Гарри Поттер - "злодей"

Утро встретило Гарри странным ощущением. Сначала он не мог понять, что не так, но потом, проведя рукой по волосам, вспомнил о вчерашнем ритуале. Он быстро вскочил с кровати и подбежал к зеркалу. Его волосы всё ещё имели синеватый оттенок, хотя и не такой яркий, как вчера. Черты лица тоже немного изменились, став чуть более угловатыми. «Не так уж и плохо, — подумал он, критически разглядывая своё отражение. — По крайней мере, я не превратился в Снейпа». От этой мысли его передёрнуло. Сон о русалках со снейповскими лицами был всё ещё слишком свеж в памяти. — Ух ты, что с твоими волосами, приятель? — воскликнул проснувшийся Рон, уставившись на Гарри. — Ты что, пытался сам себе сделать окрашивание? — Нет, — ответил Гарри, стараясь говорить низким и зловещим голосом. — Это... побочный эффект одного зелья. — Какого ещё зелья? — Рон выглядел озадаченным. Гарри сделал паузу, пытаясь придумать что-нибудь убедительное. «Что бы сказал настоящий злодей?» — Зелья, которое помогает развивать... магические способности, — наконец произнёс он. — Я работаю над улучшением своей магической силы. Рон присвистнул: — И это работает? — Увидишь, — загадочно ответил Гарри, повернувшись к шкафу, чтобы достать свою самую элегантную мантию. Сегодня был важный день, и он должен был выглядеть соответствующе. Спускаясь в Большой зал на завтрак, Гарри чувствовал на себе множество взглядов. Его новый облик – синеватые волосы, немного изменённые черты лица и особенно надменная походка – привлекал внимание. Он заметил, как несколько девочек из Равенкло прошептали что-то друг другу, глядя на него, и почувствовал странное удовлетворение. «А в этом что-то есть, — подумал он. — Настоящий злодей должен выделяться из толпы». Гермиона уже сидела за столом Гриффиндора, погружённая в книгу. Когда Гарри сел рядом с ней, она подняла взгляд и слегка улыбнулась, её щеки едва заметно порозовели: — Как себя чувствуешь? — Великолепно, — ответил Гарри, намеренно растягивая слова и глядя прямо в её глаза. — Готов воплотить наш план в... реальность. Гермиона на мгновение задержала взгляд на его лице, затем быстро отвела глаза, но Гарри успел заметить в них странный блеск. Что-то в его новом образе явно производило на неё впечатление. Он огляделся, убеждаясь, что никто их не подслушивает, и наклонился ближе к Гермионе, почти касаясь её уха своими губами: — Когда мы сделаем это? Гермиона слегка вздрогнула от его близости, но быстро взяла себя в руки: — Кубок будет стоять в Большом зале весь день, — прошептала она. — Но лучше дождаться вечера, когда будет меньше людей. Может быть, после ужина, когда большинство студентов разойдутся по гостиным. Гарри кивнул, соглашаясь с её логикой. Действительно, чем меньше свидетелей, тем лучше. Хотя часть его, «злодейская» часть, почти хотела, чтобы все увидели, как он обходит защиту Дамблдора. Это было бы эффектно. — А как мы объясним мои... изменения? — спросил он, указывая на свои волосы. — Скажем, что это результат неудачного эксперимента на Зельях, — предложила Гермиона. — Или последствия какой-нибудь шутки близнецов Уизли. — Вообще-то, мне нравится, — задумчиво произнёс Гарри. — Добавляет образу таинственности и... зловещести? Злодейскости? Как правильно сказать? — Гарри, — Гермиона закатила глаза, но он заметил, как уголки её губ дрогнули в сдерживаемой улыбке. — Ты не можешь ходить с синими волосами всё время. Люди начнут задавать вопросы. — Пусть задают, — пожал плечами Гарри. — Настоящий злодей не боится вопросов. Он вызывает их намеренно, чтобы сеять смуту и недоумение. Их разговор прервал неожиданный визгливый голос: — Поттер, что с твоими волосами? Пытаешься привлечь ещё больше внимания? Гарри медленно повернулся и увидел Драко Малфоя, стоящего рядом с их столом с обычной насмешливой ухмылкой на лице. Однако за этой ухмылкой Гарри заметил что-то ещё — любопытство? Вместо того чтобы огрызнуться, как обычно, Гарри позволил себе лёгкую полуулыбку: — Возможно, Малфой, я просто устал... притворяться. Драко на мгновение выглядел озадаченным: — О чём ты говоришь, Поттер? Гарри медленно встал, глядя Малфою прямо в глаза: — О том, что не всё в этом мире так просто, как кажется. Некоторые вещи... скрыты глубже. Он сделал паузу, наслаждаясь замешательством на лице слизеринца, а затем добавил тихим голосом: — Кстати, что ты знаешь о Кубке огня, Малфой? О том, как он... выбирает чемпионов? Малфой явно не ожидал такого вопроса. Он неуверенно переступил с ноги на ногу: — А что? Заинтересовался, Поттер? Хочешь попытать счастья? — Может быть, — Гарри пожал плечами с деланным безразличием. — Хотя, конечно, для такого нужны определённые... таланты. Драко прищурился, внимательно изучая новый облик Гарри: — Ты изменился, Поттер. И я не о волосах говорю. — Люди меняются, Малфой, — отозвался Гарри. — Иногда... в неожиданную сторону. — Интересно, — протянул Драко. — Знаешь, если тебе действительно что-то нужно узнать о Кубке... я мог бы помочь. У моего отца есть доступ к... определённой информации. Гарри мысленно улыбнулся. Так просто! Даже Малфой, похоже, начинал видеть в нём кого-то более интересного, чем просто раздражающего гриффиндорца. — Я подумаю над твоим предложением, — сказал он. — А пока, если не возражаешь, я бы хотел закончить завтрак. Малфой кивнул, всё ещё выглядя немного сбитым с толку, и отошёл к слизеринскому столу, бросая через плечо любопытные взгляды. — Что это было? — прошептала Гермиона, как только Малфой отошёл достаточно далеко. — Ты... договариваешься с Малфоем? — Не договариваюсь, — поправил её Гарри. — Прощупываю почву. Настоящий стратег должен иметь союзников везде, даже среди потенциальных врагов. — Но Малфой? — Гермиона скептически приподняла бровь. — Ты же знаешь, что ему нельзя доверять. — Кто говорит о доверии? — Гарри позволил себе холодную улыбку. — Союзы могут строиться и на взаимной выгоде, без доверия. Гермиона изучала его лицо с новым выражением — смесью беспокойства и... восхищения? — Ты действительно изменился, — тихо сказала она. — И дело не только в синих волосах. Ты стал... увереннее. Решительнее. — Тебе нравится? — спросил Гарри прежде, чем успел подумать. Гермиона опустила глаза, и он заметил, как её щеки вновь порозовели: — Это... интересно. Другой Гарри. Но всё ещё ты. В этот момент к ним подошла Луна. Она элегантно скользнула на скамью рядом с ними, будто случайно оказавшись за столом Гриффиндора. — Мой лорд выглядит великолепно, — произнесла она, глядя на Гарри своими выразительными глазами. — Синий цвет волос отпугивает нарглов и привлекает удачу. — Спасибо, Луна, — ответил Гарри, чувствуя лёгкую неловкость от её открытого обращения «мой лорд» посреди Большого зала. — Я... ценю твою поддержку. Луна наклонилась ближе и прошептала: — Я принесла ещё кое-что, что может вам пригодиться. Она незаметно передала Гарри маленький свёрток под столом. — Что это? — спросил Гарри, стараясь не привлекать внимания. — Всего лишь небольшое подспорье, — загадочно улыбнулась Луна. — Откройте, когда будете одни. С этими словами она так же изящно поднялась и удалилась за стол Равенкло, оставив Гарри и Гермиону обмениваться озадаченными взглядами. — Что бы это могло быть? — пробормотала Гермиона, с подозрением глядя на свёрток. — Узнаем позже, — ответил Гарри, пряча свёрток в карман мантии. — Сейчас важнее другое: как мы подойдём к Кубку? Там ведь будет возрастная линия Дамблдора. Гермиона нахмурилась: — Согласно книге, которую мы нашли, твоя магическая подпись сейчас должна восприниматься как подпись совершеннолетнего волшебника. Теоретически, ты должен просто пройти через линию, как если бы тебе было семнадцать. — Теоретически? — Гарри приподнял бровь. — А если теория не сработает? — Ну, — Гермиона замялась, — в книге упоминался один случай, когда волшебник после ритуала попытался пройти через подобный барьер и был отброшен на двадцать футов с добавлением свиного пятачка и ослиных ушей. Гарри почувствовал, как его энтузиазм немного поугас: — И ты говоришь мне об этом только сейчас? — Я не хотела тебя пугать, — призналась Гермиона. — К тому же, это был единичный случай. В остальных описанных ситуациях ритуал работал безупречно. — Надеюсь, я не стану вторым единичным случаем, — пробормотал Гарри. — Хотя, с другой стороны, свиной пятачок мог бы добавить моему образу определённый шарм. Очень злодейский шарм. Гермиона не смогла сдержать улыбку: — Гарри, ты невозможен. Давай просто сосредоточимся на плане. После ужина мы придём сюда, ты пройдёшь через возрастную линию, бросишь своё имя в Кубок, и мы быстро уйдём. Просто и эффективно. — Скучно, — вздохнул Гарри. — Настоящий злодей сделал бы это более... драматично. Может, с дымовой завесой и зловещим смехом? — Гарри! — Ладно, ладно, — Гарри поднял руки в защитном жесте. — Просто и эффективно, я понял. Но зловещий смех я всё-таки попрактикую. На всякий случай. *** День тянулся мучительно медленно. На уроках Гарри с трудом мог сосредоточиться, его мысли постоянно возвращались к предстоящему вечеру. На Трансфигурации профессор МакГонагалл несколько раз бросала на него подозрительные взгляды, явно заметив изменения в его внешности, но, к счастью, никаких вопросов не задала. На Зельях было сложнее. Снейп, увидев его синеватые волосы, лишь презрительно скривил губы и произнёс: — Поттер, ваша неспособность следовать даже базовым правилам внешнего вида говорит о вашем вопиющем неуважении к школьным традициям. Пять баллов с Гриффиндора за ваш... творческий подход к цвету волос. Гарри хотел было возразить, но решил, что настоящий злодей должен быть выше мелких придирок. Вместо этого он просто посмотрел на Снейпа холодным, оценивающим взглядом, словно запоминая его для будущей мести. Это, казалось, немного смутило профессора, который быстро отвернулся и начал урок. В коридоре после занятий его нагнал Невилл. Обычно робкий и застенчивый, сегодня он выглядел странно решительным. — Гарри, — начал он, нервно облизнув губы, — мне нужно с тобой поговорить. Наедине. Гарри был удивлён, но кивнул: — Конечно, Невилл. О чём речь? Невилл огляделся, убедился, что поблизости никого нет, и понизил голос: — Я знаю, что ты собираешься сделать. С Кубком огня. Гарри почувствовал, как его сердце ускорило ритм. Как Невилл мог узнать? Он же не рассказывал никому, кроме Рона и Гермионы. — О чём ты говоришь? — спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал беззаботно. — Не притворяйся, — Невилл выглядел необычно серьёзным. — Я видел тебя вчера ночью, выходящего из ванной старост. И... я слышал ваш разговор с Гермионой сегодня утром. Гарри молчал, лихорадочно соображая, что сказать. Если Невилл знал о его плане и решил сообщить об этом преподавателям, всё могло рухнуть. — Я не собираюсь тебя останавливать, — неожиданно сказал Невилл. — На самом деле, я хочу помочь. — Помочь? — переспросил Гарри, не веря своим ушам. — Но почему? Невилл глубоко вздохнул, словно собираясь с силами: — Потому что... потому что я понимаю. Я вижу, что ты изменился, Гарри. Ты стал другим. И я... я тоже хочу измениться. Я устал быть никем, тем, над кем все смеются. Я думаю, что ты можешь помочь мне стать... сильнее. Гарри внимательно изучал Невилла, пытаясь понять, искренен ли он. Эта неожиданная просьба о помощи заставила его задуматься. Что, если его теория о Невилле как о скрытом герое была неверной? Что, если Невилл на самом деле... потенциальный последователь? «Интересный поворот, — подумал Гарри. — Если Невилл действительно хочет присоединиться к моей... команде, это может быть полезно». — Ты уверен, что понимаешь, во что ввязываешься? — спросил он, намеренно делая свой голос глубже и загадочнее. — Путь, который я выбрал, не будет лёгким. Невилл кивнул, в его глазах горела решимость: — Я уверен. Я... я готов следовать за тобой, Гарри. Гарри почувствовал странное удовлетворение. Невилл, с его глубокими познаниями в травологии и явным, но скрытым потенциалом, мог стать ценным союзником. — Хорошо, — сказал он наконец. — Я расскажу тебе больше после того, как мы... закончим наше дело с Кубком. А пока, — он положил руку на плечо Невилла, — никому ни слова. Даже Рону и Гермионе не говори, что ты знаешь. — Можешь на меня положиться, — серьёзно ответил Невилл. — Я не подведу тебя. Когда Невилл ушёл, Гарри остался стоять в коридоре, обдумывая этот неожиданный поворот событий. Возможно, его злодейская карьера начинала привлекать последователей быстрее, чем он ожидал. Наконец настал вечер. Ужин в Большом зале подходил к концу, и студенты постепенно расходились. Кубок огня стоял на постаменте в центре зала, окружённый светящейся линией — возрастным барьером Дамблдора. Гарри, Гермиона и Рон сидели за столом Гриффиндора, при этом Рон всё ещё не знал о их плане. — Я скоро вернусь, — сказал Гарри, поднимаясь из-за стола. — Мне нужно... проверить одну вещь. — Я пойду с тобой, — немедленно отозвалась Гермиона. Рон посмотрел на них с подозрением: — Что вы двое задумали? — Ничего особенного, — попытался успокоить его Гарри. — Просто хотим... посмотреть на Кубок поближе. — Тогда я тоже иду, — заявил Рон, вставая. Гарри и Гермиона переглянулись. Это не входило в их планы, но отказать Рону означало вызвать ещё больше подозрений. — Хорошо, — неохотно согласился Гарри. — Но... только смотреть, ладно? Рон кивнул, не понимая, к чему такое предупреждение. Они втроём подошли к Кубку. В зале оставалось не так много студентов, в основном старшекурсники, которые тоже рассматривали артефакт. Гарри заметил, как Седрик Диггори, окружённый группой хаффлпаффцев, подошёл к Кубку и, пройдя через возрастную линию, бросил туда клочок пергамента. Огонь в Кубке вспыхнул красным, принимая его имя. — Смотри, — шепнул Рон, толкая Гарри локтем, — вот кто будет представлять Хогвартс. Хотя я бы предпочёл кого-то из Гриффиндора. Гарри кивнул, внимательно наблюдая за процессом. Выглядело достаточно просто: подойти, бросить записку с именем, уйти. Никаких сложностей. — Подождём, пока все уйдут, — прошептал он Гермионе. Постепенно Большой зал пустел. Наконец, кроме них, осталось лишь несколько студентов, сидящих далеко от Кубка. — Сейчас или никогда, — сказал Гарри, доставая из кармана заранее подготовленный клочок пергамента со своим именем и названием школы. — Рон, пожалуйста, постой здесь и... скажи, если кто-то будет идти. Рон непонимающе нахмурился: — Зачем? Что ты... Но Гарри уже решительно двинулся к Кубку. Подойдя к светящейся линии, он глубоко вздохнул. «Сработай, пожалуйста», — мысленно попросил он, делая шаг вперёд. Возрастная линия вспыхнула на мгновение, когда он пересёк её, но не отбросила его назад. Не выросло ни свиного пятачка, ни ослиных ушей. Ритуал сработал! Гарри подошёл к Кубку огня, чувствуя, как его сердце бешено колотится. Это был момент истины. Момент, когда он делает свой первый настоящий шаг на пути злодея. «А что, если я ошибаюсь? — внезапно подумал он. — Что, если я не злодей, а просто запутавшийся подросток, который творит глупости?» Но было уже поздно сомневаться. Он поднял руку с пергаментом и бросил его в Кубок. Голубое пламя на мгновение стало красным, принимая его имя, а затем снова вернулось к своему обычному цвету. Дело было сделано. Гарри быстро вернулся через возрастную линию, чувствуя странное облегчение. Он не знал, чего ожидал – может быть, грома и молнии, или внезапного появления Дамблдора с разгневанным лицом? Но ничего такого не произошло. Всё прошло гладко и тихо. Рон смотрел на него с открытым ртом: — Ты... ты только что... Как ты это сделал?! — Магия, Рон, — загадочно ответил Гарри, стараясь говорить низким, таинственным голосом. — Просто магия. — Но возрастная линия... Дамблдор... — Рон, казалось, не мог поверить своим глазам. — Гарри, ты с ума сошёл? Если тебя выберут, ты будешь участвовать в турнире с волшебниками, которые на три года старше и знают гораздо больше заклинаний! — Возможно, — пожал плечами Гарри. — Но иногда нужно рискнуть, чтобы... — он сделал драматическую паузу, — достичь величия. «Мерлин, это звучало так напыщенно, — подумал он. — Настоящий злодей, наверное, сказал бы что-то более впечатляющее. Или просто зловеще рассмеялся бы». Гермиона, которая наблюдала за всей сценой с смесью тревоги и восхищения, наконец подошла к ним: — Нам лучше уйти отсюда, пока никто не заметил. Они быстро покинули Большой зал и направились в гриффиндорскую башню. По пути Рон продолжал забрасывать Гарри вопросами, на которые тот отвечал уклончиво или загадочно, наслаждаясь ролью таинственного злодея. Когда они свернули в один из коридоров, Гарри неожиданно почувствовал, как что-то — или кто-то — тянет его за рукав. Он обернулся и увидел Гермиону, которая незаметно отстала от Рона и теперь смотрела на него странным, почти пугающим взглядом. — Гарри, — прошептала она, убедившись, что Рон ушёл достаточно далеко вперёд, — это было... впечатляюще. То, как ты прошёл через линию, как будто тебе ничего не стоило обмануть защиту самого Дамблдора. Гарри почувствовал странное тепло от её слов: — Тебе понравилось? Гермиона на мгновение закусила нижнюю губу, её глаза блестели в свете факелов: — Да, — тихо призналась она. — Есть что-то... притягательное в том, как ты изменился. Эта уверенность, эта решимость... — она запнулась, словно подбирая слова. — Я никогда не думала, что скажу это, но... мне нравится эта твоя новая сторона. Даже если ты называешь её "злодейской". Гарри не знал, что ответить. Он не ожидал, что его игра в злодея так повлияет на Гермиону. Она всегда была такой правильной, такой соблюдающей правила... — Я думала, — продолжила она, делая шаг ближе, — что мы могли бы... обсудить твои планы. Я имею в виду, если ты станешь чемпионом, тебе понадобится помощь. И я... — её голос стал почти шёпотом, — я хотела бы быть частью этого. Частью твоего... пути. Внезапно Гарри понял, что они стоят слишком близко друг к другу в полутёмном коридоре, что рука Гермионы всё ещё лежит на его рукаве, и что от неё исходит тонкий аромат чего-то цветочного. — Ты... ты уверена? — спросил он, вдруг обнаружив, что его голос звучит хрипло. — Этот путь может привести... в неожиданные места. — Я всегда была уверена в тебе, Гарри, — ответила Гермиона, её глаза не отрывались от его. — Даже когда ты сам в себе сомневался. И я... — она сделала глубокий вдох, — я буду рядом, куда бы этот путь ни привёл. Момент прервал голос Рона, донёсшийся из-за поворота: — Эй, вы где? Почему отстали? Гермиона быстро отпустила рукав Гарри и отступила на шаг, её щёки пылали. — Мы идём! — крикнула она, и Гарри заметил, как она быстро провела рукой по волосам, приглаживая их.