Клуб самоубийц

      Никто не знает, что довело Кайла Брофловски до такой жизни. По большому счету он и сам не знал. Возможно это началось еще в детстве. Может быть бесконечное давление властной матери по поводу его образования и дальнейшей жизни, бесхребетный отец, идущий у нее на поводу, или супер-лучший друг, бессознательно тыкающий своими успехами в спорте и личной жизни, пока сам Брофловски без конца карпел над учебниками, забросив даже баскетбол. Или, может быть, внезапное исчезновение чего-то очень важного из его жизни. К восемнадцати годам Кайл, наконец, понял, что именно придавало его жизни и его идеалам хоть какой-то смысл. Точнее ни что, а кто — Эрик Теодор Картман. Лишь тогда он понял, что без ежедневных перепалок и нескончаемых споров, его жизнь лишь скучная рутина, которая начиналась и заканчивалась учебой. Вечные приключения в один миг закончились, главным зачинщиком которых, как оказалось, был либо Картман, либо его вспыльчивая мать, по вине все того же Картмана. Кайл не понимал, как он мог так просто все бросить и уехать… Школу, мать, друзей… Но еще больше он не понимал, по какой именно причине Эрик все бросил. В один прекрасный день его необъятная жирная тушка просто исчезла. Больше не было ни его гнусных шуточек про евреев, ни его вечного: «Кайл, дай списать!», ни его массивных рук, которые жадно хватали и поедали все, что плохо лежало… Ни его широких плеч, за которыми вечно прятался Баттерс, когда на него в очередной раз кто-нибудь наезжал, ни его хитрых карих глаз, которые вечно смотрели куда угодно, только не на Кайла… Лишь в те редкие разы, когда ему удавалось по настоящему вывести рыжего из себя, он смотрел прямо ему в глаза и мерзко улыбался. Эта гадкая улыбка еще долго снилась Кайлу в кошмарах и не только… Его улыбка… Его улыбкой можно было вскрыть вены на запястьях…       После полугода внутренних переживай, с которыми Брофловски так и не решился ни с кем поделиться, он по нелепой случайности связался с бандой местного хулигана Крейга Такера и подсел на травку. После выпускного класса травку сменили вещества посерьезнее. Некоторое время мать, брат и Стен пытались привести его в чувство, но все попытки оказались тщетными, и Шейла была вынуждена отправить сына в Денверскую наркологическую клинику. Но после непродолжительного курса лечения, — как вы уже поняли, — Кайл Брофловски так и не вернулся домой. Ну а дальше все пошло по накатанной. Просранный колледж, просранные друзья, просранное здоровье и, в конечном счете — просранная жизнь. С горем пополам отказавшись от увеселительных веществ, Кайл больше не видел смысла жить. И его состояние медленно но верно перетекло в клиническую депрессию.       В один из очередных бесполезных вечеров, Кайл решил пролистать новостную ленту, чтобы потом выключить компьютер, в последний раз осушить бутылку дешевого виски, залечь в теплую пенную ванну… И вскрыть себе вены. Не понятно зачем ему вообще нужны были новости перед смертью. Но их изучение, в конечном счете, привело Брофловски в Лондон, где вот уже который год происходили странные несчастные случаи, причину которых никому не удавалось выяснить. Но Кайл всегда отличался исключительным логическим мышлением и завидным упорством в достижении своих целей. Поэтому ему не составило почти никакого труда разузнать у местных забулдыг, что причиной этих смертей оказалось весьма загадочное заведение, именуемое в простонародье как «Клуб самоубийц», хозяином которого оказался до боли знакомый персонаж.       Прошлое отражается в нашем сознании сразу двумя зеркалами: одно яркое, в нем видно то, что мы когда-то сказали или сделали, другое темное, заполненное невысказанным и не сделанным. Только тогда Кайл понял, что с самого начала, — может быть именно в тот вечер, — он должен был найти слова, чтобы сказать ему главное…

***

… — Итак, господа, старые и новые. Мистер Брофловски… — едва уловимый взгляд карих глаз в зеленые. — Да начнется игра! Эрик с большим трудом вернул себе невозмутимый вид и принялся методично раздавать игрокам карты. Параллельно поясняя всем присутствующим некоторые нюансы: — Уважаемые игроки, убедительная просьба, не вскрывать свои роли до окончания раздачи. Тем счастливчикам, кому повезет вытянуть Джокеров, так же необходимо знать, что все средства для исполнения уготованных им ролей, будут выделены нашей организацией. Первый участник сможет выбрать тип смерти, который придется ему по душе, а второй… — тут очередь дошла до Кайла Брофловски, возле которого Эрик задержался чуть дольше положенного, — …Сможет выбрать способ воплощения этого желания. Закончив первую раздачу, Эрик Картман снова занял свое место во главе стола и, в последний раз окинув многозначительным взглядом всех присутствующих, объявил: — Господа, прошу вскрыть карты! В это же мгновенье по залу прокатилось негромкое шуршание, вслед за которым последовала какофония звуков из самых разных реакций. Кто-то облегченно выдохнул, кто-то забурчал какие-то проклятия себе под нос, кто-то пытался рассмотреть карты остальных игроков. Эрик же терпеливо ждал, когда страсти улягутся, с интересом наблюдая за реакцией рыжего гостя. Кайл Брофловски почти не изменился в лице, лишь едва заметно ухмыльнулся, положил карту рубашкой вниз и взял в руки стакан с виски. — Для начала, я прошу встать того игрока, который вытянул карту с черным Джокером, — ровным голосом озвучил Картман, не особо рассчитывая на везение. Все мужчины мгновенно затихли, нервно озираясь друг на друга. После недолгой паузы, когда все уже было решили, что его никто не вытянул, один из стульев все же скрипнул, и первый «счастливчик» медленно поднялся на ноги. Сегодня это оказался пожилой мужчина, которого Картман очень хорошо знал.       Роберт Доусон — статный и благородный господин в летах, который долгое время посещал эту игру в надежде на долгожданную смерть. Около пяти лет назад, лишившись в пожаре сына и жены, он утратил интерес к жизни. Так и не дождавшись наследников, и потеряв последнюю надежду на их появление, он продал свой прибыльный бизнес старому другу, имущество отписал самым дальним родственникам, и отправился скитаться по миру, в попытке найти последнее пристанище истерзанной одинокой душе. Спустя три года, так и не найдя покоя, мистер Доусон вернулся домой. Но по приезду быстро выяснил, что старый друг полностью разорил его бизнес, распродав по частям из-за пристрастия к азартным играм. После чего, так и не сумев расплатиться по счетам с местными мафиози, которым задолжал, был убит прямо у себя дома. В тот самый момент он окончательно решил, что жить ему на этом свете без какой-либо цели больше незачем. И сняв на последние деньги не самое лучшее жилье в Лондоне, начал думать над способом ухода из жизни, пока случайно не наткнулся в одном из баров на неуловимого хозяина «Клуба самоубийц». — Мистер Доусон! — восторженно вскрикнул Эрик. — Довольно неожиданно. Что ж, видимо Ваше время еще не пришло. Но не отчаивайтесь, мой друг! Роль палача тоже имеет свои преимущества. Ведь только забрав чью-то жизнь, мы по настоящему осознаем ее ценность. Итак… — тут Картам стер слащавую улыбку со своего лица и громогласно объявил. — Теперь прошу подняться того игрока, который вытянул красного Джокера. К такому исходу хозяин вечера явно не был готов. Потому что следующим из-за стола встал никто иной как Кайл Брофловски. Его зеленые глаза не выражали совершенно никаких эмоций, лишь слабый отблеск от выпитого виски. Кайл вальяжно осушил остатки бокала, едва заметно кивнул всем присутствующим и молча уперся взглядом прямо в Эрика. — Мистер Б-Брофловски, — ошарашенный столь скорым завершением игры, начал Картман. — А вы, однако, та еще темная лошадка. Что ж, я… Мне… В общем, примите мои поздравления. — под пристальным взором зеленых глаз, Эрик совсем стушевался. — Господа. Мистер Картман… — тут же перехватил инициативу Кайл. — Я счастлив быть здесь, чтобы найти, наконец, долгожданный конец своей бессмысленной жизни. — его голос не выражал, ни страха, ни волнения, ни даже смятения. Он не выражал ровным счетом ничего. — Но у меня будет одна просьба к мистеру… — тут мутный взгляд Кайла резко переключился с Картмана на пожилого джентльмена, который встал первым. — Доусону. Роберту Доусону, сэр. — подал голос черный Джокер. — Да, спасибо. — благодарно кивнув, продолжил Кайл. — У меня есть к Вам большая просьба, мистер Доусон. Если это в Ваших силах, и, конечно же, в Вашей власти, — его взгляд тут же вернулся к Эрику, а в затуманенных глазах мелькнул едва уловимый интерес. — Мистер Картман. Я прошу ровно сутки отсрочки. Картман, быстро сбросив наваждение, и вновь сконцентрировав свое внимание на происходящем, ответил так же нарочито безэмоционально: — Конечно, мистер Брофловски, конечно. А теперь, господа игроки, прошу всех покинуть зал. Всех, кроме палача и его мишени. — тут Картман и сам грузно поднялся из-за стола. — Игра окончена.