Гарри Поттер - "злодей"

Войдя в гостиную Гриффиндора, Гарри обнаружил, что она полна студентов, громко обсуждающих события вечера. Как только он появился в дверях, все разговоры стихли, а затем... — Ура! — закричал кто-то, и гостиная взорвалась аплодисментами. Близнецы Уизли подбежали к нему и подняли на плечи: — Как ты это сделал? — спросил Фред с искренним восхищением. — Неважно! — ответил Джордж. — Главное, что ты прошёл! И даже без бороды! Гарри был сбит с толку таким приёмом. Это было... не так, как он ожидал. Вместо того, чтобы видеть в нём коварного злодея, гриффиндорцы считали его героем, дерзким нарушителем правил, бросившим вызов системе. «Может быть, я что-то не так понимаю в этой злодейской роли?» — подумал он с лёгким беспокойством. Когда его наконец отпустили, он огляделся в поисках Рона и Гермионы. Гермиона стояла у камина, её лицо выражало смесь беспокойства и гордости. Рон стоял рядом с ней, и его выражение лица было сложно прочитать. Гарри протиснулся через толпу поздравляющих его гриффиндорцев и подошёл к друзьям. — Итак, — начал Рон, когда шум немного стих, — ты сделал это. Ты действительно это сделал. — Да, — кивнул Гарри, пытаясь понять настроение друга. — Всё прошло почти идеально. Я даже признался Дамблдору, что сам бросил своё имя в Кубок, но никто не поверил! Они решили, что я просто хвастаюсь. — Ты признался? — Гермиона выглядела ошеломлённой. — Гарри, это было... — Блестяще? Дерзко? По-злодейски гениально? — подсказал Гарри с лёгкой улыбкой. — Я хотела сказать «безрассудно», — ответила Гермиона, но уголки её губ дрогнули в еле заметной улыбке. — Но да, в каком-то смысле это было... впечатляюще. Рон, однако, выглядел не таким восторженным. — Так ты теперь чемпион Хогвартса, — сказал он с странной интонацией. — Наряду с Диггори. — Технически, я четвёртый чемпион, — поправил его Гарри. — Отдельная категория. — Ага, — Рон кивнул. — И как обычно, Гарри Поттер выделяется из толпы. Не может быть просто одним из чемпионов, нет, ему нужна своя особая категория. Гарри заметил горечь в его словах: — Рон, ты же сам помогал мне с этим планом. Ты стоял рядом, когда я бросал имя в Кубок! — Да, я помогал, — согласился Рон. — И я думал, что мы делаем это вместе. Что мы оба получим немного... славы, признания. Но вот ты стоишь в центре внимания, как всегда, а я просто... твой помощник. — Рон! — воскликнула Гермиона. — Ты не можешь серьёзно ревновать! Это же опасно! — А ты думаешь, я не справился бы с опасностью? — Рон повернулся к ней. — Думаешь, только Гарри может быть героем? — Злодеем, — автоматически поправил его Гарри, и тут же пожалел об этом. — Да, точно, — Рон закатил глаза. — Злодеем. Знаешь, Гарри, иногда я думаю, что ты слишком серьёзно воспринимаешь эту свою новую «роль». Но какой из тебя злодей, если все вокруг считают тебя героем? Даже когда ты нарушаешь правила, все только восхищаются тобой. Гарри не знал, что ответить. Рон был прав в чём-то. Он пытался играть роль злодея, но все вокруг по-прежнему видели в нём героя. Это было... обескураживающе. — Может быть, настоящий злодей тот, кто остаётся в тени героя, — внезапно сказала Гермиона, задумчиво глядя на Рона. — Тот, кто помогает за кулисами, направляет, планирует... Без кого герой не смог бы совершить свои подвиги. Рон моргнул, явно не ожидав такого поворота: — Ты имеешь в виду... что я мог бы быть тем самым злодеем? — Почему бы и нет? — пожала плечами Гермиона. — Если уж мы все играем роли в этой истории, как считает Гарри, то твоя роль может быть гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Гарри смотрел на Гермиону с новым уважением. Она очень тонко перенаправила недовольство Рона, превратив его потенциальную ревность в что-то... более интересное. — Она права, Рон, — сказал Гарри, подхватывая идею. — Я был слишком сосредоточен на себе. Но что, если мы все часть какого-то большего плана? Что, если наша сила не в одиночных действиях, а в том, как мы работаем вместе? Рон задумчиво посмотрел на них: — Команда злодеев, да? — он медленно улыбнулся. — Звучит интереснее, чем просто «помощник знаменитого Гарри Поттера». — Намного интереснее, — кивнул Гарри, чувствуя облегчение от того, что потенциальный конфликт был разрешён. — И теперь, когда я официально в турнире, нам нужно начать планировать. Настоящие злодеи всегда на шаг впереди. — Согласна, — сказала Гермиона. — Но сначала, я думаю, стоит отпраздновать этот успех. В конце концов, не каждый день удаётся обмануть одновременно Дамблдора, Кубок огня и всю школу. Рон ухмыльнулся: — А знаете, что ещё лучше? Теперь близнецы должны мне целых пять галлеонов! Я поставил на то, что тебе удастся попасть в турнир. Гарри рассмеялся, чувствуя, как напряжение последних дней наконец отпускает его. Да, возможно, его злодейская карьера началась не совсем так, как он планировал. Но с такими друзьями-сообщниками она определённо обещала быть интересной. Вечеринка в гостиной Гриффиндора продолжалась до поздней ночи. Гарри принимал поздравления, отвечал уклончиво на вопросы о том, как ему удалось обойти возрастную линию, и наблюдал, как Рон постепенно входит в роль «злодея за кулисами», намекая, что он знает больше, чем может сказать. Это было забавно и... по-своему правильно. Когда большинство гриффиндорцев наконец разошлись по спальням, Гарри, Рон и Гермиона остались у камина, тихо обсуждая предстоящие испытания. — Как думаете, что будет первым заданием? — спросил Рон, потягивая сливочное пиво, которое каким-то образом раздобыли близнецы. — Обычно первое испытание проверяет храбрость, — задумчиво сказала Гермиона. — По крайней мере, так написано в «Истории Турнира Трёх Волшебников». — Храбрость, — повторил Гарри. — Звучит расплывчато. Это может быть что угодно от троллей до дементоров. — Или драконов, — вдруг сказал Невилл, который тихо сидел неподалёку с книгой по травологии. — Извините, что вмешиваюсь, но я слышал, как профессор Грюм говорил профессору МакГонагалл что-то о драконах для первого испытания. Гарри, Рон и Гермиона уставились на него. — Ты уверен, Невилл? — спросила Гермиона. — Драконы очень опасны. — Я не слышал весь разговор, — признался Невилл. — Но Грюм точно сказал «драконы» и «первое испытание» в одном предложении. Гарри почувствовал, как холодок пробежал по его спине: — Драконы. Прекрасно. Именно то, с чем я всегда мечтал столкнуться. — Эй, это же отличная возможность для злодея! — попытался подбодрить его Рон. — Представь: Гарри Поттер, укротитель драконов! Звучит впечатляюще. — Скорее уж «Гарри Поттер, обед дракона», — мрачно пошутил Гарри. — Но спасибо за информацию, Невилл. Это даёт нам преимущество. Невилл кивнул, явно довольный тем, что оказался полезным: — Я могу поискать в книгах по травологии растения, которые отпугивают драконов или устойчивы к огню. Может быть, они пригодятся. — Это было бы замечательно, — искренне сказал Гарри. Когда Невилл вскоре ушёл спать, Гарри поделился с Роном и Гермионой своими мыслями о странном поведении Грюма. — Он выглядел почти... довольным, когда моё имя вышло из Кубка, — сказал Гарри. — Как будто это было частью какого-то плана. — Грюм всегда был немного странным, — пожал плечами Рон. — Отец говорит, годы работы аврором могут сделать человека параноиком. — Возможно, — кивнула Гермиона. — Но всё же стоит быть осторожными. Что, если кто-то действительно хочет навредить Гарри через этот турнир? — Тогда нам нужно быть готовыми ко всему, — решительно сказал Рон. — Я могу написать Чарли, он работает с драконами в Румынии. Может быть, он подскажет что-нибудь полезное. — А я составлю список заклинаний, которые могут пригодиться против драконов, — предложила Гермиона. — Должно быть что-то в запретной секции... Гарри смотрел на своих друзей с тёплым чувством в груди. Какими бы ни были их роли в этой истории — героев, злодеев или кого-то посередине — они были вместе. И это было самым важным. — Спасибо, ребята, — тихо сказал он. — Я... я не знаю, что бы я делал без вас. — То же, что и всегда, — улыбнулась Гермиона. — Попадал бы в неприятности, только с меньшими шансами выбраться из них. — Именно, — кивнул Рон. — Кто-то же должен присматривать за будущим тёмным лордом, чтобы он не сжёг себя драконьим пламенем раньше времени. Они рассмеялись, и на мгновение все тревоги о турнире, драконах и таинственных планах отступили. Этой ночью, засыпая, Гарри размышлял о странных поворотах, которые принимала его «злодейская карьера». Он начал с идеи, что он отрицательный персонаж в чьём-то романе. Теперь у него была команда «злодеев», его участие в турнире было обеспечено, и впереди ждало испытание с драконами. «Интересно, что сказала бы писательница этого романа о таком развитии событий? — подумал он сонно. — Возможно, она бы усмехнулась и написала что-нибудь ещё более безумное для следующей главы». С этой мыслью он провалился в глубокий сон, где ему снились драконы с лицами Дамблдора, Грюма и странным образом — Снейпа, которые все повторяли одну и ту же фразу: «Ты не тот, кем себя считаешь, Гарри Поттер...» *** Следующая неделя прошла в нервном ожидании и интенсивной подготовке. Гарри с друзьями разработали детальный план тренировок, включавший как изучение теории драконов, так и практику различных заклинаний, которые могли бы пригодиться в бою с огнедышащими монстрами. Рон получил ответ от Чарли, который подтвердил их опасения: для первого испытания действительно привезли драконов, по одному на каждого чемпиона. Чарли не знал точно, в чём будет заключаться задание, но предупредил, что драконы были особенно свирепыми особями, включая венгерскую хвосторогу — самую опасную из известных пород. — Венгерская хвосторога, — мрачно повторил Гарри, когда Рон зачитал это место из письма. — Звучит просто замечательно. — Чарли пишет, что их шипованные хвосты могут пробить стальную броню, — добавил Рон. — И они особенно агрессивны к волшебникам. — Прекрасно, — Гарри откинулся на спинку кресла в пустом классе, который они использовали для тренировок. — Что ещё может быть лучше для начинающего злодея, чем быть съеденным драконом на глазах у всей школы? — Ты не будешь съеден, — твёрдо сказала Гермиона. — У нас есть план. План, который они разработали, был относительно прост: использовать природную скорость и маневренность Гарри на метле, чтобы отвлечь дракона от того, что ему нужно будет забрать или сделать. Рон предположил, что задание будет связано с преодолением дракона ради какого-то ценного объекта, и это звучало логично. — Но я же не смогу принести метлу на испытание, — напомнил Гарри. — Насколько я понял, у чемпионов будет только палочка. — Это не проблема, — ответила Гермиона. — Ты можешь использовать заклинание призыва. Акцио — оно как раз в нашей программе на этот год. Так Гарри начал усиленно практиковать Акцио, сначала с небольшими предметами в пределах видимости, затем с более крупными и на большем расстоянии, и наконец — с предметами, находящимися в другой части замка. К его удивлению, заклинание давалось ему довольно легко, особенно когда дело касалось его Молнии. — Это потому, что ты действительно хочешь, чтобы она прилетела к тебе, — объяснила Гермиона. — Эмоциональная связь с объектом усиливает заклинание. Пока они готовились, отношение школы к Гарри претерпело заметные изменения. Гриффиндорцы, конечно, поддерживали его безоговорочно, считая его дерзким героем. Когтевранцы в основном сохраняли нейтралитет, хотя некоторые из них открыто выражали скептицизм по поводу его шансов против старших чемпионов. Пуффендуйцы, несмотря на первоначальное недовольство «кражей славы» у Седрика, постепенно теплели к идее иметь двух чемпионов Хогвартса. А вот со слизеринцами произошло нечто совершенно неожиданное. Вместо обычной враждебности многие из них начали проявлять к Гарри что-то вроде... уважения? Особенно после того, как разнеслась история о том, как он гордо признался Дамблдору в нарушении правил. — У тебя появляются поклонники среди змей, — заметил Рон, когда группа слизеринцев почтительно расступилась перед Гарри в коридоре. — Это логично, — задумчиво сказала Гермиона. — Они ценят амбиции и хитрость. А обойти защиту Дамблдора требовало и того, и другого. Но самым удивительным было изменение в поведении Драко Малфоя. Вместо обычных насмешек и оскорблений он теперь ограничивался кивками при встрече и внимательными, оценивающими взглядами. Однажды, когда Гарри в одиночестве возвращался с тренировки, Малфой подстерёг его в пустом коридоре. — Поттер, — сказал он, выступая из тени. — Можно поговорить? Гарри напрягся, ожидая какой-нибудь подлости, но Драко выглядел необычно серьёзным. — О чём, Малфой? — О турнире, — Драко оглянулся, убедившись, что они одни. — Я знаю, что будет на первом испытании. — И? — Гарри старался выглядеть незаинтересованным, хотя внутренне он был встревожен. Откуда Малфою известно о драконах? — Драконы, Поттер, — сказал Драко, понизив голос. — Четыре разных породы, по одному на каждого чемпиона. Моему отцу рассказал один из организаторов. Гарри сохранил невозмутимое выражение лица: — И зачем ты мне это говоришь? Вряд ли из благотворительности. Драко усмехнулся: — Конечно нет. Скажем так, ты... заинтриговал меня, Поттер. Как ты обошёл возрастную линию? Это не должно было быть возможным. — У меня свои методы, — ответил Гарри, не особенно заботясь, поверит ли ему Малфой. — Но повторюсь: зачем ты мне помогаешь? — Я не помогаю, — Драко сделал шаг ближе. — Я инвестирую. Ты сильно изменился в этом году, Поттер. И эти изменения... интересны. Я просто хочу увидеть, как далеко ты зайдёшь. И, возможно, в будущем мы могли бы... объединить усилия в некоторых вопросах. Гарри не мог поверить своим ушам. Драко Малфой предлагал ему союз? Или, по крайней мере, намекал на такую возможность? Это было слишком похоже на классический сюжетный ход — два соперника, объединяющиеся ради общей цели. — Я подумаю над твоим предложением, — сказал Гарри после небольшой паузы. — А пока... спасибо за информацию. Драко кивнул и, не говоря больше ни слова, удалился по коридору, оставив Гарри в состоянии замешательства и лёгкого волнения. Его «злодейская карьера» определённо принимала неожиданные обороты. Вернувшись в гостиную Гриффиндора, Гарри рассказал о странной встрече Рону и Гермионе. Рон, как и ожидалось, был настроен скептически. — Малфой всегда что-то замышляет, — проворчал он. — Я бы не доверял ему. — Я и не собираюсь ему доверять, — ответил Гарри. — Но он подтвердил то, что мы уже знали о драконах. И, возможно, иметь «контакт» в лагере противника может оказаться полезным в будущем. — Это довольно... расчётливо с твоей стороны, — заметила Гермиона, и в её голосе было что-то похожее на одобрение. — Ну, я же пытаюсь быть злодеем, — пожал плечами Гарри. — Злодеи должны быть расчётливыми, верно? Гермиона улыбнулась, но её глаза оставались серьёзными: — Знаешь, Гарри, иногда я думаю, что ты вживаешься в эту роль слишком хорошо. Не забывай, что это всё-таки игра. — Конечно, — быстро согласился Гарри, хотя в глубине души он уже не был так уверен. Была ли это просто игра? Или он действительно раскрывал какую-то тёмную, скрытую часть себя? Разговор перешёл к тому, как Гарри собирается противостоять дракону. — План с метлой хорош, — сказал Рон, — но это как-то... обыденно, понимаешь? Не особо злодейски. Любой хороший летун мог бы так поступить. Гарри задумался. — Ты прав, — медленно сказал он. — Настоящий злодей не стал бы просто уворачиваться на метле. Это должно быть что-то более... впечатляющее. — Что-то, что заставит всех ахнуть, — согласился Рон. — Что-то, что оставит ощущение не просто победы, а... превосходства. Гермиона выглядела обеспокоенной: — Только не забывайте, что речь идёт о драконе. Это не то существо, с которым стоит экспериментировать. — Идея с метлой останется как запасной план, — заверил её Гарри. — Но я думаю, нам нужно придумать что-то более... тёмно-лордское. Они провели весь вечер, обсуждая различные варианты. Заставить дракона впасть в транс с помощью парселтанга? Интересно, но неизвестно, сработает ли этот дар на драконах. Использовать какое-то древнее тёмное заклинание? Проблема в том, что такие заклинания обычно сложны и требуют длительной подготовки. Наконец, когда они уже почти отчаялись придумать что-то действительно впечатляющее, Гермиона внезапно вскочила с места: — Подчинение! — воскликнула она. — Вот что делает настоящий злодей — заставляет других подчиняться своей воле!