Его спасительная милость

Кэ Цин сказала это так небрежно, как будто это не имело большого значения, но она остановилась как вкопанная и могла поклясться, что её сердце остановилось на мгновение. Кэ Цин пришлось положить руку на плечо Люмин, чтобы она пришла в себя. Кэ Цин быстро поняла, что происходит у неё в голове, и посочувствовала. В некотором смысле, они обе просто пытаются выжить и вести лучшую жизнь. Чтобы вернуть себе славу и честь своей семьи, Кэ Цин должна подняться в статусе благодаря репутации и могуществу герцогства. Но это не значит, что она будет использовать бедную герцогиню только как инструмент. — Не могу сказать, что я разбираюсь в такой области, ваша светлость. Но я из любопытства читала книги, в которых подробно описывались такие действия. Люмин покачала головой. Эта девушка была явно моложе, и она только что получила известие, что завтра вечером она должна делить постель со своим мужем, она не в том месте, чтобы её фрейлина давала уроки секса. – Я в порядке, спасибо за беспокойство. Я рано пойду спать, – Люмин почувствовала, как быстро приближается головная боль, всё это было слишком напряжно. — Хотите чаю, чтобы расслабиться, герцогиня? – Люмин покачала головой, отказываясь от предложения. Кэ цин опустила голову и вышла из покоев. Оставив Герцогиню одну в её покоях, с единственной компанией, кроме тишины. Она сказала, что готова ложиться на его кровать каждую ночь, если это означает выжить и сохранить свою жизнь такой, какая она есть сейчас, но...Теперь, когда она здесь...она не совсем уверена, что и думать. Глупо с её стороны даже думать об этом, когда она ничего не знала о том, как доставить удовольствие мужчине! Откажется ли он от неё, если она будет слишком плоха в этом? Затем Люмин почувствовала, как по её позвоночнику пробежала дрожь. Будет ли он нежным? Люмин не спалось. На следующее утро она боялась завтракать и почти умоляла лечь спать. Но она не хотела злить его — пока она делала всё возможное, чтобы никаким образом не расстраивать его — за исключением её мелких актов неповиновения. Похоже, ему нравилось, когда она кусалась в ответ, но она не могла его разозлить.Поэтому она пришла на завтрак с бешено колотящимся сердцем. Он вёл себя нормально, как всегда, в отличие от вчерашнего дня, когда она чувствовала себя такой маленькой под его взглядом, а от него пахло кровью. Теперь он выглядит более нормальным. К несчастью для Люмин, нормальный Чайлд всегда ухмыляется, как будто насмехаясь над всем, и понимающий блеск в его глазах, который, казалось, говорит, что он не может дождаться, когда она ускользнёт. — Прошу прощения за то, что потерял самообладание вчера, когда вернулся домой, — первым заговорил Чайлд. «Надеюсь, я не напугал свою жену». Люмин хотела сказать, что да. Она была в ужасе, прокручивая в голове множество сценариев о сегодняшней ночи, когда она почти не спала, но она не собиралась показывать свой страх. С его обычной ухмылкой на лице, ему бы это понравилось. – Я была ошеломлена, да, просто я была занята учёбой, чтобы даже отметить в календаре, – Люмин выдавила ухмылку. Однако Чайлд был доволен её ответом. Вот его хорошенькая девушка, всегда такая дерзкая и скалящая свои клыки прямо на него. – Не беспокойся. В Герцогстве недостатка нет, и я обещаю тебе комфортную ночь, – Люмин молчала, снова проглотив свой завтрак. Что она всегда делала, когда делила трапезу с мужем. Она задавалась вопросом, хочет ли этот человек вообще наследника, она знала, что это была её большая роль, чтобы обеспечить его наследником, но что-то в нём не показывало, что он действительно ценит наследие. — Если бы я родила девочку, что тогда, ваша светлость? – Ты моя жена, не называй меня по титулу, – затем Чайлд уставился на неё, пытаясь прочесть выражение лица, когда она задала такой вопрос. – Думаю, я был бы не против. У меня будет такая же красивая дочь, как ты. Люмин знала, что за ней ухаживают, он очаровывал её и делал это только ради того, чтобы сделать это, и она ненавидела, как это заставляло её сердце биться быстрее. В конце концов, она всё ещё девушка, у которой никогда не было романтических отношений с другим человеком, и поэтому она обязана быть слабой для такого флирта. Было бы намного лучше, если бы это было не так. – В нашем контракте указано, что мне разрешено иметь партнёров при условии, что отношения остаются в секрете, – Люмин напоминает и ему, и себе. Она не полностью привязана к этому мужчине. Она не может уйти, но у неё есть полная свобода делать всё, что ей заблагорассудится. – О, уверяю вас, дорогая Жена, что, кого бы вы ни встретили, он никогда не докажет, что он лучше меня в постели, – Чайлд подмигнул, и Люмин захотелось выблевать всё, что она только что съела. Кэ Цин выгнала всех служанок из покоев Люмин. Она знала, что Люмин не хотела бы, чтобы горничные знали, как она нервничает, они, вероятно, даже не знали, что Люмин не провела первую ночь с герцогом. Если бы они это сделали, она была бы подавлена. Герцогиня, брошенная в первую ночь, неслыханно и вызовет такой шум, её репутация резко упадёт, а Кэ Цин не может допустить, чтобы её благодетель упал до того, как она даже не поднимется. – Ке Цин, вы часто посещаете чаепития, бывают ли когда-нибудь встречи, на которых знатные женщины говорят о...делах в спальне? – спросила Люмин, пока фрейлина расчёсывала ей волосы. Люмин села перед своим туалетным столиком, обнаружив, что она довольно красива. Она прибавила в весе и выглядела довольно здоровой, к её когда-то заспавшим глазам вернулась жизнь, и, по её мнению, обнажённая она не выглядела бы слишком неприглядно. У неё должно быть все в порядке с визуальными эффектами, когда дело доходит до ублажения мужчины. . . «Есть, но, боюсь, мне не разрешено присоединиться. Они довольно эксклюзивны и приглашают в свой круг только замужних аристократок». Кэ цин ответил. Ей стало жалко свою хозяйку. Люмин красива и оказалась доброй душой за то короткое время, что она провела с герцогиней, но Ке цин не может помочь ей в этом. Она связана контрактом, и ей нужно выполнять свои обязанности благородной женщины. — Мне искренне жаль, герцогиня. Кэ цин опустила голову и отложила расческу. Люмин посмотрела на угрюмое лицо служанки в зеркале и мягко улыбнулась"не надо. Это не значит, что его милость навязывается мне, я сама согласилась на это. Я просто немного нервничаю, потому что это мой первый раз. Люмин вошла в свои покои, они оказались пустыми. Он либо купался, либо всё ещё был в своём кабинете, и она не возражала. Она может успокоить свои нервы до его прихода и не испортить всё своей нервозностью. Она села на кровать и посмеивалась над платьем, в которое её одели. Горничные подарили ей множество пеньюаров, и она доверила Ке цин выбрать лучшее. В итоге это было нежно-голубое платье, которое обнажало её грудь и ощущалось чуть выше колена. Ей казалось, что она уже обнажена, и ей было очень холодно. Повернувшись к камину внутри комнаты, она подошла к нему. она отвлеклась, наблюдая за огнём. Следила глазами за тлеющими углями, которые летали вокруг и исчезали в небытии. На самом деле она была слишком рассеяна, чтобы не заметить ещё одного человека, присоединившегося к ней, Аякс стоял рядом с кроватью, наблюдая за ней. Она была эфирной. Сидя перед огнем. Её волосы обдало оранжевым, а глаза светились в темноте. . . давайте не будем забывать и милое маленькое платье, она была похожа на куклу. "Должно быть, тебе потребовалось время, чтобы подготовиться"Чайлд наконец заговорил, заставив её повернуть голову и всё ещё сидеть на полу, она смотрела на него снизу вверх. Эти невинные золотые глаза с оттенком оранжевого от огня выглядели так маняще. — Добрый вечер, герцог. Формально как всегда. Чайлд знал, что это, скорее всего, её первый раз, поэтому не торопился. Предложив ей руку, которую она приняла и потянула её вверх. Теперь, когда она стояла на ногах, он посмотрел вниз и нашёл их разницу в росте очаровательной. Что-то в том, что ей приходилось вытягивать шею, чтобы встретиться с ним глазами, возбудило его. «Не волнуйся,Люмин. Я хорошо о тебе позабочусь». Он улыбнулся. Люмин не сводила с него глаз, отказываясь отводить взгляд и показывать свою нерешительность, даже когда он мог видеть, как её колени вот-вот подкосятся.— Ты будешь нежным? — спросила она, и он почувствовал, как будто оборвалась верёвка. Он просто хотел схватить её и проглотить. Как он не может? Разве он не чудовище, уничтожающее все прекрасное? И она так прекрасна в этот момент, глядя на него своими большими,невинными глазами в таком платье. Но он контролировал себя достаточно, чтобы только протянуть руку и погладить её по щеке. "Обещаю." Затем он опустил голову, чтобы захватить её губы своими. Они были мягкими, и он подавил желание укусить и пустить кровь. Образы девушки, залитой кровью мелькают в его сознании — пока нет. Сегодня он не торопится. Чайлд кладет руку ей на бёдра, притягивая её неимоверно ближе, и она всхлипнула, когда почувствовала что-то твёрдое, прижатое к её животу. У неё было смутное представление о том, что это было, и она почувствовала, что её разум начал трескать. Ей это нравилось. Она никогда раньше никого не целовала, но это было потрясающе, была ли она так хороша или он целуется так здорово? Ей было все равно. Она начала инстинктивно двигаться против него, надеясь, что не испортит настроение своей неопытностью.Чайлд улыбнулся между поцелуями, это было мило с её стороны попробовать с нулевым опытом, и это только заставило его хотеть поглотить её ещё больше. Он начал сомневаться в своем вкусе и типе. До Люмин он спал со всеми, кого считал достаточно привлекательными. Не имело значения, были ли они мужчиной или женщиной, если он находил их эстетически приятными и они отвечали на его ухаживания — тогда это привело бы к тому, что он провёл бы с ними ночь или две. И Люмин действительно красива, не лишена визуального отдела, но это не то, что привлекает его прямо сейчас. Её напряжённые плечи, крепко прижатые к бокам руки и неудачные попытки ответить на поцелуй — обычно это оттолкнуло бы его, но ему это нравится. Как будто ему дали чистый холст. Чистый лист бумаги, который он может раскрасить по своему усмотрению. Эти мысли были слишком нечестивыми, но он любил их, оставляя её губы и скользя по изящной шее своими поцелуями, и чуть не замер, услышав её тихое хныканье. Она звучала как ангел. Руки Люмин, наконец, двинулись, схватив всё, что только можно, прежде чем её колени наконец подкосились. Поняв это, Чайльд с лёгкостью поднял её и подошёл к кровати. Усадив её, он не торопился, чтобы осмотреть девушку. волосы рассыпались по кровати, и её грудь тяжело вздымалась. Она предвкушала, что он собирается делать дальше, и ей не хотелось признавать, что это её волнует.Затем Чайлд продолжил свою работу, оставляя поцелуи на её обнажённой груди и работая пальцами в перчатках, чтобы стянуть бретельки её платья. Подставив её обнажённую грудь холоду, он облизал губы, увидев её затвердевшие соски. Люмин почувствовала что-то влажное и тёплое между своих ног, она надеется, что это нормальная реакция, учитывая ситуацию, в которой она оказалась. Она даже не может поверить, что не просит закопать себя, когда она показывает ему свою грудь. Сначала он поцеловал её, наслаждаясь зрелищем, прежде чем нырнуть, чтобы захватить одну из её грудей своим ртом. Звук, который она издала, наверняка будет посещать его во сне, его свободная рука проскользнула между её ног и он ухмыльнулся. Умело сняв перчатки, он снова исследовал её сердцевину, удовлетворившись тем, что почувствовал её влажное нижнее бельё и без предупреждения вставил в неё палец. Люмин вздохнула. Она не знала, на чём сосредоточиться. Он слегка покусывал её сосок и водил пальцем её влагалище— она чувствовала себя ошеломлённой всем этим. Это всё новое, но она также чувствовала себя чертовски хорошо. Затем он вставил ещё один палец и она почувствовала, как её внутренности странно зашевелились. Это не было неприятным, но и не очень приятным, и она не могла удержаться от нечестивых звуков, сорвавшихся с её губ. Она занервничала, почему она теперь стонет и тяжело дышит?— Ты так хорошо справляешься, красотка. Чайлд заговорил впервые за долгое время глядя на неё.Его рот всё ещё был у её груди, и она посмотрела вниз, чтобы встретиться с ним взглядом, тяжело дыша. Вид того, как он встретил её взгляд своим ртом на ней, заставил дрожь пройти по её спине. Она не может поверить, что ей понравилось это зрелище. Затем он остановился. Вытягивая пальцы на второй груди. Она захныкала от потери удовольствия и с любопытством наблюдала за ним. Вздох сорвался с её губ, когда он разорвал её трусики. Он подмигнул ей. — Я куплю другие, не волнуйся. Затем Люмин заметила, что она в основном открыта для него, а он всё ещё полностью одет. Он сбросил перчатки, но на нём всё ещё была одежда, и она прищурила на него глаза. Это было несправедливо, и поэтому она протянула руки, чтобы стянуть остальную одежду. — Расслабься, красотка. Он заворковал и начал стягивать с себя эту одежду, представляя ей свою обнажённую грудь, и она провела глазами по его голому телу. Его тело покрывали шрамы разной длины и формы. "Откуда они?".Только сейчас он понял, что сможет увидеть и её шрамы. Свидетельство её ужасного прошлого, и он задался вопросом, была ли она такой же, как он? Она тоже сломалась и не подлежит ремонту? «Я участвовал во многих битвах,Люмин.Это мои медали и доказательства побед». Чайлд усмехнулся, не сводя глаз с множества шрамов на её стройных ногах, которые обычно прячутся под длинными платьями. Он удивлялся, почему горничные не сообщили ему о них. Она сказала им не делать этого? Или она просто скрывала это и от них? «Напоминания о том, что я выжил.выходил победителем из каждой битвы». Чайлд заговорил, и она в замешательстве моргнула. Его слова имели смысл, и она хорошо их понимала. К настоящему моменту очевидно, что он видел её шрамы и не сделал ни единого комментария, поэтому она воздержалась от дальнейших расспросов. Внедрив цитату в её сознание. Ее шрамы свидетельствуют о предыдущих битвах, и она выбралась из них живой. — А теперь самое болезненное, красотка. Чайлд говорит ей, что теперь она полностью обнажена, хотя на ней всё ещё было платье,спущенное с плеч.теперь сложенная в строне чтобы обнажить ноги и грудь. Она старалась не смотреть на него ниже пояса, и он это заметил. Находя это одновременно милым и забавным "Теперь ты не стесняешься, не так ли?" Чайлд дразнил её, и она ненавидела то, как он должен был делать это, стоя на коленях прямо между её ног, обнажая её клитор. Теперь не было места для стыда, но ему всё ещё удается нервировать девушку. «Просто делай то, что надо, чтобы я могла выполнить условия контракта». Люмин тут же пожалела об этом.— О, так эти стоны и хныканье тоже были частью контракта? — спросил Чайлд с ухмылкой, и она выругалась себе под нос. Заставив его громко смеяться, он наклонил голову, чтобы поцеловать её раскрасневшуюся щёку. «Я только играю, жена». «Я хочу пойти спать, Чайлд. Так что, пожалуйста…» «Иди спать. Я всё ещё могу сделать большую работу в одиночку, даже если ты не проснёшься». Он шутит. Он только провоцирует тебя. Люмин сказала себе, но почему от этой идеи у неё между ног образовалась лужа? «Чайлд». "Хорошо хорошо." Чайлд усмехается. — Но хотя бы посмотри на меня, красотка. Люмин колебалась, но снова встретилась с ним взглядом, и тогда она это почувствовала. Что-то входит в неё и острая боль в нижней части. Это длилось всего одну короткую секунду, её терпимость к боли довольно высока, поэтому она быстро успокоилась. И удовольствие взяло верх. Она чувствовала одышку, и звуки, исходящие из её рта, были неконтролируемыми, ей пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы удержать их, потому что она начала чувствовать смущение. Он едва двигался и только зарывался по самую рукоять, а она уже стонала. «Послушай, красотка. Ты так хорошо меня приняла».Люмин не следовало этого делать, но она была вне себя и слепо следовала его указаниям. Глядя вниз, она увидела,что его член погружается в неё, и это зрелище было таким эротичным — она могла поклясться, что почти кончила, — но заставила себя оставаться в здравом уме. Боли вроде бы не было, так что всё было гладко. Он боролся с тем, что она была такой тугой, но она даже не застонала. Моя жена, кажется, привыкла к боли. Он решил пока не двигаться, он не хотел сломать её, когда это был её первый раз с ним. Поэтому он замер на несколько минут, чтобы оценить её реакцию,что она так сильно кусала свои губы. Чайлд наклонил голову, чтобы поймать её губы, и быстро отстранился. «Кусай сильнее, и потечет кровь». Люмин прищурилась, глядя на него. «продолжай». Чайлд усмехнулся и положил руки ей на ноги. "Да, мэм." Он начал двигаться, сначала медленно. Напоминая себе, что это её первый раз, и в тот момент, когда он это сделал, он тонул в её стонах и хныканье. попытки подавить собственные звуки были забавными, но он едва мог сосредоточиться на них, когда ему было так хорошо внутри неё. И пока он поднимал свой апсе, он заметил выпуклость на её животе и почувствовал, как его член дернулся внутри неё. Она тоже это почувствовала и, посмотрев вниз, увидела, что он смотрит на её живот.Он не мог получить чёткого изображения, поэтому он почти разорвал её платье, и Люмин застонала от этого. Она не может допустить, чтобы он портил ей одежду каждый раз, когда они проводят ночь вместе. Но всё её раздражение исчезло, когда взгляд остановился на очевидной выпуклости на животе, она не знала, что к этому чувствовать, но знала, что её это возбуждает в некотором роде, в то время как он абсолютно любит это. Он знал, что она слишком мала по сравнению с ним, но она так хорошо приняла его, что он больше не мог контролировать свои бёдра, чтобы не врезаться в неё. Люмин казалось, что его темп был лучшим, на что он был способен, пока он не скрестил ей ноги и не врезался в неё новым темпом. Она почувствовала, что её зрение затуманилось, и в этот момент она даже не может сформировать ни одной связной мысли. Всё, на чем она могла сосредоточиться, это то, как хорошо она себя чувствует и как она никогда хотела, чтобы это не прекращалось. "Блять." Чайлд выругался. Он обожал это. пускает слюни, видя, как его член выпячивает её живот, и как хорошо она выглядит, согнувшись так, пока он оскорбляет её девственную дырочку. Потом он вспомнил, о чём была эта ночь. Наследник. По её трясущимся ногам и слезам на глазах он понял, что она была близка, и почувствовал сильное желание разрисовать её стены своим семенем. У неё нет места для жалоб, когда это была единственная причина, по которой она сейчас корчится под ним.Ещё несколько толчков, и она кончила, громко простонав, и он кончил за ней сразу же. Медленно вытягивая, чтобы не дать вылиться сперме, он просканировал её. Золотые глаза расширились от изумления, волосы непослушно спутались с простынями.её влагалище блестит как от её собственной влаги, так и от его семени. «Это была удивительно хорошая ночь, но, боюсь, я не из тех мужчин, которые удовольствуются одним раундом…» Он не успел договорить. Услышав её тихий храп, он громко рассмеялся. Она действительно заснула сразу после этого. Ожидая, что он сделает всю уборку, и он не мог сдержать смех при этой мысли. Кивнув, щёлкнув языком, он погладил её ещё раскрасневшуюся щёку. «Я дам тебе отдохнуть». В конце концов, это был её первый раз, и она упомянула, что хочет спать раньше. Со сдавленным смешком и всё ещё твёрдым членом он вымыл её и укрыл. Решив кончить, пока она мирно спала.