Так должно быть (?)

Антон видит своих друзей в дальнем углу школьного холла. Там и Дима, и Окси, и Серёжа - тот единственный, что из всех друзей не проронил ни слова, никак не прокомментировал ситуацию, о которой узнал из общей переписки. Как бы Шастун не убеждал себя в том, что все нормально, возможности позвонить просто не было, обида сохранилась где-то там, в глубине души… Шаст осторожно прошёл в сторону ребят. Оксана и Дима заметили его ещё до этого, и Антон, приставив указательный палец к губам, как бы показывая друзьям, чтоб они молчали, подкрался к Серёже. Встав сзади парня, он протянул руки к его глазам, накрывая их. Матвиенко вздрогнул и, отлепив чужие ладони от лица, повернулся назад. — Антоха! — он крепко обнял своего друга, а тот, будучи немного ошарашенным, не сразу спохватился ответить на такой неожиданно добрый жест. Серёжа ещё пару секунд обнимал Шаста, но позже резко вырвался из его мертвой хватки. — Господи… — отдышавшись, сказал парень. — Так и до инфаркта довести можно, ты знал?! — Как «так»? — включил дурачка Шастун. Хотя, в этой ситуации сложно понять, о чем именно говорит Серёжа. О вчерашнем каминг-ауте, который привёл в шок всех друзей, или об этом «сюрпризе», который Антон решил преподнести вместо обычного «Привет». — Ой, Шаст, ты знаешь, о чем я… — на самом деле, нет. Но, в целом, по такому недовольному тону Матвиенко можно понять, о чем… — А ты… не злишься? — закусив губу, спросил Шастун. Реакция парня совсем неоднозначная. Вроде он спокойно встретил друга, обнял, но при этом не говорил с ним вчера, когда поддержка была действительно нужна. А ведь поддержка заключалась только в самом звонке. — Нет, — Антон облегченно выдохнул, но увидев, как Серёжа открыл рот и собирается что-то сказать, вновь слегка поднапрягся. — Я скорее… Не ожидал и… Удивился. Короче, нет, не злюсь, конечно… — Косичка искренне улыбнулся, отчего на душе Антона стало невероятно тепло. — Ну и слава Богу… — измученно помотал головой светловолосый. — Я, признаться, переживал… — А мы как переживали! — ворвалась в диалог Оксана. — Правда, Шаст… — Фролова действительно переживала за Антона не меньше, чем сам Антон. Она знает его уже 4 года, в добавок к этому парень ещё и постоянно открывается подруге, рассказывая обо всех переживаниях, жизненных проблемах и неопределённостях. Просит советы, помощь и не считает это странным абсолютно. Знает, что Окси всегда поддержит и даст направление на нужный путь. А уже как поступать — решать тебе. — Поддерживаю! — подняв палец кверху, согласился с подругой Дима. — Мы очень волновались за тебя… — Я верю, ребят. Более того, я знаю… — теплая улыбка растянулась на его лице, и ребята также усмехнулись, сталкиваясь взглядами. — Ой, идите сюда все, — сказала Оксана, разводя руками, и несколько раз двинула ладонями внутрь воображаемого круга, как бы зовёт этим жестом ребят для объятия. Друзья быстро приблизились друг к другу, создавая тот самый круг. Спустя пару секунд прозвенел звонок, и ребята, совсем позабывшие о времени — даже чересчур пунктуальные Оксана и Дима, — бегом направились в сторону кабинета русского.

***

Сегодня какой-то день неожиданностей. Антон, впервые за долгое время, решил поесть в столовой. Обычно он берет там только булочку, а в этот раз решил взять полноценный обед. Ну как — полноценный… Для него полноценный, а на деле — рис со шницелем. Но и этого такому худому парню вполне достаточно. Причём питаться он может абсолютно спокойно, ведь является бесплатником из-за семейного положения — у него нет отца. Он погиб еще до рождения Антона. Ехал ночью по трассе рядом с лесом на скорости 120 километров в час… К нему на дорогу выбежал олень, с которым тот столкнулся. Умер и он, и олень… Но для Шастуна эта тема абсолютно безболезненная. Ведь отца он даже не знал. А видел только заочно, на фотографиях, которые ещё в раннем детстве ему показывала мама. — О, Шаст, ты что, решил впервые за триста лет нормально покушать? — удивился Дима, не удержавшись от очередного сарказма. — Прикинь, Поз! Сам в ахуе! — передразнивал того Антон. Позов лишь легонько подпер его локтем и сразу принялся за макароны. — Приятного аппетита, ребята! — мимо столика друзей прошёл Арсений с тарелкой в руках, который обычно ходит в столовую в другое время, но в этот раз, по какой-то причине, пришёл пораньше. Проголодался, видимо, — подумал Антон. — И Вам, Арсений Сергеевич! — выкрикнули все, кроме Шастуна. Тот лишь косо посмотрел на учителя, делая вид, что не хочет отвлекаться от еды. — А не хотите с нами сесть? — сказала Оксана, которая явно что-то задумала. Антон поднял ошалевший взгляд на подругу, медленно мотая головой, а Фролова «незаметно» подмигнула ему. Но Попов-то всё видит. Он хитро усмехнулся и ответил: — Почему бы и нет, — и сел прямо напротив любимого ученика, чтобы сохранять зрительный контакт, пусть учитель и знает, что Антон будет стараться максимально избегать его взгляда. Так Шаст и делал. Как бы не старался Попов не спускать с него глаз, тот все время отворачивался, смотрел вверх, в сторону, вниз, да вообще везде. Но это странно. В первое время было наоборот. Антон постоянно пялился на Арсения, высматривал все черты его лица, глаза… А Арсений даже не смотрел на этого парня. Сейчас все по-другому. Но они оба надеятся, что это «все» изменится.

***

В конце учебного дня Арсений, который обещал Шастуну, что сегодня они точно поедут со школы вместе, подошёл к парню, чтоб напомнить об этом и немного поговорить. — Антон, — низкий и серьёзный тон учителя заставил Антона поднять на него зелёные и какие-то наивно-милые глаза. — Во-первых, ты же помнишь, что мы договорились доехать вместе? — юноша нехотя кивнул, вновь опуская взгляд на кроссовки, которые он специально завязывал так медленно, в то время, как Попов все ещё стоял над ним, смотря сверху. — Во-вторых, что это за выступление, Шастун? — а Антон все ещё не обращает внимание на мужчину, не отрывая глаз от обуви. — Антон! — в ответ тишина. Арсений, сделав глубокий вдох и выдох, еле терпя, чтоб не отвесить парню пощечину, сел на скамейку рядом с ним. — На меня посмотри, пожалуйста, — слегка грубо и очень серьезно произнёс Попов. Антон поднял безразличный взгляд на учителя по левую руку от него и, как бы ему ни хотелось, столкнулся с этими океанами, которые сводят его с ума с первой встречи. Они очень близко. Опасно близко. Нет. Нельзя. Потому, что это школа. Потому, что Арсений сказал. — Не игнорируй меня. Отрицать то, что между нами что-то есть — бесполезно… — брови парня мимолетно вскинулись, но он сделал вид, что не придавал этому значения, хотя, конечно же, это не скрыть от Попова. — Но, пожалуйста, не веди себя как ребёнок. Думаешь, мне легко? Ошибаешься… — мужчина устало помотал головой и через пару недолгих размышлений встал с банкетки. — Поэтому, прошу, перестань упрямиться и веди себя, как обычно. — Арс… — Арсений Сергеевич, Антон… — исправил того мужчина. — Похер, никого рядом нет! — всплеснул руками парень. — Я знаю, что тебе нелегко, но пойми, мне тоже. Знаешь, как тяжело скрывать свои чувства? Не поддаваться эмоциям и сидеть тихо-мирно, когда ты смотришь на меня так… Когда ты просто смотришь на меня. — Нет уж, Антош, договаривай, — хитро приподняв уголок губ, сказал Арсений. — Ой, ты сам знаешь, Арс! Короче, я, конечно, постараюсь, но ничего не обещаю… — Попытайся, Антош, пожалуйста… — Попов начал поглаживать плечо парня, и тот немного расслабился, понимая, что чувства мужчины отвечают на его собственные также. Он тоже любит, он тоже хочет чувствовать, ощущать на себе прикосновения и ласку, но… Нельзя. — Ты же ещё не забыл, что я люблю тебя? — тепло улыбнувшись, спросил он. — Нет, Арс, — ответил такой же улыбкой парень. — Никогда не забуду.