После падения

      Мива упорхнула принимать ванну, Виноченцо всё-таки налил Мисе белого вина, напоминая, что после одного бокала она быстрее заснёт. — Мне нравится то, что Ми-чан всё ещё остаётся доброй девочкой, несмотря на причастность к мафии, — сказала Миса.       Винченцо согласился с ней, однако был уверен, что дело не только в доброте. Заметив, насколько задумчиво Миса вертит в руках полупустой бокал, он спросил: — Что такое, сестрёнка?       Миса покачала головой, не выходя из задумчивого состояния. — Да ничего особенного…       Винченцо усмехнулся, закрывая книгу. Племянница не выдала себя ни смущённым взглядом, ни дрожью в руках, потому что сама ещё не поняла, в какие сети вот-вот упадёт, однако, похоже, что у сестрёнки сработало материнское чутьё.       Значит, Гокудера Хаято… Интересный выбор сердца.

****

      Я уже говорила вам, что канон наступил? Ну, вы и сами это поняли. Хочу ещё добавить, что иногда канонные ножки проходят мимо, а не наступают на меня вместе с Тсуной. Я пропустила появление Бьянки в Намимори, потому что находилась в Италии. Я пропустила как Ирие Шоичи, бест-дружбан Бьякурана, привёл Ламбо обратно в дом Савады. Почему же я упустила возможность познакомиться с этим мальчиком? Всё до слёз просто — я не знала, когда этот эпизод наступит и он наступил именно тогда, когда я посвятила свои выходные дни тренировкам.       Кстати, немного о них: пару лет назад я поняла, что тренироваться с Вино в искусстве меча не даёт мне лучших результатов. Дядюшка не был спецом во владении холодного оружия (он был стрелком), поэтому мы подумали о поиске профильного наставника. И вот, как-то случайно папа Аюми познакомил меня с одним старцем, который когда-то держал во владении клуб кендо. Не задавая лишних вопросов, старец сказал мне, что я могу приходить в его дом для тренировок в любое время. Когда я пришла он первым делом заявил, что мне никогда не стать одной из сильнейших мечников, потому что я совсем не подхожу на такую роль. «У меня нет необходимой концентрации». Сперва я расстроилась и представила, что подаренная мне Колонелло катана останется просто украшением комнаты. За расстройством пришла решительность проверить вердикт старца: с помощью связей Вино нашёл двух старых мечников. Один из них сказал, что у меня есть потенциал, но я не могу сосредоточиться на отрабатывании приёмов и это всё усложняет. Второй сказал, что нет ничего такого в этом мире, чего нельзя достигнуть усердиями. Я сняла этому старику маленький домик в Намимори и приходила к нему тренироваться несколько раз в неделю. Оказалось, что начать нужно было с тела — у меня слабые для меча руки и движения резковаты.       «Ты должна быть гибкой подобно змее, девочка».       Старик показал мне несколько силовых упражнений для укрепления рук, сказал выучить парочку танцев, принадлежащих культуре Китая и почти два года мы работали над тем, что бы я была более плавной в своих движениях. Основам владения катаной я начала обучаться лишь месяц назад. Исходя из этого я могу позавидовать Ямамото, восхититься им. Он освоил фамильные техники за несколько дней и победил Императора Мечей, а я не могла продвигаться в постижении искусства меча настолько резво — одна только подготовка до того момента, когда я на тренировках возьму в руки меч, заняла почти два года (зато теперь я умею завораживающе танцевать).       До знакомства со стариком я думала, что хоть немного сильна, но руки оказались слабы для катаны. Думала, что достаточно гибкая, но гибкость не означает плавность. Впервые за долгое время я ощутила себя никчёмной. Никчёмной по сравнению с Ямамото, по сравнению со Скуало и Генкши. Вино говорил, что я не должна равняться на других, даже на своих друзей. Сказал, что все люди проживают свои жизни индивидуально, даже если идут бок о бок, и нельзя ссылаться на других, когда думаешь о себе. Вино сказал, что я не должна забывать, кем хочу быть и его слова помогли мне понять, что я и так не претендовала на призовое место в фехтовании — иначе не стала бы думать, что после освоения меча займусь стрельбой. Но чёрт возьми, из-за того, что я была способна на тысячу и одну мелочь (рисование, танцы, оригами), мне начало казаться, что я легко смогу достичь всего, что только захочу. А нет, не быть мне Мэри Сью.       Упс, что-то я совсем отвлеклась. В общем, мне предстояло смириться с тем, что я не буду свидетелем всех событий аниме и манги, если не хочу превратиться в сталкера Тсуны.       Сегодня в школе был день открытых дверей. Тсуна опаздывал, как это часто с ним бывает, меня наоборот попросили прийти заранее, чтобы проконтролировать внешний вид учеников. Я стояла на входе в школу и безжалостно выносила ученикам вердикты, делая записи в блокноте простым карандашом: — Девочка с каре, гольфы красного цвета запрещены уставном внешнего вида. Они отлично подходят под бантик, но правила есть правила и твоим родителям позвонят. Назови имя, класс и порядковый номер.       У каждого в школе есть что-то типа ученического паспорта и свой номер (он даже на партах написан). Это создано для удобства школьной администрации. Ну и дисциплинарного комитета тоже. — Ярико Маэда, класс 1-В… — Мальчик с чётким шухером на башке, назови имя, класс и номер. — За что?! — Приходить в школу в джинсах запрещено. У тебя должны быть брюки, шедшие в комплекте школьной формы. — Я просто переоденусь в спортивные штаны! — И назовёшь своё имя. Я слушаю.       Пацан хотел пройти мимо меня, но я схватила его и заломила руку. — Ай-яй-яй-яй! Отпусти, что ты делаешь!!! — Имя и класс, скотина, — прошипела я с милой улыбкой.       Назвал этот собачий отход мне своё имя с номером и получил поджопник за то, что обозвал гадиной. Было ещё два похожих события, потом пара девочек расплакалась из-за замечания о ярком макияже, некоторые по дружески просили простить косяки. На некоторых я всё же закрывала глаза (на тех, кто нравился мне и на тех, у кого были схожие со мной грешки: серёжки и подвески). — Девочка с шелковистыми чёрными волосами и суперскими голубыми глазами, ношение каффа по правилам школы запрещено. Я вношу твоё имя в список. — Очень самоотверженно выносить выговор самой себе, Усаги, — фыркнул пришедший в школу Хибари.       Ах, да. Я вам ещё не рассказала, потому что это произошло относительно недавно: Хибари, сравнивающих всех с животными, лишенными (по большей части) человеческого мышления, наконец-то дал мне прозвище. Рёхей для него Животное, Тсуна вскоре станет Зверьком, а я теперь Усаги. Кролик. На моё «за что» Хибари привёл несколько ответов в духе «за то, что любишь высоко прыгать по коридорам», «за то, что резко срываешься с места и начинаешь носиться по кабинету», «за то, что ведёшь себя также неадекватно и нелогично». Однако самая главная причина крылась в его детстве — невероятно, но я получила один пазлик прошлого Кёи! Он рассказал, что в детстве ему подарили двух кроликов: один был милым, изредка шаловливым, а другой неконтролируемым как белка на стероидах. «Вылитый ты. Даже окрас чёрный, а глаза светлые», — с усмешкой заявил подлец Кё-сан, но я не обиделась, потому что кролики мне нравились. Вот только у меня теперь есть подозрение, что несмотря на все наши спарринги, я осталась для Хибари травоядным (кролики же травоядные). Это меня ущемляет. Столько поединков, но всего лишь конкретный вид травоядного?! Что за мини-повышение?! Это даже не ступенька — это картонная коробка! Встал на неё, провалился и оказался на том же самом месте! Где справедливость?! Где честное признание, что я самая сильная чувиха, которую Хибари только встречал в своей жизни?! Я же попаданка! Я должна быть особенной ВО ВСЕХ отношениях, должна быть той самой Т/И!!!       Но вместо Мэри Сью Т/И я какой-то клоун... Шут без гороха. — Опа, Кё-сан! Я думала ты давно в школе. Попиваешь чаёк, строишь планы по порабощению ещё одного городка, — сказала я, удивлённо посмотрев на своего мини-начальника. — Я в ней не живу и другие города меня не интересуют, — настойчиво сказал Хибари и гордо пошёл в здание.       Я хотела сделать ему замечание за то, что он носит с собой оружие, но услышала вопль Тсуны. Реборн доброДУШНО выстрелил в него пулей предсмертной воли, чтобы он не опоздал. Действие пули закончилось аккурат на воротах школы и бедному Тсуне оставалось только скрыться за углом и прикрывать свои семейники сумкой. — Чтоб этого Реборна! — жаловался мне Тсуна, краснея от взглядов учеников, когда те его замечали. — Я, конечно, успел, но опять опозорился! — Не парься, Тсуна, никто не обращает на тебя такого острого внимания, как ты думаешь, — машинально пыталась утешить я, пока мои глаза немигающе смотрели на того, кто валялся у ног Тсуны, крепко вцепившись в его запястье забинтованными пальцами.       АО-АО-АО-АО-АО-АО!!! У нас на сцене Сасагава Рёхей — боксёр, эталон всего мужицкого, покоритель сердечка занудной Ханы, будущий хозяин кенгуру и просто кореш Хибари! — Тсуна, ты теперь такси? — осведомилась я. — Ха? — Дечимо проследил за моим взглядом и выпучил на Рёхея глаза. — Чёрт, я с собой кого-то прихватил! — Возьми с него плату, — посоветовала я, весело улыбнувшись. — Мива, сейчас не до твоих шу… — Так вот ты какой, — послышалось от Рёхея и Тсуна замолк на начале слова. — С-с тобой всё в порядке?!       Рёхей сделал несколько кувырков и оказался перед Тсуной в эпичной позе, встав на одно колено. Будто предложение собрался делать, ей бог мой. Хотя собрался же! Что это мы тут придираемся, всё верно боксёр-эталонвсегомужицкого-покорительсердечказануднойХаны-будущий хозяин кенгуру-и-просто кореш Хибари делает! — Твоя сила и выносливость лучше того, что я слышал! И в тебе есть необходимая страсть! Ты талант, появляющийся раз в сто лет! — с горящими как огонь древнего племени глазами, сказал Рёхей, смотря на Тсуну так, будто он самый крутой тунец на районе.       Будущий Дечимо в свою очередь не понял запала братишки Сасагавы, когда как я готова была загореться энтузиазмом. Руевит меня благослови на победы! Этот парень прямо источает боевой дух и энергию жизни! Как же я счастлива ощущать экстремальную ауру Сасагавы наяву! — Что?.. — недоуменно спросил Дечимо. — Ай, как красиво говорит! — не удержалась я от комментария. — Тсуна, тебе ещё никто не говорил такого!       Даже Гокудера не говорил, что его Джудайме НАСТОЛЬКО ОСОБЕННЫЙ тунец.       Рёхей поднялся на ноги, положил на узкие плечи Тсуны руки, повязанные испачканными пылью бинтами, и тренерским тоном громко молвил: — Вступай в наш клуб, Савада Тсуна!!!       Оу… Киоко не назвала своему брату полного имени Тсуны и я поняла, что Савада Тсуна звучит не так красиво, как Савада Тсунаёши. — Э? Что?! — Тсуна плохо понимал ситуацию, но интуитивно начал с главного (горжусь им в очередной раз!): — Откуда ты меня знаешь?! — Я слышал о твоей экстремальной энергии от моей младшей сестры! — ответил Сасагава.       Тсуна переставал понимать происходящее всё больше и больше. — Младшей сестры?       По мановению канона за спиной главного героя раздался оклик той самой нимфы: — Братик! — Что такое, Киоко?! — тут же откликнулся Рёхей, посмотрел за плечо Тсуны. — Киоко?.. — повторил тунец имя и отвёл взгляд, напрягая память. — Звучит знакомо… — Ты это сейчас серьёзно, Тсуна? — посмотрела я на друга, выпучив глаза как питомец Губки Боба. — У нас в школе только одна девочка с таким именем. У нас в классе только одна девочка с таким именем.       Тут сама Киоко показалась из-за спины Дечимо, неся сумку брата. — Киоко-чан?! — воскликнул Тсуна. — Угу, — кивнула я и прошептала: — Реборн в последнее время часто стрелял тебе в голову. Неужели через дырочку во лбу выпало имя любимой прелестницы? — Не неси ерунды, Мива! — прошипел в ответ покрасневший Тсуна. — Я просто не знал, что у Киоко-чан есть брат! Этот странный тип реально её брат? — Реальней некуда, но лично я с ним не знакома, — пожала я плечами.       Только заочно через экран телефона.       Я отошла чуть в сторонку, чтобы позвонить Хибари: — Кё-сан, Кё-сан, я могу вступить в клуб бокса, состоя в дисциплинарном комитете? — Нет, — ожидаемо ответил Хибари и спросил: — Ты что, наткнулась на то животное, которое возглавляет этот клуб тупиц? — Ага, запал Сасагавы такой заразительный, что я уже хочу всеми экстремальными путями покорить этот мир, надев боксёрские перчатки! — поведала я, улыбаясь как идиотина.       Хибари был настолько скептически настроен на мою новую мечту, что попытался открыть третье око: — Вы с тем животным сможете покорить только тюрьму, если объединитесь. — Или нас застрелят при задержании, когда мы попытаемся вызвать на поединок медведей из зоопарка, — поддержала я попытку Кё-сана стать Вангой.       Он на секунду замолчал, а потом заявил: — Похоже, вы с ним уже поймали одну волну. Иди в кабинет, Усаги, я найду тебе другую работу. Ты больше не будешь стоять на воротах. — Ха-а-а? Почему я должна идти-и? — расстроено протянула я, не сдвинувшись с места. — Я всё ещё не узнал, кто ты такая, поэтому пока попридержу тебя при себе, — в своём стиле ответил Хибари. — Ой, что-то связь пропадает! — выдала я и сбросила вызов.       Быстрее бы события Какуе. Мне любопытно, как Хибари будет относиться ко мне, после знакомства с Мукуро.       Я наблюдала за Рёхеем, Тсуной и Киоко и мне стало интересно: вот как так получилось, что сперва Киоко показали бойкой девочкой, легко затыкающей старшего брата, а потом она сдулась в трафаретную милашку, переживающую за всех вокруг и любящую сладости напополам с диетами. Нет, я не осуждаю ни Киоко, ни автора Реборна, мне правда всего лишь интересно. Хм-м-м... На самом деле мы мало что знаем о Киоко. Возможно, подобное изменение её поведения означает личностный рост, взросление или же она такая бойкая только наедине с близкими. Мы мало знаем о Киоко, но думаем, что она просто фоновый персонаж, созданный по трафарету, который нам нужно любить вместе с Тсуной. В детстве я несколько раз играла с Киоко. Иногда она была бойкой девочкой, защищающей Хану или другую девочку, иногда она была просто милой неконфликтной девчонкой. У меня не было целей сдружиться с Киоко (по той же причине, почему я сейчас хочу держать Аюми подальше), поэтому я всё ещё мало знаю о ней.       Рёхей куда-то реактивно стартанул, Киоко что-то сказала Тсуне со своей очаровательной улыбкой и побежала за братом, чтобы всё-таки отдать его сумку. Тсуна подошёл ко мне с повешенным на верёвку грусти носом. Я ощутила чей-то посторонний взгляд. Прямо с неба. О-оу! Кто-то из Олимпа решил полюбоваться моими похождениями? А нет... это Реборн парит на воздушном шаре и наблюдает за нами с Тсуной, зыркая через бинокль. Скучненько. — Мива, что же мне делать? Я не хочу вступать в клуб бокса, но я также не хочу, чтобы брат Киоко-чан меня ненавидел! — С чего ты взял, что он будет тебя ненавидеть из-за отказа, Тсуна? Я думаю, что Сасагава такой же добрый, как и его сестра, просто более… Более… Непроницательный. Или менее проницательный. — Даже, если старший брат Киоко-чан не будет меня ненавидеть, сама Киоко-чан расстроится, если я откажусь вступить в клуб её брата, потому что он очень меня ждёт, — сказал Тсуна спустя мгновение раздумий и взъерошил волосы. — Он глава этого клуба, Мива! Что же мне делать? Я не хочу быть боксёром и не хочу расстраивать Киоко-чан!       Я сложила кончики пальцев вместе (в любимую пирамидку), словно собиралась решить сложную задачку, перекатилась с пятки на носок и сама себе кивнула. — Сперва посмотри на плюсы ситуации, Тсуна. — А они есть? — недоверчиво прищурился мой друг. — Ага! Например, из-за возникшей дилеммы ты совсем забыл о том, что стоишь на территории школы в одних трусах! — И правда забыл! — спохватился Тсуна и мой плюс обратился в минус: — Киоко-чан опять увидела меня голым! Мива, убей меня! — Никогда, — отрицательно качнула я головой и посмотрела на Тсуну спокойным взглядом. — Что… Что такое? — немного удивился он.       Когда Мива начинала смотреть на него настолько спокойным взглядом её глаза будто гипнотизировали — заставляли терять рассудок в чём-то неведомом и слепили. — Тсуна, никогда не воспринимай неприятные ситуации как проблемы — так ты пугаешь в первую очередь себя. То, что требует какого-то выбора, не больше, чем дилемма. Я помогу тебе с тем, что ты начал считать проблемой только что: Киоко не впервые видела тебя в одних трусах и она совсем не отреагировала на это, потому что, как ты сегодня узнал, у неё брат боксёр. Стандартная форма боксёра — шорты и ничего больше. На тренировку можно ещё и футболку надеть, но на соревнования выходят в шортах. Шорты схожи с твоими трусами, а ещё Киоко думает, что шорты боксёров тоже своего рода бельё. Из всего мною сказанного следует что? — Киоко-чан не смущают мои трусы, потому что она думает, что я занимаюсь спортом, как её брат?! — Да. Всё просто.       Тсуна был потрясён. У ворот показался член дисциплинарного комитета, которого Хибари снарядил на поиски неконтролируемой меня (му-ха-ха, я уже могла до зоопарка добраться за эти пять минут, медленный Хибари Кёя!) — А по поводу второй дилеммы всё ещё проще: сказать «нет» — не значит оскорбить кого-то. И ты, Тсуна, понимаешь это как никто другой, — улыбнулась я, прежде, чем к нам подошёл член комитета Хибари. — Ковата-сан, что у вас тут происходит? — вежливо спросил он.       Я вступила в дисциплинарный комитет не на какую-то определённую должность. Есть глава комитета, зовут Хибари Кёя, есть заместитель главы, зовут Кусакабэ Тетсуя, а все остальные в комитете равны по статусу (не считая дедовщины, которая образовалась из-за разного уровня силы братишек комитета). Так вот, когда Хибари принял меня в комитет, его помпадуровые братишки долго на меня смотрели и не понимали, что я среди них забыла (или почему у меня нет помпадура). Сперва они путём фантазий решили, что я подружка Хибари. Я побежала к нему плакать и жаловаться как только услышала эту фантастическую версию (помпадуровые братишки были избиты), потом они окрестили меня вторым заместителем главы. Почему? Потому что, когда Хибари отсылает Кусакабэ туда-то и вон туда-то по своим бандитским поручениям, я помогаю ему со школьной волокитой (в бандитские дела он пока что меня несильно посвящает, но я и не настаиваю). Кусакабэ сказал, что не стал оспаривать новое мнение помпадуровых братишек и доказывать им, что я на одном с ними месте, потому что так они будут уважать меня. По мнению Кусакабэ уважение ко мне важно, так как я единственная вумэн в комитете (ох, Кусакабэ такой же прекрасный человек, как и Рёхей!) Хибари же заявил, что никакой я ему не заместитель намбер ту. — Мива! Не зависай! — дёрнул меня за рукав Тсуна. — Кхм, ссори.       В общем, такими событиями я получила некое уважительное отношение к себе от помпадуровых братков из комитета, который мы с ними делим. — Ичидо-сан, этого парня раздели хулиганы, — бессовестно солгала я, указав на Тсуну пальцев и нахмурив брови. — Это случилось за пару шагов от школы, поэтому не могли бы вы осмотреть окрестности?       Ичидо-сан был не в восторге от моей просьбы, но я включила фантазию: вдруг загадочные хулиганы начнут вот так вот на девушек нападать, это бросит тень на школу и Кё-сан расстроится. Ичидо-сан пробормотал что-то согласное с моей фантазией и оставил меня. Вот тебе, Хибари! Я пошлю твоего помпадурового мальчика на побегушках за звёздочкой за угол! — И не стыдно тебе так нагло врать тем, с кем ты состоишь в одном комитете, Мива? — подколол Тсуна.       Эх, золотой мой друг, для меня врать как дышать и лишь немногим людям я не хочу врать. К тому же, насколько моя дряхлая память может помнить, ложь не состоит в списке семи смертных грехов, поэтому всё не так уж и плохо. — Ну… Я считаю, что могу лгать либо незнакомцам, либо тем, кто сам не отличается честностью или другим ценным качеством, — объяснила я свою позицию Тсуне и добавила: — Вот, например, Ичидо-сан не нравится мне тем, что уж больно часто смотрит на мои ноги. — Ясно… Ладно, точно не мне тебя за что-то судить, Мива, — отмахнулся Тсуна.       Эй, папочка, смотри! Я вовсе не иду на все подлости ада, чтобы казаться перед Тсуной святой! Он уже давно знает, что я лгунья! — Подожди тут, я принесу тебе новую форму, — сказала я. — Э? Где ты её возьмёшь? — удивился Тсуна. — М-м-м… У меня есть запасная юбка и рубашка... в классе, — двусмысленным тоном сказала я, похабно улыбнувшись.       Тсуна покраснел от возмущения. — Мива!!! Я не надену юбку! — Ладно, ладно, извини, — тоном святой сестры монастыря попросила я и рассказала: — В моём шкафчике для обуви лежит запасная форма для тебя — я недавно заказала несколько запасных комплектов, взяв твои размеры у Наны-сан. Подумала, что из-за Реборна и его пуль тебе пригодится запасная форма. Жди меня, амико, я сейчас вернусь и ты почувствуешь себя лучше!

****

      Тсуна в очередной раз был тронут заботой Мивы. Она заказала ему запасную школьную форму, принесла в школу и всё это время хранила у себя, чтобы выручить, когда понадобится. Ещё Мива всегда может дать совет, объяснить то, что стыдно у кого-то другого спросить. — Да... Как всегда лучший друг, и не мне осуждать её за ложь тем, кто ей не нравится, — пробормотала Тсуна, смотря Миве вслед.