От звёзд до пустоты

Итэр любил просыпаться с первыми лучами солнца. Ему нравилось наблюдать, как оно лениво восходит в дымке облаков и нагревает землю. Но сейчас оставаться в постели хотелось как можно дольше. Всё же, путешественник открыл глаза первым, моментально натыкаясь на мраморное лицо яксы совсем близко. Он безмятежно спал, и теплое дыхание касалось кончика носа Итэра, изумрудные ресницы чуть дрожали, тонкие губы были приоткрыты. Заворожённый такой картиной, герой Тейвата даже не смог пошевелиться. Внимание целиком и полностью приковалось к спящему Сяо, а воспоминания о вчерашней ночи, медленно вплывшие в сознание, породили желание одарить поцелуем каждый миллиметр охотника на демонов. Итэр улыбнулся собственным мыслям и все-таки аккуратно поднял руку, убирая бирюзовые пряди со лба адепта. Кончики пальцев тут же пронзил ток. Путешественник вообще не задумывался о том, верно ли он поступил, что будет потом, сейчас он испытывал самое настоящее счастье, блаженно плавающее по телу. Этого было достаточно. Медовый взгляд с нежностью заскользил по шее Алатуса, спускаясь ниже, к обнаженным ключицам, расслабленным мышцам груди, тонкой продольной линии пресса. Дальше виды прятало накинутое покрывало. Но фантазии заботливо дорисовали то, что путешественник вчера как следует рассмотрел (и не только), и низ живота сладко потянуло. Едва не мурча от произведения искусства, лежащего перед ним, герой Тейвата улыбнулся. Раньше он и представить не мог, что в этом, когда-то неизвестном мире, встретится кто-то и пробудит столь сильные чувства. Уже при первом виде Сяо сердце Итэра дернулось, но тогда он не придал этому значения. Путешественник так торопился отыскать сестру, получить ответы на вопросы и параллельно спасти Тейват, что не замечал подобные мелочи, которые смогли развести внутри пожар. Губы досадно поджались. Почетный рыцарь продолжал, не мигая, разглядывать Сяо в утреннем свете. Что было бы, сблизься они чуть раньше, в Ли Юэ? Позволил бы якса отправиться Итэру с ним, или же просил бы остаться, ссылаясь на переживания? Адепт в принципе не казался тем, кто может испытывать какие-либо эмоции, но за эти несколько дней блондин увидел и почувствовал столько, сколько не дозволялось никому во всем Тейвате. Итэр хотел бы вечность утопать в тепле тела яксы рядом, заставить замереть это мгновение, но постепенно усиливающаяся жажда вынудила тихо выпутаться из-под одеяла и встать. Сяо слегка нахмурился, шевельнул плечом, но не проснулся. Путешественник сладко потянулся, подошёл к полкам у камина и снял крышку с хрустального графина. Глупая полуулыбка все никак не желала сползать с лица. Будто им и не нужно было спасать прошлое Пепельного моря и бороться с Элигосом. Здесь, в чайнике, время текло по другому, и реальность уплывала далеко, изредка напоминая о себе едким привкусом на кончике языка. Итэр медленно отпил воды, желая смаковать сегодняшнее утро как можно дольше. Взгляд как магнитом тянуло к постели. Герой Тейвата вдруг встрепенулся, прищуренные глаза вспыхнули идеей. На цыпочках передвигаясь по комнате, блондин отыскал свою камеру и наставил ее на Сяо. Возможно, за это ему потом влетит, но сил сдерживаться не было. Итэра настолько обуяли эмоции, что он захотел сделать тысячу фотографий, распечатать их и обвесить все стены. Прибор из Фонтейна достаточно шумно щёлкал, поэтому пришлось довольствоваться одним снимком. Постаравшись приглушить ладонью звук, почетный рыцарь выбрал самый красивый по его вкусу ракурс и зажал кнопку. Затея удалась. Якса, на удивление, крепко спал. Видимо, позволил себе абсолютно расслабиться рядом с путешественником и отдохнуть от души. Блондин подметил, что он даже не взял в чайник копьё. Настолько доверяет… В сердце защемило. Герой Тейвата чувствовал себя так, словно он стоял на тонком канате, и ему вручили хрупкие грани души Сяо. Путешественник старательно балансировал и оберегал вверенное, найдя в этом невероятную драгоценность. Блуждающий по комнате взгляд уцепился за часы. Итэр вспомнил о незаконченных записях и, не позаботившись даже о том, чтобы одеться, присел за столик. Правая рука уверенно окунула перо в чернильницу, а левая раскрыла томик на нужной странице. Поглядывая на реликвию и переводя руны, герой Тейвата всё больше хмурился. Слова складывались в краткие предложения, совсем непонятные. Спустя некоторое время расшифровка была закончена, и почетный рыцарь уставился на исписанный лист. «Прошлое растёт, будущее сокращается. Время снисходительно трижды. Оно знакомится, даёт право на попытку, настороженно смотрит на вмешательства. А после утекает без остановки.» Слова порождали в голове сумбур. Итэр снова и снова сверялся с рунами, убеждаясь в точности перевода. Разочарование пощекотало горло. Он так надеялся получить хоть какие-то ответы, а вместо этого на голову свалилась ещё куча новых вопросов. О чем говорили эти фразы, было совершенно не ясно. Но возникало странное чувство, будто реликвия и была создана для перемещения в прошлое, в это время. А ещё… Будто должны были ей воспользоваться именно они. Адепт, постепенно выплывая из сна от яркого утреннего света, шевельнул рукой и, не нащупав рядом Итэра, резко распахнул глаза. Сияющий сонливостью взгляд торопливо окинул комнату, наткнулся на сгорбленного за столом объекта тревожных поисков. Сяо облегчённо выдохнул, таращась на выступающие тонкие косточки ключиц под розовой кожей, растрёпанные золотые волосы, едва выглядывающий из-за угла столика бок, на котором красовались следы от вчерашней хватки яксы. Уголки губ поползли вверх, и охотник на демонов по привычке одернул себя. Прислушался к атмосфере вокруг. Так спокойно. Уют давно забрался под кожу и намертво въелся, сломав все стены адепта. Он продолжал смотреть на Итэра и снова расслаблялся, поскольку с ним в одной комнате находилось самое настоящее божество. Пальцы заныли от внезапно проснувшегося желания коснуться этого божества. Сяо снова закрыл глаза, сжав руку в кулак, но нетерпеливость так сильно ударила по груди, что губы сами по себе открылись: — Итэр, чего встал? Путешественник аж подпрыгнул от внезапно нарушенной тишины мягким баритоном. Мед и золото встретились. Блондин моментально почувствовал, как под взглядом Сяо вся озадаченность уползает в никуда. Однако на некоторое время он все же затупил, нерешительно крутя между пальцами перо. Адепт, не прерывая зрительного контакта, поднял ладонь и поманил Итэра к себе. После этого жеста герой Тейвата капитулировал и встал. Расшифровку они обсудят потом. Сяо натужно сглотнул, когда ему открылся вид целиком. Блондин двигался уверенно, однако слабая пунцовость на щеках выдала смущение. Адепт усмехнулся про себя, спеша облизать взглядом изящную фигуру, купающуюся в лучах солнца, прежде чем она шустро забралась на постель. — Доброе утро, — беззаботно сказал путешественник, роняя голову на подушку в нескольких сантиметрах от яксы. Плавящийся янтарь топил в себе, ровно так же, как и витающий повсюду аромат одуванчиков. Охотник на демонов лишь кивнул и поднял пальцы, стремясь исполнить свое первое утреннее желание. Грубые подушечки вжались в бархатную кожу плеча. Адепт уже от этого готов был распалиться, поэтому быстро потянул героя Тейвата к себе, уткнул носом в грудь и зарылся ладонями в пшеничные волосы. Блаженство. Слово впервые наполнилось смыслом для яксы, оно больше не было пустым набором букв. Всё, что ранее Алатус не понимал и не испытывал, обрушил разом путешественник. И ведь даже не специально. Тепло его тела хотелось вкушать бесконечно. Сяо поражался сам себе, невесомо массируя голову блондина — тот довольно урчал. За пару дней яксе открылись новые грани этого мира, то, что он считал для себя невозможным, непозволительным. Теперь этого было так много, что едва ли умещалось внутри. Но казалось так правильно и необходимо… А охотник на демонов чуть по собственной глупости себя этого не лишил. Недовольный вздох, и губы нежно касаются светлой макушки. Итэр нежится, доверительно обмякая в руках адепта. Его тело говорило — тому дозволено делать все, что заблагорассудится. И Сяо чертовски стремительно растворялся в атмосфере, кардинально противоположной всем двум тысячам лет. — Ты пахнешь звёздами, — озвучил первую мысль якса в длинные волосы. Итэр легонько потерся щекой о каменные мышцы и приподнял голову. Медовые глаза хитро сверкали. — Откуда ты знаешь аромат звёзд? Это невозможно, — по-доброму съязвил путешественник, ожидая увидеть растерянное лицо, но Сяо оставался в аморфной прострации, задумчиво оглядывая партнёра. — Мне кажется, если бы это было возможно, то было бы именно так. Итэр вслушался в размеренный тон и поразился тому, насколько он изменился. В нем сквозили нотки нежности. — Совсем не ожидал, что ты окажешься таким романтичным, — выдал смешинку путешественник, за что в следующую секунду получил тычку под ребра. Сяо резко приподнялся, поставил ладони по обе стороны от тела блондина и навис над ним. Мраморное лицо приобрело напускную серьезность. — Ты хочешь, чтобы я был жёстче? — намеренно охладив тон, взял контроль адепт. Он умел издеваться и сейчас счёл это подходящим моментом, дабы приструнить обнаглевшего Итэра. Снова увидеть этот возбуждающий румянец. Вопреки ожиданиям, почетный рыцарь не собирался сдаваться. Он приподнялся на локтях, сократил дистанцию и выдохнул прямо в губы: — Если мы говорим о сексе, то очень даже хочу. Слова влились в сознание и оживили в бледном теле пульсацию, которая стремительно поползла к паху. Якса моргнул, утопая в ярких медовых глазах без единого шанса спастись и выплыть. Он был поражен открывшейся стороной путешественника. Итэр оказался смелым, напористым и откровенным. Вопреки всему, Сяо это нравилось. — Тебе было мало вчерашнего? — сделал провальную попытку остудить пыл героя Тейвата адепт. Он сам начинал ощущать, как воздух тяжелеет и накаляется, поэтому немного отстранился. Блондин жадно съедал взглядом напрягшиеся мышцы пресса. Озорные искорки, которые заметил Алатус, подтвердили — да, мало. Это позабавило. Но якса не спешил, поэтому отсел в сторону, удачно прикрывшись покрывалом, которое то и дело норовило сползти. Путешественник глубоко вздохнул и снова откинулся назад, щурясь от солнечных зайчиков, танцующих на загорелом лице. — Ты красивый, — беззаботно протянул он и дотянулся рукой до оголенного бедра Сяо. Тот вздрогнул, когда кончики пальцев принялись вырисовывать невесомые узоры. — Всего лишь внешне, — меланхолично пожал плечами адепт и нахмурился, когда Итэр внезапно принял сидячее положение. Его брови свелись к переносице. — Неправда. Я уверен — в тебе скрывается много хорошего, иначе бы тебя здесь не было. Напористый тон обескураживал. Сяо действительно этого не понимал. Он никогда не мог разглядеть в себе что-то светлое — всё тонуло во мраке и скверне. Израненная душа едва трепетала и явно не была подобием крылатого ангела — так что в ней можно найти? Тьма и смерть. — Хм, — недовольно выдал адепт, и золотая поталь покрылась корочкой привычного льда. — Что же ты успел разглядеть? Просвети. Итэр цокнул и подобрался ближе. Сяо был уверен — будь он в одежде, почетный рыцарь схватил бы его за грудки и тряхнул. Из него так и лучилось лёгкое раздражение. «Так уверен в том, что я несу в себе что-то светлое?» — Ты добр ко мне, — безапелляционно заявил Итэр. — Ты способен проявлять нежность, внимательность, давать защиту. Я не прав? Он смешно вздернул нос, будто бросая вызов. Приподнятый подбородок так и говорил: «ну давай же, оспорь эти слова.» Охотник на демонов не терял серьезного выражения лица, намереваясь стоять до последнего, хоть блондин и сказал чистую правду. Не отступаться же яксе от того, что он испытывает к юноше напротив? — Единственный случай особых привилегий, — угрюмо процедил адепт и отвернулся в профиль, не желая продолжать разговор. Алатус не любил копошиться в собственной душе — он всегда делал то, что считал нужным, ему не было дела до анализа эмоций. — А как же люди? — перескочил к не особо приятной теме Итэр, и Сяо все же дернул плечом. — К ним ты тоже снисходителен, и тебя увлекает наблюдение за их жизнью. В темном золоте что-то сверкнуло. Путешественник пытался словить этот взгляд, выжидающе прикусив губу. Адепт игнорировал подползающее раздражение и старался сдержанно отвечать, поскольку обижать героя Тейвата молчанием едва ли хотел. — Скука. Почетный рыцарь с разочарованным возгласом выдохнул и провел ладонью по собственной лопатке, будто пытался стряхнуть легшую на плечи некомфортную атмосферу. — Я ведь помню, что ты сказал, когда спросил о твоих увлечениях, — с поостывшим запалом забурчал юноша. — Мы чуть драку не начали. — Потому что у меня их нет, — резко огрызнулся Сяо. Этот разговор коптился неприятным осадком на сердце. — А как же фонарики? — не унимался герой Тейвата, раздражая. Якса непонимающе повел нахмуренной бровью. — Какие к черту фонарики? — Праздник морских фонарей, — сдержанно объяснил Итэр, воскрешая в памяти ярко-оранжевое марево огоньков над спокойной гладью гавани Ли Юэ. — Готов поклясться, ты запускал их хоть раз, и тебе понравилось. — Не понравилось. Он наткнулся на вопрошающий взгляд путешественника и неохотно пояснил: — Я делал это в одиночестве. Думал, испытаю то же самое, что люди, которые счастливо смотрели на фейерверк, но ощутил лишь нечто слабое и мимолётно исчезнувшее. В такие моменты якса щерился и становился колючим, от него исходили волны злобы непонятно на что. Любого другого он одарил бы разве что испепеляющим взглядом, от которого впору улепетывать со всех ног, но вот Итэру почему-то хотелось сказать все как есть. Видимо, Сяо чувствовал, что ему доверяют, и старался доверие оправдать. — Сяо… — жалобно протянул герой Тейвата, чем вызвал новую волну негодования. Адепт раздражённо вжал ладонь в его приоткрытые губы, готовые разразиться тирадой утешения. Ему это не сдалось. Пустые звуки, лишний раз напоминающие — счастье ему недоступно. — Даже не вздумай, — пригрозил он ледяным тоном, наблюдая, как медовый взгляд наполняется удивлением. Итэр недолго был растерян, в следующую секунду он выпустил зубы и достаточно сильно прикусил кожу пальцев Сяо. Тот зашипел и отдёрнул ладонь, совершенно не ожидая подобной нахальности от почетного рыцаря. Тот тем временем сдул пшеничную челку со лба. — Посмотрим, что ты скажешь, когда мы будем запускать фонарик вместе. — Мы не… — поторопился возразить Сяо, но был решительно заткнут коротким поцелуем. Оборванный слог утянулся в горячий рот Итэра. — Не вздумай, — передразнил его наглым полушепотом блондин, держа лицо совсем близко. Сяо не нравилась и одновременно поражала эта наглость путешественника. С виду он казался скромным, а на деле порой из него рвалась ехидная натура, которую едва ли можно было удержать или укротить. Яксе остро захотелось заняться укрощением. Все же, его больше прельщало, когда Итэр становился податливым, покорным, и тогда Алатус снова ощущал себя возвышенным, грозным и властным. Уже по заученной технике окольцевав тонкие запястья, Сяо не дал путешественнику опомниться и уложил его на лопатки, заставив утонуть в неразберихе из подушек и покрывал. — Ты ужасно расхрабрился, Итэр. Ярко сияющий мед мигом начал плавиться. Путешественник отрывисто ухватил порцию разгоряченного воздуха, и в прищуре глаз затанцевало озорство. — Тебе это не нравится? Сяо готов был вечно любоваться открывшимся видом, но желание почувствовать каждую нотку шепота героя Тейвата заставило наклониться вплотную к лицу. Тот больше не терялся и смотрел с азартом, нет, с вызовом. — Мне в тебе всё нравится, — бархатным тоном пробормотал адепт, намеренно растягивая слова. — Но больше я люблю твое растерянное лицо. Блондин дернул руками, когда последний слог утонул где-то в его шее. Дыхание стало отрывистым, жажда заменить его на стоны возросла, поскольку охотник на демонов оставил влажный поцелуй в ямке ключиц и спустился ниже. — Мгх… — не выдержал Итэр, стоило партнеру отпустить его запястья и вжать пальцы в ребра. Адепт повторил вчерашний путь, сцеловывая вкус путешественника с его кожи и чувствуя, как возбужденная плоть упирается куда-то в мышцы живота. Ему снова сносило крышу. Тело героя Тейвата было столь нежным, столь желанным. Блондин запрокинул голову и выпустил гортанный стон, когда Алатус сомкнул пальцы вокруг напряженного члена, лизнул горячим языком пах и тут же легонько укусил. Итэр начинал буквально сгорать от малейших движений. Все податливо отзывалось на ласки, и тугая спираль закручивалась в самом низу живота. — Когда я увижу твое растерянное лицо, не пропущу ни единой детали, — сквозь сцепленные зубы бросил последний вызов путешественник, ему даже хватило напора встретиться нахальным взглядом с распахнутым желтым морем. Сяо выпустил ехидный смешок в сливочную кожу. «Этого ты хочешь, путешественник? Попробуй заставить меня смутиться. Я посмотрю, сколько у тебя будет провальных попыток.» Мысли таяли под волнами возбуждения. Они туго хлестали по животу со стремительно нарастающей пульсацией. Неоконченный разговор мигом перетек в рваные постанывания. Дрожащие пальцы блондина цеплялись за покрывало, пока адепт занимался самой приятной местью в его жизни.

***

Еда на столе уже остыла. Мальчики едва успели к завтраку. Цепкий сапфировый взгляд, стоило лишь войти в гостиную, пробежался по ним. Джиан с прищуром отследил, как Итэр и Сяо синхронно усаживаются плечом к плечу, и хитро усмехнулся. Адепт лишь равнодушно на него зыркнул, посвящая все остальное внимание путешественнику, который даже не потрудился собрать волосы и уже уминал лепешки. Ксия вышла из кухни, обтирая руки полотенцем. Она была сосредоточена и напряжена, в отличие от Джиана, который вел себя как обычно, словно вчера ничего и не случилось. Девушка плюхнулась напротив, бездумно схватилась за горячий чайник и зашипела, отдернув пальцы. — Ты в порядке? — заботливо поинтересовался герой Тейвата и потянулся, аккуратно наливая чай. Ксия несколько секунд не двигалась, затем отрицательно качнула головой, спохватилась и шлепнула себя по щеке. — Плохо спала. Но это не важно. Нам нужен план, — пробормотала она, остервенело подув на пар, словно он ее раздражал до глубины души. Воздух вокруг нее так и искрился беспокойством. Якса скрестил руки на груди, изучая отстранённые алые глаза. — Мы должны донести это до Феникса, — подключился Джиан, яро жестикулируя. Итэр наскоро пытался доесть, чтобы поддержать разговор. Сяо, прищурив один глаз, искоса понаблюдал за ним и вздохнул. — Вы никуда не пойдете. Хладный меланхоличный тон мигом заставил атмосферу вокруг зазвенеть. Ксия и Джиан заиграли в переглядки, а потом синхронно обратили глаза на героя Тейвата. Тот усиленно сглотнул. — Этим займусь я. Отправлюсь во дворец, и… — Что ты ему скажешь? — перебил адепт и повернул лицо к нему. Плавленная поталь сверкнула совсем близко. Итэр успел разглядеть золотые прожилки в больших зрачках и моментально ощутил, как кровь бросилась к щекам. Плечо, которое соприкасалось с яксой, пробило мурашками. Сяо молча приподнял одну бровь. Его удивило, что Итэр так остро стал на него реагировать. Это вызывало… интересные эмоции. Однако сейчас адепт равнодушно отвернулся, ибо важность предстоящего превышала всё остальное. — Расскажу о Байху, — развел руками герой Тейвата и тут же поджал губы, догадавшись. Адепт едва заметно кивнул. — Ты не был там. А обо мне ему ничего не известно. — Идите к Чжуняо вдвоем, — беспечно вбросил Джиан. Ксия ушла в себя и хмуро слушала, параллельно над чем-то раздумывая. Юноши озадаченно переглянулись. В глазах Итэра так и читался немой вопрос — может, архонту стоит доверить тайну? Это значительно ускорит процесс. Сяо опасался вмешиваться в ход времени. В настоящем Феникс погиб, и унес всё с собой в могилу, иссякла даже его душа. Но ведь они пытаются остановить Элигоса, что если сделают то, отчего Чжуняо останется жив? Как тогда обернется судьба адепта? Почетный рыцарь быстрее все обдумал и решительно отбросил назад пшеничные пряди. — Скажу, что там был Джиан. Или кто-то другой. — Слова подкрепились пожиманием плеч. — Важно, чтобы он как можно быстрее добрался во владения Байху. — Я прослежу за Элигосом, — твердо решил адепт, бездумно поглаживая древко лежащего рядом копья. — А мы? — жалобно протянул Джиан, состроив грустное лицо. Сяо не удержался от закатывания глаз. Его лицо красноречиво говорило о том, что пока что помощь новоиспеченных друзей совсем не нужна. Девушка сообразила быстрее, прочитав эту эмоцию. — А мы идём тренироваться, — хлопнула ладонью по столу она и резко вскочила. Рубиновые глаза лучились решимостью. — Пока есть время, надо учиться. Или ты около пастей демонов хочешь оттачивать свои навыки? Мальчик усмехнулся, однако по сжавшимся плечам было видно легшую тревожность. Он большими глотками опустошил чашку и выскочил с девушкой на задний двор. Путешественник тут же расслабил мышцы спины и откинулся назад, оперевшись руками на пол. Он пытался почерпнуть хоть немного спокойствия, однако под ложечкой неприятно ныло. Стоило Итэру покинуть обитель чайника и оставить там атмосферу безмятежного утра, меж бровей тут же залегла складка. Адепт необычайно тонко начал улавливать все перемены настроения партнера. Совсем недавно якса не стал бы спрашивать, в чем дело. А теперь рука в перчатке потянулась и легонько огладила напряженные пальцы. — Выглядишь усталым, — спокойным баритоном резюмировал Алатус, стараясь поймать медовый взгляд. — Тебя что-то тревожит? Герой Тейвата чуть шевельнул ладонью в знак благодарности за прикосновение и тяжко выдохнул. — Я боюсь что-то испортить, — неуверенно отозвался он и закусил губу, раздумывая, стоит ли говорить дальше. Охотник на демонов едва заметно кивнул. — Я сталкивался с путешествиями во времени в иных мирах и… Это никогда не заканчивалось хорошо. Адепт на пару секунд отвел глаза. То очевидное, о чем необходимо помнить всегда, но это как-то отошло на задний план в последнее время. Итэр не из этого мира. Что он видел перед тем, как попасть в Тейват? Что пережил? Эти вопросы теперь пробуждали на сердце непреодолимую тоску, и Сяо отгораживался от нее. Впервые ему не хотелось включать расчетливость и думать о будущем. Янтарные глаза смотрели на него не мигая, будто читали каждую мысль. Почетный рыцарь придвинулся чуть ближе и позволил себе переплести их пальцы. — Что произошло? — чуть тише осмелился спросить Сяо. Итэр тут же сглотнул горькую слюну и прикусил щеку изнутри. — Думаю, ты тоже успел на себе это ощутить. В прошлом становишься беззащитным. Тебя никто не знает, каждый шаг может обернуться тем, что не родятся или умрут тысячи невинных. Порой случается так, что это билет в один конец, — герой Тейвата запнулся и свободной рукой помассировал лоб, словно у него заболела голова. — Там, где я побывал, царили иные законы, поэтому здесь я не ведаю, как действовать. Эти слова порождали липкое, вязкое ощущение. Сяо погружался в прошлое сошедшего из иного мира и чувствовал, как оно оставляет отпечаток на его душе. Сближение их душ несло необратимые последствия. И хоть адепт это заранее осознал, подготовиться было невозможно. С нежностью, которая до сих пор была непривычна, адепт мягко отвел ладонь путешественника от его лица и заменил своей, оставляя на коже призрачные следы. — У тебя отлично получается слушать свое сердце, — без тени сомнений заговорил якса. — Ты всегда выбираешь путь чести и мира. Почетный рыцарь отчаянно усмехнулся. — Тем не менее, потерять сестру мне удалось. Потемневший мед при этих словах подернулся легкой дымкой. В нем была видна его душа — тонущая в хронической тоске. Сяо дернулся от сочувствия, столь непривычно оно было. Вновь по груди ударило желание уберечь путешественника от всех страданий, чтобы на его губах всегда была лишь улыбка. Неопределенное время они сидели в молчании, думая каждый о своем. Пытались успеть, пока не начнется новый этап спасения прошлого. Оба точно знали — вероятность того, что это спокойное утро будет последним, неизмеримо высока. — Что будет, когда ты найдешь Люмин? Вопрос, сорвавшийся с губ Алатуса, ударил подобно тяжелому предмету. Тон охотника на демонов был привычно сухим и безжизненным, но Итэр знал, что за ним скрывается. Он отдалял себя от этих размышлений изо всех сил. Ибо его огромная ответственность за этот мир, за сестру, шла вразрез с личными желаниями. Душа ныла, надрывисто и рьяно, отчего хотелось кричать. Лицо почетного рыцаря склонилось к полу, светлые волосы ссыпались по плечам. — Я еще не задумывался… Тейват смог подарить мне больше, чем все остальные скитания. Адепт только кивнул. Он не тешил себя бесполезными ожиданиями. Но все же, порхающие внутри мотыльки хотели больше света. Света надежды. — Ты уйдешь? Голос, к удивлению Сяо, все же дрогнул в самом конце фразы. Итэр поднял на него огромные глаза, наполненные чем-то ужасно тоскливым. Их руки сжались сильнее, и большой палец блондина скользнул по костяшкам яксы. — Мне предстоит обойти еще четыре региона, возможно даже… увидеть Селестию. Разговор не оставлял возможности свободно дышать. Рано или поздно стоило это обсудить. Золотые глаза были по-прежнему пусты. Охотник на демонов просто медленно прикрыл их, убеждаясь в непреложной истине. Когда-нибудь снова… Он будет один. Почетный рыцарь исчезнет, оставив после себя лишь воспоминания. Думая о том же самом, Итэр протяжно выдохнул, решительно выдернул руку и взял в ладони лицо адепта, вынуждая того взглянуть на него. Их носы практически соприкасались, дыхания смешались в одно. Ароматы звезд и цисинь путались, сплетались в единую гармонию чего-то нового, еще не открытого. Сердце пропустило удар. — Сяо… Я не могу угадать, как сложится судьба, — едва слышным полушепотом заговорил путешественник. Каждое его слово отпечатывалось на приоткрытых губах Алатуса. — Но каждый прожитый здесь день я хочу видеть тебя, знать, что ты в порядке. А ты… хочешь ли ты ждать меня? Нити их душ переплетались все сильнее, что можно было ощутить почти физически. Охотник на демонов понимал, что он безвозвратно утопает в Итэре. Его образ заглушает вековую боль, будит желание жить. Куда бы почетный рыцарь ни позвал — Сяо пойдет. Попросит убить — убьет. И сердце теплилось в бесконечной неге от этого. — Сколько понадобится, — практически беззвучно ответил Алатус и примкнул своим лбом ко лбу героя Тейвата. Он слышал пульс, сливающийся с его собственным. Тепло пальцев на щеках чувствовалось даже сквозь ткань перчаток, они гладили его, и в каждом движении господствовала невиданная нежность. Не удержавшись, охотник на демонов подался вперед и осторожно накрыл губы героя Тейвата своими. Пытаясь через поцелуй забрать все его печали. Итэр сдавленно охнул, обжигая язык жарким дыханием, и зажмурил глаза. Этого было чертовски мало, но якса совершил усилие над собой и разомкнул их рты, внимательно созерцая два распахнувшихся янтаря, которые были похожи на закатное солнце. — Иди. Зови меня, едва поймешь, что не справляешься. Путешественник кивнул и неохотно опустил руки. Сяо отслеживал каждое его движение и не сводил с него глаз, пока тот не вышел наружу, напоследок подарив искреннюю улыбку. Нефритовый Коршун тут же лег в руку, словно мог успокоить, и тускло засветился зеленым светом.

***

Итэр растерянно пытался закрыться руками, но сухие ладони то и дело настойчиво старались приподнять его локти. Щеки пунцовели от столь холодной бесцеремонности. Однако явно ощущалось, что мужчине нет до его телосложения никакого дела. Он лишь оглядывал цепким внимательным взглядом каждый сантиметр, грубо поворачивая, как ему удобно. Путешественник нервно сглотнул. Он совершенно не ожидал, что на входе в город его решат проверить на наличие скверны. Обстановка у главных ворот оказалась напряжённой. Собралась внушительная очередь, а солдаты ходили мрачнее тучи, прикрикивая на особо раздраженных из-за задержки торговцев. Героя Тейвата же узнали почти сразу и протащили вперёд. Блондин даже не знал, радоваться ли подобной привелегии, ибо все его слова успешно проигнорировали и засунули в палатку для осмотра. Ледяные пальцы коснулись левого бока, вырвав из плена мыслей. Итэр с шипением втянул в себя воздух. Мужчина склонился ближе к его коже и с прищуром тыкнул по синякам снова. — Что это? — с лёгким подозрением осведомился он, и путешественника передёрнуло от того, что он так нагло касался следов, оставленных Сяо этой ночью. Щеки покраснели ещё больше от пронзившего раздражения. Герой Тейвата отнял одну руку от паха и злобно схватил запястье целителя, отталкивая назад. — Упал, — коротко огрызнулся почетный рыцарь. Серьезные голубые глаза воззрились прямо на него, и, кажется, в них мелькнула хитрая искринка. Но лицо мужчины оставалось все таким же безразличным. Он сбрызнул руки неприятно пахнущим раствором и подошёл к столу, ставя на кипе бумаг размашистый росчерк. — Чист. Можешь одеваться. Услышав нотки снисхождения, Итэр шумно шмыгнул носом. Раздражение билось огненным танцем в середине грудины. Издевательство, самое настоящее. Как ни странно, в такой момент путешественник переключился на мысли о яксе. Они остужали пыл моментально — стоило представить эти золотые глаза, меланхолично-спокойные. Мышцы окутывало магическое тепло. Итэр даже улыбнулся краешком губ, пока затягивал плетёный ремень на талии. Вернув меч в ножны, герой Тейвата выскочил наружу и сощурился от яркого солнца. Оно плескалось высоко в небе среди тяжёлых фиолетовых туч. Оттого и воздух был терпко-влажным. Надвигалась гроза. Итэр побрел по узкой лесенке вниз. В груди медленно вздымалось неприятное чувство. Мышцы от чего-то напрягались сами по себе. Но вокруг была обычная спокойная обстановка. Люди неспешно расхаживали по городу, смотрели на небо, хмурились и натягивали тенты, доставали зонтики. Рука автоматически легла на холодную рукоять меча. Путешественник настороженно оглядывался, будто страшился, что его узнают, схватят. Но никто не обращал на него внимания. Да с ним даже стражу от ворот не отправили, что крайне странно. Блондин полагал, что Феникс явно не оценит его побег с вылазки к границе владений Байху. С каждой преодоленной мраморной ступенью шаг тяжелел. Солдаты стояли по обе стороны у широких ворот дворца, напоминая статуи. Итэр приостановился и потянул ладонь, собираясь самостоятельно открыть путь, как вдруг его кто-то окликнул. — Путешественник! Медовые глаза сверкнули, признав голос. Герой Тейвата обернулся и окинул взглядом подбежавшего Лия. Тот автоматически попытался скрыть сбившееся дыхание и мгновенно вытянулся по струнке. Его лицо было отстранённым и сосредоточенным, лишь в самой глубине этих черт таилась неясная эмоция. Итэр прищурился, пытаясь ее угадать, и выдавил приветственную улыбку. — Я рад, что с тобой все в порядке, — положив руку на грудь, произнес Лий. Тон был слишком сухим, будто он заучивал эту фразу всю ночь. Блондин повел плечом, стараясь смахнуть невидимую тяжесть напряжения. Это всё напускное. — Меня не искали? — озвучил первую мысль Итэр и запнулся, тут же поспешив исправиться. — Я получил ранение. Остальные целы? Меж бровей мужчины прорезалась складка. Лий вытянулся ещё больше так, что был бы он струной, зазвенел бы от напряжения. «Что происходит?» — Моя группа прилично пострадала, — отведя глаза в сторону, безжизненно ответил он. Итэр аж ощутил ледяной привкус ауры разочарования на языке. — Но все живы. Облегченный выдох подкатил к горлу и вырвался наружу. Путешественник смахнул пшеничные пряди челки с лица. — Никто не искал, — спохватившись, добавил Лий. — Но, полагаю, Чжуняо тебя ждёт. Я провожу. Итэр кивнул и распрямил плечи. Тревога немного улеглась внутри. Командир просто переживает, что не справился со своими обязанностями. Но что говорить, если путешественник сам чуть не оказался в зубах у духа… Вопреки ожиданиям, Лий повел путешественника вдоль стены к широкой лестнице, окружённой садом со сливами. Те почти зацвели, усыпанные набухшими бутонами. Герой Тейвата глубже вдохнул терпкий влажный воздух, поднимаясь по ступеням. Они уходили выше, вровень к крыше дворца, и небо с каждым шагом казалось всё ближе, нависая фиолетовой гущей над макушкой. Итэр бездумно разглядывал ровную спину Лия. Все же, маленький червячок беспокойства продолжал сидеть внутри. Предчувствие не обманывало. Герой Тейвата не считал свою интуицию блестящей, однако порой тщательно к ней прислушивался. Уголок губ дернулся в ухмылке, когда он снова подумал о Сяо. Вот у него шестое чувство отменное. Наверное, адепт бы вращал копьё между пальцами, а его мышцы были бы сгруппированы для прыжка. Вкушая воскрешенную в памяти фигуру яксы, Итэр не заметил, как они добрались до вершины. Лестница привела к узкой дорожке, которая оканчивалась перед… Широким полем одуванчиков. Обрамлённые голубым светом семечки едва мерцали, сьежившись от влаги предстоящего дождя. Лий молча склонил голову и мягко отступил в сторону, открывая путешественнику обзор. Бесстрастные оранжевые глаза тут же впились в него. Итэр невольно сглотнул от того, с каким вниманием они задержались на его лице и проскользили по фигуре. Феникс стоял на краю поля, облаченный в лёгкое боевое кимоно красно-черных тонов. За поясом сверкал драгоценными камнями клинок. Лий неведомо когда успел бесшумно исчезнуть, оставляя их наедине. Герой Тейвата передёрнул плечами и, как ни в чем ни бывало, подошел ближе. Чжуняо долго молчал, словно желал вызвать страх. Когда Итэр остановился на почтительном расстоянии, мужчина знаком приказал подойти ещё ближе. Ещё два шага. И лишь когда блондин оказался ровно напротив так, что ему пришлось приподнять голову, Феникс повернулся к одуванчикам. — С возвращением. Признаться, я ожидал тебя раньше, — пустым голосом заговорил он. Напряжение зазвенело внутри, натягивая жилки. Путешественник шумно вздохнул и постарался подобрать слова. Он помнил о контракте, о том, какая у него миссия, и это существенно ограничивало в разъяснениях. — Я вывел свою группу, — тоном солдата, отчитывающегося о задании, выдал Итэр. Феникс вдруг глухо усмехнулся и медленно прошел вперёд. Медовые глаза метались по широкой спине. Длинные пальцы аккуратно сорвали одуванчик. — Я доверил тебе своих лучших людей. Поручил ответственное задание. Каждое слово чеканилось с остротой. Так, что обрети оно физическую форму, пронзало бы стрелой. Герой Тейвата вдруг остро ощутил лидерство Чжуняо. Истинный архонт. — Все отряды рассчитывали на твою помощь. И что я вижу? Едва не убитых людей, а одна из групп и вовсе вернулась без командующего. Итэр нахмурился. Ему не нравилось, что его отчитывают, и укол вины пронзил сердце. Мог ли он поступить иначе? Сражаться до последнего с ранением и… Что? Погибнуть в прошлом? Из груди едва не вырвался истерический смешок. Герой Тейвата скрестил руки перед собой. Феникс неторопливо повернулся и прищурился. В пронзающем взгляде мелькало недовольство. — Как думаешь, можно ли подобный проступок считать за неподчинение? Дикий холод просыпался от этих слов и стремился укусить за поджилки. Итэр нутром чуял, как подобраны мышцы Чжуняо. Это ничего хорошего не сулило. Пальцы опустились на рукоять меча, а нога плавно скользнула по влажной траве, укрепляя положение тела. В темных янтарях мелькнули искры негодования. Почетный рыцарь не умел молча проглатывать упрёки в свою сторону. Тем более от того, чья судьба сейчас была в его руках. — Может, стоит лучше готовить людей к сражениям с монстрами? — огрызнулся блондин. Феникс изящно вскинул одну бровь — явно не ожидал такой дерзости. Сорванный одуванчик выскользнул из руки архонта и шлепнулся в траву. А в следующий миг мужчина уже нависал над Итэром, словно коршун, метая взглядом невидимые молнии. — Что ты можешь знать? Путешественник даже не дернулся, лишь тихо цокнул куда-то в сторону: — Побольше вашего… Кончики пальцев Чжуняо полыхнули ярко-оранжевыми огоньками. Раздался гулкий грохот грома прямо над головой. Воздух насквозь пропитался влагой. Феникс пытливо изучал глаза Итэра, будто мог там что-то найти. Затем он вздохнул и неторопливо отстранился, на его лице мелькнула странная эмоция. Разочарование, или же презрение? Путешественник не успел угадать. — Мое доверие — ценная и хрупкая вещь, — тоном учителя напомнил архонт, приняв обычный задумчивый вид. Почетный рыцарь немного расслабился, подумав было, что воспитательная процедура закончилась именно на психологическом давлении. Его плечи расправились. — Я сделал все, что мог. Первая вылазка без подготовки не могла дать иного результата. Чжуняо пренебрежительно махнул рукой, показывая, что подобные слова ему неинтересны. Герой Тейвата показательно закатил глаза. Резко сверкнула молния, осветив белоснежной вспышкой сосредоточенное лицо Феникса. — Духи, с которыми столкнулся Лий, разворотили своды пещер. Открылся проход, — на полтона ниже сообщил архонт. Итэр от неожиданности поперхнулся воздухом. — Как думаешь, почему я усилил контроль по осмотру при входе в город? Герой Тейвата отвернулся в сторону, напряжённо размышляя. Он совсем не ожидал, что все так обернется. Выходит, времени остаётся всё меньше. Если духи могут свободно перемещаться от владений Байху дальше… Скоро их станет так много, что ничто не остановит. Сердце невольно ускорило темп. Феникс ждал ответа. Его взгляд ощущался каждой клеточкой тела, словно он хотел высмотреть мысли путешественника. — Они идут не просто так. Их питают страхи, гнев, и подобные скверные чувства. Чжуняо широко улыбнулся, будто это то, что он хотел услышать. Его ладонь любовно огладила рукоять клинка, и в следующую секунду идеально отполированная сталь поймала блик вспыхнувшей молнии. Итэр в смятении шагнул назад. — Я уверен, ты можешь поведать мне много интересного, — перебросив оружие из руки в руку, вкрадчиво проговорил архонт. — А что расскажет твое мастерство сражений? Острие клинка взметнулось и оказалось наставлено на грудь путешественника. Тот ощутил, как тугая спираль напряжения свернулась внутри. Пальцы свободной руки подогнулись. Феникс действительно намерен сражаться? К каким последствиям это приведет? Он же не убьет его? — Это бессмысленно, — качнул головой герой Тейвата, в надежде, что эти слова взовут к благоразумию архонта. Однако тот уже явно предвкушал интересную битву, его стойка была тверда, оранжево-красные искры мелькали в потемневших глазах. — Я считаю, ты покажешь мне что-то новое. Внезапный удар хлестнул по груди, выбив из лёгких воздух. Тело повело назад, но автоматически выставленная нога позволила устоять. Кожу пропекло. Пар тут же всклубился над плечами от реакции огня с влагой. Путешественник стиснул зубы так, что они заскрежетали, и выудил меч из ножен. Пальцы намертво сжали рукоять. Что ж… Видимо, придется принять вызов. От следующей огненной вспышки, пущенной заряженным клинком, Итэр успел уклониться. Небо снова взорвалось снопом молний, и хлынул ливень. Капли дождя опалили кожу лица. Феникс нахмурился, заметив, что огонь немного тускнеет. Ему придется тратить больше энергии, чтобы контролировать элементальную силу под воздействием противоположной стихии. Герой Тейвата не стремился нападать. Он мягко отпрыгнул назад, сохраняя нужное расстояние для собственной безопасности. Правая рука согнулась, ставя меч перед грудиной. Какая-никакая защита. Чжуняо пригнулся, отвёл ногу в сторону и стрелой полетел вперёд. Уверенно нацеленный клинок со свистом рассек влажный воздух. Путешественник едва заметно расширил глаза, чудом успев уйти в сторону. От такого резкого прыжка заныло сухожилие. Подошвы заскользили по мокрой траве. Сила элементов бегала внутри, струилась по венам, желая выхода. Глаза Феникса хитро сверкнули, будто он видел их насквозь. Его движения были обманчиво изящными и плавными. Герой Тейвата поспешил шагнуть в сторону, дабы сменить позицию на более выгодную. Они бесшумно заскользили по полю, не отрывая друг от друга глаз. Чжуняо имел преимущество, используя элементальную силу. Путешественник же осознанно лишал себя такой привелегии, и ему требовалось подобраться достаточно близко, если он хочет нанести удар. Драка с архонтом. Снова. Какие ещё сюрпризы преподнесет прошлое? — Я не намерен сражаться, — выплюнул герой Тейвата, морщась от потоков воды, что струились за шиворот. Чжуняо лишь ухмыльнулся. — Считай это приказом. Три короткие огненные вспышки. Итэр успешно отразил две, а вот последнюю пропустил. Едва успел извернуться так, чтобы задело левое плечо. Боль тут же промаршировала по мышце и въелась глубже. Сквозь сцепленные зубы вырвался воздух с шипением. Феникса похоже это только забавляло. Он коротко рассмеялся попыткам путешественника не драться и вскинул ладонь. Между двумя фигурами сгустилось пространство. Запах магии ударил в нос. Брызнули в стороны огненные искры, стремительно расширяясь. Алое марево на мгновение ослепило. Жар свежего первозданного огня огладил кожу путешественника. Огромный пылающий цветок распустился на мокрой траве, и вокруг него начали набухать огненные бутоны. Итэр чертыхнулся, понимая, что простым мечом от их взрывов не отделаешься. Сглотнув, он все же решился. Меч с молниеносной скоростью оказался вброшен обратно в ножны, и вот его ладонь вжимается в предплечье правой руки. Путешественник отставляет ногу назад, сила элементов послушно скапливается внутри, течет по телу, теплится в ладони. — Клинок ветра! Хлесткие потоки ветра оттиснули назад. Вырвавшаяся сила раздулась и рассеяла воду на огонь набухающих бутонов. Те сьежились и погасли. Жар цветка начал остывать под непрекращающимися потоками ливня. Магический ветер стих перед самым носом Чжуняо, щекотнув его по щекам. И губы его озарила удовлетворенная улыбка. Итэр вдохнул полную грудь воздуха, опуская чуть подрагивающие пальцы. — Я знаю, ты способен на большее, — ехидно процедил архонт и нащупал свой глаз бога. Он аккуратно постучал ногтем по стеклянной полу-сфере. — И как тебе удаётся контролировать элементальную силу без этого? Вопрос оказался риторическим, потому что сражение продолжалось. Феникс вскинул обе руки над головой, соединил ладони и скопил в них силу. Жар стихии тут же послушно объял его тело, захолонул воздух, отчего даже капли падающего дождя стали горячими. Итэр дрогнул от контраста температур, но не отступил. Мокрая одежда прилипла к телу, по коже забегали мурашки. На секунду показалось, будто за спиной архонта раскинулись огромные крылья. Призрачное видение мгновенно растаяло, рассыпав огненные перья на поле. Путешественник застыл, ничего не понимая. Он собирается использовать взрыв стихии? Разве ему не достаточно того, что уже увидел? Мысли забегали в голове одна за другой, пока над Фениксом рос трепещущий языками пламени шар. Что делать? Лишь одна нужная стихия поможет укрыться, но это сразу выдаст героя Тейвата. Звук взрыва на мгновение оглушил. Инстинкт сработал быстрее. Раздался гулкий удар, и показалось, что поле содрогнулась. Почетный рыцарь медленно моргнул, выглядывая из-за только что созданной гео конструкции. Пристальные глаза тут же поймали его лицо. Феникс брезгливо стряхнул с себя капли воды от непрекращающегося дождя и оглядел свой клинок. Изящные пальцы аккуратно проверили его на остроту. — Значит, мое чутье не подвело. Кто ты такой? Итэр бренно выдохнул, наклонив голову. Земля под ним пульсировала от элементальной энергии. Тело сотрясал холод. Однако на лице отражалась лишь непоколебимость. Медовый взгляд с устрашающей серьёзностью обратился на Феникса. — Вы не должны этого знать. Тот снова вскинул бровь, однако более его поза не выражала презрение. Кажется, он сильно удивился. Не ожидал, что его предположения будут верны? Путешественник молча убрал меч и передёрнул плечами. В каком-то смысле, было очевидно, что эта тайна выйдет наружу. Архонты весьма чувствительны к элементальной энергии, им легко заметить, пользуется человек глазом бога, или же нет. Феникс нахмурился, когда в очередной раз раздался неприятный рокот грома, подошёл ближе и по-хозяйски положил руку на плечо почетного рыцаря. — Нас ждёт долгий разговор.

***

Уже знакомая зала подарила возможность перемещаться по ней уверенно. Всю дорогу до нее Феникс молчал, демонстрируя путешественнику мокрую от дождя спину. Слуги бесшумно подали два полотенца, поклонились и закрыли массивные двери. Итэр довольно зарылся лицом в махровую ткань, ибо от холода влажной ткани, липнущей к телу, начинали стучать зубы. Чжуняо же лишь слегка обтер шею и грациозно подошёл к письменному столу. Ладони упёрлись в его поверхность, архонт обернулся, и красно-золотые глаза сощурились. — Я с самого начала ощутил твое присутствие… — заговорил он, стоило герою Тейвата накинуть полотенце на плечи. — Ты божество? Прямой, хоть и ожидаемый, вопрос, все же немного выбил из колеи. Блондин прикусил щеку изнутри, неторопливо прошёлся по зале, вслушиваясь в эхо собственных шагов. Мысли отчаянно скакали в голове, и желание пустить все на самотёк росло с катастрофической скоростью. Рука в перчатке сжалась в кулак. — Я путешественник из другого мира. Голос звучал деревянно. Казалось, будто пространство начинает трескаться — ведь это прошлое, хрупкое и чужое. Цепкий взгляд правителя пепельных земель не отпускал и давил своей тяжестью. Тишина становилась невыносима. — Сошедший… — наконец выдохнул Чжуняо, постукивая пальцем по столу. Он отвёл глаза куда-то в сторону и поджал губы. — Не к добру это. А здесь ты зачем? Теперь без легенд, что ты просто прибыл насладиться красотами. Итэр почувствовал, что медлить больше нельзя. Нет времени пускаться в долгие разъяснения. Поэтому в следующее мгновение он приблизился и решительно тряхнул головой. Капли воды сорвались с кончиков пшеничных прядей. — Вам нужно отправиться к Байху. — С чего бы мне покидать город и идти к нему? — практически перебил Феникс, вздернув одну бровь то ли в удивлении, то ли в негодовании. Он даже оттолкнулся от стола и снова навис над почетным рыцарем. В оранжевых прожилках мерцало что-то темное, неуловимое. Итэр торопливо повел плечом и нахмурился. Что-то тугое, ноющее скапливалось под ребрами. Скверное предчувствие. — Один из моих товарищей был там и видел, что хранителю царства мертвых нездоровится. Местность там умирает, и… Дверь в залу резко распахнулась, заставив проглотить слова. Путешественникк обернулся, созерцая солдата, который тут же низко наклонил голову и спрятал лицо. — Господин, к вам пожаловали. — Сейчас никого не пускать, — недовольно процедил Чжуняо и пренебрежительно махнул рукой. Юноша дернулся, но с места не сдвинулся. — Это Элигос. И он очень хочет видеть вас. Слова ударили по ушам, ввинчиваясь в мозг. Путешественник ошарашенно выдохнул. Элигос? Почему он здесь? Разве Сяо не следит за ним? Феникс едва успел открыть рот, чтобы ответить, как солдата отпихнули в сторону, и он мгновенно ретировался. Управляющий деревней нарочито медленно прошел вперёд, незаинтересованным взглядом обводя помещение. — Миленько, — едко прокомментировал Элигос и улыбнулся. Получилась скорее ухмылка. Итэр автоматически отвёл лицо в сторону, стоило почти черным глазам мазнуть по нему. Не то чтобы он боялся Элигоса… Но и никаких хороших эмоций тот не вызывал. — Зачем явился? — безо всяких церемоний раздражённо поинтересовался Феникс. Его поза моментально стала жёстче, напряжённее, будто тело обратилось в камень. Даже при расспросах путешественника он был спокойнее. Похоже, эти двое действительно не переносят друг друга. — Ты гостеприимен, как и всегда, — не уступил в дерзости Элигос, вальяжно прохаживаясь по зале. Оказавшись рядом со столом, на котором была карта, он едва заметно скользнул по ней взглядом. — Как ты вообще прошел сюда? — вернув хладнокровие, осведомился архонт. Между ними продолжали метаться невидимые искры. Герой Тейвата отступил в тень от колонны, желая вообще слиться с местностью. Лучше бы ему не привлекать внимание Элигоса. Тот тем временем издал короткий смешок, обнажив чуть кривые зубы. — У меня есть то, что взволнует тебя куда больше. С этими словами мужчина элегантно махнул рукой и провернул между пальцами письмо. Итэр вздрогнул, как от удара. Догадка впилась в мозг, вызвав секундный приступ боли. — Что это? — насторожился Чжуняо, но приближаться даже не думал. Привычка правителя. Элигос загадочно повел подбородком и подошёл сам, протянув конверт. Янтарные глаза бегали по фигурам мужчин в смятении. Если будущий демон замешан в присутствии духов на границе с Темным морем, почему решил самостоятельно навести туда Феникса? Лишь один ответ мог быть логичен. Идеальное отведение от подозрений. Тонкие пальцы Чжуняо осторожно взяли краешек бумаги. Элигос с максимально скучающим видом скрестил руки за спиной и вполоборота проследил, как архонт раскрывает письмо и бегает глазами по строчкам. — Откуда оно у тебя? — ледяным тоном выбросил Феникс и впился взглядом в безмятежное лицо. Элигос коротко хмыкнул и снисходительно ответил: — Нашел у трупа на границе Туманного леса. Похоже, духи не дали дойти до тебя ни одному письму. Какая жалость. Как бы это не привело к необратимым последствиям… Хоть последние слова и были произнесены с насмешкой, они поселили жуткое тревожное чувство. Даже Феникс едва заметно дернулся и чуть сильнее стиснул бумагу. — Следи за своей деревней, — позабыв о всякой вежливости, прошипел Чжуняо и тут же щёлкнул пальцами. Будто из ниоткуда возник юноша в форме. — Проводите господина Элигоса к выходу. Итэр совсем перестал дышать и гулко сглотнул. На него перестали обращать внимание, но тело продолжало предательски сьеживаться в комок. Управляющий свысока глянул на паренька и поджал губы. — Твоя любезность не знает границ, — ехидно пропел Элигос, шутливо кланяясь. — Я оказал тебе неоценимую услугу. Не забудь отблагодарить. Карие глаза шустро скользнули вдаль залы и впились в героя Тейвата. Сердце сбилось с ритма, по спине прокатились мурашки. Итэр не сводил взгляда в ответ и не двигался, слыша лишь собственный пульс. На лице мужчины не прослеживалось ни одной эмоции. Словно он видел его тысячу раз. А потом двери за Элигосом закрылись, наступила тишина. Будто только что ничего не было. Феникс провел пальцами по подбородку, впав в задумчивость. Его движения стали несколько рассеянными. Герой Тейвата глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Отчего это так его напугало? Итэр не мог вспомнить, когда в последний раз было подобное. Не к добру… — Приведи себя в порядок, — вдруг подал голос Чжуняо. Почетный рыцарь опомнился и вскинул голову. — Пойдешь со мной. Кажется, с Байху и правда что-то не так. Нужно срочно вмешаться. Стальной тон не оставлял никаких путей к сопротивлению. Итэру оставалось лишь кивнуть. Феникс моментально отвёл от него взгляд и опустился на стул, снова перечитывая письмо. Для приличия помедлив ещё немного, блондин наконец собрался с духом и выскользнул из залы. В голове образовался сумбур. Мысли метались, как встревоженные птицы. И больше всего беспокоила одна. Где Сяо? Итэр торопливо поправил шарф и прошел по коридору. Выбрав первую попавшуюся дверь, он дёрнул за ручку, шагнул внутрь. Тут же захотелось чихнуть от пыли, питающей в воздухе. Это оказалась дворцовая библиотека. Пол был выложен мрамором из белых и оранжевых цветов, которые сплетались в незамысловатые узоры. С ним красиво контрастировали стены глубокого гранитового-серого оттенка. Под потолком красовались роскошные люстры, в конструкции которых предусматривались небольшие колбы из стекла, а в них, в свою очередь, горели свечи. Подойдёт. На всякий случай герой Тейвата осмотрелся, обошел пару стеллажей из темного дерева, похожего на аралию. Помещение пустовало. Похоже, сейчас особо ни у кого нет времени интересоваться литературой. Прежде, чем попробовать позвать яксу, Итэр отвлекся на пару корешков. Возникло желание приблизиться и рассмотреть получше. Ведь, если подумать, здесь таится целая масса сведений об этом времени… Рука сама по себе потянулась к красивой ярко-синей обложке. Пальцы аккуратно огладили шероховатую плотную бумагу. — Тебе так сложно противиться соблазну? Голос раздался внезапно, разорвав умиротворяющую тишину. Блондин узнал его с первого слова, но все же дернулся. Послышался краткий смешок. — Было бы любопытно прочесть, но излишние знания, боюсь, осложнят мое путешествие, — пробормотал Итэр с лёгкой улыбкой и мягко убрал ладонь. Он нарочно не оборачивался, ожидая, что адепт сам появится в его поле зрения. — Твоя проницательность — одно из многого, что заслуживает моего восхищения, — бесстрастно произнес якса, прислонившись плечом к стеллажу рядом с путешественником. Тот посмотрел в его глаза — и все внутри перевернулось. Спокойствие сладко окутало грудь. Золотой омут утягивал в себя, дарил умиротворение. — Ты следил за ним, поэтому оказался здесь? — озвучил очевидное Итэр. Сяо спокойно кивнул, поставив рядом свое копьё. — Сначала я хотел пробраться в его дом, чтобы обнаружить те самые письма. Однако Элигос вышел почти сразу, что насторожило. Лишь около дворца я догадался, что он замыслил. Герой Тейвата устало потёр ладонями лицо. — Ты все слышал? Алатус скрестил руки на груди, пристально изучая путешественника. — Вряд ли это кончится хорошо. Мне стоит тоже быть там. Итэр шумно потянул носом воздух, пытаясь унять возникшее беспокойство. — Не слишком опасно? Адепт хмыкнул, показывая, что его совсем не пугает подобное. — Меня больше волнует его версия в настоящем. Полагаю, мы затормозили Элигоса на какое-то время, оставив без часов, но ничто не может помешать ему отправиться в Тейват с кучей демонов. Почетный рыцарь нервно сглотнул, теребя косу в руках. Их настоящее стало призрачным и теперь казалось далёким, невесомым. О нем вспоминалось все реже. Побочный эффект путешествий во времени. — Нужно разобраться как можно скорее. Мы потеряли много дней, — продолжал нагнетать адепт, ненамеренно, конечно же. Он просто озвучивал правду. И от нее тревожно сжималось сердце. Итэру только и хватило сил, что кивнуть. Сяо внимательно оглядел его, а затем скосил взгляд на дверь. — У тебя мало времени. Иди. Блондин поджал нижнюю губу и обернулся через плечо. Аромат цисинь пробирался все глубже. Они были здесь совсем одни, это создавало интимную атмосферу. Такую, что хотелось остаться с охотником на демонов здесь, до утра, позабыв обо всех обязанностях. Сяо, будто читая мысли путешественника, вздохнул и положил ладонь на его плечо, легонько подталкивая к выходу. Однако это возымело противоположный эффект. Искры заструились по телу от прикосновения, герой Тейвата повернул голову и чуть склонил ее к ладони яксы. — Не хочу уходить. — Что за безрассудные слова, — закатил глаза адепт, но задышал чаще, когда Итэр смело приблизился, практически вжав его в полки, и впечатал руку в строй книг на уровне шеи Сяо. Медовые глаза моментально загорелись азартом, неозвученным желанием, и охотник на демонов готов был поклясться — они даже слегка засветились. — Тебе пора, — сделал ещё одну попытку сопротивления Сяо, однако воздуха стремительно становилось все меньше. Герой Тейвата вел себя неожиданно смело, и это восхищало. Пробуждало внутри что-то горячее, тянущее. Адепт от подобного отрекаться не мог. — Что, если у нас больше не будет времени? Жаль упускать такую возможность, — низким полушепотом сказал Итэр, придвигая лицо. Их носы почти соприкасались. Охотник на демонов все ещё держал руки скрещенными, не шевелясь. Он только приподнял бровь. Эта сторона путешественника вызывала любопытство. Его слова яксе не понравились, и он поднял руку, аккуратно оглаживая ею нежную кожу щеки. — Никогда больше не произноси подобного. А в следующий миг за них говорил поцелуй. Сяо не помнил, кто первый потянулся навстречу. Это уже было неважно. Их души снова нашли путь слиться воедино. Дыхания сцепились, переплелись, как и языки. Мальчики целовались с надрывом, отчаянно, хватаясь друг за друга. Словно это и вправду последняя возможность. Жар оплавил тело и плавно потек куда-то в район паха. Адепт царапнул зубами нижнюю губу героя Тейвата, вырвав из него глухой стон. Он стремился испробовать каждую каплю вкуса звёзд. Ещё и ещё. Без остатка. Итэр обессиленно скользнул ладонью по корешкам книг, теряя рассудок. Расцепил поцелуй и жадно припал к маленькому открытому участку шеи. На мраморной коже расцвели красноватые следы. Сяо резко выдохнул сквозь сцепленные зубы, путаясь ладонью в пшеничных волосах. На фоне происходящих событий это выглядело крайним безумством. И от подобного хотелось поддаться ещё сильнее. Что-то неправильное, но необходимое. Адепт никогда не испытывал такого контраста, им нужно спасать мир, а они… Очнулся Сяо от мыслей из-за звучания собственных побрякушек. Рука почетного рыцаря уже нагло блуждала внизу, цепляясь за злосчастный пояс. От осознания происходящего закружилась голова. Итэр смело опустился ниже и обвел языком затвердевший сосок прямо через ткань майки. Влажный жар пронзил стрелой всё естество и вырвал из груди яксы неразборчивое рычание. Герой Тейвата явно наслаждался процессом. Его невероятно возбуждала слабость адепта. Когда он такой лишь перед ним… С ума можно сойти. Дрожит от его пальцев, которые ловко вытягивают пояс из шлевок штанов. Беспорядочно проводит ладонью по собственным волосам. Его грудная клетка часто вздымается, сердце бьётся так громко, что ритм заполняет слух. Искреннее восхищение затопило медовые глаза. Итэр уже присел на корточки и выждал, пока Сяо бросит на него взгляд сверху вниз. Плавленная поталь потемнела, в ней блестело что-то нечеловеческое. Ужасающе прекрасное. Начисто позабыв о том, где они вообще находятся, герой Тейвата со стальной уверенностью стянул лишнюю ткань и автоматически облизнул губы, когда твердый член предстал перед лицом. Охотник на демонов сделал последнюю попытку прекратить это безумие и вжал пальцы в волосы блондина. Тот, к сожалению (к великому счастью!), расценил сие действие, как приглашение. И вот горячий рот размыкается прямо перед головкой, и дыхание оглаживает нежную плоть, будто предупреждая. Сяо едва успел ухватить побольше воздуха, потому что потом… Он забыл, как дышать. По библиотеке пронесся протяжный стон. Итэр слегка неуверенно и осторожно втянул член в рот, чувствуя, как тот дернулся внутри. Он снова бросил взгляд на лицо Сяо и сам застонал от того, насколько красивым оно было. Вибрация пронеслась по коже, адепт рвано выдохнул и выгнул спину, невольно поддаваясь навстречу желанному жару. Герой Тейвата подразнил языком набухший член, довольно причмокнул и взял ещё глубже. Архонты, как это потрясающе. Каждое действие Итэра отзывалось в теле Сяо, он был главенствующим, он был… Чертовски возбуждённым. Тело горит, рука тянется помочь и сжимает член у основания. Почетный рыцарь быстро приноровился и наладил темп, удовлетворённо вкушая участившиеся стоны адепта. Его ладонь, все ещё находящаяся в волосах, легонько подталкивала Итэра на нужный лад. Язык лентой извился вверх вниз и обратно. Пространство вокруг исчезло, растворилось. Глубоко, быстрее, ещё. Герой Тейвата в последний раз выпустил член изо рта, дав себе краткую передышку, провел рукой, слегка сдавил пальцами и начал набирать скорость. Он чувствовал, как якса теряет дыхание, как его ладонь стискивает локоны все сильнее. Как тело податливо дрожит от любого его движения языком. Непередаваемые ощущения. Сяо в изнеможении зажмурился. Под закрытыми веками затанцевали огни. Жар истязал внутренности, он сгустился там, во рту путешественника, и его было много. Нестерпимо много. Адепта уносило куда-то далеко, где он раньше не бывал. Это рай? Итэр втянул щеки, и сладкая пытка достигла своего пика. Охотник на демонов распахнул глаза и встретился ими с сияющим медовым морем. Вид путешественника, растрепанного, с собственным членом в его рту, добил. Сяо резко запрокинув голову и взорвался сокрушительным оргазмом, начисто позабыв о том, что хотел оттянуть героя Тейвата в этот миг. Но, судя по всему, тот бы и не поддался. Почетный рыцарь с жадностью замер и громко сглотнул. Подождал пару секунд и медленно, неохотно разомкнул губы, выпуская ещё твердый член. Адепт вжимался затылком в жёсткую полку, слыша лишь писк в ушах. Все тело на несколько секунд стало ватным, из головы вымелись все мысли. Так хорошо. Будто его наполнили до самых краев небом, космосом с плавающими в нем огромными светилами. Неизвестно, сколько минут утекло, прежде чем Сяо вынырнул в реальность. Он потянулся было подрагивающей рукой вернуть штаны на законное место, но Итэр сам заботливо затянул пояс, поднялся и с довольным лицом взъерошил волосы. Адепт неверяще взирал на него. Будто на диковинное существо. Путешественник поистине неповторим. До сих пор невозможно было поверить, что между ними образовалась столь уникальная связь. Реальность неторопливо возвращалась, остужая остаточный пыл. Итэр спокойно приблизился и уронил голову на плечо яксы, потеревшись, словно кот. — Если это месть за утро, то я бы напрашивался на нее ещё тысячу раз, — бездумно пробормотал охотник на демонов, все же скривившись в конце фразы — столь несвойственна она ему была. Герой Тейвата легонько рассмеялся и посмотрел адепту в глаза. — Скорее благодарность. Кажется, Сяо все больше был готов бороться за это до самого конца.

***

Колючий холод продолжал буйствовать. После пепельной духоты, к которой хоть как-то успелось привыкнуть, он казался нестерпим. Однако фигуры, которые спускались цепочкой в самый низ каньона, даже не дрожали. Их спины были идеально прямыми, а одежда самой разномастной — от инадзумовских кимоно до сумерских лесных нарядов. Лишь одно выделялось среди этой группы — длинные, хаотично развевающиеся белые волосы. Элигос двигался уверенно и спокойно — это место он знал хорошо. Знал, почему здесь иная температура. Но лицо его было хмурым. Внимательные антрацитовые глаза следили за маячащими перед ним двумя демонами. Мужчины глухо переговаривались между собой, иногда ругаясь из-за того, что их ноги вязли по колено в снегу. — Долго ещё? — нетерпеливо повысил голос бывший архонт, отчего двое одновременно дернулись и почесали затылок. — Я вам наказывал запомнить дорогу. — Ну конечно мы помним, эмм… — бодро отозвался низенький паренёк, по привычке шмыгнув носом. Он поддал шагу и вскоре приостановился перед наметенным снегом. На этом участке его уровень был ниже, чем на остальных. Демон склонился было над ним и чуть не улетел в сугроб носом от того, что Микайо пихнул в сторону. Миг — и нога врезается в хлипкую припорошенность, являя взору спуск вниз. Элигос глухо хмыкнул, замечая форму круга. Ещё недавно здесь была печать. Как этим мальчишкам удалось ее разрушить? Мысли окольцовывали сознание и с непривычки ощущались странно. Человеческий череп столь мал для них… Демон едва ли помнил, что значит головная боль, и меланхолично спускался за двумя проводниками, ни разу не поскользнувшись на наросте льда. Кристаллы тронули свечением бледное лицо. Они вошли в пещеру. Элигос тут же обратил взгляд на Феникса, навечно застывшего в предсмертной агонии. Два демона низко склонились к земле, будто хотели с ней слиться, и ретировались назад к остальной процессии. В прошлый раз посещение этого места удовольствия не доставило. Элигос, разумеется, сразу был об этом оповещен. Демон какое-то время не двигался, изучая взглядом знакомую фигуру. Она навевала воспоминания. О временах, где для него все было мрачно и тленно. Где Чжуняо отобрал весь свет. Тишина окутывала это место. Не было слышно даже дыхания. Все как один застыли, скучковавшись у самого входа. Ещё бы, они вживую видят двух божеств, от чьей мощи когда-то сотрясалось Пепельное море. Но что толку, если теперь здесь существует лишь смерть? Элигос глубоко вздохнул и сделал шаг вперёд. Он двигался не спеша, будто желал распробовать каждую секунду присутствия здесь. Гигантская птица становилась всё ближе и порывалась обнять его распахнутыми крыльями. Увековеченный миг. — Так вот, где ты оставил себя, — пробормотал демон, подойдя вплотную. Его ладонь с грубыми пальцами опустилась на ледяные перья. — Умирая, ты выпустил всю свою силу и похоронил владения в огне. Не стоило ли их сохранить? Феникс не отвечал. Точнее, не мог, его давно здесь не существовало. Из широко открытого клюва звуки могли только примерещиться. Элигос медленно перевел глаза на лапу, которая скрючивалась без корки льда. — Проклятье, — тихо выругался он, непонятно зачем поддев пальцами птичий коготь. Тот дернулся, как живой, а затем вернулся в прежнее положение. Нет. Это лишь образ из прошлого. Статуя в память о великой жертве. Как благородно. Остальные чувствовали себя неуютно. Несмотря на то, что это были лишь души в человеческих оболочках, и физическая боль была им не страшна. Но эмоции никуда не делись. Со стороны это смотрелось ужасающе прекрасно. Ледяная статуя, словно созданная для поклонения, великого архонта, что погиб в войне. И архонт, обратившийся в демона, тоже погибший, но живой. Тот, кто смог пошатнуть законы мироздания и бросить вызов Селестии. Разумно ли полагать, что она благосклонна к такому, раз Элигос до сих пор здесь? Эти мысли крутились и в голове его самого. Но на лице не дрогнул ни один мускул. Элигоса беспокоило иное. Часы. Мальчишки забрали их и, судя по всему, разгадали способ перемещения во времени. Это поистине ценная реликвия. Вот только предназначалась она не им. Элигос на мгновение прикрыл глаза и едва опустил подбородок. Возможно, это был знак уважения, со стороны движение было не углядеть. А затем он утерял к мёртвому телу всякий интерес и легко обернулся на каблуках. — Я не стану спрашивать, как вам, идиотам, удалось упустить реликвию, — вкрадчиво проговорил Элигос, мучительно медленно скользя пустым взглядом по небольшой горстке приближенных демонов. — Вы ведь даже не осознаёте, для чего она необходима… — Разве не для путешествий во времени? Ходят слухи, что их создал архонт времени после исчезновения при помощи остатков способностей, чтобы его нашли, — осмелился кто-то высказаться из глубины толпы. Демон внимательно выслушал и внезапно гулко расхохотался. Ужасающее эхо радостно повторило по сводам пещеры его голос. — Меня это не интересует. К чему мне прошлое, если можно вкусить настоящее? Больше ему никто не ответил. Все как воды в рот набрали. Элигос принялся неторопливо расхаживать из стороны в сторону, скрестив руки за спиной. Иногда он горбил спину, словно ему было некомфортно. — Я слаб, а моя оболочка хрупче нефрита. Зачем бы я стремился вернуться сюда, будучи таким? Разумеется, не вы помогли выбраться. Вас едва не прервал этот… — Элигос на секунду запнулся, покатал имя на языке, но так и не произнес. — Известно ли вам, каково Темное море? Великолепное место. Пристанище для тех, кого невзлюбил Тейват. Весь этот искусственный мир, управляемый мертвыми богами на тронах у купола неба. А там, за границей этих прогнивших земель… Свобода. Те, кто способны, объединившись, навести наконец порядок. С каждым словом упоение в голосе росло. Оно пело и обретало теплую тональность. Оно завораживало. Это была идея, которая озаряла их. Всех, кто ее услышал. — Я выбрался благодаря им. Взамен они лишь попросили часы. И какова была моя досада узнать… — Элигос вдруг резко остановился и махнул рукой. — Но это неважно. Представьте, если мы с их помощью заставим стрелки часов вращаться так, как угодно лишь нам. Если мы найдем архонта времени. О, они давно желают этого. С таким сокровищем в руках мы можем хоть тысячу раз убивать, мы станем неуловимы. Вселенная содрогнется, этот мир изменится навсегда. — Но их же стащили мальчишки… — едва слышно осмелился кто-то возразить. Элигос раздражённо закатил глаза и тряхнул плащом, избавляя его от налипших снежинок. — Они вернутся. А я буду их ждать, — самозабвенно произнес демон и широко улыбнулся так, что обычный человек лишился бы рассудка. А толпа душ одобрительно загоготала, разнося по пещере омерзительный гул слившихся голосов.