Консультант ли

Год назад Он бежал. Быстро и громко стучало сердце, выбивая из лёгких воздух. Под промокшими насквозь кедами с хрустом ломались ветви, влажная листва низких кустарников хлестала лицо и руки, шипы царапали оголённую кожу. За ворот рубашки скатилась капля дождя. Аякс не видел и не знал, куда бежит, темнота, сдавливающий мрак ночного леса, рычание существа позади, заставляли шевелить ногами, не оставляли ни мгновения на раздумья. Не то, чтобы он был способен думать: мысли оцепенели, застыли в страхе и двигался, он, казалось, больше на инстинктах. За спиной, правее, раздался рокот, свист твари и треск древесной коры — когти монстра прошлись по дереву. Тяжёлые, прыжки монстра раздавались то сбоку, то чётко за спиной, то будто бы и вовсе — впереди. Изредка среди стволов мелькала зеленоватая, огрубевшая кожа конечностей твари, сливавшаяся с лесной чащей. Пахло гарью, грязью и чем-то неприятно-кислым. Преследователь перемещается быстро, невероятно быстро, быстрее, чем он, Аякс, успевает отслеживать. Листва шуршит слева. Юноша бежит зигзагом, внезапно сворачивая в просвет между деревьями. Глубокое, глухое рычание слышит за спиной. Носком цепляется за корягу, проезжаясь грудью по грязи. Пытается встать — рокот со свистом вылетает из пасти существа, теперь у самого уха и его ладонью между лопаток придавливает обратно к земле. Беспомощно дёргая руками, он чувствует спиною каждый коготок и жжение на плече — что-то горячее, что разъедает кожу. Дыханием обдает шею, когда существо, взревев, внезапно ослабляет хватку. Аякс неловко выворачивается из-под существа. — В сторону, — приказывает шипящий, хриплый голос, а юноша и не смеет ослушаться, отползая к поваленному стволу дерева. Шевелить ногами нет сил. Женщина — его спасительница — в руке сжимает клинок и движется стремительно. Тварь свистит, рычит, пускает зеленоватую, кислотную слюну, и, вдруг, неловко дёрнув верхними конечностями замирает. Нож в руке женщины сверкнул, когда резким движением она вытащила оружие из груди существа. Мшистое, сплошь покрытое рубцами тело рассыпалось, разлилось тёмно-зелёной слизью по траве, смешавшись с грязью. Аякс сглотнул вязкую, неприятную слюну и поднял взгляд на свою спасительницу. Сухие губы и отяжелевший, неповоротливый язык не сразу позволили юноше задать единственный, простой вопрос. — Что, вашу ж мать, здесь происходит?.. Женщина только пожала плечами. *** На сухой полянке его немногословная спасительница развела костёр. Юноша держал руку на раненом, обожжённом плече. — И много таких тварей по свету ходит? — зубы юноши стучали сами по себе: ледяной, сжирающий изнутри страх, не вывести было теплом огня. Хрустнула ветка в лесной чаще — и он развернулся к звуку всем корпусом, вглядываясь в темноту. — Там ничего нет и быть не может, — женщина произнесла ровно, в равнодушной попытке успокоить и, отвечая на вопрос, продолжила, — Таких немного. Кохонты исключение, редкость и ошибка самонадеянных людей. У вас же тут недалеко поселение индейцев?.. Аякс неопределенно мотнул головой, с трудом осознавая связь. Поселение индейцев, кажется, действительно было неподалёку от университетского городка. Несколько раз его товарищам даже прилетало от соседей за шумные вечеринки. — Что значит «таких немного»? — запоздало сообразил юноша, ощущая неясную тревогу, — Есть значит и… — он запнулся, не в силах произнести то, что понял и так. Женщина задержала на нём долгий, оценивающий взгляд. — Даже если есть, тебе не стоит об этом беспокоиться, — наконец произносит она. — Тебе вряд ли повезёт встретить кого-то ещё. Если не будешь искать специально. — А если, — юноша вцепился ногтями в мокрый край джинсовки. Только сейчас он почувствовал, как вымок и замёрз и отчего-то холод ощущался особенно резко, несмотря на разгоревшийся костёр, — если буду?.. Женщина кинула в огонь несколько влажных веток и оставила вопрос без ответа. Костёр противно зашипел. — Я уезжаю из города на рассвете, — только и проговорила она, вороша угли длинной палкой. — Будете искать таких, как это существо? — и этот вопрос Аякса остался без ответа. Он только через несколько месяцев поймёт, что пылкие речи о его желании ввязаться в борьбу с чудовищами, что он успел произнести в следующие часы, не имели смысла. Его спасительница приняла решение ещё тогда — у костра, сообщив ему, наивному мальчишке, о своих планах. Десять месяцев назад — Слева! — он не успевает обернуться на крик наставницы, только валится на землю. Что-то хрустит. Откатывается в сторону. Видит краем глаза силуэт монстра: тёмный, сгорбленный, исхудалый, волочащий длинные конечности по земле. Вендиго замирает будто бы в нерешительности на кого нападать первым и этим замешательством пользуется Аякс, поднимаясь на локтях. В руке сжимая серебряный клинок, он неловко замахивается, рассекая воздух. Целился, вообще-то, в лодыжку. Стремительное движение существа Аякс замечает боковым зрением и слышит тихое, невнятное ругательство от наставницы. — Разожги костёр, — он неосознанно ловит небольшой предмет. Зажигалка. Морщится — и в правду, на уровне его способностей. В небольшую горку хвороста летит таблетка с сухим горючим. Аякс поджигает, раздувая и, когда огонь разгорается до уверенных, насколько возможно стабильных языков пламени, оборачивается к наставнице. Она, в пылу сражения с Вендиго, и вовсе перестала обращать внимание на юношу. — Разжёг, — крик вырывается с хрипотцой, непривычно раздирая горло. Два месяца назад, когда он внезапно сорвался, собрав в спортивную сумку часть вещей, необходимых для путешествия и прыгнул в машину к незнакомой женщине — тогда в последний раз он говорил с людьми нормально. Пришлось как-то объяснять соседям по общаге, что не свихнулся. Наставница же была неразговорчива — отчего без необходимости Аякс предпочитал молчать. Сейчас необходимость как раз была: бой затянулся, а он — замешкался с костром и, кажется, серебряное лезвие в руке женщины едва ли царапало кожу, раззадоривая Вендиго, не вредя. Как будто бы пятна крови монстра на траве — шутка. Вдруг монстр подлетает в воздух мощным прыжком, теряясь в кроне крупного дерева. Крупная ветка летит на землю, с грохотом падая перед ногами Аякса. — Чёрт, — выплёвывает женщина, раздражённо дёргая плечом. И только в этот момент Аякс начинает ощущать опасность: когда на лице наставницы на удивление легко читается недоумение, раздражение и что-то близкое к страху. — Он атакует сверху и наш последний шанс — огонь. Аякс задрал голову, в попытке разглядеть тушу монстра среди листвы деревьев, и тут же отшатывается от ужаса. Он видит только людские тела, искусно подвешенные на крепких ветвях. Закреплённые, кажется, верёвками, о происхождении которых он не хочет даже задумываться, изрядно подпорченные дневным теплом. Жертв отсюда не узнать: пусть Аякс и провёл над полицейскими отчётами добрых шесть часов, поеденные лица погибших не разглядеть в сумраке. В нос тут же ударяет сладковатый запах гнили — будто бы поджидавший подходящего момента. — Запасы на зиму готовит, — в голосе наставницы слышится усмешка. Специфика работы, думается юноше, пусть его самого — мутит и выворачивает наизнанку. Ночную тишину пронзают крики лесных птиц и зверей — со всех сторон, почти что оглушающе. Он замечает, как напрягается челюсть наставницы и как перекатываются мышцы под тонкой тканью её плаща и сам оглядывается. Аякс не глуп: и подобная реакция означает как минимум угрозу. Отчаянно воют волки, надрывно кричат птицы — хоть судя по часам до рассвета ждать ещё прилично — играя интонациями, давя на уши и нервы. От звуков вокруг звенит в ушах, от самых пальцев рук бегут ледяные мурашки и вскоре в голове будто бы не оказывается ничего, кроме вороньего гвалта и загустевшего, цепкого страха. — Огонь, — шепчет женщина настойчиво, сапогом пиная длинную, увесистую палку. Больше указаний и не нужно. Он поджигает ветвь без промедлений и кивнув, обозначает понимание к дальнейшим указаниям: те потерялись в шуме разбушевавшихся зверей, но наставница умело объясняет план жестами. И Аякс исполняет, разламывая особо крупные ветви, поджигая кусты, формирует огненную поляну. Сладковатый смрад трупов смешивается в носу с резким, горьким запахом дыма. Он кашляет, закрывая рот рукой, а птицы кричат — кажется, сильнее прежнего. Дым разъедает горло и нос, глаза — слезятся. Он отбрасывает в сторону палку, что использовал как факел и облокачивается на ствол дерева. Сжимает в пальцах серебряный нож и вслушивается в волчий вой, оглядываясь. Силуэт наставницы скрыт дымом, видны лишь очертания плаща. Кругом — огонь, горят, треща, кусты и ветви, местами поджигается трава, высохшая, опавшая листва съедается пожаром стремительно. Местами загораются мощные стволы деревьев: там, где ближе всего к кустам и где нарос когда-то мох: сейчас уже мёртвый, сгорающий легко и быстро. Огонь жаден: сжирает всё, до чего способен дотянуться. И тогда вдруг по ушам бьёт тишина. Смолкли лесные звери, и ветер не гуляет в кронах: трещит только огонь. Аякс отталкивается спиной от дерева, напрягая глаза в попытке разглядеть хоть что-то. Он поднимает нож на уровень груди, проходя вперёд — к наставнице. Скрытый в дыму силуэт становился отчётливее с каждым шагом. Земля под ногами вспыхнула незнакомым ему символом, чья-то сильная рука оттащила в сторону, схватив за предплечье. «Целься в сердце» — звучит напоминание почти что на ухо. . Вендиго с глухим ударом приземлился на все четыре конечности: вытянутые, вывернутые коленями и — предположительно — локтями под неестественными, неживыми углами. В дыму виднелись лишь очертания: четыре тонких, сухих палки, овал исхудалого, болезненного тела и по-звериному вытянутая голова. Существо ещё не выпрямилось и не атаковало первым, когда Аякс вонзил ему в грудь нож, а его наставница прижгла ранение горящей, крупной веткой. Вендиго взревел и сгинул, рассыпавшись пеплом. Аякс выдохнул, облегчённо. Дым всё ещё разъедал глаза и он чувствовал, что его начинает тошнить. Взглянул на горстку пепла — всё, что осталось от Вендиго — и перевёл взгляд на наставницу, что, сгорбившись собирала останки в стеклянный пузырёк. Юноша не был уверен, все ли охотники занимаются подобным, но количество материалов, которые женщина собирала с монстров поражало. Она лишь однажды позволила зайти Аяксу на склад, что служил убежищем ей и её материалам. — Это лапа дракона? — спросил юноша удивлённо тогда, зайдя в небольшое помещение. Расстановка мебели была настолько тесной, что он едва ли мог расставить руки в стороны. Взгляд первым делом зацепился за громадную когтистую лапу. Позже он решил, что чем-то она похожа на куринную. Очевидно, обработаннаю чем-то; с перьями, один коготь, кажется, размером с его ладонь, лапа висела на одной из стен, возле узенького шкафа с книгами и такого же стола, больше напоминавшего кухонную стойку. — Гриффона, — бросила наставница, даже не оглянувшись и ища что-то на своём столе-стойке. Аякс же осматривал склад: сплошь стойки и стеллажи, заваленные коробочками и стеклянной тарой с жидкостями или чем-то сыпучим. Были и когти, волосы, — быть может, шерсть?.. — перья, чьи-то зубы. На одной из стен висели клинки разных форм, размеров и, очевидно, материала. Он знал: для убийства некоторых чудищ может понадобиться оружие из серебра, для некоторых — даже золота. Лезвие, омытое чьей-то кровью или специфическим ядом со специфическим составом: кровь мертвеца, желчь оборотня или вампирский клык. Большинству материалов он применения найти не мог, с досадой списывая на неопытность. — Возьми железный нож, — женщина сжимала в руках карманную записную книжку, которую, вероятно, и искала. Не дожидаясь действий Аякса, она сама вытащила нож с подставки, протягивая его юноше и пристально смотря в глаза, — Считай подарком. Нож, что он получил в подарок на том складе, Аякс держал сейчас в руке, пытаясь оттереть кровь Вендиго с лезвия. Склянка с останками этого же самого Вендиго, по его мнению, должна была оказаться на одном из стеллажей склада. Полгода назад Наставница была хмурой, подобно тучам, что затянули небо к вечеру и вот-вот собиралась разразиться ливнем — или обернуться полноценной бурей. Кроны лесных деревьев угрожающе раскачивались, изредка, порывами, ветер пытался вырвать из костистых пальцев женщины записи. Аякс листал дневник одного из охотников, — старых знакомых женщины — не стесняясь отпускать комментарии в пустоту. Запоминалось лучше. — Твоя техника страдает, — наконец не выдерживает наставница раздражающей шутки насчёт ведьм, — Возьми нож и, — она махнула неопределенно, не без удовлетворения подметив, что ближайшее подходящее дерево находится в метрах пятидесяти от дороги. — поупражняйся где-нибудь там. Аякс фыркнул, не споря и слезая с капота машины. Захлопнув дневник, бросает на заднее сиденье и берёт один из ножей, удаляясь. Охотнику важно быть подготовленным физически. Не только знать, как долго живут ведьмы. Он ударяет сперва воздух, примеряясь, всё так, как объясняла ему наставница: резко, не церемонясь, от плеча. Спешно перехватывает рукоять как правильно, а не как удобно, заметив, что неверно расположил пальцы. Ударяет по дереву впервые, оставляя зарубку и прикидывает силу. Выставляет нож перед собой, как щит. Удар. Защита. Удар. Злится: «техника страдает». Кажется то, что именно он раздобыл сердце ругару на прошлой неделе, ничего не значит. Защита. Удар. Защита. И он же сжёг кости мстительного духа!.. Пусть ножом размахивать тогда и не пришлось. Удар. Защита. Удар. Краем глаза он замечает, что женщина, кажется, закончила с чтением, приближаясь теперь к нему. Шла неспешно: почти прогулочным шагом, но он заметить не успел, как она оказалась рядом. Он снова ударил дерево. — Тебе есть куда расти, — произнесла наставница, хватая его руку и поправляя съехавшие на рукояти пальцы. — Работай над скоростью. Нож второе главное оружие охотника. — А первое?.. — он напрягся всем телом, чувствуя, что женщина подошла не для поучительной лекции. — Другие тебе скажут, что пули. — Аякс вдруг вспомнил, что ни разу не видел у наставницы пистолет или ружьё, хотя во многих дневниках они и упоминались. — Я отвечу, что мозг. Наставница показала пальцем на голову, будто бы требовалась демонстрация. На нос Аякса упала капля. Пошёл дождь. — Пора ехать. Он едва успел захлопнуть дверь и пристегнуть ремень; кажется, наставница вжала педаль газа в пол как только Аякс сел в машину. — Кто на этот раз? — спросил Аякс буднично, справившись с ремнём безопасности. — Никто, — безэмоционально ответила женщина, следя за дорогой. Аякс тупо уставился на неё, в ожидании, не понимая. — Мы оставили твою машину в соседнем городе, верно?.. — женщина уточнила, на самом деле нуждаясь совсем не в ответе. Аякс кивнул. Она сделала паузу, будто бы собираясь с духом. Или мыслями. — Я думаю, нашим путям пришло время разойтись. — О чём вы? — На мгновение в животе разверзлась чёрная дыра. Аякс уставился на наставницу, в непонимании, неверии. — Я не смогу обучить тебя большему, — она сказала просто, буднично, но Аякс всё равно почувствовал, что слова несколько потешили его самолюбие. — И мне необходимо закончить с личными делами. Она больше не сказала ни слова до конца поездки. Аякс же не пытался ни спорить, ни вытащить из наставницы подробностей: наученный опытом первых месяцев совместной охоты, знал, что бесполезно. Она заговорила, только когда остановилась на той же парковке, где стояла машина Аякса, в двух рядах. — Прежде чем ты уйдёшь, я дам тебе имя. — юноша застыл, поражённо. Кажется, с каждой секундой он всё меньше понимал наставницу, пусть и привык к её особенностям речи, — Мы обходились без настоящих, пусть по глупости ты и ляпнул мне своё. Аякс осознал, что не помнит, обращались ли к нему по имени. — Тебе подойдёт Чайльд Тарталья, — как будто бы стрелой прошибло сердце, а воздух — вышел из лёгких. Имя ощущалось отчего-то родным и правильным, пусть женщина, кажется, и не заметила перемен в состоянии юноши. — Используй его с незнакомцами, которым готов довериться, но не настолько, чтобы по-настоящему впустить в свою жизнь. — Чайльд Тарталья, — пробормотал Аякс, пробуя новое имя на вкус. И с искренней благодарностью, ответил простое — Спасибо. Он замер вдруг, неуверенно: вроде как им полагалось попрощаться. Держа в руках неловко куртку, нож, один из дневников и сумку, он едва ли не топтался на месте, ища подсказки в глазах наставницы. — И что мне делать дальше?.. — спросил Аякс почти шёпотом. — Охотиться, — женщина ответила не раздумывая, — Тогда однажды мы пересечёмся снова. Или вернуться к учёбе. Аякс кивнул рассеянно, точно зная, что в университет он заедет только чтобы забрать документы. — И если ты продолжишь охотиться, запомни моё имя. — она хлопнула дверью машины, — Скирк. «Скирк».