Сколько в тебе любви?

      Такеяма приглядывалась к нему сильнее после полного осознания, что этот демон — выходец из настолько прославленной демонической семейки. Голубая кровь, как уже успела пообзывать его призывательница себе на радость, белая кость и белоручка. Даби даже не огрызался. Ладно, он перестал обращать внимание на совершенно левые слова в его сторону (для себя-то он точно знал, что ни одно к нему не относится) раза с двадцатого, а с тридцатого решил напомнить ей, что она продала всю себя его отцу, ради чего — непонятно, но она истинно верно служила Пламенному демону. Причину объяснять все излишки её продажной душеньки Юу не собиралась. Скажет ещё, что оно не стоит выеденного пальца и совсем расстроит несчастную, так криво-косо обкорнавшую свои волосы ради призыва этого дурня. Да любой демонюга признает, что лучше жить в полной безопасности, под присмотром высшего, чем шароёбиться на нижних этажах и жить в вечной опасности, откуда тебя ещё и призвать могут. Не в самые лучшие условия.  — Ты же понимаешь, что будешь все мои приказы выполнять? — Юу подзывает его к себе, поближе к священной земле, откуда снова откачивала энергию. Он подлетает к самому краю безопасной зоны, чтобы чистая и светлая мана не трогала его, несколькими минутами ранее Даби, как самый отбитый мазохист, наговорил святых слов на часа три вперёд. Язык в решето превратился от такого кощунства. Рогатый может бессмысленно просипеть «с`то?» и на сдерживаемый девичий смех показать два когтистых средних пальца. — Ближе, мне нужно, чтобы ты подошёл и сел рядом…       С шипением и возмущённым сопением это происходит и призывательница разглядывает изменения в демоне, пока энергия окутывала зубато-рогатого, хорошо ещё не парнокопытного, а то совсем бы валялась и подыхала от смеха. Даби чувствует, что к языку возвращается способность шевелиться и с его помощью издавать осмыслённые звуки, кажется этого и добивалась девушка. Без демонического вмешательства, то есть тёмной энергии, он выглядел почти безобидно. Аж завидно становится, что Огонёк решил настолько сильно исказить себя, используя запрещённую магию. Теперь-то Такеяма поняла, куда девается мана из его тела и почему он вечно пытается её восполнить. Даби тоже за короткую демоническую жизнь испортил всё, что только можно. Наверное поэтому Высший демон и уговорил её заняться этим делом, показать на примере, что есть такие же идиоты как и она.  — Прекрати пялиться на меня так, — ершится, ему не нравится вечно (почти месяц) таскаться с ней, тупой и припадошной девкой, выполнять её идиотские просьбы. Гримуар в её руках был зловещим оружием, испускающим молнии в нерадивого демона за непослушание, а ей почти всегда казалось, что он не слушается. Грёбаная садистка.  — Ты же сам хотел моё сердце, так дай мне насмотреться на милую моську, пока она снова не превратилась в рожу, — Юу проверяет свои догадки и лыбится. Светлая энергия работала как сильнейшее исцеление и эффект от неё улучшался. Зельями такого не добиться и не каждый колдун сможет сотворить настолько качественное заклинание. Ведьма расправляет ближайшее к ней крыло, проводит линии по хрящам. Результатом она вполне довольна. — У тебя крылья заросли и выглядят здоровыми.  — Чудовище ты, я не просил об этом…       Хвост виляет от прикосновений между лопаток, разряды приходились туда чаще всего, Даби отталкивает призывательницу от себя крыльями, ибо нехер его пытаться приласкать как какое-то животное. Синее пламя в действительности по контракту больше не делало больно, можно его побесить и посильнее.  — Сидеть! — Хруст кулаков Такеяма слышала отчётливо. Злится? Он злится? Впервые так сильно за их таскание по землям и истребление зажравшихся нечестивых. — Я не отпускала тебя, Даби.  — Я не пёс, чтобы слушать все твои команды, — с места он не сдвигается, Юу видит, как у демона заиграли на щеках желваки. Почти кипит от злости.  — Ты знаешь, что мне нужно вызвать твою матушку из подземки? — Огненный закатывает глаза. Буря миновала, от прошлого запала ничего не осталось. — Было бы неплохо отправить тебя на ту сторону, но боюсь, что ты снова потеряешься и мне придётся заново вытаскивать твою задницу. Ты же только этого ждёшь, что я как дура открою тебе дверь, а твоя демоническая жопа съебётся на вольные ветра?  — Поэтому ты решила меня заебать, чтобы я хотел от тебя убежать?  — Нет, я хочу, чтобы ты осознал, с кем у тебя подписан контракт и что в нём такого необычного. Я стараюсь показать всю свою сущность, чтобы не было сюрпризов на тему «Я такого не ожидал». — Юу передразнивает его голос своим, высоким и писклявым, что в горле неприятно саднит.  — Не собираюсь я прожигать свою жизнь с тобой.  — На минуточку, частичку твоего сердца я отобрала, ещё один кусочек мне продал твой отец. Ещё немного и соберу всю коллекцию из твоего сердечка, дождись только, — призывательница собирает вещи в сумочку и спешит подняться, пока Даби соображает о чём речь.

…

      Новый арендованный домик с подвалом был правдиво новым. Даже призраков не было, так мелкая шушера, которую можно демоническим чихом изгнать, что Даби продемонстрировал. От синего пламени даже мыши разбегались в ужасе. Чертить пентаграмму Юу позволила чёрту, чтобы в очередной раз не налажать. Сатанюга смеялся и говорил, что если она ошибётся, то может призвать кого-то из его младших, а они в моменты призыва не самые добренькие, особенно если жертва неподходящая. Даби завершает чертёж быстро, с помощью хвоста создав идеальный круг, ну а руны дело десятое и максимально лёгкое. Вот только демоница на призыв не явилась. «Одной крови черти», — Такеяма дуется, что женщина не хочет ей явиться, возможно, только возможно, что виновата их первая встреча. В постели высшего демона, где она недвусмысленно была абсолютно голой, ёрзала в горячих руках и извивалась. Прекрасный мужчина, задаром, что демон. Зато девушка теперь под постоянной защитой и это того стоило. Трижды зачитав заклинание, Юу сдаётся, не в силах призвать лукавую. Огонёк рассекает запястье над пентаграммой и произносит совершенно иное, больше похожее на молитву, заклинание. В комнате становится чудовищно холодно, свечи замерзают, также как и вскрытая рука Даби. Льдинка встряхивает своего сына за такое излишество выпущенной крови. Серые глаза смотрят на девушку с ненавистью. Ну конечно, со Старшим трахалась, а сына под контролем держит.  — Я тебе говорила не высовываться, … — Даби кривит мордой, надавить хоть и мысленно, но нужно. Даже мать пользуется этим приёмом как отец, поругать же необходимо… — Шлюха малолетняя. Крыса постельная. Чёртова шалашовка…       Минут десять демоница подбирала имя для бесстыдной девки, пока брюнет прикрывал своей спиной свою контрактницу. Такеяма молит лишь об одном, чтоб не предстояло уговаривать её настолько долго, даже Даби нужна подпитка после тяжёлого вызова. Хоть и с первого раза, а крови ушло неприлично много как и маны.  — Прекрати, мам, — он топит лёд со всех поверхностей, по посеревшему в миг лицу девушка замечает, что всё, Даби слил всю энергию, которую накопил во время последней остановки, где они зачистили мелкодемоническое потомство какого-то ублюдка. Эти совсем распоясались и жрали всех проходящих мимо путников.  — Не говори мне, что ты добровольно призвал меня. — Кивок с его стороны распаляет женщину, она готова прибить эту девку за самое малое, как минимум, это как она цепляется за старшего сына. Как максимум, напомнить ей незабываемую ночь с её мужем и протаранить льдом грязное тело. — Чем же я заслужила такое внимание, сынок?       Отвечать и разъяснять всё было тупо в падлу. Даби расчерчивает новую пентаграмму и по старой памяти, белым стихом зачитывает другую молитву. Если ему понадобилась мама, то пусть сам всё и рассказывает, потому что подробностей Синяя вспышка не знал, а Юу матушка слушать не станет. Высший выходит из Адского пламени вне себя, но ловит нерадивого чернокнижника, чтоб не грохнулся. Даби тянет противную лыбу, смог в очередной раз вывести Старателя из равновесия.  — Теперь я могу отправиться в самый низ? — Вот только ради этой рожи нужно было растратить припасённую на чёрный день ману. По ощущениям сотворённый тёмной магией облик исчез. Обидно, но ладно. Папаша вон уже гневно огнём дышит и готов призвать супругу к ответу за то, что демоница вылезла из недр только на запах родной крови, коей несло на всё здание. Даби не слышит, что говорит отец, что отвечает мама и по кругу. Он сидит с Ведьмой в углу подвала перевязанный и глушит зелья, милостиво подносимые ко рту.       Старатель накрыл две пентаграммы барьером, чтобы их разговор не слышали неудачливые призыватели. Два часа чистой ругани, для молодняка немое кино через чур зрелищное: пламенные всполохи и ледовые всплески пытались прорвать завесу тишины.  — Давай съебёмся подальше отсюда? — Даби не хочет наблюдать за этим цирком. Тоже мне, родители, раньше не беспокоились, а после спуска на нижние этажи распереживались.  — Нет, — Юу наблюдает за этим с интересом. Самое главное, ещё одна часть уговора была выполнена, не её руками конечно, но тоже в плюс Ведьме. — Не забывай, что мой основной контракт с Высшим, а не с тобой и мне нужно знать, будет ли вычеркнута строчка из сделки или нет.  — Хочешь, собью защиту и ты прямо спросишь его?  — Да ты сейчас и летать не сможешь, — Такеяма не шутит, его видок оставляет желать лучшего и желательно демону не перенапрягаться. Старатель снимает заглушку, под его ногами пол плавится и это «ой-ой-ёй» ситуация. Огромный круг перемещения забирает всю четвёрку из подвала в особняк Высшего демона, трое младших детей демонов расселись по местам, ожидая рассказа, на кой хер их вызвал Высший. Отец ходит по кругу и громко возвещает.  — Объясню всем и сразу, чтобы не было недомолвок. Ведьма под защитой — нечестивая невеста, — Даби морщится, Старатель не отпустил идею вести демонический род с экспериментами. Теперь в семье будущее потомство будет под довольно сильным сомнением. Сильный маг или экспериментальный демон? Юу улыбается ему, она его предупреждала об этом. Огонёк чувствует, что попался он крепко. Последний кусочек сердца самолично отдал, когда она так пыталась помочь ему не сдохнуть после вызова двух Высших. «Идиот, блядь, дебил и, совершенно точно, конченный придурок!» Потому что сам себя продал в конце концов. — Как и полагается, ритуал бракосочетания будет произведён при всей семье.       Поздно сбегать, поздно прятаться и отнекиваться. Отдав ей сердце, Даби далеко от неё не уйдёт. Контракт не позволит, да и волноваться за неё будет. Ведьма хоть и сильна, но наивна, ведь даже в мелких демонятах она не сразу распознала угрозу. Приходится признать, что Такеяма осознавала всю серьёзность ситуации и отступать не собиралась. И по старой традиции рода он делится с новоявленной невестой частью своей жизни. Клянётся оберегать до самого конца…  — … и Смерть обманув, мы воссоединимся, когда бы это не произошло…       И в следующей жизни они будут вместе… И девушка навсегда запомнит и признает настолько родное синее пламя.