Крылья для змеи

глаза вяло открылись, вслед за этим последовал сладкий зевок. после столь насыщенного дня Лука с облегчением завалился в кровать и даже вывих не смог помешать уснуть. как же давно он так не высыпался? казалось, целую вечность. плавно разглядывая знакомый интерьер, юноша вспоминал события минувшего дня. и вот, следом за умиротворением после отдыха, его посетил стыд. теперь, на ясную голову, фраза «если захочешь приватный концерт, то я знаю одного неплохого гитариста, который не прочь устроить» казалась апогеем кринжа. парень убрал подушку из-под головы и, подкинув вверх, поймал её лицом. повалявшись так ещё некоторое время, Куффен вспомнил, что есть дела и поважнее. меньше чем через неделю стартует фестиваль в честь Дня Музыки. пожалуй, единственного праздника, которого он по-настоящему ждал. уже как второй год "Банда Котят" устроит выступление на палубе их корабля, а значит, пора начинать репетировать по серьёзному. с энтузиазмом Лука начал подниматься с кровати, как ноющая боль ударила в левое плечо. «дерьмо». он конечно был рад, что досталось не руке, которой перебирает струны, но всё же, зажимать аккорды он не сможет ещё пару дней минимум. закатив глаза, парень вернулся обратно в постель. спустя 4 дня никто так и не решился посетить "концерт" местной рок-звезды. «неудивительно, после такого приглашения», подумал про себя Куффен. гитара теперь уверенно лежала в его руках, репетировал он с перерывами, незачем рисковать лишний раз. нужно поберечь силы до фестиваля, а там уже, хоть в больницу с переломом обеих конечностей. нахлынули воспоминания из детства. в то время у юноши не было никакого таланта, не хватало усидчивости, казалось, что именно ему запомнить труднее всех, а некоторые вещи казались и вовсе невозможными. наблюдавшая за этим Анарка решила, что пришло время показать ребёнку каков настоящий рок-н-ролл /p.s. читать голосом Монти/. она потащила его по улицам, которые были усеяны музыкантами от мало до великого. настоящие профессионалы, известные группы, начинающие банды и просто любители. они были на каждом шагу, в каждом проёме, везде, где могло уместиться человеческое тело на пару с инструментом. спонтанные флэш-мобы, яркие огни, запах уличной еды, музыка на любой вкус, смех и радостные восклики. глаза мальчика сверкали, пытаясь уловить каждую деталь, а с лица не сходила улыбка. казалось, словно он попал в сказку, созданную мелодией, где все люди общаются на языке звуков. чувства окружающих людей казались настолько искренними и живыми, что руки парня сами неосознанно стали перебирать струны наигрывая мелодию его души. — Слишком много думаешь, — послышался голос матери, который прозвучал словно диагноз, — музыка должна идти в первую очередь отсюда, — и ткнула указательным пальцем в грудь, в самое сердце. тот лишь расплылся в улыбке ещё шире и продолжил пропитываться этим празднеством жизни. на этот раз придёт почти весь класс Джулеки, в том числе Маринетт… сегодня вечером она также зайдёт на репетицию. как и Кагами… хоть они и обменялись контактами, ни одного сообщения от японки он так и не получил. да и самому как-то не особо хотелось писать… поэтому вот так, обмениваясь взглядами, они и общались. также, его мама, как и каждый год пригласила старых друзей и знакомых. в этот раз придёт даже он… Луке всё ещё было с ним неловко. отец периодически навещал его, писал, интересуясь как дела и пару раз даже проводил бесплатно на свои концерты. но всё же… юноша не мог себя просто заставить принять его, слишком много времени прошло. чересчур дурацкой была его причина бросить родного сына. не то чтобы Лука не видел в ней смысла, скорее он не мог понять, как на это могло хватить человечности. не ему судить, но и строить вид что всё замечательно он не собирался. отогнав от себя мрачные мысли, парень вернулся к инструменту.

***

вечером в поместье семьи Цуруги. в своей комнате единственную дочь наряжали горничные к предстоящему событию. кроваво-красное платье, чёрные туфли со средним каблуком конусом, тонкая серебряная цепь с небольшим чёрным камушком и браслет-цепочка из разноцветных металлов. лёгкий макияж состоящий из подводки, туши и бордовой помады холодного оттенка. юная леди ненавидела так одеваться, но когда Томоэ тащила её на светские мероприятия, выбора не представлялось. увидев итоговый результат перед зеркалом, она лишь тяжело вздохнула. интересно, как там её друзья, небось придут в чём попало, устроят танцы и затеят дурацкие игры. кто-то даже напьётся и будут орать (пытаясь подпевать) "Банде Котят". сердце сжалось от досады. чем больше общалась со своими новыми друзьями, тем сложнее ей было принимать, казалось бы, уже привычные для неё ограничения. она никогда не спрашивала чем заслужила всё это, ведь знала, что ответа не было. «ладно, сделаем это». сжав кулачки, девушка повернулась к ждущей у двери матери и направился к выходу. ничего необычного. куча незнакомых людей, даже если Кагами знала их имена. точнее обязана была знать. Одри Буржуа со своим супругом мэром были инициаторами и впервую очередь поприветвовали их. всеобщая "любимица" Хлоя также ошивалась неподалёку. месье Дамокл энергично что-то доказывал Алеку Катальди и кажется девушка заприметила Надью Шамак. в углу Боб рот трепал языком с двумя дамами. "приглашённой" звездой обязывавшейся развлекать всю эту элиту был Джагед Стоун. даже Габриэль Агрест здесь, видимо решил, что нужно периодически вылезать из своего логова. а значит, где-то рядом… заметила она объект своих воздыханий попивающим пунш у стенки. вид у него был не особо радостный, ещё бы, в этом они были похожи. им обоим не нужна была вся эта роскошь и даром, оба они росли теми, кем хотели видеть их родители, а им хотелось лишь быть как остальные. ладно, хоть она и злилась на этого придурка, это по-прежнему выглядело более привлекательным, чем компания "сливок общества". не спеша девушка направилась к нему. заметив леди до того, как та успела поздороваться, Агрест выдал: — О, Кагами, ты тоже здесь, — блондин заметно повеселел, — теперь всё выглядит чуть менее скучным. та лишь кивком согласилась. позабыв о старых обидах, пара непринуждённо общалась описывая насколько каждому из них понравился их наряд. далее, жертвами были выбраны гости в странных нарядах. Адриан с Кагами лишь пырскали смехом от удачных аналогий друг друга. та сторчащая вверх причёска, в придачу с длинным разноцветным платьем причисляла даму до семейства павлинов. молодой человек с белой торчащей во все стороны шевелюрой напоминал льва. а этот богатый банкир, с приличным пузом, короткими руками и с носом, уж очень сильно напоминавшим пятачок… вот так, словно и не случалось, они дурачились как и раньше. пока музыка не стала более плавной, приглашая на медленный танец. Агрест отсалютовал поклон, приглашая даму, на что Кагами лишь хихикнула и не задумываясь протянула руку. они медленно кружились в танце, две хрупкие фигуры среди этого моря статуй. вот так, смотря как на правую сторону его лица падает освещение, девушка вспомнила, за что она полюбила Адриана Агреста. он не старался строить из себя кого-то, лишь блуждал в потёмках своей собственной души. оба любили фехтование всем сердцем. им обоим так нравилось нарушать правила, ведь они, чёрт подери, всего лишь подростки. да, они и вправду очень похожи, но сколько бы не пыталась, Цуруги не могла найти ни единого оправдания его побегам. парень определённо их не планировал, но тогда зачем. раздался взрыв, который на несколько секунд перебил всеобщую атмосферу. никакого продолжения не последовало, поэтому всё вернулось на круги своя. в отличие от блондина, он всё также смотрел в окно, а на лице читалась тревожность. Кагами видела это уже не в первый раз. — Прости, Кагами, мне что-то нехорошо, я отойду, — и направился в уборную. «за ним». стоило сделать это намного раньше, но уважать личные границы — это то, чего учат в приличных семьях вроде её. «к чёрту». леди последовала за ним, пробираясь сквозь толпу. дверь закрылась, девушка прислонилась к ней и тихонько приоткрыв, стала осматривать комнату.

***

«и кто чёрт возьми решил, что одеться всем в смокинги отличная идея. не припоминалось чтобы проводился соц опрос среди участников группы, вот она, хвалённая демократия». на нижней палубе корабля стоял Куффен и завязывал свой душный галстук на шею, продолжая причитать в уме. благо, с выступлениями чисто составом группы они на сегодня закончили. за день до всего этого, Адриан с Кагами сообщили что не смогут прийти. родители ведут обоих на какое-то светское мероприятие и Лука даже не сомневался, что на одно и тоже. немного жаль, ведь ничто не забавляло его так, как серьёзная мордашка этой железной леди. а в контрасте с всеобщим весельем, уверен, выглядело бы ещё уморительней. отец тоже не смог прийти, впрочем, это его совсем не удивило, даже рассуждать об этом не хотелось. Маринетт в этом плане отличилась, как и было обещано она пришла со всей семьёй и это немного обрадовало парня. всё же, вечно избегать встречи ему не хотелось. хоть и не состоя в банде, девушка решила нарядиться в костюм горничной дабы соответствовать тону, и он ей чертовски шёл. ни для кого не секрет, что взгляд Луки часто останавливался на ней во время концертов и репетиций. до недавних пор. поэтому сегодня, возобновив эту давнюю традицию, он почувствовал частичное облегчение. как будто ничего и не изменилось. — Тебе идёт, — прозвучал голос "подруги". — Правда? Как висельнику петля, — пробубнел он про себя. Маринетт лишь недовольно нахмурилась в ответ. «ой только не надо, аналогия была чертовски удачной». наконец устав от мучений, парень просто снял его с себя и швырнул на диван. — Фух. — с облегчением выдохнул тот и присел. после, открыл ждущую всё это время бутылку воды и сделал пару глотков. — Слушай, Лука, Нино взяли диджеем на одну площадку, Алья пригласила всех как будет время прийти потрясти жирком. так ты не против… — девушка смотрела на него из-под лба, перебирая пальцы на руках. иногда и у неё удавалось быть милой. кажется, ей всё ещё было сложно звать его куда-либо, даже если они будут не наедине. — Конечно, Мари, — выдал тот ободряющую улыбку и потянулся к лежащей неподалёку гитаре. и вот, небольшой компанией в которую входили Джулека с Роуз они отправились в путь, предварительно решив осмотреться по дороге, столько всего интересного как никак. подростки подходили к киоскам с едой, заказывая разные угощения, несколько раз останавливались у импровизированных сцен, заслушиваясь прекрасными голосами. сестра заметила какую-то тематическую аниме выставку и потащила Роуз с собой, сказав мол, мы позже вас догоним. снова одни, насколько это позволяла ситуация конечно. руки парня потянулись к висящему на плече инструменту и стали наигрывать одну из популярных мелодий. вдруг, в небе вспыхнули огни фейерверков. с их стороны было не особо видно. — Пойдём, посмотрим поближе, — и машинально схватила того за руку. вот, за что он и полюбил её. за эту жизнерадостность и беззаботность, которой ему часто так не хватало. казалось, они дополняли друг друга. она прибавляла ему жизненной энергии, а юноша, в свою очередь, приносил покой этому циклону под именем Маринетт Дюпен-Чен. но… в какой-то момент он понял, что отдавал намного больше, чем получал. утешал (врал) себя тем, что это сложные времена, рано или поздно всё наладится. увы, этому не суждено было случиться. после того, как Мари солгала ему смотря прямо в лицо, точка была поставлена. потом, он узнал небольшой секретик и наконец прозрел. все пазлы сложились до кучи, а самые запутанные узлы развязались. на всё это Лука лишь хмыкнул, смирившись.

***

— Плагг, когти! буквально через несколько секунд после зелёной вспышки из кабинки вылетела тень и с помощью посоха устремилась к небольшому прямоугольному окну. силуэт в чёрном аккуратно открыл его и грациозно выбрался наружу, закрыв обратно за собой. — Кот Нуар… глаза Цуруги застыли, маленькая леди вошла внутрь, не прикрывая двери. медленно подошла к окну и выглянула наружу. вспышки фейерверков. «Адриан — это Кот Нуар». в одно мгновение режущая боль ударила в перепонки девушки. все звуки вокруг стали невыносимо громкими. она прикрыла уши ладонями, а глаза хаотично бегали по комнате. нужно бежать. как можно дальше. туда где тихо. голоса в голове кричали пытаясь достучаться сквозь шум, тело покрылось дрожью, а горло начало сдавливать. девушка пулей вылетела из туалета и, врезаясь по пути в местных "танцоров", направилась к главному выходу. двери за спиной со стуком закрылись. пулей пробегая вдоль коридора, вниз по лестнице, ещё один коридор и вот, наконец, — главный выход. очутившись на улице желаемой тишины там не обнаружилось. «блядский фестиваль». выбрав случайное направление Кагами ринулась меж рядов людей в поисках убежища. пробегая, леди задевала плечами прохожих, а звуки всё накатывали с новой силой, будто бы пытаясь расколоть голову девушки пополам как маленький орешек. глаза слезились и взор стал размываться, Цуруги с трудом видела собственные ноги но продолжала бежать. ступенька вниз. не имея возможности заметить перепад высоты она шагнула вперёд и не почувствовала земли. затем нога наконец коснулась поверхности и каблук согнуло в сторону. маленькая леди полетела вперёд лицом в стоящий рядом кущ, ударившись коленкой о бордюр. Кагами выдала сдавленный вскрик, который больше походил на пролетевшую над головой чайку. руки поцапались ветками, платье успешно превращено в сито. удивляло, как с таким везением ей не проткнули глаз. девушка стала выбираться, дрожащими руками отодвигая ветки и упираясь в рыхлую землю здоровым коленом. сев на злосчастный бордюр, она оглядела себя: разодранная коленка с которой сочилась кровь, инкрустированное ветками и листьями платье и сломанный каблук. «Чёртовы каблуки». судорожно расстегнув и сняв их, туфли полетели прямиком в стоящий на противоположной стороне куст. к ней подошло уже несколько человек, спрашивали, что случилось и предлагали помощь. скорее всего… девушка как и прежде не смогла ничего разобрать, шум вокруг всё также было таким громким. Цуруги поднялась на ноги и, хромая, скрылась в переулок под всеобщие возгласы зевак.

***

Лука неспешно прогуливался с Мари, рассказывая ей истории с прошлогодних фестивалей. девушка внимательно слушала периодически хихикая. когда ей приглядывалась какая-то песня, она подходила к музыкантам и разглядывала их словно товар за витриной. Также они умудрились заглянуть в музыкальный магазин. вывеска гласила: "в честь праздника всё за полцены". наконец прибыв к пункту назначения, парень приостановился. Алья уже заприметила пару и приветственно махала рукой. — Пошли потанцуем, — с азартом завлекала его девушка. — Что-то мне не особо… — Нууу, не будь занудой, — Маринетт ухватила того за кисть и потянула в направлении сцены. так и быть, сегодня можно, сегодня юноша чувствовал себя очень даже неплохо так почему бы… Хнык. в мгновенье ноги парня приросли к земле тем самым одёрнув руку ведущей его Мари. он стал искать глазами источник звука, почему-то тот прозвучал ему до боли знакомым. ничего. ну же, повтори ещё раз. Хнык. голова, а следом и всё туловище резко повернулись направо. взгляд зацепился за мост. чуть ниже. было похоже, что под ним нечто движется, словно кусок силуэта. «Человек?» — Лука, что-то не так? — встревожено спросила темноволосая. — Прости, я должен идти, — отрезал тот. — Подожди, Лука, что слу… больше он не слушал возгласы своей спутницы, все звуки вытеснил один единственный – звук разбитого сердца. перейдя по мосту на противоположную сторону, юноша спустился вниз к каналу. «Это синее каре… Кагами? Но, что она здесь забыла и сквозь какие дебри ей пришлось пробираться? Вся в грязи, платье подранное. Но главный вопрос – почему она блять босая?» девушка не заметила его и продолжила пялиться в воду. парень аккуратно снял гитару и поставил под колонну моста, далее тихо подошёл со спины и коснулся плеча дабы привлечь внимание. следующе, что он увидел, отняло дар речи. вместо обычного спокойного, собранного, иногда строгого, в какие-то моменты грустного выражения лица японки он увидел потерянного плачущего ребёнка. — Громко, — руки девушки вновь потянулись к ушам, — почему вокруг так громко… слова еле выдавливались из неё, захлёбываясь слезами. инстинкты моментально забили в колокол и правая рука потянулась к затылку девушки, нежно пройдясь по волосам и коснувшись прохладной кожи под ними. после, легонько направил опухшее личико в собственное плечо. зеницы Цуруги на несколько секунд расширились, помедлив какое-то время руки, казалось обессиленно, отпрянули от ушей и зарывшись носом в чужую рубашку, обняла парня со всех оставшихся сил. следом, над водой раздался слезливый крик, который наверху заглушится шумом торжества. капли скатывались со щёк и падали вниз, но большинство из них оставались на рубашке Луки, вместе с помадой и тушью. тот лишь медленно поглаживал, шепча – Ч-ш-ш-ш, – в попытках успокоить несчастное дитя. после того как всхлипы поутихли, Куффен всё же решился спросить шёпотом: — Что случилось? — …о кот нуар, — пробубнила та. он поднял лицо девушки на себя, взяв его в ладони. — А теперь нормально. — А-адриан э-это Кот Нуар… вот к-куда он всё вре-ремя пропада-дал, — помедлив секунду, пытаясь отдышаться, она добавила, — а зна-значит его возлюбленная э-это ле-ле… — на глазах вновь заблистала жидкость. — Маринетт, — не дал закончить фразу Лука. — Что… — непонимающе посмотрела на него та. нет смысла скрывать, раз уж смогла узнать личность Агреста, то это только вопрос времени когда тайна Дюпен-Чен станет настолько же очевидной. к тому же, лучше принять все удары за раз. — Леди Баг — это Маринетт, — спокойно продолжил Лука. — Постой… о чём ты? — Кагами подумала, что это очередная неудачная шутка, но сфокусировавшись на лице парня, неверие развеялось по ветру. «он серьёзен…. так значит, так значит». девушка вновь стала хапать ртом воздух, а слёзы ручьём покатились вниз. немедля парень уткнул её лицо обратно, приобняв при этом второй рукой. «твою мать, это уже слишком». она отдавала всю себя боли, цепляясь пальцами за рубашку юноши, словно это спасательный жилет. ноги подкашивались, а мысли в голове то и дело отскакивали как шарик в Crystal Hammer. новая порция косметики вперемешку со слезами стали окрашивать белую рубашку парня. «Сам напросился, Куффен». ещё один, протяжной, выворачивающий на изнанку всё твоё нутро крик, раздался в воздухе. парень наклонил голову вниз, прислоняясь к её и всё также гладил по макушке. вдобавок, мало не синхронно поглаживал постоянно вздымающуюся спину девушки. сейчас в его руках был маленькая фарфоровая кукла которая могла треснуть в любой момент. спустя минут десять самоистязаний: — Эй, Лука, какая у меня мелодия… — голос немного хрипел. парень наклонился на внезапный вопрос и… ТУ-ДУМ. «Разве она всегда была настолько милой?» нет серьёзно, эта размазанная помада на тонких приоткрытых губах, потёкшая дорожками туш, блестящие от слёз щёки, припухшие и покрасневшие глаза, которые уставились на него, словно дети на своих родителей. стоят и спрашивают существует ли Санта, после того как их высмеяли в школе. «Конечно же он существует, глупышка». он ведь уже видел всё это, так почему сейчас это так… красиво. ты про страдание другого человека сейчас говоришь Куффен? «Да блять». нет, за этим определённо было больно наблюдать. но если откинуть контекст… Юпарень сглотнул, кажется, горло начало сушить. затем вспомнил, что ему уже как минуту назад задали вопрос. голубоглазый снял свой пиджак и короновал им девушку. после плавно отстранился, взял в руки стоящую рядом гитару и присел у стенки моста вытянув ноги. затем глянул на Кагами и, похлопав по бетонному покрытию справа от себя, пригласил присесть. Цуруги подошла ближе, немного помедлив, опустилась на колени к парню. следом бросила на него смущённый, но при этом требовательный взгляд. на всеобщее удивление быстро сообразивший Лука поднял гитару над головой будто бы капитулируя. девушка обвила его руками и уткнулась в шею, пряча взгляд. парень лишь растеряно улыбнулся и опустил инструмент ей на колени. — Не тяжело? — Нет… он начал перебирать струны пытаясь настроиться на нужную мелодию, разбитой и потерянной души. и вот, звуки стали складываться в ноты, а ноты в мелодию: поначалу уверенную и спокойную, терпеливую и покладистую, она казалось до блевотного правильной, ничего лишнего, ни единого перепада тональности. но вот, пошли высокие аккорды. ритм начал сбиваться и притворное спокойствие стало покидать. пальцы ускорились перебирая струны всё быстрее, давая волю настоящей мелодии. неуверенной, растерянной, нежной и при этом немного грустной. но такой свежей. "знаешь, я всего лишь маленькая леди" — вот о чём теперь была эта песнь без слов. она расходилась вдоль вод канала подобно туману, заполняя трещины в сердце. хрупкие девичьи руки крепче сжались вокруг тела парня. пару прозрачных дорожек вновь образовались на щеках Кагами, но от тоски не осталось и следа. сейчас лицо её было умиротворённым, словно она отведала самую вкусную сладость в своей жизни. от части это было правдой, ведь Лука всё также приятно пах конфетами.