Его спасительная милость

Пара прибыла на банкет, и на них сразу же устремились все взгляды. Это было первое появление принцессы в высшем обществе, а её муж стал довольно известным по совершенно неправильным причинам. Барон пробился сквозь толпу, чтобы радостно поприветствовать их. – Герцог, герцогиня! Рад, что вы оба смогли приехать! Чайлду потребовалось мгновение, чтобы принять предложенную руку, и, если барон и почувствовал неудовольствие, то не подал виду, радостно пожав руку герцога с широкой улыбкой. Он двинулся, чтобы поцеловать руку герцогини, но Люмин не нравилось, что к ней прикасается случайный мужчина, поэтому она быстро что-то придумала. – Это прекрасная ночь и я не уверена, что мы сможем остаться надолго, лучше я пойду поприветствую других благородных дам. Чайлд с ухмылкой наблюдал, как она уходит, она умела избегать людей и придумывать оправдания, и он это заметил. Люмин чувствовала на себе их любопытные взгляды. Она принцесса, ставшая герцогиней, и никто раньше не видел её лица и не слышал её имени – все любопытствуют. Прежде чем кто-то из них успел подойти к ней, она, к счастью, сразу же нашла баронессу. – Баронесса, прекрасная партия, как идут дела в эти дни? Согласно тому, что узнала Люмин: Баронесса Леон – человек, с которым трудно сблизиться. Её очень любили родители и избаловали до смерти, она также устраивает вечеринки каждый месяц, чтобы показать своё богатство, и плохо обращается со своими служанками. – Боже, герцогиня, вы прекрасны! – Благодарю, интерьер потрясающий, всё выглядит очень дорого, и, Боже, это Сердце Океана? – глаза Люмин метнулись к ярко-синему ожерелью, которое баронесса с гордостью носила на шее. Легко польстить тому, кто любит щеголять своим богатством, а именно: сделать комплимент о том, как он богат, и указать на всё дорогое, чем он владеет. – У вас хороший глаз, ваша светлость. Да, это оно. – О, ничего себе, разве это не должно стоить целой страны? Должно быть, барон действительно дорожит вами, – Люмин вкратце рассказали о незаконных делах барона, но сейчас не стоит об этом вспоминать, ей нужно быть в фаворе у баронессы. – Полагаю, что да, но хватит обо мне, как вам супружеская жизнь? Люмин опустила глаза и изобразила на лице мягкую улыбку. – Очень хорошо, мой муж очень добр, и я люблю герцогство, – она не врёт, с ней хорошо обращаются, и она уже любит свою жизнь в качестве герцогини. Правда, насчёт доброты она не уверена. Прежде чем их разговор успел продвинуться, музыка изменилась, и толпа разделилась на пары. Люмин осмотрела толпу и вздохнула, она не умела танцевать, а для принцессы это невозможно. Она опустила взгляд на своё платье и подумала, сможет ли она найти способ повредить ноги или испортить платье, чтобы ускользнуть и спрятаться в дамской комнате, пока танцы не утихнут. – Герцогиня, рад знакомству, я Виконт Террон, – ей протягивают руку, и Люмин поднимает глаза, чтобы посмотреть на незнакомца, широко улыбающегося ей. – Не желаете ли потанцевать? "Он был хорош собой, но с герцогом ему не сравниться", – подумала Люмин. Подождите...Она только что сравнила этого мужчину со своим мужем и заявила, что её муж выглядит лучше? Должно быть, она оцепенела от голода, она пропустила завтрак и обед, чтобы влезть в корсет, который для неё приготовили. Она едва могла дышать. – Боюсь, мне нехорошо... – прежде чем она успела закончить своё оправдание, она почувствовала, как чья-то рука обвилась вокруг её талии, и знакомое присутствие мужа расположилось рядом с ней. – Боюсь, что я единственный, с кем моя жена будет танцевать сегодня вечером. И он отстранил её, ведя на танцпол, и она почувствовала себя беспомощной. – Ваша светлость, с сожалением вынуждена сообщить вам, что я не умею танцевать. Чайлд нахмурился. – Ты была слишком уставшей, чтобы брать уроки танцев? Люмин прикусила внутреннюю сторону щёк. – Можно и так сказать. – Не волнуйся, красавица. Я позабочусь об этом. От этих слов по позвоночнику Люмин пробежала дрожь, что-то в блеске его глаз и опасной ухмылке заставило её насторожиться. Её даже не поставили в известность о его плане с баронессой, он просто сказал ей подружиться с этой женщиной, а теперь он собирается танцевать с принцессой, которая только неделю как выучила этикет. – Я могу притвориться, что повредила ногу. Я уверена, что репутация герцогства не будет поставлена на карту, если герцогиня откажется участвовать в танцах. Но ему это не понравилось. Глаз Люмин дёрнулся, когда она поняла, что он вывел их на середину танцпола, и теперь ещё больше глаз приковано к ней. У Люмин возникло ощущение, что он играет с ней. Но он оставил её в покое на всю неделю подготовки, почему же сейчас он так раздражает? – Расслабься. Разве ты мне не доверяешь? Люмин было трудно ответить, она просто молча протянула ему руку, когда он предложил её с лёгким поклоном, и проигнорировала то, как его массивная рука обхватила её талию. Она никогда не чувствовала себя такой маленькой под его высоким ростом и пугающим взглядом. – Доверие здесь ни при чём, Ваша Светлость. Нет необходимости танцевать. Баронесса болтает возле стола, я могла бы продолжить наш разговор, – Люмин попыталась встретиться с ним взглядом, но это было трудно, её шея уставала, поэтому она продолжала смотреть на его грудь. Затем он начал двигаться, ведя её за собой в такт музыке, и с её маленькой и лёгкой фигуркой это было легко. Вместо того, чтобы выглядеть как кукла, которую тащат за собой, она, казалось, синхронно двигалась с герцогом, когда они танцевали в центре толпы. – Это наш первый танец в качестве супружеской пары. Это не имело никакого значения для всего, что она сказала. – Почему я должна дружить с баронессой? – Мне нужно, чтобы ты была в её добром расположении, достаточном для того, чтобы тебя пригласили на чаепитие. – Понятно, а почему опять? – Ты задаёшь слишком много вопросов, красавица. Люмин уже ненавидит это прозвище. – Разве мне нельзя спрашивать? – Конечно, можно. Но тебе не гарантирован ответ каждый раз. Люмин никогда не знала, что разговор с человеком может вызывать такое раздражение. Она знала, что ей нельзя иметь никаких дурных намерений по отношению к этому человеку, который, по сути, спас её, но всё в нём раздражало её. Его глаза, которые смотрели на неё так, будто она была чём-то, что он находил забавным, его ухмылка, которая, казалось, насмехалась над ней, его ответы, дурацкое прозвище, дурацкие волосы и... – Посмотри на меня посильнее, и ты прожжёшь во мне дыру. Не беспокойся, песня закончена, иди и продолжай своё задание. У Люмин сжалась челюсть. Её били и морили голодом, но простое предложение мужчины сумело раздражить её до глубины души. Не обращая на него внимания, она убрала руку и начала отходить, чтобы снова подойти к баронессе. Может быть, у неё и нет нулевых навыков общения, ведь она всю жизнь провела взаперти, но уж комплименты она точно умеет говорить на все лады. Ночь наконец закончилась, и Люмин вернулась в карету домой. Она сидела напротив герцога, который был достаточно любезен, чтобы дать своё пальто, чтобы защитить её от холода, и изо всех сил старалась не вдыхать его запах. Это было трудной задачей, когда его запах был слишком сильным и припал к пальто, вторгаясь в её чувства комфорта. Пользуется ли он духами? – Ты хорошо справилась, – Чайлд похвалил её. – Спасибо, – это всё, что она смогла сказать. – Всё, что осталось сделать, это посетить чаепитие и запомнить все сплетни, о которых будут говорить благородные дамы. – Зачем беспокоиться? Информацию можно купить в разведывательных гильдиях, а слухи можно услышать везде. – Есть конкретные, которые я ищу. Люмин не понимала. Этот человек перед ней всё больше и больше казался ей загадкой, причём очень раздражающей, а ведь она знает его всего неделю. – Могу я узнать, какие именно? – нерешительно спросила Люмин, её глаза метались по вагону, не замечая его взгляда, и он ухмыльнулся. Ему нравилось, как она извивается под его взглядом, она как мышка. Он знал о своей репутации и о том, как другие трепещут под его взглядом, но он находил её трепетание из-за него несколько особенным. – Ты узнаешь, когда услышишь их. Она должна была знать, что не получит достойного ответа. Во всяком случае, не от него.