Момент истины

Мотель «Голубая луна». Бенд, штат Орегон. Пятница 5:35 РМ. С наслаждением Скалли подставила лицо под горячие струи воды. Боже! Неужели с ними все это произошло на самом деле? Сейчас в это трудно было поверить. Вода смывала все: страхи, усталость, волнение, отчаяние. Все кануло прочь, прочь. Скалли грустно улыбнулась своему отражению в запотевшем зеркале и сдержанно застонала, когда прямая струя воды, попавшая на оцарапанные руки и спину, вызвала ноющую почти зубную боль. Намыливая плечи, Дана усмехнулась (нашла время жаловаться). Слава Богу, они остались живы. Изрезанные ладони все же щипало. Ополоснувшись последний раз, Скалли закрутила кран и постояла немного в клубах пара, вслушиваясь в тишину и голос собственного тела. Последнее, впрочем, сообщило ей лишь о дикой усталости (следствие нервного напряжения) и боли. Ее передернуло от холода, и подхватив большое полотенце, висящее на ручке двери, Дана осторожно вытерлась и принялась неторопливо одеваться. Из головы никак не шли события последних часов, хотя все произошедшее вспоминалось, окруженное какой-то дымкой, словно это было не с ними. Стук в дверь был негромок, но настойчив. — Входи, Малдер. — Представляешь,— он закрыл дверь и сел рядом, на кровать,— дождь все еще идет. Еще пару часов и все следы смоет. — Какие там могут быть следы? Малдер, ты в самом деле веришь, что полиция кого-то обнаружит? Он поправил закатанный рукав джинсовой рубашки. — Не знаю. Шериф все силы бросил на это. Но вероятнее всего, «охотники» уже за много миль отсюда. — Или совсем рядом,— вздохнула Скалли. — Перестань, у тебя слишком пессимистическое настроение. Мы же только что получили еще один шанс, разве это не радует? В конце концов, я доживу до очередного дня рождения, и ты сможешь подарить мне какую-нибудь безделушку. — Голову Курильщика, инкрустированную свинцом,— мрачно произнесла Скалли.— Кстати, Малдер, что это с тобой? — А что ты имеешь в виду? — Одежду. В самом деле, вместо темного делового костюма, который был также привычен для Малдера, как шляпа для небезызвестного Индианы Джонса, он был одет в просторную темную рубашку и синие джинсы. — У меня не так уж много одежды,— с улыбкой объяснил Малдер.— Вдруг в следующий раз они захотят нас чем-нибудь облить, кислотой например. Скалли поморщилась. — Умеешь ты утешить, нечего сказать. Он не стал в свою очередь интересоваться ее костюмом. Дана тоже решила переодеться. Сейчас она была в клетчатой ковбойке и таких же, как у Малдера, джинсах. Шнуруя мягкие кожаные ботинки, Скалли поинтересовалась: — Ты отправил осколок из дома профессора в лабораторию? — Да,— кивнул Малдер,— на экспертизу в наше отделение в Портленде. — Кажется, ты был прав. Странно все это. — Сдаешься?— удивленно спросил Малдер. — Ну нет, ни за что. Ведь это только начало, ты сам сказал. Дом шерифа Джона Доусона. Лайт-стрит 128, Бенд, штат Орегон. Пятница 6:54 РМ. — Мне очень жаль, агент Малдер, но те, о ком вы говорите словно в воду канули.— Шериф обвел взглядом двор, достал сигарету, закурил, с наслаждением затягиваясь.— Рапорт в вашу контору уже составлен, приложите к отчету. — Меньше всего меня волнует рапорт,— пробурчал агент, состроив угрюмую мину. Все это и в самом деле было не очень то весело, однако на вопрос шерифа: — Решили сменить форму, а Малдер? Тот кивнул с ответной улыбкой. — Приходится маскироваться Они сидели на кирпичном бордюре, огораживающем подъездную дорожку. Шериф молча курил, хмуря брови. Малдер наблюдал, как напарница играет с детьми шерифа в стритбол. Доусон растил двух сыновей, рано оставшихся без матери. Его старший сын, как любил выражаться сам шериф, «уже оперился». Он учился в Калифорнийском университете, приезжая в родной городок только на каникулах. Малдер, понурившись, потер лоб. Он не знал, что сказать шерифу, а тот не знал, что ответить агенту ФБР. Тот не винил шерифа. В самом деле, что мог сделать полицейский в распоряжении которого только двенадцать человек, четыре патрульных машины и две собаки. — Я придумаю что-нибудь. Все это странно, агентов ФБР хотели, словно куропаток, подстрелить. Малдер усмехнулся. — Шериф, вы рассуждаете прямо как моя напарница. — Она— замечательная женщина. Я вижу, вы очень дружны.— Шериф снова глубоко вдохнул табачный дым, не замечая минутного смущения Малдера. — Да,— наконец произнес Фокс и повторил слова, уже сказанные однажды совсем в другое время и в другом месте:— Скалли— ученый, она заставляет меня работать. Она столько раз выручала меня, что я уже и счет позабыл. — Я слышал, агент Малдер. — Слышали? Он молча кивнул, снимая шляпу. — Я ведь не простой деревенский полицейский. Люблю газеты читать, новости тоже иногда смотрю. И не только те, что по ящику показывают. — Что вы имеете в виду? — Малдер,— шериф растер окурок,— я много видел. Меня не обманешь этими россказнями про зеленых человечков, что распускает телевидение. Присмотритесь к нашему городку и все поймете. Посмотрите на Джо Файна, спросите у Аллана, почему он здесь, поинтересуйтесь у Эллис Джонсон, что такого в нашем городе. Малдер с недоверием взглянул на шерифа. Не слишком ли откровенно? Сроду он не видал таких шерифов, особенно в провинции. Вообще по мере пребывания в Бенде у него все явственнее складывалось ощущение ирреальности происходящего. Он пробовал поговорить об этом странном ощущении со Скалли, но та, со всей присущей ей невозмутимостью и скептицизмом, улыбнувшись, пояснила, что это всего лишь просыпающийся время от времени синдром недоверия. Не то чтобы Малдер не доверял медицинским познаниям напарницы, но столь простое объяснение его явно не удовлетворило. Доусон, как ни в чем не бывало, продолжал говорить. Мало-помалу разоткровенничался и Малдер, поведав о таинственном нападении в Вашингтоне, об их расследовании, о пожаре. В конце концов,— задумчиво произнес он,— мне надоела эта гонка. Здесь у вас совсем другая жизнь.— Он кивнул в сторону Скалли, игравшей с сыновьями шерифа. Улыбка осветила изуродованное лицо Доусона. — Знаете, Малдер, я, иду на работу утром, зная, что вечером вернусь к своим ребятам. Когда ловишь очередного негодяя и прячешь его за решетку, то борешься за их спокойную жизнь. И я всегда знаю, что у меня есть, куда вернутся, ведь они всегда ждут меня.— Шериф снова посмотрел на сыновей и добавил:— Я борюсь за них. Это помогло мне не свихнутся однажды. Может, вам этого сейчас и не хватает. Надо бороться за живых людей, а не за идеи. Этой истины у вас не отнимет никто. Малдер усмехнулся, глядя как Скалли неловко пытается попасть в корзину и в который раз промахивается. Доусон закурил очередную сигарету, поморщившись от дыма, Фокс встал. — Надо попробовать,— сказал он, направляясь к напарнице и, обернувшись, повторил:— обязательно попробую. Мяч взлетал и взлетал над баскетбольной корзиной, что была прикреплена над дверями гаража. Раз семь или восемь Скалли удалось попасть, но мальчишки ушли на два десятка очков вперед. — Ты слишком нервничаешь, когда держишь мяч. Постарайся ни о чем не думать, когда бросаешь его,— посоветовал подошедший Малдер. Сам он мог попасть в корзину едва ли не с закрытыми глазами.— Смотри. Без особых усилий он набрал десяток очков, кидая с дальнего расстояния и выбирая неудобный угол. Сыновья шерифа глядели на него с восхищением и некоторой завистью. — Не думаю, ребята, что вам приходилось играть с командой, состоящей из агентов ФБР,— снимая плащ, обратился к мальчишкам Фокс. Те удивленно помотали головами. — Стив, Крис— подоспел шериф,— покажем этим вашингтонским неженкам настоящий стритбол. В огромных ладонях Доусона даже баскетбольный оранжевый шар казался крошечным. — Начинайте,— великодушно предложил Джон. Перехватив мяч, Малдер с улыбкой атаковал кольцо. Это было просто. Бенд, штат Орегон. Пятница 10:04 РМ. Никогда еще специальный агент особого отдела ФБР Фокс Малдер не водил автомобиль так медленно. Ему словно не хотелось остановиться. Ехать бы вот так и ехать всю жизнь по ночному городку. Фонари освещали темный асфальт мягким желтым светом, казавшимся теплым. Этот свет пронзал обнаженные наполовину ветви деревьев по обочинам не слишком широких аллей и растворялся в темноте, смешиваясь с ней. И нельзя было понять, где заканчивается свет и начинается тьма и наоборот. Машину незаметно подбрасывало на невидимых буграх, монотонное гудение двигателя действовало усыпляюще. Скалли и впрямь задремала, прижавшись щекой к пристяжному ремню. Во сне ее лицо утратило болезненное выражение, исчезли горькие складки у губ, морщинки не прорезали переносицу. Милые глаза были скрыты подрагивающими веками. Свежий ночной ветер разогнал облака, и звезды, подмигивая, с усмешкой глядели вниз. Время от времени, то одна, то другая устремлялись к земле, прочертив тонкую короткую прямую, быстро остывающую в ледяном вакууме. Малдер припарковал автомобиль у самой обочины, поглядел на Скалли и улыбнулся. Он вдруг почувствовал, как дорога ему каждая черточка ее лица. Не сдерживаясь, в приступе необъяснимой нежности, Малдер отстегнул ремень, наклонился и коснулся кончиками пальцев ее подбородка. Скалли встрепенулась, очнулась от дремы, пробормотав что-то невнятное. Он отдернул руку. — Приехали. Еще не совсем придя в себя от короткого, словно забытье, сна, Скалли выбралась из авто, с наслаждением потянувшись. В ночном холодном воздухе, пропитанном запахом близкой реки, шелестели остатками листвы каштаны, чьи твердые коричневые плоды с глухим твердым стуком падали на асфальтовую дорожку. Мотель «Голубая луна». Бенд, штат Орегон. Суббота 7:58 АМ. Скалли недоуменно посмотрела на часы: почти восемь. Где же Малдер? Наконец, взглянув последний раз в зеркало, она вышла из комнаты. Дверь в номер Малдера была приоткрыта, а ведь Дана точно помнила, что напарник захлопнул дверь. Постучавшись на всякий случай, она вошла. Малдер спал. Он лежал на кровати, крепко обнимая подушку, уткнувшись в нее носом, тихонько посапывая. Скалли невольно улыбнулась своим мыслям, поправляя скомканное одеяло на его плечах, глядя на его по-детски спокойное, безмятежное выражение лица, на приоткрытый рот, из которого вырывалось горячее неслышное дыхание. Все это никак не вязалось с крупным сильным телом, большими мускулистыми конечностями Малдера и его способностью быть решительным и жестоким в минуты опасности. У кровати на полу лежала какая-то книга. Скалли подняла ее и рассеянно перелистала. «Алиса в Зазеркалье» значилось на обложке. Пробормотав что-то во сне, Малдер вскочил вдруг, возбужденно озираясь по сторонам. Помотав головой и глубоко вдохнув, он потер лицо ладонью. — Что ты тут делаешь, Скалли?— неожиданно спросил он. — Да вот, тебя пришла разбудить. Интересная книга должно быть? Прищурившись, он с недоверием взглянул на нее, потом кивнул, сделав судорожное глотательное движение. — Мне плохо спалось вчера ночью. Решил почитать и вот— уснул,— со вздохом рассказал Малдер, продолжая сидеть на кровати, обняв колени. Они обернулись на стук в дверь. Это была Эллис Джонсон. Увидав агентов, она приветливо улыбнулась. — Вас там шериф ищет. Только не уезжайте, не позавтракав. Агент Малдер. Он вопросительно наклонил голову. — Если вам будет нужен номер побольше, то у меня есть такая комната. ...— Однако, долго же вы спали сегодня,— пробасил шериф, когда Малдер и Скалли спускались в холл. — Вы нас вчера совсем загоняли. Я и не подозревал, что потерял форму,— с улыбкой поведал Малдер.— Добрый день, господа.— С шерифом были его полицейские: помощник Аллан Паркер и девушка, на вид лет двадцати трех, чем-то похожая на Скалли. Она была в форме, но не патрульной, а обычной, на бедре оттягивала ремень кобура с табельным «специальным полицейским» 38 калибра. Серые глаза девушки хранили какую-то одну только ей известную тайну. — Марион Майклз,— представилась она, не дожидаясь, пока это сделает Доусон, по очереди пожав руки агентам. — А чем обязаны столь раннему визиту шериф?— Про себя Фокс отметил, что полицейский перестал называть его агентом. Интересно, почему? — Да видите ли в чем дело.— Они прошли в столовую, где миссис Джонсон уже накрывала к завтраку.— Я подумал вчера о том происшествии и пока не нашел более разумного выхода, как приставить к вам своих людей. — Берете нас под охрану?— поинтересовалась Скалли. Доусон вздохнул, но произнес твердо: — Да, располагайте ими, как хотите. Можете привлечь к расследованию того дела. У них приказ быть рядом и днем и ночью. Большего пока сделать не могу. Надеюсь это поможет. — Или хотя бы отпугнет таинственных снайперов,— без оптимизма проговорила Дана.— Знаете, шериф, те, кто стреляли вчера в нас, не остановятся, если людей будет вдвое больше. Просто это лишние мишени. Стоит ли подвергать их,—Скалли кивнула в сторону Марион и Аллана,— лишний раз реальной опасности? Шериф загадочно хмыкнул, но потом обронил, словно невзначай: — Они не простые полицейские, агент Скалли. Во всяком случае, то, что я предлагаю, лучше, чем ничего. Только вот придется вам, наверное, возить их на казенной машине. У меня, к сожалению, не хватает техники. Попрощавшись с хозяйкой и отказавшись от приглашения позавтракать Доусон покинул полицейских и агентов, предоставив им возможность поближе познакомиться за завтраком. * * * — Малдер.— Она догнала его на ступеньках. Начиналось еще одно солнечное утро, но Скалли уже знала, как переменчива здешняя погода в октябре: днем приветливое солнце закрывает плотная, низко, лениво ползущая над землей пелена облаков, а к вечеру пойдет дождь, к полуночи небо очистится, задует крепкий холодный ветер. —Малдер, помнишь, я говорила тебе, что все это странно. Так вот, все это очень странно. Подумай сам: вчерашняя пальба, утренний визит шерифа. — Знаю, Скалли,— он задумчиво поскреб родинку на правой щеке,— знаю, но я не думаю, что шериф приставил к нам своего помощника, чтобы следить за нами. — Малдер, ты все больше удивляешь меня.— Она потерла замерзшие пальцы. В конце концов, воздух был не таким уж и теплым, несмотря на солнечный свет.— Куда подевались твои параноидальные синдромы? На твоем месте я бы запросила досье на этих ребят. Он хитро прищурился: — Ты думаешь, Фрохайк сидит без дела? Пришел черед удивиться и Скалли, ведь она затеяла этот разговор в шутку. Малдер усмехнулся. Полчаса назад он снова связался с Вашингтоном, а теперь прикидывал, во что ему все это обойдется. К завтрашнему полудню у него должны быть заключения многочисленных экспертов по поводу таинственного осколка. — Пускай они его хоть на атомы расщепляют, но я хочу знать, что в конце концов такого в нем. — Ты о чем, Малдер? — Об осколке. Помнишь?— Он понял, что мыслит вслух: обычный прием утомленных нервов. Скалли кивнула, прищурившись. — Малдер, неужели ты всерьез думаешь, что зеркала играют здесь хоть какую-то роль? — Во всяком случае, большую, чем те снайперы, что пытались убить нас вчера. Я не делаю преждевременных выводов. Собираешься домой сегодня? — Да, а почему ты спрашиваешь об этом?— подозрительно покосилась на него Скалли. — Да так, просто. Кстати,— он попытался перевести разговор на другую тему,— ты заметила, как Марион относится к помощнику шерифа? Дана недоуменно уставилась на партнера. Нет, не то чтобы она была удивлена его вопросом (Фокс Малдер уже ничем не мог удивить ее), но что-то таилось в самом вопросе: Малдера чрезвычайно редко интересовала личная жизнь других людей, возможно, потому, что своей личной жизни у него не было. Скалли отмахнулась от сомнений, но ответила осторожно: — Не знаю, Малдер. По-моему, ты преувеличиваешь. — Преувеличиваю?— он рассмеялся, словно в этом действительно было что-то забавное.— Скалли, да ты посмотри, как она нервничает, когда Ал заговаривает с тобой! — Послушай, Малдер, это уж слишком! Давай больше не будем об этом,— Скалли не могла объяснить причину своей неожиданной вспыльчивости. Заключалась ли она в том, что напарник был прав, или в чем-то ином, но так или иначе, Дане стало не по себе, едва лишь Малдер завел этот разговор. Поэтому она хотела поскорее закончить его. — Хорошо, Скалли, но учти, я— психоаналитик. — Да уж. * * * Водительское место занял Малдер. Скалли, по обычаю, села рядом. Полицейские расположились позади. Марион молчала, зато Аллан увлеченно болтал с Даной. — Можете называть меня Ал,— сказал он, садясь в автомобиль. Но Скалли не решалась сделать этого. Время от времени, она ловила насмешливый взгляд напарника, крутившего баранку и вспоминала недавний разговор. — Нравится город?— непринужденно спросил Аллан. Не отрывая взгляда от дороги, Малдер кивнул. Ему и в самом деле нравился Бенд, его неторопливое течение жизни, здешние порядки и жители, даже погода была сносной. Скалли промолчала, пока настойчивый Ал не переспросил ее. — Пожалуй.— Скалли утвердительно кивнула и отвернулась, глядя в окно.— Здесь у вас… спокойно. — Да уж!— Иронически усмехнулась Марион.— Не считая вчерашнего происшествия. — Ну, это скорее недоразумение,— возразил Паркер. — Которое, к сожалению, приносит местным властям слишком много хлопот,— равнодушно констатировал Малдер. Прорезая сырой холодный ветер, «Таурус» несся по узкой полосе окружной дороги, оставляя позади бесконечную полосу ядовито-желтой разметки, деревья по обочинам, взметая опавшие листья. Горизонт спешил навстречу. Небо было по-прежнему ясным, и Скалли подумала вдруг о пустоте, наполняющей увядающий мир. Ей вдруг почему-то захотелось, чтобы пошел сильный-сильный дождь, чтобы тугие чистые струи низвергающейся с неба ледяной воды пронзали землю, глухо стучали о черную сырую почву, звонко хлестали асфальт. Ветер, подгоняя хрупкую листву, то взмывал в призрачно голубую, омытую слезами ночных дождей высь, то падал на дорогу, серой лентой опоясывающую холмы. Лесной лагерь организации «Космический разум». 28 миль к северу от Бенда. Суббота 10:15 АМ. В чащобе, куда они забрались, не было дороги, она обрывалась в сотне метров от неглубокого рва, неприметного на фоне опавших листьев и желтой хвои. Деревья окружали их плотной стеной, казалось, прохода здесь нет. Малдер остановил автомобиль там, где асфальт заканчивался, отстегнул ремень безопасности, вынул ключи из замка зажигания, переглянулся с напарницей. Он все еще не был уверен в том, что поступает правильно. — Зачем мы явились сюда, агент Малдер?— спросила молчавшая почти всю дорогу Марион.— Эти люди редко приходят в город и предпочитают, чтобы в их владения никто не вторгался. Если вы им чем-нибудь не понравитесь… — Поздно предупреждать. Думаю, вам не стоит выходить из машины,— сказал Малдер группе.— Я сам поговорю с ними. Скалли, недовольная таким самоуправством, застегнула куртку, лишний раз проведя по кобуре с оружием, словно проверяя, все ли в порядке, и стараясь поймать взгляд напарника, сказала: — Малдер, мы все еще работаем вместе, не забывай об этом. Полицейские переглянулись, словно решая, стоит ли им следовать за агентами. Все четверо выбрались из авто. Видимо, Аллан Паркер бывал здесь не раз. Сейчас он уверенно шагал куда-то в самую чащу. Порой на их пути встречались стандартные таблички со знаком радиационной опасности и словами «Внимание! Опасность!». Малдер лишь туманно усмехался: ему были в совершенстве известны все эти приемы. Он не раз бывал в местах, подобных тому, куда вел их сейчас помощник шерифа. Время от времени порывы ветра свистели между ветвями. Деревья, раскачиваясь, угрожающе скрипели. Скалли стало не по себе. Лес вызывал воспоминания, которые не всегда можно было назвать приятными. Тропинка петляя между деревьями, спускалась и выбегала из оврагов. Казалось, они прошли добрых пять миль, но когда Скалли сказала об этом вслух, Аллан рассмеялся и ответил, что путь до лесного убежища ребят из «Космического разума» не составляет больше трех миль. — Смотрите,— он вдруг пригнулся под ветвями низко нависавшими над тропой, указывая куда-то вперед. Малдер и Скалли сначала не заметили ничего, а потом их изумленным взорам предстал лагерь: окруженный забором с натянутой по всем правилам колючей проволокой, квадрат земля, очищенный от леса, размером не больше нескольких акров. За проволокой стояло несколько палаток, какая-то аппаратура. Было подозрительно тихо. — Изумительная маскировка,— одобрительно произнес Малдер. В самом деле, можно было подойти к лагерю, не заметив его. Все по ту сторону проволоки было такого же цвета, как и окружающий лес, а на саму колючку была наброшена маскировочная сетка. — Ну что?— Малдер повернулся к группе. Не отвечая, Скалли раздвинула ветви низко нависшие над почти неприметной тропкой и зашагала к лагерю. Тишина оказалась обманчивой. Стоило Малдеру пересечь невидимый барьер метрах в двадцати от забора, как по ту его сторону словно ниоткуда появились люди. Некоторые из них сжимали винтовки, направленные на пришельцев. Фокс остановился, остановились и остальные, ожидая, что будет дальше. — Зачем сюда пожаловала полиция?— Навстречу им из-за забора вышли четверо мужчин, один из которых не опускал нацеленного на чужаков оружия. Переговоры вел высокий худой мужчина, с темными волосами, затянутыми в хвостик на затылке, в защитной куртке. Малдер, стараясь двигаться как можно спокойнее, достал из кармана куртки удостоверение. — Мы— агенты ФБР. Люди из лагеря переглянулись. Один из них шагнул навстречу, усмехаясь. — Агент Малдер, сейчас то мы вам зачем понадобились? Вы ведь больше не занимаетесь летающими тарелками. Полицейские удивленно переглянулись. — Репутация,— без улыбки пояснила им Скалли. — Что ж, пойдемте, поговорим,— люди из лагеря повернулись, приглашая следовать за ними. Человек с ружьем опустил его, потом вскинул на плечо и, подмигнув, зашагал обратно, за забор из колючей проволоки. …Стены землянки были бревенчатыми, в углу стоял большой обогреватель. Как ни странно, но в лагере было свое электричество, от которого работали сложные системы поиска, радары, компьютеры. Все было оборудовано, словно станция слежения ВВС. Скалли вновь подумала об ирреальности происходящего: лаборатория в городе, исследовательский комплекс в лесу. Впрочем, удивляться она уже устала. — Даг,— просто представился агентам и Марион мужчина, с самого начала разговаривавший с ними.— Итак, господа, что привело доблестных агентов ФБР в наши места? — Нам нужна информация, Даг. — Кораблей не было уже недели две, так что не смогу вас обрадовать. — Ну хватит,— прервал его Малдер.— Нам нужны сведения иного рода. Даг налил себе чаю, поставил кружку на стол и вопрошающе взглянул на агентов. Полицейские молча стояли у двери. — Что вы знаете о вчерашней стрельбе в городе?— Дана решила взять инициативу в свои руки. — Не больше вашего, агент Скалли. Два кретина пытались пришить агентов ФБР, причем так непрофессионально и неумело, что едва успели убраться до прибытия полиции. Больше всего меня удивило, что вы не разу не выстрелили. — А откуда у вас такие точные сведения?— подозрительно спросила она. Даг снисходительно улыбнулся. — У нас здесь аппаратура лучше, чем в Хьюстоне. Так что ваш вопрос вполне уместен. Но вряд ли я смогу прояснить обстоятельства вчерашнего происшествия.— Речь его снова стала подчеркнуто интеллигентной. — А у вас есть записи переговоров полицейских? Даг пожал плечами. — Наверное есть, если это произошло вчера. Только не представляю, зачем они вам. Попросите шерифа. — Думаю, не стоит отрывать его от дел,— произнес Малдер тихо, словно про себя.— Мы хотим получить хотя бы копии этих записей. — Без проблем. Они нам больше не нужны. Еще вопросы будут, агент Малдер? — Да,— в разговор вступила Марион и ее тон нельзя было назвать дружелюбным.— Откуда вы узнали имя агента Малдера? Даг снисходительно улыбнулся, оставляя вопрос без ответа. — Мы не просто охотники за тарелками,— только и сказал он.— Что еще вы хотели бы узнать, мисс? «Не стоило разговаривать таким тоном с ним»,— подумала Скалли. — Нет, пожалуй, это все. Кроме пленки, конечно,— вновь заговорил Малдер. — Ну разумеется,— кивнул Даг.— Неужели только из-за этого всесильное ФБР пожаловало в наш лагерь. Чай? Скалли отрицательно кивнула, полицейские пропустили приглашение мимо ушей. — Нет, не только из-за этого,— медленно, словно раздумывая, стоит ли говорить об этом, потом все-таки решив, что стоит решительно спросил:— Слышали, в городе люди пропадают. Даг переводил взгляд с одного человека в крошечной землянке на другого. — Нет, здесь мы вам вряд ли сможем помочь. Ни одного из исчезнувших мы никогда не видели. Хотя…— Он взял со стола радиотелефон, сильно смахивающий на виденный как-то раз Малдером военный аппарат для многоканальной связи на всевозможных частотах. Только тот, что держал сейчас Даг, имел едва ли не в два раза больше различных кнопок.— Джилли, Рон поблизости? Пусть зайдет ко мне с теми лентами, что он показывал на прошлой неделе. Бревенчатые стены землянки были сухими, озаренные мягким розовым светом, исходящим от обычной лампы накаливания. Скалли вдруг подумала, что жизнь людей в этом лагере сродни жизни отшельников (что, в принципе, было недалеко от истины). Они ведь добровольно лишили себя возможности наслаждаться жизнью, пройти одинаковый для многих путь, как все работать, воспитывать детей, любить. Вместо всего этого члены «Космического разума» избрали непредсказуемую и подчас опасную дорогу, чьей сутью являлся бесконечный поиск, цели которого не всегда были ясны. — Рон, наш специалист по радарным системам,— представил Даг спустившегося в землянку стройного темнокожего, словно выточенного из черного дерева, тонкого мужчину.— Агенты ФБР Малдер и Скалли, остальных ты знаешь. — Чем могу быть полезен вам?— обратился вошедший к Малдеру. Тот в свою очередь вопросительно уставился на Дага. — Ронни, ты как-то показывал ленту «плейстрата». Что там за помехи ? Парень протянул Малдеру ленту бумаги с непонятными синусоидами и, видя его недоумевающий взгляд, объяснил: — Это записи установки, сканирующей состояние стратосферы. Несколько недель назад я обнаружил, что совсем в стороне от мест, где обычно появляются НЛО «плейстрат» зафиксировал странные вспышки энергии. Я запрашивал все источники, это не обломок спутника, не НЛО, не болид. Никто не смог вразумительно ответить на вопрос о происхождении энергии, эквивалентной почти двум тысячам килоджоулей. — Больше мы в лагере ничего необычного не заметили,— закончил Даг. Воцарилась тишина, длившаяся всего несколько мгновений. Малдер не знал, как воспринять информацию. Пока что мозг осторожно обдумывал ее, словно пробовал на вкус. Таинственные и необъяснимые исчезновения, энергетические вспышки в стратосфере и, в голову почему-то снова пришло таинственное зеркало. — Будем очень признательны, если вы предоставите нам хотя бы образцы этих сканирований,— обратился он вслух к Рону. Тот неуверенно пожал плечами, но потом, заметив знак Дага, кивнул. — Да, конечно. Чувствовалось, что в лагере работают не просто энтузиасты. Дисциплина и подчинение старшему, которым, по всей видимости, здесь был Даг, была подчеркнуто открытой, показной. Но эти люди не просто подчинялись, они приносили дань уважения этому человеку, и все это было в новинку Малдеру, знакомому с порядками подобных мест не понаслышке. Здесь действовали профи, работа которых строго контролировалась и учитывалась. Они не просто гонялись за неведомыми призраками, но искали истину во всех ее проявлениях, по крупицам собирая доказательства ее существования, неопровержимые доказательства, в которые поверил бы даже самый ярый скептик. — Малдер, зачем нам все это?— тихо спросила Скалли. Подчас многие поступки напарника были ей непонятны, но сейчас, казалось, ситуация совершенно выходит из-под контроля. — Честно Скалли? Она кивнула. — Понятия не имею.