы. Сяо отклонился назад, устояв, но последующие внезапные вспышки отбросили, будто песчинку. Под ногами исчезла опора. Удар спиной о землю выбивает из лёгких воздух. И вот она, чистая боль. Свежая, давно позабытая, въелась в самую глубину, вынуждая сердце зайтись в неровных ударах. Адепт стиснул зубы до скрежета, онемевшей рукой продолжая держать копьё. Голова кружилась, распахнутый золотой взгляд метался, ища противника. Дым сгущался, вызывая резь в горле. Почуяв движение, Алатус едва успел поставить перед собой древко орудия, зажав его в обеих руках. Действия стали смазанными, медленными. Элигос навалился всем весом сверху, будто дикое животное, ещё раз чувствительно впечатав тело Сяо в землю. Его глаза поймали взгляд яксы. Адепт напряг мышцы изо всех сил, не подпуская демона ближе. Волны боли продолжали истязать. А сами зрачки Элигоса окрасились в ужасающе багровый цвет. Он одарил его плотоядной улыбкой, словно охотник, собирающийся полакомиться добычей. — Вспомни о наших приключениях. Мы были страшнее самых ужасных монстров. И сильнее. Разве тебе не нравилось упиваться властью, утолять жажду крови? Славиться идеальным убийцей? — почти крича к концу фразы, надрывался демон. Сяо осознал, что тоже захотел кричать. Его лицо было совсем близко, запах скверны давно пропитал изнутри, пытаясь умертвить душу. В графитовых глазах читалось безумие в самом чистом его проявлении. А слова хлестали по сознанию, взывая к мрачным воспоминаниям. Он улыбался. Так, что губы могли бы треснуть. Знал, что нужно сказать, чтобы пошатнуть боевой дух адепта. Сяо не умел сдаваться. Он давился болью, скверной, но не разжимал пальцев, держа Элигоса на расстоянии копьём. — Может, твой товарищ примкнет ко мне? Зря ты оставил его в одиночестве, — перешёл на отравляющий шепот Элигос. И Сяо будто вырвало из оков. Перед глазами предстал образ Итэра. Будто ангел-хранитель, указывающий путь. Пульс послышался в висках. Удар, удар. Руки немеют, дрожат, но вдруг появляется свежий прилив сил, и якса всей массой тела наваливается на копьё, отталкивая демона. Тот совсем не грациозно падает куда-то в сторону, почти сразу же поднимаясь. Его взгляд источает голод и метает невидимые молнии. Сяо резво вскакивает, лишь едва дёрнув бровью от вспышки неприятных ощущений. — Беги. Пока я сам не навестил его, — хрипя, как загнанная собака, сказал Элигос. А затем расхохотался так громко, что заложило уши. Якса наблюдал за этим безумием, и ноги шагнули назад. Страх за путешественника оказался куда сильнее, чем он себе представлял. Но демону будто это и нужно было. Он искренне наслаждался процессом и знал — якса сейчас уйдет. Сдавшись переживаниям, что иглами впивались в сердце, Сяо отнял копьё от груди и совершил телепортацию, оставляя после себя лишь запах анемо магии, что был похож на чистый горный воздух.

***

Итэр отмерял шагами пространство, двигаясь из стороны в сторону. Он злился, переживал и… Снова злился. Герой Тейвата привык к поведению адепта, и одновременно нет. Немногое было известно путешественнику о прошлом Сяо, но оно уже вызывало сочувствие. Итэр понимал, из чего логически сложился характер яксы. Однако искренне недоумевал, как адепт мог бросить его в одиночестве. С другой стороны, они ни о чем не договаривались. Итэр сам увязался за адептом, почему он взял на себя право рассчитывать на постоянное присутствие Сяо рядом? Герой Тейвата шумно выпустил воздух из лёгких, одолеваемый терзающими мыслями. Его так же пугало, что Алатус в одиночку отправился на сражение с демоном. Итэр, казалось, до сих пор ощущал эту невероятно темную энергию, что пронзила невидимыми иглами даже его. Похоже, Элигос давно готовился вернуться. Поглотил неведомое количество душ, похитил их желания в загробном мире. Так ведь поступают демоны? Медовые глаза обратились к непроглядному серому небу. Итэр терзался переживаниями, злостью и растерянностью. Коктейль из эмоций плескался внутри, распаляя рассудок. Он то хотел уйти, то возвращался на место растерзанной печати, пиная мелкие камушки. Издалека можно было видеть, как маленькая фигура со светлой макушкой мечется и замирает в неясной последовательности. «Кто тут? Кто?» «Какой сладкий… Теплый.» «Поближе. Давай посмотрим поближе.» Шепот, раздавшийся будто со всех сторон, напугал. Итэр молниеносно выхватил меч из ножен, крутясь на месте. Мигом похолодевший взгляд пытался отыскать противников. Дробь участившихся ударов сердца пронзила глухим стуком виски. Дым снова сгустился, как нечто живое, из пугающей черноты стали появляться тени. Бестелесные, полупрозрачные, они заключили путешественника в кольцо и закружились вихрем, эхом разнося спутанные голоса. Итэр торопливо зашарил по карманам, пытаясь отыскать благовония, как вдруг из темноты вынырнуло почти человеческое лицо с пугающей улыбкой. — Что ты здесь делаешь один? — хихикнуло некое подобие девушки, плавая из стороны в сторону перед героем Тейвата. Он мигом догадался, что это оскверненные души, ищущие себе оболочку. Что делать с таким противником — Итэр не знал. Меч сжимался перед грудью крепкими пальцами, глаза метались по очертаниям фигур. — Один-одинешенек тут. Хочешь пойти с нами? — От него разит силой. Как много света, фу. — Выбирать не из чего, милый. И этот сгодится. — Элигоса уже здесь нет. Мог бы и подождать, мерзавец. Заслышав имя, Итэр встрепенулся. Тени уже были совсем близко, совсем закрыв обзор пугающей темнотой. Клубы дыма так и рвались проникнуть в лёгкие, напитав скверной. — Он ушел на север от каньона. За телами для вас, — наскоро придумав враку, уверенно отчеканил почетный рыцарь. Раздался раздражающий хохот. Тени заплясали перед ним, превращаясь в жгучий вихрь. — Спасибо, юноша. Отправляйся за нами. Мы будем ждать! Гогоча и вздымая пепел, клубы дыма умчались вдаль, оставляя едкий привкус на языке. Итэр ещё некоторое время оцепенело смотрел в ту точку, где они исчезли. Все случилось так быстро, что в голове не укладывалась картина произошедшего. Наконец приняв отсутствие опасности, путешественник выдохнул. Оставаться возле раскуроченной печати хотелось все меньше. Герой Тейвата вспомнил о лагере. Найдет ли его якса там, когда вернётся? Решив заботиться в первую очередь о своей безопасности, Итэр подобрал вещи и планеры. Он напоследок ещё немного подождал, изучая мертвое, пустое пространство медовым взглядом, а затем направился по узкой тропинке наверх карьера. Бревно все так же лежало у остатков костра. Путешественник мысленно попытался подсчитать, сколько времени прошло. День и ночь, когда пепел вздымался, можно было определить лишь по наитию. Вроде бы вечерело. Итэр почувствовал голод и уселся на ствол дерева, копаясь в рюкзаке. Раздобыв закатник, он с удовольствием вонзил в него зубы, пытаясь пропитаться появившимся призрачным безмятежьем. Буря из эмоций улеглась, сбитая неожиданным появлением темных душ. Итэр все ещё тревожился, но сердцу удалось обрести спокойный ритм. Утешая себя тем, что сейчас он мало что может сделать, почетный рыцарь развел костер. Тепло заключило в объятия замёрзшее тело. Путешественник полу-прикрыл глаза, лениво наблюдая за разлетающимися искрами. Они описывали хаотичные витки в воздухе и растворялись, уступая место новым. От скуки Итэр принялся размышлять над ситуацией. Им не удалось остановить возрождение демона. Если не выйдет убить, каков дальнейший план? Искать помощи у архонтов? Вряд ли они оставят без присмотра Тейват, чтобы распотрошить Элигоса. Вспомнив о часах, путешественник ощутил, как напряглись извилины. Судя по целому городу, они перемещались в мирное время, до начала войны. Существовал ли демон тогда? Его можно найти? Даже не догадываясь, как он близок к правильным действиям, Итэр погрузился глубоко в размышления. Жар от огня разморил и подарил аморфное состояние. Мышцы благодарно подрагивали в расслаблении, тишина внушала безмятежность. Звук, который Итэр успел слишком хорошо запомнить, нарушил идиллию. Телепортация. Запах анемо магии мягко коснулся лёгких. Путешественник обернулся, созерцая только что явившегося яксу. — Как прошло? — не удержавшись от возможности съязвить, поинтересовался путешественник. Он успел заметить, насколько помятым выглядит якса, и волнение за него все же цапнуло сердце. Однако чувство обиды следом усиливалось с невероятной скоростью. Сяо и виду не подавал, с абсолютно спокойным лицом подходя ближе. — Почему ты ушел? Я чуть было не потерял тебя, — искренне недоумевал якса, скрестив руки на груди. Итэр возмущённо сверкнул глазами. Что за адепты эти адепты! — Почему я должен сидеть в оскверненном карьере? — окрашивая голос в яркое недовольство, воскликнул близнец. Призадумавшись, Сяо будто вспомнил, что Итэр привык к более комфортным вещам. Останься там адепт, он бы не пошевелился, даже если бы каждую минуту его били молнии. Странное чувство пустоты проедало внутренности. Якса не дрогнул ни одним мускулом на лице, пока ледяное спокойствие и тревога разверзали баталии в сердце. Адепт бросил копьё на землю и уселся на бревно рядом с путешественником, цепляясь взглядом за костер. Сяо напряжённо размышлял, продолжая истязать себя свежими воспоминаниями о стычке с демоном. Он был непохож сам на себя, и это пугало. Якса не только не дрался до изнеможения, но ещё и слушал мерзавца. Какой отпечаток оставило прошлое, раз оказалось способно вызвать подобную реакцию? Адепт считал, что изучил себя за столько лет вдоль и поперек. Оказалось, то, к чему он меньше всего прикасался, как к предмету исследования — собственная душа. Посчитав однажды себя оскверненным, недостойным чего-либо хорошего, якса отложил это в ящик Пандоры. Который сейчас неукротимо раскрывался. Итэр с любопытством пытался поймать глаза охотника на демонов, но прямого вопроса не задавал — гордость и обида встали поперек горла. — Он слишком силен. И сила его исходит из укрепившихся желаний, что были взращены годами в царстве мертвых, — не произнося имя, наконец заговорил Сяо. Путешественник прислушался и отметил — в ледяном голосе стали проскальзывать нотки чего-то нового. — Вдвоем мы могли бы справиться, — пытался выпустить пар путешественник, заламывая пальцы. Почетный рыцарь хотел посмотреть на ситуацию со стороны яксы, и в то же время ощущал себя в чертовской несправедливости. — Итэр, ты не понимаешь… — нравоучительные тоном начал было Сяо, но герой Тейвата гневно перебил его: — А ты не пытаешься помочь мне понять! Итэр вскочил с места и встал напротив адепта, сжав кулаки. Алатус чуть приподнял бровь на явную дерзость. Он не привык, чтобы с ним так разговаривали. Обычно охотника на демонов избегали, боялись или благоговели. Эмоции путешественника, казалось, можно было потрогать. Сяо отметил, что, когда Итэр злится, у него на носу появляется смешная морщинка. — Мне не ясны твои чувства. Я бы не бросил тебя, — искренне недоумевал якса. Он был спокоен, и это ещё больше выводило путешественника из себя. Итэр за время путешествия по Тейвату достаточно сдерживался, теперь стена готова была вот вот рухнуть. — Именно это ты и сделал. — Щеки покрылись пятнами румянца. Ладони в перчатках вспотели. Путешественник продолжал буравить потемневшим взглядом Сяо, искренне надеясь хоть на толику понимания. — Тебе достаточно сказать… — Дело не в этом! — вскинул руки Итэр. Искры эмоций ощутимо лопались под кожей, распаляя рассудок. Блондин шумно вздохнул, стараясь выровнять голос: — Нам нужно договориться. Здесь только ты и я, разве не разумно действовать вместе? — Я привык убивать один, — пожал плечами Сяо, читая свою непреложную истину. Адепт действительно недоумевал, для чего Итэр так рвется делать все совместно. Это же жутко неудобно. — Убил? — выпустив очередную колкость, прищурился почетный рыцарь. — Путешественник… — протянул руку адепт. — Я обычно не спрашиваю о чужих предпочтениях. Ты хочешь, чтобы я узнал твои пожелания? — Чтобы ты сам хотел узнать, — выдал первое, что пришло в голову, Итэр, и прищелкнул языком. Эмоции пополнились новой — смущением. Кашлянув, он продолжил: — Я бы ни за что не бросил тебя. Сяо медленно моргнул, найдя в себе отклик последней фразе. В ходе бурного разговора он понял, что оставлять Итэра больше не особо хотелось. Но старые привычки все же были твёрже и убедительнее. — Я не такой как ты. И другим никогда не буду. — Пускай, — сдался Итэр, смотря на яксу сверху вниз. — Но давай договоримся действовать сообща и выслушивать друг друга. — Я всегда готов рисковать собой. Но не тобой, — продолжал отказываться Сяо в свойственной ему манере. Итэр устало закатил глаза. Бесполезно. — Я сам решу, что мне делать. Пообещай, — с нажимом, в котором звучала почти угроза, требовал путешественник. Алатус с лёгким любопытством в расплавленном золоте глаз изучал поведение Итэра. Признаться, в гневе он выглядел… Красиво. — Пустые препирательства… — вздохнув, меланхолично протянул Сяо. — Ты веришь в любые сказанные слова? Путешественник слегка склонил голову вбок, потонув в волне нового ощущения чего-то мягкого, тягучего. Искреннего. — В твои — верю. — Хорошо, — удовлетворившись ответом, пригладил волосы Сяо. Он немного покатал слово на языке, будто привыкая к его вкусу. — Обещаю. Итэр издал громкий облегченный выдох, потерев лоб. Буря наконец улеглась, позволяя спокойствию облизнуть сердце. — Звучит так, будто мы заключили контракт. — Так и есть, — кивнул Сяо, наблюдая, как путешественник присаживается обратно, немного ближе, чем в прошлый раз. Пальцы яксы, лежащие на коре дерева, дрогнули, когда почувствовали скольжение мягкой ткани янтарного плаща. Итэр ничего не ответил, лишь про себя поставив отметку — видимо, адепты не умеют решать вопросы иначе. Он снова подтянул к себе рюкзак, с лёгким промедлением вынимая из него оранжевый фрукт. Прокрутив его в пальцах, юноша вопросительно согнул руку в локте. — Будешь? Сяо умело игнорировал голод. Он редко питался чем-то, помимо миндального тофу — вся иная еда казалась пресной и безвкусной. Но почему-то из рук путешественника принять предложенное хотелось в разы больше. Уступив своим привычкам, охотник на демонов кивнул. По пальцам пробежался слабый ток, когда они случайно коснулись путешественника при передаче закатника. Взгляд Итэра оттаял и теперь обладал ещё большим магнетизмом. Отчего то его глаза напоминали Сяо солнце в пору перед самым закатом. Поймав ощущение призрачного спокойствия, якса медленно откусил фрукт. Он действительно пытался различить вкус. Это должно вызывать какие-то эмоции? Что-то и вправду было. Совсем слабое, тлеющее где-то на самом дне бездны внутри. Лишь по той причине, что Итэр рядом с нескрываемым удовольствием съедал закатник, блаженно щурясь. Охотник на демонов невольно приковал свой взгляд к юноше, пряча слабую улыбку за оранжевыми боками плода. — Так все же, что произошло? — машинально облизывая губы от сладкого сока, молниеносно вернул в жестокую реальность герой Тейвата. Сяо замер, потеряв всю призрачность приятных ощущений. Золотые глаза обратились вникуда, окрашиваясь свежими воспоминаниями. — Он много болтал и бахвалился силой, — давясь каждым словом — настолько было некомфортно, озвучил Сяо. — Но упомянул это. Охотник на демонов скользнул в карман, аккуратно вынимая часы. Почетный рыцарь нахмурился. — Он знает о них и хочет вернуться в прошлое, — задумчиво продолжал якса, проворачивая реликвию так, что застарелая медь окрашивалась в мягкий оранжевый свет от костра. — Если судить по времени перемещений, их длительности… — Я тоже об этом думал, — подтвердил Итэр, наклоняясь ближе. — Часы будто хотят, чтобы мы что-то сделали. — Вмешиваться в ход времени очень опасно. Путешественник кивнул, соглашаясь со словами Сяо. Но оба понимали, что выбор не особо велик. Драться до последнего вдоха сейчас, или же найти в прошлом демона, заранее предотвращая катастрофу? — Возможно, поэтому я здесь, — положил ладонь на грудь путешественник. Медовые глаза грустно сверкнули. — Я не существовал в Тейвате в то время. Если я буду с кем-то контактировать, ничего не случится. Сяо вдруг понял суть их недавнего разговора. Конечно, он смог бы в одиночку отправиться в прошлое, но огромные риски из-за провалов в памяти ограничивали адепта. Существовал ли он сам тогда? Что именно случилось до того, как его спас Моракс? Вместе с Итэром возможности увеличивались. Кажется, якса начинал познавать прелести совместного путешествия. — Готов? — кивнул адепт на часы. Путешественник уже сгребал в кучу рюкзак с планером. Ждать чего-то не было смысла. Чем скорее они поймут порядок событий, найдут Элигоса, тем скорее закончат с этим. Сяо крепко стиснул копьё и собирался вытянуть реликвию вперёд, как вдруг Итэр его опередил, шагнув в зону непозволительной близости. Его глаза были опущены, будто он смущался. Якса медленно выдохнул, пропуская в себя аромат юноши, и сдался, прижав его к себе, как в прошлый раз. Удерживая одной рукой Итэра, другой Сяо начал проворачивать реликвию до щелчка. Секунду, другую ничего не происходило, а затем как по команде послышался лёгкий треск. Мальчики, находясь в импровизированных объятьях, исчезли в мимолётной вспышке, вновь оставляя лагерь пустым.

***

Огромная роскошная зала наполнялась мягким золотистым светом. Лучи солнца пробивались через неплотно задернутые шелковые шторы, украшая причудливым узором сверкающую чистотой светло-голубую плитку. Эхо гулко повторяло чьи-то размеренные шаги. — Скверны стало больше, господин Чжуняо, — сухо отчитался мужской голос. Фигура, сидевшая за резным столом, украшенным камнями, выпрямилась. — Вы освоили ритуалы очищения? — Да, но… — человек сделал еще шаг вперед так, что луч солнца попал на его лицо, являя мягкие черты, узкие зеленые глаза и сведенные к переносице брови. Во взгляде отразилось смятение. — Тьма будто растет. И тянется далеко от запада. Раздался тихий шорох одежды. Фигура поднялась из-за стола, позволив свету облизать оранжевое кимоно с белыми лентами. Богатая ткань заструилась вслед за ее владельцем. Загорелые руки с длинными пальцами были сомкнуты в замок, ярко-рыжие волосы собраны в аккуратный хвост. Глаза цвета неба в самый яркий закат воззрились на докладчика. — Что говорит Байху? — подойдя ближе, осведомился мелодичным голосом молодой мужчина. Из-под ресниц на него взметнулось потемневшее изумрудное море с оттенком тревожности. — Он не ответил ни на одно ваше письмо. Слушатель коротко хмыкнул, над чем-то размышляя. Лицо прорезали несколько морщинок в задумчивом выражении. Он развернулся в профиль, разглядывая лепнину на стенах. — Неужели все еще?.. — раздался едва слышный шепот. Владелец богато расшитого кимоно вернулся к столу, обогнув его и обращаясь взглядом к стойке с оружием. На ней красовался длинный клинок, полностью ручная работа. Рукоять отливала мягким латунным цветом. — Вы… Собираетесь пойти туда? — встревоженно воскликнул докладчик, заламывая пальцы в волнении. Краткую тишину прорезал смешок. — Как поживает Элигос? — продолжая стоять спиной, вскинул голову мужчина. Волосы заструились, путая в себе блики солнца и обретая свечение, сродни магическому. Зеленые глаза сверкнули. — Его деревня под защитой. Господин отлично справляется со своими обязанностями, — вновь вернувшись к отчитывающемуся тону, сказал темноволосый. Владелец клинка едва заметно улыбнулся, а затем его лицо приобрело решительность. Он резко обернулся и вскинул ладонь. — Верни отряд в город. Не забудь про очищение. — Но господин Феникс! — снова распереживался докладчик. — Скверна очень опасна… — Я справлюсь, — стальным тоном заявил покровитель города. Красно-золотые глаза были наполнены непоколебимой решимостью. А в следующий миг в них мелькнула растерянность. Феникс положил изящные пальцы на столешницу, обратив взор к окну, нисколько не щурясь от солнечного света, бьющего прямо в глаза. — Хм… А это ещё что? Грудь странно кольнуло. — О чем вы? — непонимающе завертелся командир отряда. Для убедительности он поглубже вдохнул. — Я ничего не чувствую. Феникс медленно покачал головой, собирая бумаги со стола. — Что-то изменилось.

***

К телепортации вырабатывалось привыкание. Итэр, как только все стихло, стряхнул с себя лёгкую дрожь и отстранился от яксы. Сяо поспешил убрать часы, попутно оглядываясь вокруг. Плечи охотника на демонов тут же сжались. Снова другое место. На этот раз прямо посреди города. Их выбросило на крышу небольшого дома, поэтому почти никто не обратил внимания. Лёгкий порыв ветра донес до Сяо кучу запахов. Люди, снующие туда-сюда, всецело поглощённые своими мыслями. Адепт автоматически сделал шаг назад, опасаясь, что навредит им своим присутствием. Итэр вскинул голову, смотря на местность широко распахнутым взглядом. От увиденного захватывало дух. Город был похож стилем на Ли Юэ, но имел значительные отличия. Здесь, в каньоне, где было довольно мало места, стояли в основном невысокие дома с крышами знакомой формы с вытянутыми углами по краям. У некоторых стены украшались аккуратными красными столбами, у других же скромные деревянные заслонки. Вились лестницы, переходящие к балконам, или же ведущие к дверям. Улицы, выложенные крупным камнем, то расширялись, то сужались, образуя в центре некое подобие площади с натянутыми тентами в разных местах. Вытянув шею, путешественник заметил речушку, что хаотичной лентой бежала по городу, беря начало у водопада. А сам водопад поднимался в самый верх каньона, приковывая взор к ещё одной части города с огромным великолепным храмом, чья крыша сияла изумрудным цветом. Остро ощущался стиль Ли Юэ, но более ранний, отдающий большей помпезностью. Герой Тейвата определил это по иным материалам, из которых было построено все вокруг, и одежде людей. Дыхание невольно перехватилось от ощущения культуры прошлого. Адепт же оставался равнодушным, однако внутри все же что-то дрогнуло. Знакомое место… Перед глазами вспыхнуло воспоминание, краткое, мимолётное. Тьма, осквернение, злые архонты, рвущие город на части… Охотник на демонов вжал ладонь в грудь с такой силой, что стало больно. Этим он пытался вытеснить другую боль, которая красными нитями прорезала все естество. Внезапно, без каких-либо обиняков, она рухнула на душу, будто цунами, а затем медленно отползла куда-то в самую глубину. Герой Тейвата удивлённо обернулся, подойдя к Сяо. — Что случилось? — Ничего, — сдавленно сглотнув, отозвался Алатус. Занемевшие пальцы разжались, и золотые глаза воззрились на Итэра, пожирая своей пустотой. — Нужно узнать, где Элигос. Почетный рыцарь кивнул и снова оглянулся на храм. Нечто тянуло туда, как магнитом. Словно оттуда на них кто-то смотрел, чуял, что они пришли. — Идём. Только бросив это слово, якса совершил телепортацию и оказался внизу. Итэру же пришлось спускаться обычным способом. Ловко проскользив по черепице, юноша цепко ухватился ладонью за край и упал вниз, разжав пальцы. Ноги с тихим стуком коснулись земли. Откинув мешающуюся косу, Итэр посмотрел на людей. Те слегка настороженно оглядывали их одежду, но ничего не говорили, следуя мимо. Какой-то мужчина в длинном кимоно прошел прямо между мальчиками, и Сяо тут же отстранился всем корпусом. — Непохоже, чтобы ты вредил им, — попытался успокоить охотника на демонов путешественник. Адепт покачал головой. Пока стоит быть настороже. Люди очень слабы, им легко пасть до грехов. Едва скверна, даже в самом малом количестве, коснется их — быть беде. — Может, отправимся к главному храму? — предложил путешественник, растерянно закидывая голову. Якса последовал его примеру, разглядывая сооружение, и нахмурился. — Там живет Феникс. Эмблема на дворце — на ней изображена птица. Лучше не попадаться ему и его охране на глаза, пока не узнаем, какие здесь порядки. Итэру оставалось лишь молча восхититься наблюдательностью адепта. — Нам придется спрашивать каждого встречного? Алатус продолжал настороженно осматриваться по сторонам. Здесь все было тихо и спокойно. Души людей светились искренностью, добротой, чистыми намерениями. Ни намека на тьму. Это казалось странным. Город процветал и непохоже, что он мог бы быть в упадке. Время, в котором они оказались, существовало более двух тысяч лет назад. Но якса ничего о нем не знал. Моракс всячески избегал эту тему, возможно, он уже существовал, но кем он был? Чжун Ли стал архонтом в кровавой бойне, уничтожив тех, кто слабее него. Слишком уж спокойно. Любое затишье обрекает на появление бурю. Поэтому адепт не расслаблялся, оставаясь собранным. Сумерки. Скоро наступит ночь. Будет ли все так же невинно? Путешественник тем временем заприметил девушку в скромном одеянии, подметающую крыльцо того самого дома, с которого они спустились. Юноша решил подойти и добродушно улыбнулся. — Здравствуйте! Я путешественник, впервые оказался здесь, не могли бы вы… Голубые глаза слегка испуганно воззрились на него. Незнакомка съежилась и крепко стиснула пальцами деревянную палку. — Простите, если у вас нет печати, я не могу с вами разговаривать, — робко пробормотала она, мягко отступая к двери. На ее шее, под складками кимоно, показался уголок небольшой дощечки. Итэр протянул было руку, собираясь остановить собеседницу, как она оказалась перехвачена пальцами Сяо. — Прошу прощения, — зыркнул он глазами в сторону бедняжки, и та вжала ладонь в губы от немого испуга, мигом скрываясь в доме. — Говорил же, — закатил глаза Алатус. — Нужно быть осторожнее. Если о нас доложат, наши передвижения могут быть ограничены. Краска медленно начала подбираться к лицу героя Тейвата. Он привык к тому, как посещал города в настоящем времени. Похоже, придется действовать совсем иначе. — Тогда нам необходим четкий план, — задумчиво сказал Итэр. — Наверное, мы можем пробыть здесь сутки. Или меньше. Если бы только уметь определять… Якса давно смаковал эти мысли. Они слишком мало знали о часах. Сколько времени им отводится на каждый скачок? Каково их количество? Что будет, если не прикасаться к реликвии — оставит она их, или они все равно исчезнут? От отсутствия необходимой информации болела голова. Сяо приложил пальцы ко лбу, рассуждая, как действовать. — Помнишь, ты предлагал пройтись по городу? — улыбнулся почетный рыцарь. Адепт моментально отвлекся. Это выражение лица пробуждало в нем что-то настолько неведомое и теплое, сковывающее движения. Медовые глаза светились добротой. — Мы можем прогуляться вместе и осмотреться. Сяо помнил этот их разговор. До сих пор удивлялся, что на него нашло. Охотник на демонов сторонился скоплений людей всеми силами. Но глядя на то, с какой обыденностью Итэр находился в этом изобилии душ, якса хотел попробовать пойти именно с ним. От героя Тейвата исходила невероятно сильная успокаивающая аура, хоть он сам и не ведал об этом. Она согревала даже израненную душу Сяо. — Не переживай. — Осмелев, почетный рыцарь мягко протянул руку и коснулся пальцев адепта. Тот едва удержался от того, чтобы не вздрогнуть. — Я буду рядом. Алатус шевельнул ладонью в ответ. Почему его надо успокаивать? Он бесстрашный убийца, переживший то, что даже в кошмарах не снилось. Как последние события смогли пробудить в нем столько… Нового? Медленно опустив глаза, якса заправил выбившуюся голубую прядку за ухо и, не отстраняя руки, пошел вперед. Итэр зашагал рядом, почти плечом к плечу, иногда заставляя их пальцы случайно соприкасаться. В умеренном темпе юноши отправились к одной из окраин каньона. Они осматривали город, пытаясь понять хоть что-нибудь. Все было тихо и спокойно. Люди ухаживали за своими домами и небольшими садиками в них, гуляли по улицам, пили горячий чай на терассах. Стали зажигаться первые фонари, разбрасывая хаотичные красные огни. Подбираясь ближе к краю, путешественники увидели узкую лестницу, ведущую наверх, а по краю обрыва стену, тянущуюся лентой до самого храма. Якса приподнял подбородок. Сгущающаяся тьма давила на плечи. Что-то таилось в ней. Незнакомое, страшное. Внимательный золотой взгляд уличил колебания в воздухе наверху. Там, за стеной. — Так и думал, — выплюнул охотник на демонов, резко переходя на бег. Он стрелой кинулся по лестнице, ловко огибая людей. — В чем дело? — ошарашенно крикнул Итэр, бросаясь за адептом и едва успевая сохранять расстояние между ними. Сяо не отвечал, выхватив копье и крепко сжав его рукой. Вырвавшись с невероятной скоростью за ворота наверху, адепт на секунду застыл. Откуда-то разило темной энергией. Осквернение? Оно все-таки здесь есть? — Пожалуйста! Я чист! Прекратите! Итэр вылетел за Сяо, едва не врезавшись тому в спину. Руки путешественника потянулись за мечом, хоть он и продолжал абсолютно ничего не понимать. Якса пытался углядеть, откуда донесся крик. Неподалеку, за вспаханным полем, маячили фигуры в сгущающихся сумерках. Герой Тейвата тоже это заметил и догадался. — Ты уверен, что мы можем в это вмешаться? Адепта как током поразило. Как только он учуял скверну, тут же позабыл о том, что находится в прошлом. Побежал сразу же, движимый долгом, тем, что он умел лучше всего. — Ты прав, — выдохнул Сяо, убирая копьё. — Пойдем. — Но… — осекся Итэр, понимая, что не совсем то имел ввиду. Алатус развернулся к нему спиной, неспешно возвращаясь обратно к воротам. — Нет! Прошу! Я не поднимался в горы! Крик резанул по ушам. Путешественник почувствовал, как мышцы напрягаются и дрожат. Кто-то зовет на помощь. Сердце тут же сжалось, ускоряя темп. Обернувшись через плечо и посмотрев на Сяо, герой Тейвата будто набрался решимости и бросился к фигурам. Если вмешается именно он, риск не велик. — Великие архонты… — устало протянул якса, поправляя перчатки. Его тело подобралось и мягко прыгнуло тенью за путешественником. Юноша примерно того же возраста, что и Итэр, медленно отступал назад. Его оттесняли к краю холма двое мужчин, одетых в ишан* жёлтого цвета и обнаживших клинки. Их губы были сурово сжаты, а руки напряжены, готовые вот-вот нанести удар. — Ты вышел из Туманного леса. Там вовсю гуляет скверна, — сплюнул один из воинов, чьи волосы были собраны в тугой пучок. Мальчик смело сверкнул синими, как глубокое море, глазами, и скрестил руки на груди. — Я не заходил дальше положенной границы! Вы не имеете права меня не пускать! — Убирайся, пока мы с тобой не расправились. Моры у тебя все равно нет, — угрюмо прошипел мужчина, переглядываясь со вторым. Юноша стиснул зубы, не намереваясь сдаваться, и вдруг сьежился от слабого толчка боли. — Черт, он всё-таки заражён! Клинки с тихим звоном метнулись в воздух. Раздался оглушающий свист. Итэр вынырнул из ниоткуда, поставив блок своим мечом. Спружинив телом, герой Тейвата откинул двоих назад, вскинув свободную руку на защиту паренька. — А ты ещё кто такой? — прищурились обескураженные незнакомцы. Почетный рыцарь сосредоточенно оглядывал их, пытаясь найти решение ситуации. Это обычные люди, убивать их ни в коем случае нельзя, тем более в прошлом. — Феникс нанял меня, — гордо выпятив нижнюю губу, подбоченился путешественник. Он ловко перебросил меч из одной руки в другую, наслаждаясь вмиг перекосившимися лицами. Срабатывало. — Лучше идите подобру-поздорову, пока я не доложил о ваших деяниях. — Тц, — щёлкнул языком в негодовании один из них, отступая в темноту. — Сам разбирайся тогда с этой оскверненной душонкой. Идём, Юкиру. Итэр проследил за тем, как две фигуры, переругиваясь, уходят, и облегчённо вздохнул. Ветер взьерошил выбившиеся светлые пряди. Поправив их рукой, герой Тейвата обернулся и подошёл к жертве событий. Тот опустился прямо на траву и коротко рассмеялся. Повеселевшие глаза, горящие восхищением, воззрились на лицо Итэра. — А ты смелый, раз наврал им, — сказал юноша и тут же подавился фразой, скорчившись. Герой Тейвата быстро присел рядом, обеспокоенно осматривая на наличие повреждений. Взгляд метнулся на слегка задраный рукав, на оголенном участке кожи виднелось странное пятно. — Не трогай, — раздался предупредительный голос, стоило путешественнику протянуть пальцы. Короткий порыв ветра, и Сяо возникает совсем близко, оттесняя плечом почетного рыцаря в сторону. Золотые глаза презрительно сощурились. Запах густой тьмы и гнили ударил в нос. Юноша, казалось, совсем не удивился, лишь окинул беглым взглядом только что появившегося адепта. — Как ты это получил? — ледяным тоном спросил Сяо, незаметно кладя пальцы на древко Нефритового коршуна. Герой Тейвата насторожился, ощутив эту тугую волну напряжения. — Увлекся исследованием, вот и не заметил напавшую тварь. Смогла таки меня задеть, — брезгливо пробормотал мальчик, подвязывая рукав выше. Он вытянул ладонь и растопырил пальцы. Якса внимательно наблюдал за его действиями, застыв в сосредоточенной позе. — Это скверна? Разве ее можно видеть? — ничего не понимал путешественник. — Пока она не впиталась, да. Должно пройти какое-то время, прежде чем отрава вьестся в кожу и проникнет внутрь. Тогда очистить душу намного сложнее, особенно если она поддастся этому, — со знанием дела произнес Сяо. Он мог провести ритуал очищения, как вдруг юноша правой рукой отвязал от пояса бутыль и зубами откупорил ее. — А вы хорошо об этом осведомлены, — усмехнулся он, брызнув водой на пятно. Раздалось шипение. Синие глаза потемнели и превратились в узкие щелочки, но парень молчал, стойко терпя боль. — Святая вода, — изумился адепт. Он знал, что это один из древних способов очистить раннее осквернение, однако в настоящем времени им почти перестали пользоваться, переложив всю работу на якс, которые боролись с самым корнем зла. Закончив, юноша опустил рукав и вскочил, вынуждая путешественника и Сяо тоже подняться. — Спасибо, что помог. Эти двое не отстали бы, — лучезарно улыбнулся он, обращаясь к путешественнику. Тот почесал затылок, кивая. — Могу я как-то тебя отблагодарить? — Ничего не нужно, — вмешался Сяо, скрестив руки на груди. — Какой у тебя строгий товарищ, — хохотнул юноша, упирая руку в бок. — Я — Джиан, а вы вообще кто такие? — Итэр, путешественник, — добродушно представился блондин, украдкой посмотрев на яксу. Тот продолжал стоять в стороне, всем видом выражая нежелание разговаривать. — Вообще-то, нам бы переночевать где-нибудь. Не мог бы ты проводить нас до какого-нибудь пристанища? — А зачем? — хлопнул в ладоши Джиан. — Можете остаться у меня. Отец на работе, так что дом полностью в моем распоряжении. Якса предупредительно метнул взгляд в сторону Итэра, но тот лишь развел руками. Это было лучшее решение, учитывая то, что они совсем не знают эту местность и порядки. — Если тебя это не затруднит, — благодарно сложил ладони вместе путешественник. Тело тут же заныло усталостью, усиливая желание поскорее добраться до места отдыха. Новоиспеченный знакомый весело прищурился. — Я проведу вас обходным путем. Похоже, вы только прибыли. Стража может насторожиться, — вскидывая руки, зашагал обратно к городу Джиан. — Идём, я ужин как раз собирался стряпать, да и помыться бы вам… При мыслях о качественном отдыхе у путешественника рот наполнился слюной. Он уже совершенно расслабился и принялся нагонять мальчика, пригласительно махнув рукой адепту. Сяо недовольно вздохнул, оборачиваясь на запад, где в самой дали едва виднелась полоса леса и гор. Тьма окончательно опустилась на землю, призывая идти на охоту. Якса прислушался. Ничего. Не было здесь останков архонтов, они не кричали, не молили о крови. Но почему-то на душе все так же было неспокойно. Медленно убрав копьё, Сяо направился вслед за удаляющимися Джианом и Итэром, недовольно напрягая челюсти, когда первый по-хозяйски закинул руку на плечо второму. ***

Ишан — древне-китайский костюм из верхней плечевой одежды («и») и верхней поясной одежды («шан»). Верхней наплечной одеждой («и») были распашные двубортные или однобортные халаты и кофты. Верхняя одежда запахивалась на правую сторону и завязывалась. Рукава были широкими (средняя ширина рукава составляла 240 сантиметров). Во время работы рукава подвязывались специальной лентой, которая перекрещивалась на груди. Нижнюю часть туловища древние китайцы обертывали куском ткани — эта верхняя поясная одежда называлась «шан». Шан закреплялся на талии поясом — матерчатым («ню») или кожаным («гэдай»), а сбоку или сзади к нему прикрепляли «шоу» — цветные шнуры с нефритовыми украшениями, связанные в сетку.