Sweet Dreams

Вокруг тени. Они бегают, шушукаются, но не подходят близко. Они прячутся за деревьями, сидят в траве, смотрят с неба, словно звёзды — они везде. Я не могу подвинуться, даже моргать становится тяжело от того, насколько много всего витает в воздухе. Я чувствую горечь, жалость, злость, непонимание, а ещё радость и лёгкую симпатию, какая бывает к красивым прохожим на улице, которых больше никогда не встретишь. В моей голове — ветер, сосредоточиться сложно. Я пытаюсь двигаться, но получается плохо. Я поднимаю руку, смотрю на свою кисть. Она как будто чужая: слишком бледная, слишком тонкая. Я громко сглатываю. Звук отдаётся пугающим эхом. На языке я чувствую железо и зелёные яблоки, которые ненавижу. Как будто кто-то просто издевается надо мной. Вокруг меня лес. Или парк? В лесу не бывает так светло, но даже несмотря на это я никого не вижу. На глазах как будто пелена, но слух обострился. Я слышу каждый шорох, каждый лёгкий ветерок, раскачивающий веточки, шаги животных где-то далеко, тихие голоса… Голоса? Джордж резко открывает глаза. Садится, подтягивает к себе колени и откашливается. Кажется, он замёрз, пока спал. Он поворачивает голову в сторону, потом в другую, и не может понять, где он. В ушах всё гудит от странного сна, а глаза не могут ни на чём сосредоточиться из-за темноты вокруг. Джордж опускает взгляд на свои руки. Обычные ладони, аккуратные ногти, пальцы… Парень охает. Он не помнит, кто он. Джордж вскакивает на ноги, даже не отряхивая налипшую землю, и начинает себя рассматривать. Хотя бы элемент одежды, украшения, цвета — хоть что-то же должно ему что-то напомнить? Но ни потёртые коричневые штаны, ни огромная серая рубаха ничем не могут ему помочь, и парень замирает. Закрывает глаза и пытается успокоиться, чтобы вспомнить хоть что-то. — Джордж? — он вдруг отзывается. Поворачивается вокруг себя и рефлекторно делает шаг назад, когда видит приближающегося к нему совершенно незнакомого мужчину. — Не бойся, Джордж. — К-кто ты? — он снова откашливается, потому что его голос хрипит. — П-почему ты знаешь как меня зовут, если даже… Даже я не знаю? — последний вопрос кажется несколько странным. — Я Уилбур Сут, — мужчина улыбается. Его улыбка кажется приятной, но Джордж старается не терять бдительность. — Если ты хочешь узнать больше, тебе придётся пройти со мной к костру, — он смотрит на выставленную в его сторону руку в защитном жесте и добавляет: — Я обещаю, что не наврежу тебе. — П-почему я должен тебе верить? — Потому что это ты хочешь у меня что-то узнать. Джордж на секунду задумывается — это ведь правда. Этот мужчина не выглядит так, будто хочет его убить, но мгновенно верить ему точно не стоит. Жгучее чувство страха неприятно колет где-то в груди. Парень кивает и снова вздрагивает, когда Уилбур неопределённо машет рукой в его сторону: — И подними моё пальто, всё-таки новое мне неоткуда взять. Осознание, что он спал под чьей-то одеждой, бьёт под дых, и ум становится немного яснее. Джордж поднимает вещь с земли и даже отряхивает перед тем, как возвратить владельцу. Они проходят всего пару метров, и Фаунд не понимает, как не заметил такой костёр раньше. Возле него на коряге сидит ещё один человек. — Джордж, садись, — Уилбур хлопает по месту рядом с собой, но видя, что парню не очень комфортно, пересаживается, оставляя всё поваленное дерево пустым. Фаунд садится на край и только теперь чувствует — холодно. Он подставляет руки к костру, чтобы не дрожать, и тут же получает то же пальто обратно. — Накинь. Нам не нужно, чтобы ты заболел. — А ты? — невольно вырывается у Джорджа. — Я закалённый, но мне приятно, что ты спросил, — Уилбур тихо смеётся, а мужчина рядом с ним фыркает: — На кой чёрт ты вообще его с собой взял? — Я тебе уже столько раз объяснял, святой Тотем, — мужчина закатывает глаза, а потом представляет своего собеседника: — Это Кл- — Дрим. Меня зовут Дрим Тэйкен, — отрезает тот. — Хорошо, Дрим. Это Джордж. — Я в курсе. Ты мне про него уже все уши прожужжал, — Дрим фыркает снова. Джордж повторяет действие и, немного отогревшись, наконец начинает задавать вопросы: — А может теперь про себя послушаю я? — Как скажешь, — Уилбур опирается локтями в колени и смотрит в костёр. Фаунд рассматривает его одежду: запачканный жёлтая рубашка, такие же, как у него самого, штаны, высокие ботфорты. На голове красная шапка, как будто он ограбил ту маленькую девочку, бежавшую от серого волка. Парень хихикает. — Я ещё не начал, а ты уже смеёшься? — Прости, я просто заметил твою шапку… — Можешь не продолжать, просто помолчи, — Сут поджимает губы, но всё-таки касается пальцами головного убора, чтобы проверить, всё ли с ним хорошо. — Так вот. Мы нашли тебя в горящем доме и забрали с собой. Всё, вся история. — А мне ты рассказывал больше, — хохочет Дрим, но никто не обращает внимание. — Тогда откуда ты можешь знать моё имя? — Джордж напрягается, сильнее сжимая края пальто. Начинает всего самую малость казаться, что его обманывают и пытаются пустить пыль в глаза красивой улыбкой. — Соседи сказали, — но на лице Уилбура нет ни тени сомнения. — Когда мы увидели, как ты беспомощно перегнулся через подоконник третьего этажа, я прокричал, чтобы ты не прыгал, потому что ты мог сломать себе ноги. Мы побежали к тебе, но нашли тебя уже без сознания, и вынесли на улицу. Там было много людей, но никто не вызвался помочь тебе или дать тебе ночлег, пока тебе не станет лучше. — Получается… — Фаунд хмурится, снова пытаясь восстановить в памяти хоть какие-то события, но вспоминается только тот странный сон. — У меня не было семьи? — Да. Со слов соседей, ты с детства работал в том доме прислугой, но твои хозяева сгорели, — мрачно добавляет Дрим, а потом слишком буднично машет рукой вперёд. Из-за колоды, на которой он сидел, вылетает ветка и падает в костёр, заставляя искры разлетаться вокруг. Ветка. Вылетела. Когда Дрим махнул рукой. Джордж замер лишь на секунду, а потом вскочил и, сбросив с себя пальто, побежал куда глаза глядят. Если он ещё мог поверить в рассказы про сгоревших хозяев и амнезию от какого-нибудь дыма, то в то, что эти двое умеют управлять ветками… Нет, это явно было выше всего адекватного. Они маги? Волшебники? Они втираются в доверие, чтобы потом сожрать его? А может это они стёрли ему память своей магией?.. Фаунд не успел подумать, потому что его догнали и обхватили руками сзади. — Отпусти! Колдун прокля́тый! — он кричал в надежде, что его кто-то услышит, но широкая ладонь зажала ему рот: — Мм! — Успокойся. Мы не хотим причинять тебе вред, — голос Уилбура прозвучал прямо возле уха и вселил только больше страха, заставляя мурашки бежать по спине. — Я отпущу тебя, если ты не станешь больше убегать, а выслушаешь нас, — Джордж перестал дёргаться и на мгновение задумался. Можно подумать, у него есть шанс сейчас? Конечно же, нет, но если он заставит их ему верить… Он кивнул. — Молодец. А теперь давай вернёмся, всё-таки ночью прохладно. Сут подхватил его под локоть и осторожно потянул за собой, возвращая на пустую колоду. Дрим вновь хохотнул и поправил свою тёмно-зелёную накидку, Уилбур лишь хмыкнул и снова подал парню своё пальто. — Так… Кто вы? — осторожно спросил Фаунд, укутываясь посильнее. Вещь пахла дымом и лимоном, а ещё… Музыкой? — И что вам от меня нужно? — Тебе мы просто хотим помочь, — Уилбур стянул шапку и пропустил волосы сквозь пальцы. — А мы… Ты прямо ничего не помнишь? Ладно, расскажу сначала. Только не убегай, послушай, — он вздохнул, подбирая слова. — Нас называют Пекула́рисами, дословно «особенными», и у нас с рождения есть какие-то способности. Например у Дрима — левитация, — мужчина подкинул в огонь ещё веточку, а Джордж снова вздрогнул. — А у меня гипноз с помощью музыки. — То есть? — Я играю, а все делают то, что я хочу, — парень скептически поднял бровь. — Покажу наглядно. Дрим, можно на тебе? — Это в последний раз. Сут достал гитару из-за одной из колод — почему Джордж ничего не замечает? Неужели это тоже амнезия? — и провёл пальцами по струнам, наигрывая простенькую мелодию. Дрим поднялся на ноги, трижды попрыгал на месте, повернулся вокруг себя и, присев, смешно прокукарекал. — Убедился? Мужчина быстро вернул Дриму контроль над собой, а Фаунд, хоть и улыбнулся, потому что такое поведение точно не было присуще Тэйкену, но после остался сидеть с открытым ртом. — Это я его так впечатлил? — мужчина поправил зелёную накидку. — Возможно, — Уилл вернул гитару на место, подсел к Джорджу и помахал рукой перед его лицом. — С тобой всё хорошо? — Да, я просто… Удивлён! Не каждый день видишь, как используют гипноз, ох. — Я рад, что тебе понравилось, — Сут уселся поудобнее, снова смотря в огонь. — А я тоже?.. Ну, Пеку… — Пекула́рис. — Да. Или эти дары даются только очень малому количеству людей? Ой, а ещё, какими они бывают? — парню потребовалось несколько минут, чтобы сформулировать вопросы, но их становилось всё больше и больше. — Они с рождения? И как вы узнали, что вы можете такое делать? А ещё… — Какой любознательный, — кажется, не было ситуации, когда Уилбур бы не улыбался. — Дары есть не у всех, но определить очень легко. Цвет глаз. — Цвет глаз… Что? — Он неестественный. У Дрима — ярко зелёные, у меня рыжеватые, а у тебя… — мужчина буднично приподнял голову Джорджа за подбородок, как будто делал это каждый день, и всмотрелся в его глаза, а у Фаунда по спине снова побежали мурашки. — Я даже не знаю, они вроде как похожи на мои. Дрим, тебе так не кажется? — Вроде похожи, — Тэйкен даже не поленился встать со своего места, чтобы посмотреть, и ещё раз кивнул. — Немного в жёлтый отдают, как у кошек. — Значит у меня тоже есть какие-то способности? Но какие?.. — С этим помочь, увы, не могу, — мужчина развёл руками. — Нужно просто жить дальше и наблюдать за тем, что у тебя получается лучше всего. Это может быть стрельба из лука, телепортация, дыхание под водой, превращение в животное или вообще ловкость. Ты уже не ребёнок, поэтому я думаю, что ты достаточно быстро вспомнишь свою способность. Подсознание подскажет, не волнуйся. — Это всё замечательно, но уже достаточно поздно. Может спать? — Дрим зевнул. — Утро вечера мудренее, утром и поищите его способность. Как раз Ники и Фанди из разведки вернутся. — Он прав. Джордж, если хочешь, можешь укрываться моим пальто, — предложил Уилбур, и Фаунд не посмел отказать. В конце концов, чем меньше они сомневаются в нём, тем проще ему будет сбежать.