Клуб самоубийц

      После непродолжительной толкотни у выхода из главного зала, все гости вновь переместились в просторное фойе, чтобы отойти от пережитого стресса и обсудить новых «победителей» сегодняшней игры. Мужчины быстро вошли в зал, попутно хватаясь за то, что каждому из них было нужно в данный момент — виски, сигареты или еду. Бурные обсуждения начались бы еще не скоро. Все лишь молча думали каждый о своем. Кто-то ликовал, что ему повезло не вытянуть роль мишени или того хуже — палача. Кто-то ощутил внезапный прилив гнева от того, что ему снова не повезло. Ну а кто-то просто меланхолично наблюдал за другими игроками, лениво прокручивая в голове фантазии своей собственной будущей смерти. Но всех их объединяло одно общее чувство, которое стабильно появлялось из раза в раз после каждой игры — это любопытство. Какой способ смерти выберет мишень? Справится ли со своей нелегкой задачей палач? И как скоро они сами окажутся на их месте? Но не успели гости как следует обмозговать все, что произошло, как в зал ворвался Роберт Доусон. Он явно был не в себе. Бледный, как бумага, мужчина быстро просеменил вдоль узкого коридора и молча выхватил бокал с виски у первого, на кого наткнулся — смятенного, но почему-то совсем не удивленного, мистера Дориана Грея, — осушил его одним большим глотком и, не дожидаясь лишних вопросов, чуть ли не бегом покинул клуб. После его скоропалительного ухода, всеобщий мандраж быстро сошел на нет, и началось бурное обсуждение. Каждый из мужчин выдвинул свою версию, что же такого мог загадать красный Джокер, от чего черный Джокер остался под таким впечатлением. — Этот новенький явно не простак, — выдвинул свою версию Кертис Донован, один из завсегдатаев клуба. — Может выбрал поножовщину? — Да ну бростье, сэр. — вмешался в разговор еще один игрок. — Он конечно выглядит как тот, кому нечего терять, но сомневаюсь, что у него хватило бы духу на подобное. — Максимум пистолет, джентльмены. — очередная версия была озвучена Нейтаном Йангом — молодым несостоявшимся фокусником. — Я бы выбрал пистолет. Быстро и эффектно. И далее по накатанной. Версии выдвигались одна за другой, от самых невероятных, до откровенно абсурдных. Но узнать ответы на свои многочисленные вопросы постоянным игрокам клуба суждено не было. После той ночи Роберт Доусон больше не вернулся.

***

      Захлопнув железную дверь, Эрик вернулся за стол, взглядом указав на два стула рядом с собой. Мистер Доусон и мистер Брофловски молча уселись на указанные места. — Итак… — небольшая драматическая пауза немного затянулась, но Эрик быстро вернул себе потерянное самообладание. — Роберт Доусон и Кайл Брофловски. Сегодня вы стали теми счастливчиками, судьба которых решиться в ближайшие сутки. Обычно, мистер Брофловски, — тут он снова уперся взглядом в Кайла, — По правилам нашего заведения, мы даем палачу и мишени ровно сутки на исполнение своих ролей, но раз уж я так опрометчиво отозвался на Вашу просьбу, то назад пути уже нет. Правда ведь? — он коротко усмехнулся не то своим словам, не то сложившейся ситуации. — Мистер Картман… — начал было Роберт, но Эрик быстро остановил его властным движением руки. — Мистер Доусон, я еще не закончил. Эрик на мгновение замолчал, и убедившись, что брать слово без разрешения больше никто не собирается, продолжил: — Мистер Брофловски изъявил желание об отсрочке. Но я, и сразу прошу меня простить за это, согласился, не учтя Вашего мнения. И все же, я хотел бы знать, как Вы смотрите на это, мистер Доусон? — тут он сделал быстрое движение той же рукой, давая понять, что теперь собеседник может высказаться. — Мистер, кхм, Картман. — Роберт немного стушевался под пристальным взглядом хозяина заведения, но быстро собравшись, продолжил. — Как Вы знаете, я искал роль мишени, а не палача, и мне бы очень не хотелось воплощать ее в жизнь. Но! — тут он тоже сделал многозначительную паузу. — Как человек слова, я не могу отказать этому молодому человеку в его желании, так как прекрасно его понимаю. Поэтому согласен на предложенные условия. — Что ж… — еле слышно протянул Эрик, явно что-то обдумывая. — Я довольно давно слежу за Вами, мистер Доусон… — Прошу, Вас, сэр. Просто Роберт, — тут же отозвался мужчина, опять сбивая Эрика с мысли. — Роберт, — немного раздраженно продолжен шатен. — Я симпатизирую Вам, как одному из немногих достойных здесь людей и сочувствую Вашей утрате. А посему, — тут хозяин клуба поднялся из-за стола, желая показать всю серьезность своих слов, — Я возьму роль палача на себя. Поймав ошарашенные взгляды обоих игроков, Картман решил не медлить и сразу продолжил: — Это мое последнее слово, мистер Доусон. Вы можете быть свободны. Теперь мы квиты. Дальше я хотел бы обсудить все детали с мистером Брофловски тет-а-тет. А Вы, — тут Эрик снова сфокусировал взгляд на несостоявшемся палаче, придав ему свой фирменный грозный вид, — Роберт. В благодарность за мою доброту, и дабы сразу пресечь подобные прецеденты, никому об этом не расскажите. Последствия Вашей болтливости, я думаю, озвучивать будет лишним. Я прав? Доусон только и смог, что нервно сглотнуть ком, застрявший в горле, и энергично закивать. Не проронив больше ни слова, Эрик открыл для него железную дверь, выпуская в фойе к остальным, после чего вернулся за стол. Он молча налил виски сначала себе, затем Кайлу. Грузно уселся напротив. И их глаза снова встретились… Его карие и его зеленые. Как тогда в школе, когда они в сотый раз ругались из-за какой-то ерунды, будучи еще совсем детьми… Как тогда, когда они в миллионный раз ругались, но уже по совсем другим причинам, о которых не знал второй. Как тогда, когда их жизни еще не были разрушены, а на их плечах не лежали тяжелым грузом скорбь, вина, зависимость и Бог знает, что еще. Как раньше… — Боже мой, Брофловски, неужели это и вправду ты? — Ебаная жизнь… — Ебаная жизнь…