Так должно быть (?)

— Остаться?… На ночь? — Да. Просто останься. Мне очень одиноко, — и посмотрел так, что Антон готов был отдать все, лишь бы не видеть Арсения таким грустным. — Блять… Арс, я… Почему ты не думал об этом раньше? — Антон, я уже говорил. Я эгоист. Я струсил. Я правда испугался, что ты причинишь мне вред, если уйдешь, — слёзы одна за одной начали течь по его щекам. — Я не думал о тебе, потому что мысли были заняты другим. Прости меня, умоляю. — Так, Арс, перестань… — парень бережно взял лицо Попова в руки и начал вытирать слезы пальцами. — Не надо. Прошу. — Хорошо, прости… — Не извиняйся. Я останусь, Арс, — в глазах Попова на миг появилась какая-то искра. — Но… ты уверен, что точно хочешь этого? — Да, Тош. Я уверен. И, если ты не против, после этого можем быть чуть посвободнее в общении… Но мы можем не спешить с чем-то более серьёзным! Просто я не против видеться и спокойно контактировать… — он улыбнулся, вытирая почти высохшую полоску от слез с щеки. — Ты же тоже не против? — Арс… — Антон чуть ухмыльнулся. — Нет, не против. — Ура-а-а! — протянул брюнет, снова обнимая Шастуна. — Только один раз! — Хорошо, — смеясь, протянул Антон. — Тогда мне нужно позвонить маме. — Конечно, звони, — на лице учителя нескрываемая радость, увидя которую Шастун покачал головой. Прям как ребёнок, честное слово… — подумал тот. — Мой любимый ребёнок. — Не стыдно тебе врать, Антон? — саркастично сказал Арсений. — У друга он переночует, конечно… — Ну не говорить же, что у тебя! — Мог бы и сказать… — Ну тогда ты бы потом ей все и объяснял! — Да ты что? — улыбнулся старший и начал щекотать бока парня. — Не-е-е-ет! — сквозь смех протянул Антон. — Ну А-а-а-а-арс! Хва-а-а-атит! Я не люблю щеко-о-о-тку! — за секунду он оказался под нависшим Арсением. — Ты зря мне это сказал, Антон… — улыбнулся, остановившись, и Шастун напрягся. — Защекочу до смерти! — выкрикнул прежде, чем начать блуждать острыми ногтями по всему телу юноши. Парень кричал и смеялся, ерзая по всей кровати, и в моменте ударил Попова коленом по животу. Тот упал прямо на младшего, что дышал так часто, прямо в шею Арсению. Учитель медленно поднял голову, косясь на Антона испуганным взглядом. — Прости… — он все ещё смотрит напуганно на Шастуна, который тоже выглядит напрягшимся, но тот громко засмеялся. — Чего смеёшься? — как-то обиженно спросил брюнет. — Ты просто очень смешно сейчас выглядел, — объяснил младший. — Ладно, извини. — Смешно ему… Вставай, принцесса, пойдём чай тёплый выпьем, а то так и не выздоровеешь. — Принцесса? — удивился Антон, приподнимаясь на локтях. — Ну да. Тебе это прозвище не нравится? — улыбнулся старший. — Да мне все равно, просто вспомнил… первое время нашего общения. Ты тогда тоже назвал меня принцессой. — Это было всего один раз. Ты серьезно запомнил? — удивился Арсений. — Ну… д-да, — лучезарно улыбнулся Шастун. Неловкая пауза затянулась, но тот вдруг сказал. — Может пойдём чай пить?

***

— Давай посмотрим что-нибудь, — предложил Попов. — Ну давай. Только не ужасы. — А почему-у? Боишься? — ухмыльнулся Арс. — Даже если. Что в этом такого? — Ничего. Это нормально. Но может все же посмотрим ужасы? — Ну А-а-арс! — хныча, протянул Антон. — О-о-о, мой любимый характер просыпается. Нытик Тоша, — сказал учитель, потрепав младшего по волосам. — Мне тоже оно нравится. Особенно потому, что всегда помогает манипулировать, — парень глупо улыбнулся и уселся на кровати поудобнее, включая телевизор. — Я давно хотел посмотреть «В метре друг от друга». Может сейчас посмотрим? — Это же сопливая мелодрама… — вновь закапризничал тот. — Антош, тебе вообще угодить возможно? — закатил глаза Попов. — Возможно. Ты обычно с этим всегда справляешься, — ухмыльнулся младший. — Ну тогда давай сейчас тоже сделаем то, что я попросил. Я вообще твой учитель, ты должен меня слушать! — Арс включил режим «строгий учитель», который всегда работает. Данный случай - не исключение. — Ну ладно-ладно… Включай. — Вот так бы сразу, — улыбнулся тот и начал вбивать название фильма в поисковике. — Погоди! Мы же даже вкусняшек не купили… — Давай закажем? — Ну не-е-ет, так не прикольно, — помотал головой старший. — В магазин сходить надо! — Ну… ладно, пошли. — Собирайся, — улыбнулся и, встав с кровати, кинул добрый взгляд на парня. — Мы прямо как пара… — еле слышно сказал тот. — Что? — переспросил Шастун, действительно не услышав. — Ничего, Тош! — отозвался Арсений. — Ничего… — А ты куда собрался? В футболке в магазин пойдешь? — удивился Шастун. — А почему бы и нет? — Арс, не будь ребенком, ноябрь на улице! Простудиться хочешь? — не на шутку разозлился парень. — Мы что, ролями поменялись? — усмехнулся Попов. — Как ты сказал, «а почему бы и нет?» Одевайся давай! — Слушаюсь и повинуюсь, господин, — саркастично поклонившись, ответил старший. Он подошёл к шкафу и, взяв первую попавшуюся водолазку, начал снимать домашнюю майку. Младший, застыв, смотрел на оголившийся торс учителя, почти не моргая. — Чего смотришь, бесстыдник? — уши юноши начали гореть и он поспешно отвел взгляд, прерывисто дыша. — Господи, какой ты милый… — улыбаясь, мотал головой он. — Как будто первый раз меня полуголым видишь… — Ну А-а-арс! — злился Антон. — Не говори так! — Всё-всё, прости! — окончательно одевшись, он вышел из комнаты. Следом за ним и Шаст. — Тебе… очень идут водолазки… — застенчиво сказал младший, прикусывавший язык. — Хочешь чтобы я чаще их одевал? — Антон робко кивнул, отводя взгляд. — Значит, на следующий урок приду в этой водолазке. — Девочки сойдут с ума… — с какой-то ревностью в голосе, непонятной для самого Антона, сказал тот. — Почему же только девочки? — ухмыльнулся тот. — Пошли в магазин уже!

***

Придя в магазин, они взяли тележку и пошли сразу в тот отдел, где продаются различные снеки, шоколадки и тому подобное. — Арс, смотри! — как ребенок выкрикнул Шастун, увидев свои любимые с детства конфетки-шипучки. — Давай купим! — Солнце, ты почему такой ребёнок? — сказал Арсений и потрепал младшего по волосам. — Может еще как пятилетка в тележку запрыгнешь? — Ну я не против, — сказал и через секунду оказался в тележке, и Арс даже не понял, как эта двухметровая шпала так легко перепрыгнула через нее. Шаст смотрит так невинно и по-детски, что хочется заобнимать. Он же действительно ребенок. — Так… ну раз сегодня ты решил дурачиться, я присоединюсь, — Арсений улыбнулся и сказал: — Приготовься, — и, разбежавшись и оттолкнувшись ногами об землю, встал на перекладину, располагающуюся между колесиками тележки. — А-а-арс, ты чего-о! — искренне смеялся мальчик. — Взрослый же человек, в конце-то концов! — Антон, я всего на семь лет тебя старше! — оттянув щеку того, сказал Попов. — Да и вообще, не ёрничай! — Бу-бу-бу! — передразнил того парень, высунув язык. Они еще долго смеялись и не заметили, как прикатили тележку уже почти к самому выходу, где на полу был небольшой бугорок для корзин, чтобы они не укатились, и тележка перепрыгнула через нее, а Арс, споткнувшись, упал на Шаста, оставаясь в нескольких сантиметрах от его лица. Он задышал быстрее и начал бегать взглядом по глазам Антона, его щекам, носу… губам… Остановившись на них, он еще несколько секунд смотрел, но позже быстро отстранился, понимая, как это, наверно, было странно. Уши обоих пылали огнем от только что произошедшего. Они были как подростки, которые чуть не поцеловались. В целом, так и есть, но нюанс в том, что один из них - не подросток. — Кхм-кхм, — подал голос младший. — Мы ничего так и не купили… — И чуть не поцеловались… — под нос буркнул Арсений. — Чего? — Ничего, говорю, пойдем купим! — выкрутился старший. — Мы же не просто так сюда пришли, в конце концов. — Ну… пойдем…

***

Вернулись они домой где-то через полчаса с огромным мешком разных сладостей и вкусняшек. — Располагайся, я заварю чай и приду, — сказал Попов и ушел на кухню. Антон начал переодеваться из уличной одежду в домашнюю, которую ему любезно предоставил учитель, как вдруг в комнату зашел Арс. — Ну А-а-арс! — протянул полуголый Шастун. — Я же переодеваюсь! — Ой… — фыркнул Попов. — Чего я там не видел, Господи… — Ну А-а-арс!! — Сколько раз ты уже сказал эту фразу? — Могу еще столько же, — нагло улыбнулся и надел домашнюю футболку, пахнувшую так знакомо и так любимо. — Вот теперь можешь смотреть. — Я всегда могу… — без какого-либо подтекста сказал старший. — Двигайся, я должен куда-то чай поставить. *** Антон лежал на груди Арсения и лил нескончаемые слезы из-за концовки фильма, пока Попов гладил его по мягким волосам и успокаивал, хотя и ему весело не было. Хочется продлить этот момент навечно.