Звёзды нам свидетели

— Кто я для тебя? Вопрос был для Эи ожидаемым. Но она и не думала, что давать ответ на него придётся так скоро. И главное, что на него она может ответить? Сара смотрела прямо на неё, широко распахнув глаза. В них читалось столько эмоций сразу: страх, смущение, но главное — надежда. А сёгун не знала, что и сказать. Что для неё значит эта юная тэнгу? Эи и сама задавалась этим в последнее время. То, что их отношения уже давно вышли за рамки деловых — было очевидно, она ведь сама стремилась подружиться. Значит Сара — её друг? В душе Эи чувствовала, что это уже тоже не так. В её жизни была крепкая дружба, но ни к одной из своих подруг она не испытывала того, что чувствует к Саре. Желание быть рядом как можно чаще..? Но вдруг это всего-то последствия пятисот лет, проведенных в изоляции от мира? С другой стороны, не только ведь с Сарой она общалась в последнее время, однако, лишь одна Сара притягивает к себе с невероятной силой. Желание делить радостные и печальные моменты на двоих..? Кто же не делится с друзьями и знакомыми частичкой своей жизни? Однако, именно с этой тэнгу Эи бы хотелось делиться большим, чем только «частичкой». Хотелось проживать эту жизнь рука об руку. И, наконец, даже желание поцеловать..? Да, в тот момент это было чем-то иррациональным, инстинктивным. Но то чувство было совершенно новым для неё, незнакомым и, самое главное, весьма отчётливым. И то, что именно Сара пробудила его — явно что-то значило. После того поцелуя, когда она лежала рядом с мирно спящей тэнгу, сёгун вспомнила рассказы Чиё. Когда-то, ещё задолго до Катаклизма, она была сильно влюблена в одного юношу. Эти чувства были взаимны, так что вскоре они поженились. Когда о́ни делилась с подругами некоторыми подробностями их отношений, от которых Эи часто кидало в краску, она описывала нечто похожее на то, что чувствовала сейчас сама сёгун к Саре. Любовь. Но разве можно назвать это любовью? Эи было незнакомо это чувство в полной мере. Что такое для неё «любовь»? Конечно, Архонт никогда и не думала размышлять над такими вещами, которыми упивались смертные. И всё же… это слово очень многогранное. Можно любить свою сестру, своих друзей, сладости, в конце концов, тоже могут попадать под это широкое понятие. Однако… всё это было совсем не то же самое. И разве может она сказать тэнгу какие-либо легкомысленные слова? Если и сама не может уловить название всех тех эмоций и чувств, что бушуют внутри? Молчание затягивалось. На лице Сары уже начало мелькать сожаление за то, что она задала этот вопрос. Больше затягивать нельзя. — У меня нет ответа на этот вопрос, — честно призналась Эи. Надежда в глазах тэнгу погасла. Архонт поспешила добавить: — Я... Я много думала об этом. Мне сложно дать моему отношению к тебе какое-то одно определение. Но я знаю одно, — с этими словами она взяла Сару за обе руки и крепко и уверенно их сжала, — ты для меня нечто уникальное, совершенно особенное. В глазах тэнгу промелькнула целая буря эмоций, которые было сложно понять. Эи продолжила: —Это что-то... совсем новое для меня. Поэтому я и не могу дать тебе точный ответ на этот вопрос, как бы мне ни хотелось. —Я... кажется, я знаю, о чём ты, — отводя взгляд, ответила Сара, — я сейчас... тоже чувствую что-то, чего не понимаю. Неужели она тоже? Эи даже не могла предположить подобного. А возможно, чувства Сары всё же другие. В любом случае, сейчас пока не время давить и выяснять. — Мы со всем разберёмся, я уверена, — ободряюще улыбнулась сёгун, стараясь вложить в свои слова как можно больше твёрдости. Сара ответила ей небольшим кивком. Ветер на корме усилился. Тэнгу невольно поёжилась. Архонт коснулась её плеча. — Ого… холодная какая… Замёрзла? — Нет, просто ветер... — оправдывающимся тоном прошептала Сара. — Ну-ка иди сюда, — с этими словами, Архонт притянула тэнгу к себе и обняла, пытаясь согреть. Только сейчас, уткнувшись лбом девушке в подбородок, Эи осознала, какая Сара высокая. Тэнгу немного неловко приобняла её в ответ, слегка поглаживая по плечам. — Теплее? — поинтересовалась Эи, поднимая голову. Лицо Сары оказалось совсем близко, буквально в паре сантиметров. Сёгун могла ощутить её дыхание на своём лице. Девушка явно была смущена происходящим. «Такая хорошенькая» — мелькнуло в голове у Эи. Помедлив, Сара, наконец, ответила: — Д-да, так намного лучше. Щеки девушки порозовели. Да и саму Эи начала смущать эта близость. Она сделала шаг назад, не отпуская при этом плечи тэнгу. Ветер всё крепчал. — Думаю, лучше всё же пойти в каюту, — усмехнулась сёгун, — а то простудишься. — Никогда не простужалась. — Вот пусть так и будет дальше. Идём. Взявшись за руки, девушки направились в сторону каюты. Оказавшись внутри, Архонт сразу же отправила Сару отдыхать. Несмотря на сопротивление, уже вскоре генерал мирно заснула, тихонько посапывая. Всё же восстановление после ранений забирало драгоценные силы. Эи же сидела за небольшим столиком, то и дело поглядывая на спящую тэнгу. Ещё недавно новые чувства напугали бы сёгуна. Тогда Архонту было бы проще просто откинуть их. Но сейчас хотелось понять их как можно точнее. Интересно, что бы сказали об этом её подруги? Ах, как хотелось бы узнать. Ведь Эи считала себя последней, к кому можно было бы обратиться за эмоциональным советом. Подобные потрясения... это совсем не похоже на искомую ею «вечность». Эи лишь вздохнула. Размышления о вечности увели взгляд Архонта к окну, за которым простиралась бесконечная водная гладь.

***

С утра лил сильный дождь. Океан штормило сильнее обычного. Покидать каюту не было ни малейшего желания ни у Эи, ни у Сары. Проснувшись и позавтракав, тэнгу достала свою складную доску для го и начала раскладывать партию. Сёгун, прервав свою медитацию, расположилась напротив, наблюдая за сложными комбинациями и передвижениями фигур на доске. За всё время, пока Эи смотрела на то, как играет Сара, она уже начала довольно неплохо понимать принципы партии, даже запомнила некоторые ходы. Теперь она пыталась предугадать в голове, какой ход сделает сейчас тэнгу, и каждый раз улыбалась, когда её догадка оказывалась верной. Поймав пристальный взгляд Архонта, Сара поинтересовалась: — Тебе... интересно смотреть за партией? Эи кивнула. — Да, это очень занимательно. К тому же, как я понимаю, неплохо развивает тактическое мышление. — Да, это так, — согласилась тэнгу. — В таком случае, ты, должно быть, мастер в этой игре. — Не совсем, — скромно улыбнулась Сара, — я хорошо знаю теорию, но мне ни разу не доводилось играть с другим человеком. Думаю, в настоящей партии, я быстро бы проиграла. В голову сёгуна пришла внезапная идея. — Хочешь, я сыграю с тобой? По правде говоря, Эи давно хотелось попробовать. Да и игра вполне могла скоротать далёкий путь до Цуруми и отвлечь от слишком навязчивых мыслей. — А ты... умеешь? — тэнгу удивлённо посмотрела на сёгуна. — Я давно наблюдаю за тем, как ты играешь, и уже кое-что поняла. В остальном —разберусь по ходу. — В таком случае, по правилам я должна дать тебе фору, как новичку. — Это как? — Ты ходишь первая, чёрными фигурами, и у тебя есть пара дополнительных камней, — пояснила Сара. — Я бы хотела попробовать сыграть на равных, — попросила Эи. — Так уверена в своих силах? — глаза тэнгу блеснули азартом, — Что ж, решение за тобой, — девушка встала и сделала небольшой поклон, — удачной игры, Эи. Сёгун ответила ей тем же жестом. Партия началась. Естественно, на практике это оказалось гораздо сложнее. Сара знала гораздо больше различных хитростей и тонкостей игры и явно чувствовала себя увереннее, делала ход быстрее, тогда как Эи приходилось обдумывать каждое движение очень много времени. Партия затягивалась. Но сёгуна это на самом деле увлекало. Игра очень сильно походила на разработку планов сражения. Эи даже жалела о том, что лишь сейчас узнала об этой игре. В какой-то момент на доске не осталось пространства для нового манёвра. — Пасую, — сдалась Эи. Сара несколько минут напряжённо смотрела на доску, словно ища какую-нибудь лазейку, но безуспешно. Спустя какое-то время, она, наконец, произнесла: — Что ж, партия окончена. Подсчитаем очки. Итог оказался неутешительным для Эи. 45 очков Сары против 42 у сёгуна. Эи немного грустно вздохнула. Сара поспешила поднять ей настроение: — Это было очень здорово для новичка, — похвалила она сёгуна, — мне порой приходилось серьёзно подумать. Твои ходы... любопытны. Я бы очень хотела сыграть с тобой ещё. Играть с живым оппонентом — такой удивительный опыт, — она и правда была в восторге. — Обязательно сыграем, — обрадовалась предложению Эи, — но позже. Честно говоря, у меня уже голова кипит. Сара начала убирать камни, а сёгун поинтересовалась: — Почему ты ни разу не пробовала сыграть с кем-то? Тэнгу сникла. — Было бы с кем... В клане Кудзё игры, мягко говоря, не приветствуются. — Но почему? — искренне удивилась Эи. — Господин Такаюки считал, что подобная деятельность лишь отвлекает воинов от главного — от тренировок. — Но ведь тренировки ума тоже важны, — возразила сёгун. — Я согласна с этим, — кивнула Сара, опустив голову, — знаешь... однажды давно, ещё в детстве, впервые оказавшись в лагере Кудзё, я играла с другими юными воинами. Мы бегали наперегонки, выслеживали друг друга, было весело. Но затем Такаюки узнал об этом и наказал всех учеников, что играли со мной. А мне посоветовал не забивать голову всякими глупостями... В итоге другим детям было запрещено со мной общаться. Не говоря уже о каких-то играх или иных взаимодействиях. Хоть Сара и не показывала, но всё же чувствовалось, что девушку до сих пор ранит эта ситуация. Эи представила маленькую девочку Сару, которой одним указом перечеркивают всё детство. Сердце сёгуна сжалось от сочувствия. Не зная, что сказать, она просто накрыла своей ладонью руку тэнгу. Этот жест словно дал Саре разрешение выговориться ещё: — Я знаю, что в клане Камисато из комиссии Ясиро часто устраиваются вечера, на которых члены клана пьют чай, разговаривают, играют в го... Мне всегда было непонятно, почему в моём клане не может быть так... — Я думаю, настало время восполнить это, — крепче сжав руку Сары, произнесла Эи, — думаю, мы вполне можем устраивать вечера с настольными играми, когда вернёмся из путешествия, чай и разговоры у нас уже есть. Сара, наконец, подняла голову. Её лицо просияло: — Это было бы... очень здорово! — слегка дрожащим от радости голосом ответила она. — Вот и договорились, — решительно заключила Эи. На палубе послышались быстрые шаги. Спустя секунду дверь в каюту резко распахнулась. В помещение влетел запыхавшийся матрос. — Судно… прямо по курсу..! И чего так волноваться? — Чей флаг? — тут же поинтересовалась тэнгу. — Сёгуната… — Хм, странно, — задумчиво ответила Сара, — я не подписывала ни одного приказа об отправлении кораблей в данном направлении. А вот теперь это уже становилось подозрительным. — Корабль может быть захвачен, — встревоженно проговорила Эи, — Сара, идём. Тэнгу, взяв лук, поспешила за сёгуном. Ветер снаружи усилился, и, хотя ливень стих, черные тучи всё так же затягивали небо. Стоило девушкам выйти, как тяжёлый влажный воздух заполнил лёгкие. Пройдя к носовой части судна, Эи на мгновение замерла. Прямо по курсу на них плыл массивный военный корабль, что, и правда, был под флагом сёгуната. Более того, он подошёл даже слишком близко. Такими темпами они могли столкнуться уже в течение пяти минут. — Почему доложили так поздно? — строго спросила Архонт у стоящего рядом капитана. — П-просим прощения, Ваше Превосходительство. Но корабль возник так внезапно, словно из воздуха. Клянусь, с ним что-то не так. Архонт присмотрелась к судну. Оно выглядело старым. Очень старым. Словно пролежало несколько лет на морском дне, а затем, каким-то образом поднялось на поверхность. Некоторые доски были явно подгнившими, от парусов осталась лишь пара рваных клочьев. Каким-то чудом полностью сохранился лишь флаг. Двигался он странно, абсолютно бесшумно. Но самым жутким было то, что он вызывал у Эи смутные воспоминания. Будто она и раньше видела его. Экипаж собрался на носовой части палубы в ожидании приказов. Тем временем, Сара уже взяла у одного из них подзорную трубу и вглядывалась вдаль. — Госпожа сёгун — с усиливающимися нотками волнения позвала она, — есть ещё кое-что ненормальное. Я не вижу экипажа. Совсем. Такое чувство, что… оно движется само по себе. Только кораблей-призраков тут ещё не хватало. Подобные легенды издавна ходили среди народа Сангономии. Ими издавна пугают моряков, дабы оградить их от идеи выходить в открытое море в дождливую или туманную погоду. Вот только в отличие от ёкаев, которые были вполне реальными, это были всего лишь рассказы-страшилки. Но теперь, глядя на старый обветшалый корабль, появившийся из ниоткуда, Эи была готова поверить даже в это. Смутная догадка пронзила сознание сёгуна. Кажется, она знала, что это за корабль. Неужели…? — Сара, — голос Архонта слегка дрогнул, — видно ли название этого судна..? Тэнгу пригляделась получше. — Тут надпись частично скололась: «…чная молн…». Хм, наверное, «молния». — «Вечная молния», — упавшим голосом произнесла Эи, — корабль Сасаюри… Она так…гордилась им. — Но как он оказался тут? — недоумевала Сара. — А вот это… хороший вопрос, — сёгун задумчиво наклонила голову, — дело в том, что корабль затонул ещё до того, как Сасаюри погибла. Во время сильного шторма неподалёку от Сэйрая. Она сильно расстроилась. Большая часть команды погибла. Обломков, к слову, потом даже не нашли, слишком уж далеко от разных берегов он потонул. Всё это напрягало сильнее и сильнее. Как бы в ответ на тревоги сёгуна, мачта корабля-призрака протяжно и тоскливо скрипнула. — Это не может быть совпадением? — скептическим тоном поинтересовалась тэнгу, — другой корабль с подобным названием? Просто… сложно поверить, что судно, затонувшее несколько столетий назад, вот так вот появилось. — Нет, это точно он, — уверенно ответила Эи, — ошибки быть не может. Архонт чувствовала, что «Вечная молния» оказалась тут не просто так. Связано ли это как-то с целью их миссии или нет, но она обязана всё выяснить. — Капитан, подойдите к судну максимально близко и приготовьте защитные меры, — приказала сёгун, — мне лично нужно проверить это явление. — Ваше Превосходительство, позвольте мне пойти с вами, — тут же отреагировала Сара. Эи даже не сомневалась, что она так скажет. — Хорошо. Но с условием — держишься строго рядом со мной. Тэнгу послушно кивнула. Через пару минут корабли поравнялись. Вблизи судно было ещё более жутким. Мёртвым. Эи бросила взгляд на капитана, на что тот с небольшим промедлением утвердительно кивнул. Затем она подошла к краю борта и обернулась на Сару. Та явно так же была в напряжении, но как только уловила взгляд сёгуна, её вид приобрел уверенность и непоколебимость. «Надеюсь, с ней ничего не случится», — озабоченно подумала Эи. Поднявшись на безжизненную палубу, девушки огляделись. — Я думаю, сначала нужно проверить все помещения, — серьёзно произнесла Сара. Вместе, держась бок о бок, они начали осматривать каюту за каютой. Их встречала только абсолютная пустота и тишина, прерываемая лишь скрипом прогнивших досок. Странное дело, но на корабле не были слышны даже звуки моря и ветра. Это было ненормально. Взгляд Эи блуждал по сторонам, надеясь зацепиться хоть за что-то, за какой-то намёк, подсказку. Но ничего конкретного не замечала. Особенным было всё это явление в целом. — Нужно спуститься, осмотреть трюм, — вырывала её из размышлений Сара. По полуразвалившейся деревянной лестнице девушки начали медленно спускаться вниз. Сара прихватила с собой масляную лампу, которая слабо освещала темную древесину в непроглядном мраке. И чем ниже они спускались, тем большее волнение начинала испытывать Эи. От этого немного закружилась голова. Странно. В последний раз она испытывала недомогание перед битвой с куклой сёгуна. Эи покосилась на тэнгу. Та приложила руку ко лбу. — Ты в порядке? — коснулась плеча подруги Архонт. — Я… да, — рассеянно ответила Сара. — Не волнуйся, — Эи успокаивающе провела по плечу генерала рукой, — проверим трюм — и сразу вернёмся. Потом подумаем, что всё это значит. В трюме стояла гробовая тишина. Даже мерзкий скрип, сопровождающий их всюду на этом судне, куда-то пропал. Осматривать помещения в таких условиях было неуютно. Вдруг сёгун услышала глухой звук удара о доски, и свет, что мягко рассеивал темноту, задрожал. Эи тут же обернулась и увидела, как Сара безмолвно оседает на пол, прислонившись к стене. «Вот чёрт! Всё же нельзя было так рисковать», — только и успела подумать Эи, как перед глазами всё поплыло. Взгляд затуманила пелена. Девушка несколько раз моргнула. С большим трудом она всё же открыла глаза и осмотрелась. Сары рядом не было. Нет… — Сара! — крикнула она изо всех сил. Ответом послужила тишина. Вот только теперь Эи испугалась по-настоящему. — Сара! — вновь прокричала сёгун. В трюме её явно не было. Архонт поспешила на поверхность. Яркий свет ослепил её. Ещё пару минут назад всё вокруг было полуразвалившимся, а в небе сгущались тучи. Сейчас же светило солнце, а корабль… был точно таким же, как сотни лет назад. Палуба была отполирована до блеску, а лиловые паруса гордо вздымались над судном. Эи повернула голову в ту сторону, где должен был стоять корабль, на котором они с Сарой плыли на Цуруми. Там было пусто. Лишь бескрайняя океанская гладь. «Это… сон?» — подумала Архонт, — «или какая-то иллюзия? Что тут творится?» Несмотря на то, что окружающая обстановка стала гораздо менее мрачной, на корабле всё ещё не было ни малейших признаков экипажа. Эи поспешила в последнее место, которое ещё не успела проверить. Капитанский мостик. Если и там ничего нет… то намечается очень большая проблема. Место, где она оказалась, выглядело приветливо, но чужеродно. Приближаясь к мостику, Эи заметила на нём человеческий силуэт. «Неужели? Хоть кто-то тут есть». Высокая женская фигура, чёрные, как смоль, крылья, маска сбоку. Если б не длинные волосы, Эи подумала бы, что это Сара, но… — Ты… Это действительно ты? — недоуменно спросила сёгун, приближаясь к фигуре. Внутри её всю колотило от волнения. Девушка повернулась. Да. Это была она. Точно такая же, как в тот день. Глаза Эи невольно увлажнились. Она в иррациональном порыве кинулась к старой подруге. Та не двигалась, лишь еле заметно улыбалась. Сёгун распахнула руки, заключая Сасаюри в объятия, и… ощутила лишь пустоту. Тэнгу немного печально произнесла. — Здравствуй, Эи. Поверь, я бы тоже хотела обнять тебя. Но, как видишь, это невозможно. Грудь сдавило от боли, но сёгун пересилила себя. Не время поддаваться эмоциям. Как знать, может это и не настоящая Сасаюри. — Это… сон? — поинтересовалась она, — или какая-то аномалия артерий земли? Тэнгу лишь покачала головой. — Не сон… И не совсем аномалия. Всё несколько сложнее и связано с одной нашей общей знакомой. — Ты говоришь о Чиё? — догадалась Эи. Сасаюри кивнула. — Остров Цуруми издавна был полон аномалий, в том числе и временных. Грань между миром живых и мёртвых там истончена до предела. Этим и воспользовалась Чиё. — Что… что она сделала? — нахмурившись, спросила Эи. — Если кратко — на Цуруми она открыла врата в мир ёкаев. Так я и оказалась вновь тут. — Тут… это где? — происходящее вызывало слишком много вопросов. — В мире людей. Но погибшие ёкаи не могут вернуться. Сейчас я… как бы объяснить понятнее, слабый дух, существующий вне времени и пространства. Я нахожусь здесь, и при этом нигде. Понятнее не стало. Будто прочитав мысли Эи, Сасаюри продолжила. — Мой дух привязан к этому кораблю, но я вижу всё, что происходит в пределах пронизывающих Инадзуму артерий земли. И то, что я вижу, меня пугает. Поэтому я и решила потратить все свои силы на связь с тобой. — Я не уверена, что мы сейчас в мире людей, — возразила сёгун. — Это подпространство, — пояснила Сасаюри, — здесь ты можешь видеть меня и общаться со мной. Можно сказать, что я вселилась в твое сознание, это всё, на что хватит моих сил. И вновь я это сделала, чтобы поговорить с твоей спутницей-тэнгу. — С ней всё в порядке? — с надеждой спросила Эи. — Прямо сейчас я общаюсь и с ней тоже, в её сознании. Мне нужно сказать ей несколько слов наедине, уж извини. Не волнуйся. С ней всё будет в порядке. Эти слова успокоили Архонта. — Ты говоришь… что хотела сказать мне что-то важное? Тэнгу кивнула. — Чиё открыла врата не по своей воле. Тьма управляет ею, использует для своих целей. Чиё думает, что открыв врата, она выпустила ёкаев, чтобы отомстить тебе и вызвать тебя на поединок-реванш. Но вместе с ёкаями в мир людей вновь начинает проникать первородная тьма. Та, что почти уничтожила Инадзуму во время Катаклизма. — Надо остановить Чиё и как можно скорее, — закончила за подругу Эи. — Да. Иначе произойдёт что-то наподобие Катаклизма. Благо, у Чиё нет достаточных сил, чтобы призвать могущественных ёкаев в их полной силе, как видишь. Думаю, она наверняка будет использовать тысячи низших духов, поглощённых тьмой. Сказанное тэнгу ничуть не утешало. Катаклизм… столько жертв, поломанных судеб… допустить такое нельзя. — Сасаюри, — решительно произнесла Эи, — как генерал, как друг, скажи, как мне быть с Чиё? Какой выход будет правильным для всей Инадзумы? Сасаюри подошла ближе. — Эи, ты лучше меня понимаешь, что она умерла ещё тогда, ещё там. Её дух привязан к этому миру насильно. Для неё, в любом случае, остаётся один исход, — Сасаюри сделала паузу, и на её лице появилась странноватая ухмылка — твой выбор лишь в том, как упокоить её дух. Ты можешь уничтожить её вместе с тьмой, а можешь освободить и отправить в пристанище ёкаев с миром. — Слабое утешение, — честно ответила Эи. — Я мало чем могу помочь. Но кое-что я тебе всё же дам, — тэнгу указала на стол, что был в каюте. На нём лежало что-то маленькое, блестящее и такое реальное, — и всё же не зря я подняла со дна эту старую свалку древесины. — Заколка… Чиё? Эи помнила эту вещь. Эту заколку она подарила óни в день её свадьбы. Чиё очень дорожила ей. А во время её путешествия на «Вечной Молнии» грянул внеочередной шторм, а заколка слетела и затерялась средь волн. — Но… как? Сасаюри улыбнулась. — Обломки моего чудесного флагмана были распластаны по всему океанскому дну, от Сэйрая до Ясиори. И рядом с одним из таких я ощутила остатки энергии нашей подруги. Затем мне и пришла идея, как связаться с тобой наверняка, — тэнгу подняла обе руки, очерчивая пространство палубы. Только обрадовавшись, Эи тут же сникла. — Это, конечно, очень трогательно, но как это поможет одолеть Чиё? — Всему своё время, — подняла вверх палец тэнгу, — когда наступит нужный момент — я уверена, ты поймёшь, что делать с этим. Повисло неловкое молчание. Эи разрывали эмоции. Вот она, Сасаюри, рядом. Столько вопросов хотелось задать, столько слов сказать. Сёгун даже не знала, с чего ей начать. Как много раз после смерти тэнгу она мысленно разговаривала с ней! Но сейчас она была неспособна выдавить ничего вразумительного. Эи произнесла лишь одно: — Я скучала. — Я знаю, — печально улыбнулась тэнгу, — и я видела всё, что пришлось пережить и тебе, и нашей стране. Артерии земли хранят множество воспоминаний. — Я подвела Инадзуму, — с болью ответила Эи, — не оправдала твоих надежд. Глаза подруги ласково смотрели прямо на нее. — Все совершают ошибки. Главное — уметь их признать и исправить. И с этим ты замечательно справляешься, — Сасаюри посмотрела куда-то вдаль, — я очень горжусь тобой. — Гор-гордишься? — дрожащим голосом переспросила Эи. — Да. Я очень рада, что ты смогла отпустить груз прошлого и повела Инадзуму в будущее. И, наконец, открыла своё сердце. — Ты… знаешь? — Я вижу это по твоим реакциям: по глазам, по голосу, по жестам, когда я говорила о ней. Всё же обязанности генерала включают в себя предельную внимательность ко всем мельчайшим деталям, — тэнгу усмехнулась, — у меня была возможность наблюдать за таким и при жизни. — Мне страшно, Сасаюри, — честно призналась Эи, — все эти чувства такие новые, такие незнакомые. Я боюсь напугать ими... её. Боюсь оттолкнуть, потерять. Не уверена, имею ли в принципе право на такие мысли и чувства как сёгун, как Архонт, — слова лились сами. Даже спустя столько лет, она чувствовала, что может высказать Сасаюри всё, что накопилось на душе. Тэнгу призадумалась, потирая подбородок. — Я, конечно, не эксперт в подобных деликатных вопросах. Тут гораздо лучше помогли бы Сайгу или Чиё. Тем не менее, я попробую дать совет. На правах тэнгу, если можно так выразиться. Эи обратилась вся во внимание. — Будь откровеннее с человеком, который тебе так дорог. Если твоё сердце просит сказать какие-то слова — говори. Если хочешь сделать что-то — делай. Потому что если не сможешь сделать, или не успеешь — жалеть будешь намного сильнее. Думаю, ты уже и сама знаешь это. И ты так же должна понимать, что мы, воины тэнгу, любим прямоту. Эи зажмурилась, вспомнив, сколько всего она не успела сказать своим подругам, своей сестре. Сасаюри была права. Как и всегда. Голос генерала вновь вырвал её из мыслей. — Извини, времени остаётся мало. Моих сил недостаточно, чтобы продолжать беседу. Через пару минут ты и твоя подруга придёте в себя. Советую поскорее убраться с корабля, потому, как только я исчезну, уйдёт и сила, удерживающая его на плаву. — Уже? Нет... так мало времени... — Эи, — раздался мягкий голос тэнгу прямо над ухом, — не печалься, когда вернёшься. Я уверена, что ты любишь Инадзуму так же, как любила её Макото. Тебе есть ради кого и ради чего жить прямо сейчас. Живи настоящим. — Сасаюри... — по щеке сёгуна всё же скатилась одна слеза, — спасибо, спасибо тебе... за возможность вновь поговорить с тобой. Я… не надеялась уже и… и… Мысли Эи путались, а язык заплетался. — Я тоже была счастлива увидеть тебя, — тэнгу провела рукой по щеке сёгуна, но ладонь лишь прошла сквозь Эи, — удачи вам с Сарой. Обеим. Мир вокруг вновь поплыл. Перед глазами встала мутная пелена. Очнулась Архонт в трюме. Старый прогнивший пол под ногами сразу дал понять — она вернулась. Сёгун увела взгляд с пола на свой сжатый кулак. Разжав пальцы, она увидела, что на ладони находилась та самая заколка. Окончательно осознав реальность, Эи повернула голову. Сара сидела рядом, потирая лоб рукой. — Сара! — Эи! Девушки одновременно потянулись друг к другу в объятия. Сёгун крепче сжала тэнгу, зарываясь рукой в её тёмные шелковистые волосы. Сара в ответ осторожно погладила её по плечам. Эи слегка отстранилась, посмотрев прямо на подругу. Глаза тэнгу смотрели слегка отстранённо, словно она задумалась о чём-то. — Всё в порядке? — тревожно спросила сегун. — Да... я, — Сара замялась, перебирая ткань на платье, — у меня... было странное видение. Я встречалась с... — С Сасаюри? — Ты знаешь? — тэнгу удивлённо подняла брови. Эи кивнула. — Так ты тоже? — догадалась Сара, — Значит, ты в курсе всего... Архонту вдруг стало интересно, о чем могли говорить две тэнгу. — Нужно возвращаться на корабль и спешить на Цуруми, — Сара решительно сжала руку Эи. Эи помогла подруге подняться. Вместе они поспешили на палубу. Прежде чем вернуться на родной борт, Эи ласково провела рукой по мачте корабля. — Прощай, «Вечная молния». Прощай, Сасаюри, — тихонько прошептала она. Эи молниеносно возвратилась на родной корабль. Сара же свободно использовала свои крылья. Отдав распоряжения капитану вновь двигаться к Цуруми, девушки с удивлением обнаружили, что шторм прекратился. Лишь пару минут спустя позади раздался дикий грохот. Вся команда выбежала посмотреть, что произошло. Архонт с генералом же молча наблюдали за происходящим. «Вечная Молния» распадалась на части, словно карточный домик. Главная мачта рухнула первой, что и породило эти раздирающие звуки. Более ничего не держало в мире эти доски. Эи решила не оглядываться на прошлое и вернулась в каюту ещё до того, как корабль полностью скрылся из виду в океанской пучине. Тэнгу поспешила за ней. Уже спустя какое-то время, сидя в комфортной тишине, Эи покосилась на Сару. Та тоже украдкой поглядывала на сёгуна. Поймав её взгляд, тэнгу резко отвернулась и опустила голову, о чём-то думая. «Будь откровеннее с человеком, который тебе так дорог» — эхом прозвучал в голове голос Сасаюри. — «Я постараюсь» — мысленно ответила ей Эи.