Отражения. Часть 1. «Пушиночка»

      Равенна выбежала следом за ушедшей Кэтрин, затормозила прямо перед ней и остановила кошку.       — Кэт, я не буду этого делать, — тихо сказала волчица. — Я не готова к такой ответственности, как взять на себя чью-то гибель по твоей прихоти. Неужели ты не видишь?! Этого кота только вчера сюда доставили, только сшили по кусочкам! Как ты можешь рисковать чьей-то жизнью только потому, что боишься любых трудностей?! Ты не сможешь всегда всего избегать, как бы ты не пыталась! А если ты боишься, что тебя заберут вместе с этим бедолагой, то уходи. Я останусь. Иди и ищи Летти, разберись с тем, что она хочет найти в Мраморном Лесу. Я пережила такое, Кэт. Потерять кого-либо просто так, из-за безалаберности, махнув лапой на все — это самое страшное, что я могу сейчас сделать. Что бы ты ни говорила. Я не сделаю этого.       Кэтрин уставилась на нее совершенно холодными чужими глазами, в которых не было ничего, кроме пустоты равнодушия.       — Если ты не сделаешь, то я сделаю. После всего, что я делала для того, чтобы выбраться из этой канавы и зажить нормальной жизнью, как и многие другие, кто родился везунчиками, я не упаду в нее снова. Я отдала все, что у меня было, чтобы выжить в этой суровой реальности. Ты не сможешь помешать мне, если я соберусь разбудить этого кота. Иди в палату и разбуди его. Конец разговора.       — Кэтрин, будь же благоразумна! — предприняла еще одну попытку ее отговорить Ра. — Еще и суток не прошло с того момента, как мы спасли его! А ты хочешь разрушить все в первые же часы?!       — Что же ты предлагаешь? — холодно поинтересовалась бирюзовая кошка, раздраженно покачивая хвостом.       Софтер стиснула зубы.       — Мне нечего предложить. Но ты не можешь так поступить. Я думала, что я знаю тебя. Но это не так. Если ты попытаешься хоть как-то навредить этому коту, то ты пожалеешь об этом.       — Я не собираюсь ему вредить. И не собиралась. Как мы уже обсудили, стоит только кому-нибудь заметить цветную шерсть, и… Ты знаешь, что может случиться. Я все понимаю и твои причины тоже, но тебе придется выбрать из двух зол меньшее. Если ему и суждено погибнуть, то будет ли смысл в том, чтобы просто оттянуть этот момент на пару-тройку часов? — кошка спокойно обошла волчицу и проследовала дальше по коридору. — Я пойду, посмотрю, не вернулись ли врачи. Останусь в холле и буду следить за тем, чтобы никто ничего не заподозрил. Если что-то случится, то я вернусь сюда и сообщу. Постарайся успеть разбудить своего подопечного до того, как начнется мировой апокалипсис.       Равенна посмотрела ей вслед, а затем перевела взгляд на белую дверь, ведущую в палату. В словах Пелт была доля истины… Но как нужно было перевернуть все сказанное, чтобы согласиться с ней… На телефоне Софтер прозвенело сообщение, заставив ту подскочить.       «У нас пятнадцать минут я приду через семь смотри если к тому моменту как я приду ты будешь не готова» — гласило послание без единого знака препинания.       Проглотив вопль отчаяния, Равенна приблизилась к входу в палату. Не заметила, как странно и спокойно говорила Кэт, не заметила слишком рано пришедшего сообщения. Или не захотела заметить?..       Все решено для этого кота-подростка… И больше никто из его семьи никогда не увидит его… Есть ли у него семья?.. Должна быть, иначе для чего были бы все эти жертвы?.. Если это не безвыходная ситуация, то как они, эти самые ситуации, выглядят на самом деле?! Волчица подошла к аппаратам жизнеобеспечения и сделала глубокий вдох. Ее мордочка приобрела непроницаемое выражение мрачной решимости, а взгляд глубоких алых, словно та невидимая кровь, что останется теперь на ее лапах навсегда, глаз опустел. Прямо как тогда, когда она, не раздумывая, оттолкнулась от моста…       Казалось бы, очень просто: протянуть лапу и щелкнуть выключателем, погружая технику в сон… Но для Равенны эти секунды, что прошли до соприкосновения с красной клавишей, протянулись как несколько лет. Один из приборов, издававший писк, затих и отключился. Чутких ушей волчицы коснулась тишина. Слишком бесцветная даже для больницы. Зажмурив глаза, на которых выступили слезы, Софтер добралась до следующего устройства и, взяв провод в лапы, прекратила подачу тока из сети. Почему все повторяется?.. Почему это так знакомо теперь, когда по тропе существования она миновала уже столько поворотов, резких и плавных?.. С каждым выключенным аппаратом, с каждым затихающим гулом и писком шансы для кошака, лежавшего в окружении приборов, стремительно падали, пока не достигли нуля. Все дисплеи угасли. Кот даже не пошевелился. Едва не задохнувшись в панике, Ра резко обернулась и наткнулась на вошедшую мгновение назад Кэтрин.       — Чего ты добилась этим, Пелт?.. — не своим голосом, сказала волчица почти ровно, подняв на нее глаза, и оттого стало вдруг так жутко, что Кэт на миг прекратила дышать. Софтер говорила так, будто бы сошла с ума насовсем… — Чего ты хотела этим добиться? Смотри сюда… Нет-нет, смотри! Зачем ты отводишь глаза? Ты счастлива теперь? Ты теперь рада? За тобой теперь никаких хвостов, все мосты ты пожгла. Ты этого добивалась, не так ли? Что же? Теперь ты ни к кому не привязана. Свободна, то бишь. Можешь идти, куда ты там хотела, искать, что хотела. Так вперед, к твой этой новой жизни. Иди, найди лучшую себя.       Кошка отрицательно покачала головой, печально сверкая глазами цвета еловых ветвей.       — Мне жаль, Равенна. Но нам нужно уходить, — тихо и даже устало произнесла Кэт. — Прямо сейчас. Я знаю, что ты сейчас страдаешь. Поверь мне, в этой реальности надо жертвовать кем-то, чтобы жить дальше постоянно. Здесь все не совсем так…       — Откуда тебе знать? — ощетинилась волчица. — Ты не понимаешь, что ты говоришь!       — Твоя боль пройдет, это правда. Ты не виновата в том, что пришлось пожертвовать именно этим котом… Равенна, посмотри на меня. Мы с тобой еще живы, Летиция тоже. Нам нужно спасаться. Чтобы все было не зря, понимаешь? Нам нужно уходить отсюда…       Софтер выпрямилась во весь рост, глядя на кошку сверху, и угрожающе оскалилась.       — Я больше никуда с тобой не пойду, — ровно и безэмоционально произнесла она. — Мне очень жаль, что я когда-то знала тебя и когда-то верила тебе. Отныне ты не существуешь для меня. Отныне каждый сам за себя. Уходи прочь из этой комнаты. Я не хочу знать тебя и не хочу видеть тебя. Уходи!       — Ты спятила! Мы не справимся поодиночке! — пребывая в шоке, отпрянула Пелт. — Почему, по-твоему, у нас все получалось до сих пор?! Да потому, что мы держались вместе! Мы стали за это путешествие одной командой, которая способна на очень многое! И теперь, когда мы уже почти выпутались из этой сумасшедшей пляски с какими-то совершенно незнакомыми для нас фуррятами, ты хочешь все разрушить?! Мы так близки к победе… Близки, как никогда! Летти никогда не ошибается, когда выбирает себе друзей, так… Так оправдай же всего-навсего одни ожидания! Хоть ради нее самой! Неужели тебе так сложно помочь нам вернуться к нормальной жизни?! Ты привыкла к таким скачкам, а мы — самые обычные фурри! Просто помоги нам… И ты опять сможешь сидеть в одиночестве, закрывшись в своем бункере с бронированной дверью… Мы не справимся друг без друга… Так не бывает, правда…       — Ты прикрываешь свою слабость с помощью Летиции, — отрезала волчица. И с каждым сказанным после этого словом, ее тон становился все более насмешливым. — Это не мы не справимся, это ты не справишься, если не заручишься поддержкой того, за чью спину можно спрятаться в случае угрозы. И если ты считаешь, что ты победишь в этой головоломке, то просто отправляйся домой. Я никогда не стану такой, какой стала ты. И дело тут не в цвете шерсти и не в твоих деньгах, которыми ты так любишь оправдывать все свои промахи и проступки. Ты забудешь о ком-то через день, оборвешь связи со всем тем, что принуждает тебя к какой-либо ответственности. Ты так уверена в своей жизни, которая якобы многому научила тебя. Но на деле она была слишком далека от тяжелой. Хоть раз правдиво посмотри на себя со стороны: твое существование ничем не омрачается. Нужны деньги и защита — ты обращаешься к Летиции, бежишь к ней на порог и, пользуясь ее бесконечной добротой и отзывчивостью, а из своих качеств — лишь подлой хитростью, получаешь на блюдечке все, что тебе нужно… Ты так легко и без оглядки живешь за чужой счет припеваючи. У тебя нет семьи, а ведь ты просто даже не способна на любовь и преданность. Что бы ни произошло, ты воспринимаешь свое спасение как должное и остаешься такой же черствой. Черт возьми, Пелт! Неужели ты настолько прогнила, что уже не можешь отличить добро от зла? Или как? Или ты не задумывалась и не пыталась задумываться об этом? Ты видишь только выгоду и выжимаешь ее из всего, из чего только придется? Кэтрин, что я говорю не так? Или ты не та, кто должен «озарять мир лучами бескорыстной помощи и доброты»? Как смешно думать, что ты — та единственная, которой суждено получать все здесь и сейчас. Подумать о других — нет, конечно! Что еще за вздор! Так, дорогая подруга?       — Стоит только сделать что-то, что придется тебе не по нраву, ты становишься на удивление жестокой, — стерев обратной стороной лапы слезы, усмехнулась кошка. — Я уйду, не вопрос. Не могу не угодить требованиям лидера!       Она пыталась добавить в слова сарказм, смех или что бы то ни было… использовала запретный ход, уловив обрывок разговора Летти и Ра… Но ничего толком не вышло: она не играла словами, значение которых не понимала, и потому ее слова оставались слишком односторонними, чтобы пробиться сквозь броню Софтер.       — Конечно, — кивнула Равенна. — Удивительная жестокость — сказать правду кому-то в морду! Я не буду останавливать тебя. Просто не приходи и ко мне на порог. В мою бронированную дверь очень тяжело достучаться.       Пытаясь скрыть всхлипы, Пелт резко развернулась и помчалась прочь по коридору, на ходу срывая с себя белый халат и бейдж. Она не прогнется, под кем бы то ни было! Никто ее не заставит! Никогда. А эти слезы… Равенна больше не стоит слез. Она наговорила много всего. И она сама пожалеет, что отказалась от такой союзницы. Это будут ее проблемы. Но, в конце-концов, это ее жизнь, верно? Кэтрин не обязана решать чужие проблемы. Пусть теперь Софтер будет работать на себя. Пусть это она останется в дурах, когда все разрешится и можно будет отдыхать. Когда Летти узнает о том, какую змею она отогрела за пазухой, она будет сильно жалеть об этом. Как хорошо, что именно тогда рядом с ней будет ее преданная подруга детства. Только Кэт. И как хорошо, что только она утешит собаку и поддержит во всем. Идиотов и идиоток на свете хватает: какая разница, что одной или одним больше, что меньше? Важно именно огородиться от их влияния. А на это Пелт не пожалеет себя. Страдать здесь будет Равенна. А ее «друзья по жизни» пойдут дальше и не будут держаться за темное прошлое, когда впереди маячат светлые лучи будущего, которые отогреют и осчастливят, подтолкнув на путь истинный. Кто там что когда говорил? Кто что пророчил?.. Да кому это будет нужно, когда можно будет не бояться за свое счастье и просто спокойно радоваться лету, яркому солнцу и теплу?..       И вообще, хватит сожалеть о том, что уже сделано. Это не стоит тех секундочек, из которых складывается жизнь. Пусть она складывается из счастливых мгновений, а не из пустых переживаний и боли. Так это важно вовремя понять…