Гарри Поттер - "злодей"

Когда они добрались до спальни, Гарри наконец вспомнил о свёртке, который дала ему Луна. Убедившись, что никто не видит, он развернул его. Внутри оказался странный амулет из серебра с выгравированными рунами и небольшой пузырёк с янтарной жидкостью. К ним была прикреплена записка, написанная аккуратным почерком Луны: «Мой лорд, Амулет защитит вас от последствий ритуала, а зелье поможет вернуть нормальный цвет волос, когда это будет необходимо. Просто капните три капли на макушку и произнесите "Colorem reverto". Ваша верная последовательница, Луна» Гарри улыбнулся, разглядывая эти странные подарки. Луна действительно оказалась полезным союзником, хотя и весьма эксцентричным. «Может быть, мне стоит создать круг верных последователей? — подумал он. — Как в тех романах тёти Петуньи, где у главного злодея всегда была группа преданных помощников с загадочными способностями». Невилл, Луна, и теперь, похоже, даже Гермиона... Его маленькая команда начинала формироваться. А ещё был Малфой, проявивший неожиданный интерес. Что ж, всё шло даже лучше, чем он ожидал. Но прежде чем он успел развить эту мысль, его внимание привлёк громкий возглас Рона: — Гарри! Твои волосы! Гарри метнулся к зеркалу и с удивлением увидел, что его волосы постепенно возвращаются к своему обычному чёрному цвету, а черты лица тоже меняются, становясь более привычными. — Ритуал заканчивается, — прошептала Гермиона, подойдя ближе. — Всё возвращается в норму. Это хорошо, меньше вопросов будет. Гарри кивнул, разглядывая своё отражение. С одной стороны, он был рад, что его внешность возвращается к норме. С другой — синеватые волосы определённо добавляли его образу некой злодейской харизмы. «Может быть, стоит всё-таки устроить "несчастный случай" на Зельях?» — подумал он с лёгкой улыбкой. — А что, если ритуал не сработал? — внезапно спросил Рон, плюхаясь на свою кровать. — Ты уверен, что Кубок примет твое имя? — Я уверен, что мы всё сделали правильно, — ответил Гарри. — Но даже если нет... что ж, не все злодейские планы срабатывают с первого раза. Рон хмыкнул, явно не в восторге от настойчивых упоминаний Гарри о «злодейских планах». — Знаешь, приятель, я всё ещё не понимаю, почему ты не сказал мне раньше о своём плане с Кубком. Мы могли бы вместе участвовать в турнире. Или ты думал, что я не справлюсь? Гарри почувствовал укол вины. В своём стремлении играть роль злодея он совсем забыл о чувствах Рона. — Дело не в этом, Рон, — сказал он. — Ритуал был опасным. У него могли быть побочные эффекты. Я не хотел рисковать тобой. — А собой значит рисковать можно? — в голосе Рона звучала смесь обиды и беспокойства. — И вообще, с чего вдруг такое желание участвовать в турнире? Я думал, ты хотел спокойный год без приключений. Гарри задумался. Как объяснить Рону свою теорию о том, что он — злодей в чьём-то романе? Это звучало слишком безумно. — Я просто... хотел доказать, что могу, — наконец сказал он. — Все всегда считают меня «мальчиком, который выжил», как будто это моя единственная заслуга. Я хочу показать, что способен на большее. Рон некоторое время молчал, обдумывая его слова. — Ладно, я понимаю, — наконец сказал он. — Но в следующий раз, когда задумаешь какую-нибудь безумную авантюру, хотя бы предупреди меня заранее, хорошо? Гарри улыбнулся, чувствуя облегчение: — Обещаю. И ты прав, я должен был рассказать тебе раньше. Просто... — он сделал паузу, подбирая слова, — я не был уверен, сработает ли это, и не хотел выглядеть идиотом, если всё провалится. Рон фыркнул: — Как будто я когда-нибудь считал тебя идиотом. Немного безрассудным — да, но не идиотом. Внезапно дверь спальни распахнулась, и вошла Гермиона, выглядевшая взволнованной. — Вы двое, там внизу настоящее сумасшествие! Все только и говорят о том, попадёт ли Гарри в турнир. Близнецы даже начали принимать ставки! — Ставки? — Рон подскочил. — Интересно, какие шансы они дают... — Рон! — возмутилась Гермиона. — Это не игра! Турнир очень опасен, и если Гарри в него попадёт... — Когда попаду, — поправил её Гарри с уверенностью, которую на самом деле не до конца чувствовал. — Ритуал должен был сработать. Гермиона посмотрела на него с тревогой: — Мы узнаем завтра. А пока — нам нужен план на случай, если ты действительно станешь чемпионом. Первое испытание может быть чем угодно. — Я помогу, — твёрдо сказал Рон. — Не знаю, как именно, но помогу. Гарри почувствовал странное тепло в груди. Его друзья были рядом, готовые поддержать его, несмотря на все его странные теории и безумные планы. «Возможно, настоящим злодеям не свойственно это чувство, — подумал он. — Но, может быть, я просто новый тип злодея. С друзьями». *** Вечер следующего дня наступил слишком быстро и одновременно слишком медленно. Гарри весь день чувствовал странную смесь нетерпения и тревоги. Его волосы вернулись к своему обычному чёрному цвету, и черты лица снова стали привычными, но внутри он ощущал перемены. Было ли это результатом ритуала или просто его новым самовосприятием? Он не был уверен. Но одно он знал точно: сегодня вечером что-то изменится. Перед ужином Гарри неожиданно обнаружил, что Невилл ждёт его в пустом классе рядом с Большим залом. — Удалось? — тихо спросил он, когда Гарри вошёл. — С Кубком? Гарри кивнул: — Да, всё прошло гладко. Теперь остаётся ждать. Невилл улыбнулся, его обычно робкие глаза светились странным волнением: — Я подумал, что мог бы помочь тебе, если тебя выберут. У меня есть кое-какие книги по травологии, которые могут пригодиться в испытаниях. Некоторые растения обладают... необычными свойствами. Гарри внимательно посмотрел на Невилла. Он выглядел по-настоящему воодушевлённым возможностью быть полезным. — Это может пригодиться, — согласился Гарри. — Спасибо, Невилл. Ты... ты действительно хороший союзник. Невилл выпрямился, словно эти слова придали ему сил: — Я не подведу тебя, Гарри. Ты всегда был добр ко мне, даже когда другие смеялись. Я... я хочу отплатить тебе. Эти слова тронули Гарри больше, чем он ожидал. В его голове вновь промелькнула мысль: «Что, если я всё-таки не злодей? Что, если я просто Гарри Поттер, который пытается найти своё место в этом странном мире?» Но он отогнал эту мысль. Сейчас не время для сомнений. Сегодня вечером решится его судьба. Большой зал был полон как никогда. Все факультеты Хогвартса, а также делегации Шармбатона и Дурмстранга собрались вместе, чтобы узнать, кто будет представлять каждую школу в Турнире Трёх Волшебников. Гарри сидел между Роном и Гермионой, стараясь выглядеть спокойным и собранным. Он заметил, как Луна с другой стороны зала подмигнула ему и показала какой-то странный знак рукой, который он не смог интерпретировать. Гермиона сидела необычно близко к нему, их плечи почти соприкасались. Иногда она бросала на него быстрые взгляды, полные какого-то нового выражения, которое Гарри не мог точно определить, но которое заставляло его сердце биться чуть быстрее. — Нервничаешь? — шепнул Рон, наклонившись к нему. — Немного, — признался Гарри. — А если ритуал не сработал? — Тогда мы просто продолжим жить нормальной жизнью, — пожал плечами Рон. — Будем болеть за Диггори. Не самый плохой вариант, правда? Гарри кивнул, хотя в глубине души знал, что теперь, после всего, что он сделал, «нормальная жизнь» уже не казалась ему такой привлекательной. Дамблдор поднялся со своего места и подошёл к Кубку огня. Зал мгновенно затих. — Настал момент, которого мы все так ждали, — торжественно произнёс директор. — Кубок огня готов принять решение. Когда имя чемпиона будет названо, прошу его или её подойти к преподавательскому столу и пройти в комнату позади него. Дамблдор взмахнул палочкой, и большинство свечей в зале погасло, оставив лишь таинственный полумрак. Кубок огня, чьё голубое пламя казалось теперь ещё ярче, стоял в центре всеобщего внимания. Внезапно пламя Кубка покраснело и выбросило в воздух клочок пергамента. Дамблдор поймал его и прочитал: — Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам! Зал взорвался аплодисментами. Крам встал со своего места и прошёл к преподавательскому столу, сохраняя на лице угрюмое выражение. Гарри заметил, как Гермиона наблюдает за ним с каким-то странным блеском в глазах. «Интересно, — подумал он, почувствовав неожиданный укол ревности, — а если бы писательница этого романа решила, что Гермиона должна стать парой Крама? Это бы сделало меня ещё более одиноким злодеем...» Его мысли прервал новый всплеск красного пламени из Кубка. — Чемпион Шармбатона — Флёр Делакур! — объявил Дамблдор. Изящная блондинка с серебристыми волосами грациозно поднялась со своего места и последовала за Крамом. Гарри заметил, как многие мальчики провожали её явно очарованными взглядами. «Вейла, — вспомнил он. — Интересно, можно ли использовать её способности в каком-нибудь злодейском плане?» Кубок огня вспыхнул в третий раз, выбрасывая последний клочок пергамента. — Чемпион Хогвартса — Седрик Диггори! — провозгласил Дамблдор. Стол Хаффлпаффа взорвался приветственными криками и аплодисментами. Седрик, улыбаясь, направился к комнате за преподавательским столом. «Итак, три чемпиона выбраны, — подумал Гарри, чувствуя странную смесь облегчения и разочарования. — Видимо, мой ритуал не сработал. Может, это и к лучшему. Какой злодей станет участвовать в...» Но его мысли были прерваны неожиданным событием. Кубок огня, который уже должен был погаснуть, вдруг снова вспыхнул красным пламенем и выбросил четвёртый клочок пергамента. Дамблдор автоматически поймал его и на мгновение застыл, глядя на имя. Затем, после долгой паузы, он поднял глаза и обвёл взглядом зал. — Гарри Поттер, — произнёс он непривычно тихим голосом. Мгновенная тишина наполнила зал. Гарри почувствовал, как сердце в его груди остановилось, а затем забилось с удвоенной скоростью. «Сработало, — подумал он с смесью триумфа и ужаса. — Мой план сработал!» Все головы повернулись к нему. Он почувствовал, как Гермиона рядом с ним напряглась, а Рон тихо присвистнул: — Чёрт возьми, у тебя получилось... — Гарри Поттер! — снова позвал Дамблдор, на этот раз громче. — Подойди сюда, пожалуйста! Гарри медленно поднялся со своего места. «Настоящий злодей должен сохранять хладнокровие даже в момент раскрытия своих планов, — напомнил он себе. — Спокойствие и достоинство, вот что важно». Он выпрямил спину и постарался придать своей походке максимальную элегантность, направляясь к преподавательскому столу. По пути он услышал шепотки и бормотание со всех сторон. — Он даже не семнадцатилетний! — Как он это сделал? — Обманщик! — Типичный Поттер, всегда хочет быть в центре внимания... Директор смотрел на него странным взглядом — не злым, но глубоко встревоженным. — Пройди в комнату к остальным чемпионам, Гарри, — сказал он тихо. Гарри кивнул и направился к указанной двери. Проходя мимо стола преподавателей, он встретился взглядом с Грюмом. Странно, но на искажённом шрамами лице профессора мелькнуло что-то похожее на... удовлетворение? «Интересно, — подумал Гарри, — похоже, я не единственный, кто хотел, чтобы мое имя оказалось в Кубке. Интересный поворот сюжета...» Войдя в комнату, он увидел трёх чемпионов, стоящих у камина. Они повернулись к нему с удивлёнными лицами. — Что случилось? — спросила Флёр, глядя на него с лёгким презрением. — Тебя зовут назад? Гарри открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент дверь распахнулась, и в комнату вошли Дамблдор, Каркаров, мадам Максим, профессор МакГонагалл и Снейп. За ними последовали мистер Крауч и Людо Бэгмен. — Экстраординарно! — воскликнул Бэгмен, обращаясь к трём чемпионам. — Абсолютно невероятно! Господа... и леди, — он добавил, слегка поклонившись Флёр, — позвольте представить вам — как бы невероятно это ни звучало — четвёртого чемпиона Турнира Трёх Волшебников! Крам выпрямился, его мрачное лицо стало ещё более хмурым. Седрик выглядел озадаченным, переводя взгляд с Гарри на Бэгмена и обратно. Флёр же просто рассмеялась: — О, очень смешная шутка, мсье Бэгмен! — Шутка? — переспросил Бэгмен, явно сбитый с толку. — Нет, нет, уверяю вас! Имя Гарри только что вышло из Кубка огня! — Но это невозможно, — возразила Флёр. — Он слишком юный! Тут в разговор вступил Дамблдор, подходя к Гарри: — Гарри, — спросил он спокойно, но в его голосе чувствовалась сталь, — ты положил своё имя в Кубок огня? Гарри на мгновение задумался. В его голове пронеслась мысль: «Настоящий злодей никогда не признаётся сразу». Но затем он представил, как круто было бы признаться прямо сейчас, показать всем, что ему удалось обойти защиту самого Дамблдора. Это был бы настоящий злодейский ход — гордиться своим достижением, даже перед лицом власти. — Да, профессор, — ответил Гарри, глядя прямо в глаза Дамблдору. — Я сам бросил своё имя в Кубок. По комнате пронёсся удивлённый шёпот. Даже Снейп, казалось, был шокирован его откровенностью. — Невозможно! — воскликнула профессор МакГонагалл. — Поттер, вы не могли пересечь возрастную линию. Это слишком сложная магия для четверокурсника. — Он лжёт, чтобы произвести впечатление, — презрительно фыркнул Каркаров. — Типичное хвастовство. — Я не лгу, — твёрдо сказал Гарри. — Я нашёл способ обойти защиту и использовал его. — Какой способ? — спросил Дамблдор, и в его голосе теперь звучало неподдельное любопытство. Гарри улыбнулся, ощущая странное удовлетворение от всеобщего недоверия: — Это мой секрет, профессор. Настоящий волшебник не раскрывает своих методов. — Видите? — воскликнул Каркаров, обращаясь к Дамблдору. — Он не может объяснить, потому что ничего не делал! Кто-то другой поместил его имя в Кубок, и я требую расследования! — Полностью согласна, — поддержала его мадам Максим. — Это явное жульничество! Гарри внутренне ликовал. Его план был настолько дерзким, что даже когда он признался, никто не поверил. Они скорее готовы были поверить в заговор, чем в то, что четверокурсник смог обойти защиту Дамблдора. — Не может четырнадцатилетний мальчишка обмануть артефакт такой силы, — продолжал настаивать Каркаров. — Это совершенно очевидно! — Возможно, профессор Дамблдор ошибся, рисуя возрастную линию, — язвительно предположила мадам Максим. — Конечно, я мог ошибиться, Олимпия, — вежливо ответил Дамблдор. — Однако вряд ли я допустил ошибку в этот раз. Как мы все видели, Кубок огня выбрал Гарри Поттера в качестве четвёртого чемпиона. Это налагает на него магический контракт, который нельзя разорвать. — Мы не собираемся с этим мириться! — рявкнул Каркаров. — Я имею полное право снять свою школу с турнира прямо сейчас! — Пустые угрозы, Каркаров, — проворчал хриплый голос. Из тени вышел Грюм, его волшебный глаз неистово вращался. — Вы не можете снять своего чемпиона сейчас. Он связан контрактом, как и все остальные. Удобно, не правда ли? — Что ты имеешь в виду? — холодно спросил Каркаров. — Я имею в виду, что кто-то хотел, чтобы Поттер участвовал в турнире, — прорычал Грюм. — Возможно, кто-то надеялся, что он погибнет в процессе. Эти слова заставили Гарри задуматься. Что, если его теория о том, что он злодей, была не совсем точной? Что, если он не злодей, а жертва какого-то более крупного злодейского плана? Или, что ещё интереснее, что если они оба — злодеи, но с разными целями? Спор продолжался ещё некоторое время, но в конце концов все согласились с тем, что Гарри придётся участвовать в турнире. Правила есть правила, и магический контракт нельзя нарушить без серьёзных последствий. Ни одно из его признаний не было воспринято всерьёз — все были уверены, что четверокурсник не мог самостоятельно преодолеть защиту Дамблдора. Когда они наконец вышли из комнаты, Большой зал уже опустел. Гарри медленно направился к гриффиндорской башне, размышляя о произошедшем. «Я сделал это, — думал он. — Первый шаг на пути настоящего злодея. Я признался в своём поступке прямо в лицо Дамблдору, и всё равно никто не поверил! Это даже лучше, чем я планировал».