Так должно быть (?)

Обращение!!!

перед чтением главы, пожалуйста, прочитайте комментарий сверху. просто хочу, чтобы все читатели меня понимали) огромное спасибо <333

***

— Антош, ты спать-то не хочешь? — поинтересовался Арсений, зарываясь пальцами в волосы парня, что лежал на его груди и отходил от концовки недавно посмотренного ими фильма. — Уже одиннадцать. — Да ладно, завтра же в школу не надо, — махнул рукой младший. — Может хотя бы ляжем просто? Все равно делать нечего. — Ну… давай… А где мне спать? — немного застенчиво спросил мальчик. — Да со мной поспишь. Тебе же непринципиально? — Н-нет… Непринципиально… — смущенно сказал Шастун. — Ну вот и отлично, — старший потрепал парня по голове и неосознанно чмокнул в лоб, даже не поняв, что он сделал. А вот Антон прекрасно осознал и вспыхнул огнём, округляя глаза. — Держи футболку, штаны не нужны же, да? — Да какие штаны, я даже в майке не сплю обычно, — ляпнул Антон также неосознанно. — Ну хочешь сейчас тоже без неё спи. Я не против, — пожал плечами Попов, убирая майку обратно в шкаф. — Н-нет, дай футболку! — мальчик буквально выхватил одежду из рук мужчины, заставляя его развернуться в свою сторону, из-за чего тот, потеряв равновесие, упал, ударяясь лбом о деревянный край кровати. — Арс! Боже… Прости, Арс! Все нормально?! — Антон сел на пол рядом с учителем, чья бровь кровоточила. — Боже-е-е, как же это глупо… Прости-прости, пожалуйста! — парень начал махать руками, не зная, что делать с этой раной, нужно ли ее вообще останавливать, обрабатывать, или «само как-то…» — Антон… — мальчик суетился, начал искать аптечку, чтобы хоть какую-то помощь оказать. — Антон! — учитель схватил младшего за запястье и потянул на себя. — Успокойся, пожалуйста. Я же не при смерти лежу, просто небольшая царапина. Ну да, может шрам остаться, но это же бровь, а не что похуже, — Попов улыбнулся, глядя на растерянного и явно чувствующего вину парня. — Не переживай ты так. — Точно всё хорошо?… — кивок. — Не злишься? — Солнце, на тебя злиться невозможно. Ты вообще себя видел? Особенно когда провинился и осознаёшь это. Твоё личико такое утю-тю! — А-а-арс! — у парня покраснели уши. — Ну ты что говоришь, какие «утю-тю»? — Ну если правда так, что мне поделать?! Я итак сдерживался почти весь этот месяц, чтобы не высказать все то, что я думаю о тебе. — Например? — заинтересовался парень. — Например, каждый день, когда я просыпался и видел тебя, у меня буквально были мурашки по всему телу. Ты мало того, что спал очень мило, надув щечки, так ещё и с сестрой в обнимку! И сам факт того, что ты, мой ученик, который со временем стал чем-то большим, жил со мной, вызывал непонятные чувства. Я когда границы поставил эти, мол, не взаимодействуем никак, только по надобности, испытывал себя, смогу ли… Не смог, Антош… Не смог. — Так душещипательно, Арсений Сергеевич, — саркастично выразился младший. — Смешно тебе? — неожиданно серьезно сказал Арсений, приняв вертикальное положение на полу. — А мне вот вообще не в кайф было все то время. Хотя сам же и виноват. — Я тоже не особо был рад, знаешь ли. Если быть до конца честным, я даже плакал. И жаловался на тебя Димке и Окси, — парень сморщился и высунул язык в сторону учителя, сложив руки на груди. — Шасту-у-ун, ты, оказывается, на меня ещё и жаловался? — Ну а нехуй было «испытывать себя», Арс! — цокнул Шаст. — Наисыпытвался… — Ой, ладно, Антон, что было - то прошло. Давай ляжем уже. — А рану обработать?… — чуть жалостливо сказал младший. — Аптечка в шкафу в коридоре, правая дверца, — через двадцать секунд Шастун вернулся с небольшим чемоданчиком медикаментов, а Арсений уже сидел на кровати. Антон присел рядом и принялся искать вату и нужное средство. — Голову откинь чуть-чуть, — сказал Шаст, предварительно намочив перекисью водорода ватку и обхватив пальцами подбородок старшего, принялся обрабатывать рану. — Ай! Щ-щ-щ… — шипел Попов, когда перекись попала прямо на рану. — Потерпи, Арсюш… Секунда… Всё! Щас пластырь только наклею… Го-о-отово! — Спасибо, солнце, — улыбнулся Арсений, благодарно целуя ученика в щеку. — Все, теперь ложимся. Они лежат на кровати, повернувшись друг на друга, и просто молча смотрят уже несколько минут. Как вдруг Арсений на полушепоте произносит: — Антош… — М? — Завтра проснемся, позавтракаем, и я тебя отвезу домой. — Я могу и сам дойти… — Нет, Шастун, не можешь. Завтра дождь почти весь день, а у тебя куртки нормальной нет. — А если нас мама увидит? Я же сказал ей, что у Димы останусь. Про тебя вообще ни слова не было в нашем с ней диалоге. — Ничего страшного. Скажешь, что мы просто созвонились, и я тебя предложил подвезти, потому что на улице дождь. — Ну смотри… — Антош, уже час ночи, давай спать, — Арсений взял ладонь ученика в свою и согнул в локте, кладя между их лицами. — Сладких снов, солнце. — Сладких, Арс.

***

Утром Арсений проснулся раньше его ученика, и поначалу будить не хотел, но поняв, что особо задерживаться нельзя, ведь есть еще дела и у него самого, и у Антона, решил все-таки будить. — Антош… — прошептал на ухо. — Ещё пять минут, мам… — сонно промямлил Шастун, на что Арсений улыбнулся. — Тоша-а… — сказал чуть громче, обвивая рукой живот. — Солнце, пора вставать… — он ткнулся холодным кончиком носа в щеку парня и мягко поцеловал в уголок губ. Это было так мягко и нежно, как поцелуй принца из Диснеевских сказок — причем во всех смыслах, ведь это помогло Шастуну пробудиться от «многолетнего» сна, прям как Спящей красавице. — Арс?… — Антон не понял, что помогло ему проснуться, но первым делом он увидел слишком сильно приближенное лицо учителя. — Доброе утро. — Доброе, котёнок. — Извините? — младший выгнул бровь, удивлённо смотря на старшего. — А что такое? Тебя смущает это прозвище? — он все еще слишком близко, чувство, будто через секунду его губы накроют антоновские. — Ну… нет? — неуверенно сказал Шаст. — Ладно, проехали. Который час? — Пол одиннадцатого, Тош. Вставай, нам ещё нужно позавтракать, — сказал мужчина и встал с кровати, но чужая рука неожиданно резко притянула его обратно, и тот упал рядом с парнем. — Давай ещё полежим, пожалуйста… — жалостливо произнёс Антон. — Я спать хочу. — Ну спи, а я пока делом займусь, — Попов снова предпринял попытку покинуть спальню, но рука парня, на удивление, так сильно обхватывала его запястье, что не получилось. — Без тебя неинтересно, — Шаст притянул учителя к себе так, что тот упал прямо на него, а руки поставил по бокам от ученика. Шастун потянул руки учителя себе за голову, а свои положил на его спину. Арсений невольно улыбнулся, подавляя в себе желание поцеловать также, как когда будил парня. — Так-то лучше, — сказал Антон, и Арсений потрепал его волосы, мягко целуя в лоб. Арсению было так хорошо, что даже он заснул на какое-то время, пусть и ничтожное. Проснувшись уже окончательно, они оба позавтракали и отправились к Антону домой. И как бы долго Шастун ни сопротивлялся тому, чтобы его отвёз Арсений — всё без толку. Это же Арсений. — Я надеюсь, мама не увидит твою машину, — вдруг, прерывая тишину, сказал младший. — Насколько я помню, она знает, какая она у тебя. — Я постараюсь встать где-то в незаметном месте, — Попов улыбнулся и положил руку на плечо парня. — Да даже если и заметит, я же говорил тебе, я скажу ей, что просто увидел тебя на улице и предложил подвезти. Твоя мама, вроде, ко мне хорошо относится, так что не о чем волноваться. — Ну ладно… — Ну вот мы, собственно, уже и доехали, — старший пожал плечами, сконцентрировавшись на поиске места для парковки. Через пару минут, остановившись в месте где-то под окнами, они оба вышли из машины. — Спасибо большое, Арс, — скромно улыбнувшись, Антон подошёл чуть ближе к мужчине и протянул руки вперёд, желая обнять. Арсений долго думать не стал и ответил на жест, обвивая тонкую талию мальчика руками. Отстранившись, они посмотрели друг другу в глаза, оба ожидая чего-то. Попов начал медленно приближаться к ученику, но вдруг остановился, наблюдая за его реакцией, и увидев лишь закрытые веки и слегка вытянутую шею, продолжил и слегка коснулся мальчишеских губ своими. На этом он подумал остановиться, но парень, который, видимо, ждал большего, решил взять все в свои руки и, обхватив шею старшего, притянул его к себе, жадно целуя. Его зубы поочередно кусали губы Арсения, оттягивая их, а тот будто подчинился, разрешил младшему им овладеть. Через какое-то время Антон остановился, не спеша убирая руки с лица Арса. — Я скучал, — коротко, но так чувственно. — Я тоже скучал, Арс. — Мам, я дома, — весело сказал Антон, закрыв за собой дверь. — Отлично! Как с Арсением Сергеевичем время провёл? — Очень классно! Мы поболтали, вкусняшек поели, фильм посмо-… — Антон остановил свой поток речи и медленно поднял голову на маму. Та смотрела на него недовольно, скрестив руки на груди. — Откуда ты знаешь? — Я видела вас. — Где? Когда? — сердце бешено колотится от осознания. — Вот буквально две минутки назад, — мальчик почти уже потерял сознание. — Ну и каково это - целоваться с учителем?