stars on the ceiling

      Ко всеобщему удивлению, именно Ёсан предложил идею поездки на выходных.       До этого момента все восемь из них проводили время вместе, собираясь в квартире Ёсана и Чонхо почти каждую неделю по выходным, чтобы поиграть в видеоигры, поболтать и просто провести время в кругу друзей с большим количеством смеха и шуток. Это стало неотъемлемой частью жизни Сонхва, и он сам удивляется тому, как быстро они стали единым целым. Минги, Юнхо и Хонджун вписываются в эту компанию так, как будто они всегда там были.       Приятно иметь людей, с которыми Хва может отдохнуть от тяжёлого дня, даже несмотря на стёб и общий хаос.       В разгар их очередной встречи все удивились, когда Ёсан ни с того ни с сего небрежно упомянул небольшой отпуск на выходные.       Уён среагировал первым, откинув голову назад и положив локоть на колено Ёсана, альфа сидит на диване, Уён сидит на полу, скрестив ноги.       — Поподробнее, — потребовал Уён, сверкая глазами, Ёсан слегка ударил его по голове за наглость, игнорируя его обиженный визг.       — Я спросил своих родителей, — сказал Ёсан, — они разрешили нам поехать в их дом на пляже, если мы захотим. Туда ехать чуть больше часа отсюда. Сонхва был там раньше.       Хва действительно был там. Родители Ёсана, которые оба работают в индустрии моды и безумно богаты, владеют домом прямо на пляже, но они почти его не используют, кроме как для проведения вечеринок со своими друзьями-дизайнерами и высшим руководством. Сонхва однажды был на одном из этих мероприятий в качестве гостя Ёсана, и его быстро отпугнула аура высшего общества, исходящая от всего этого места.       Честно говоря, дом достаточно хорош, когда он не заполен богатыми людьми, выставляющими напоказ свои вещи от Gucci и Louis Vuitton и пьющими отвратительно дорогие коктейли. Это большой уютный дом с множеством комнат, площадкой для барбекю и кучей других вещей, которые Сонхва и не знал, что они должны иметься в доме.       — Да, — подтвердил Сонхва, наблюдая, как все повернули к нему головы. — Это отличный дом, он определённо сможет вместить всех нас без проблем. Но что за повод? — спросил он, поворачиваясь к своему лучшему другу. — Вы используете этот дом только для вечеринок. Откуда такое внезапное желание уехать?       Ёсан пожал плечами.       — Нет повода. Просто я подумал, что это было бы неплохо, — сказал он, — поскольку мы теперь все друзья. Думайте об этом как о небольшом путешествии. Это будет весело для всех нас.       Его предложение имеет смысл, даже если кажется довольно спонтанным. Им стоит заняться чем-то, кроме совместного времяпрепровождения в квартире, и Сонхва может понять, почему Ёсан, который обычно внимателен к таким мелочам, хочет организовать для них особую поездку.       Минги, который трясся от взволнованности с того момента, как Ёсан предложил это, вскочил, заставив Сана свалиться на то место, где омега лежал, положив голову альфе на колени. Сан издал обиженный визг как раз в тот момент, когда Минги начал аплодировать.       — Мы едем в отпуск, — радостно прокричал Минги, прыгая на диван, а Чонхо запротестовал, говоря ему слезть. Минги мгновенно подчинился — он хорошо приспособился к общему страху перед Чонхо и его мышцами, но не перестал улыбаться, как маленький ребёнок.       Ёсан, похоже, оценил его энтузиазм, на лице у него самодовольное выражение, типа «я тебе говорил».       — Видите? Это будет весело, — сказал альфа. — Только представьте себе. Проведём выходные на пляже, поплаваем в океане, пожарим барбекю и понаблюдаем за закатом.       О, он хорош в этом. Сонхва чувствует, как оживляется при упоминании барбекю, и, как бы не отталкивал его последний визит, он не может отрицать, что поездка только с друзьями звучит в тысячу раз лучше.       — Тогда, на следующей неделе? — нетерпеливо спросил Юнхо, и Ёсан пожал плечами.       — Можно на следующей неделе, если вы сможете, — сказал он, но едва он закончил говорить, как его прервал Минги.       — Да, на следующей неделе, пожалуйста, поехали, — попросил Минги, и Уён и Сан теперь тоже начали выглядеть увлечёнными этой идеей. Вмешался Уён, пытаясь перекричать голос Минги, вставая и безумно улыбаясь.       — Мне нравится эта идея, — заявил он, оглядывая всех, словно решение уже принято. — Да ладно, ребята, представляете, как это будет весело?       Сонхва бросил украдкой взгляд на Хонджуна, сидящего рядом с ним. Губы омеги растянулись в улыбке.       — Я тоже за, — сказал он. — Я никогда раньше не проводил отпуск в доме на пляже.       Все остальные кивнули, и несколько согласных звуков эхом разнеслись по комнате.       — Я тоже…       — Не могу дождаться.       — Хорошо, если все согласны, я скажу родителям сегодня вечером, — сказал Ёсан, остановив разговоры и посмотрев на лица друзей, а Минги и Уён встали, чтобы победоносно станцевать по кругу.       В этот момент Сонхва в голову пришло лёгкое беспокойство, и он повернулся, чтобы посмотреть на сидящего рядом Джуна. Глаза омеги сверкают от предвкушения, аромат насыщен сладостью, без сомнений, он рад этой поездке, как и все остальные, но Сонхва не может не волноваться.

***

      После небольшого обсуждения они договорились встретиться на следующей неделе в пятницу вечером, чтобы собраться в квартире Ёсана и Чонхо, прежде чем отправиться туда вместе. Сонхва уговорили везти все их вещи в кузове его пикапа. Он не то, чтобы очень возражал, слишком увлечённый перспективой их небольшого путешествия, чтобы спорить по этому поводу. Остальные, кроме Джуна и Хва, поедут на внедорожнике Ёсана.       — Будет тесно, но мы справимся, — сказал Ёсан. Внешне он выглядит намного спокойнее и собраннее по сравнению с остальными, которые заметно взволнованы и оживлённо обсуждают друг с другом, чего они ожидают от этой поездки больше всего.       Однако Сонхва очень хорошо знает своего друга. Ёсан, как бы не старался, не может скрыть ни то, как он слегка трясёт ногой, ни то, как запах шалфея значительно интенсивнее, чем обычно, выдавая, что он всё же взволнован, как и все остальные, даже если не показывает этого.       Ёсан именно такой, отметил Сонхва, внезапно охваченный нежностью к своему другу. Ёсан, который прошёл с ним через все трудности с того времени, когда они были подростками, который настолько умён и трудолюбив, что ему удалось закончить среднюю школу на целый год раньше. А сейчас, в возрасте двадцати одного года, он уже в браке со своей школьной любовью и организует небольшой отпуск для своих друзей.       Сонхва безмерно гордится всем, чего его друг добился самостоятельно, без помощи своих богатых, успешных родителей, даже если в глубине души Хва немного завидует, потому что не достиг и половины того, чего Ёсан достиг в более молодом возрасте.       На самом деле, в этом виноват сам Сонхва. Он не особо амбициозен, и в то время, как Ёсан точно знал, чего он хочет добиться в этой жизни, ещё до того, как они вместе закончили среднюю школу, Сонхва был немного потерянной овцой, столкнувшейся с большим количеством жизненных путей и неуверенной, какой из них выбрать. В конечном итоге, это похоже на то, что он вслепую пошёл по самому простому пути и оказался там, где он сейчас.       «Но теперь всё изменилось, не так ли?» — вмешался его разум. И это правда. С появлением Хонджуна в его жизни, Сонхва, возможно, впервые в жизни знает, чего хочет. И это пугает.       — Земля вызывает Сонхва, — внезапно раздался голос Уёна в его ухе, а Сонхва чуть не подпрыгнул, быстро моргая. Чёрт. Его застали за мыслями о Хонджуне, когда омега буквально сидит рядом.       Сонхва мысленно дал себе пощёчину, прежде чем заговорить.       — Да, извините, что? — неловко спросил альфа, и Ёсан закатил глаза.       — Я спросил, не возражаешь ли ты разделить комнату с Хонджуном, — сказал Ёсан. — В доме всего четыре спальни, две комнаты были переоборудованы в игровую и гостиную. Джун уже согласился.       Сонхва подавил то, как его альфа оживился при мысли о том, что они с Хонджуном будут делить комнату.       — Эм, нет, я не против, — сказал Сонхва, стараясь звучать уклончиво, а не так, будто его сердце внезапно забилось в два раза быстрее.       Палец резко тыкнул в его спину — Сан или Уён, — и Сонхва поборол желание подпрыгнуть, внутренне проклиная того, кто это сделал, пока виновник смеётся позади него.       — Там две кровати, да? — спросил Хва, пытаясь заглушить смешки позади него и отвлечь внимание от своего пылающего лица.       — Да, две односпальные кровати, не волнуйся, — сказал Ёсан, пренебрежительно махнув на него рукой, а Сонхва захотел задушить своего внутреннего альфу за то, что он инстинктивно разочаровался от этой новости. Сейчас не время быть жутким и фантазировать о том, чтобы проснуться с Хонджуном в одной постели, о чём он, вообще-то, втайне всегда думал.       — Хорошо, это отлично, — ответил Хва, поворачиваясь в сторону, чтобы обменяться короткой улыбкой с Хонджуном, который слегка пожимает плечами, его собственная улыбка играет в уголках его губ.       Дальше Ёсан начал рассказывать об их «маршруте», а Сонхва, подавляя своё воображение, изо всех сил старался сосредоточиться на разговоре.

***

      Следующая неделя проходит одновременно невероятно медленно и быстро, в связи с предстоящей поездкой, которую все с нетерпением ждут. Сонхва даже обнаружил, что рассеянно считает дни до пятницы.       Честно говоря, Хва удивлён тем, насколько сильно он ждёт этой поездки. Сонхва думал, что он будет измотан только от одного упоминания о чём-то вроде отпуска, проведённого вдали от домашнего уюта.       Это рвение, эта готовность к социальному взаимодействию — это новое явление, которое, как сильно подозревает Сонхва, имеет отношение к Хонджуну.       Не то, чтобы появление Хонджуна в его жизни превратило его в совершенно другого человека, и не то, чтобы Сонхва согласился на поездку только потому, что там будет Хонджун — он не такой поверхностный.       Хонджун был первым незнакомцем за многие годы, с которым Сонхва подружился, и время, проведённое с ним, заставило Сонхва понять, что большую часть он проводит дома в одиночестве не потому, что ему нравилось вести уединённую жизнь, а потому, что ему удалось себя в этом убедить.       Теперь он понял, что есть разница между наслаждением одиночеством и неприязнью к социальному взаимодействию, и что они не являются взаимоисключающими. Как бы то ни было, Сонхва с нетерпением ждёт возможности провести время со своими друзьями, вдали от их обыденной рутины, хотя бы на выходные.       В пятницу утром Сонхва проснулся с жужжанием в венах и волнением вокруг. Он провёл утро, сидя за столом с ноутбуком, пытаясь работать над своей статьёй, но ничего не получилось.       В полдень Хонджун пришёл пообедать с ним и сразу же уловил его настроение.       — Ты сегодня очень бодрый, — заметил Джун, потягивая кофе, его волосы растрёпаны и местами торчат, и в таком виде он выглядит невыносимо очаровательно. Сонхва плюхнулся на стул рядом с ним.       — Да, — согласился Хва. — На самом деле, я очень взволнован.       — Я тоже, — согласился Джун. — Я не могу дождаться поездки. Думаю, нам будет очень весело.       Хва улыбнулся в ответ, и они оба доели свою еду, убрали тарелки и пошли собирать вещи.       — Увидимся позже, — сказал Джун через плечо, направляясь к своему дому, и Хва помахал ему рукой, наблюдая, как он закрыл дверь, прежде чем вернуться внутрь.       Сборы прошли быстрее, чем Хва ожидал. Он планировал поехать налегке, а это значит, что ему не понадобится много вещей для двухдневной поездки на пляж.       Как только он закончил, у него оставалось ещё три часа, которые он провёл, валяясь на кровати и пытаясь перестать смотреть на время каждые пять минут.       Его телефон завибрировал на середине видео из YouTube, это был Ёсан в их групповом чате.

8 makes 1 team

Yeosangie: я надеюсь, все помнят, какой сегодня день Devil spawn: нет, просвети меня, что сегодня происходит Yeosangie: :/ ничего не происходит ты можешь остаться дома Devil spawn: ой, не будь таким как я мог забыть сегодня день поездки не могу дождаться, чтобы выпить несколько коктейлей и искупаться нагишом Jjong: ты же знаешь, что это не такой отдых, верно? Devil spawn: да, пап я просто пошутил можете ли вы представить, что Хва-хён согласится искупаться нагишом

Вы:

я ничего не делаю, а меня всё равно втягивают в это

Devil spawn: это сообщение было удалено

Вы:

что ты удалил?

маленький засранец

Hongjoong: он назвал тебя бумером Devil spawn: боже мой Хонджун-хён, Я ДУМАЛ, ТЫ НА МОЕЙ СТОРОНЕ, КАК ЖЕ БРАТСКИЙ КОДЕКС Hongjoong: лол, прости

Вы:

Уён

однажды

я отомщу тебе

Devil spawn: продолжай говорить себе это Sa(ta)n: что происходит?

Вы:

твой парень издевается надо мной

скажи ему, чтобы он прекратил

Sa(ta)n: @devil spawn, прекрати Devil spawn: да, Санни <3

Вы:

спасибо

Minky: что я пропустил? Hongjoong: ничего особенного всё как обычно Minky: о ха-ха-ха, всем привет, ребята Sa(ta)n: и тебе привет ) Minky: ) Devil spawn: ой, посмотрите, какие они милые кстати ребята, вы закончили собирать вещи?

Вы:

да, я готов

Hongjoong: в основном да остались только некоторые мелочи YunhoE: я только что закончил собирать вещи, свои и Минги мы захватили несколько карточных игр Yeosangie: неплохо ничто так не разрушает дружбу, как игра в uno YunhoE: :D Devil spawn: ладно, я ещё не закончил собирать вещи, так что я пошёл увидимся позже, ребята

Вы:

увидимся

не могу дождаться

Hongjoong: то же самое Yeosangie: в пять вечера у нас дома до встречи

***

      В 4.30 вечера Сонхва и Хонджун уложили свои вещи в пикап и поехали к Ёсану, перед этим заперев двери и окна своих домов.       Они оба явно взволнованы, Хонджун подпевает радио в то время, как Сонхва отстукивает бессмысленный ритм по рулю, внимательно следя за дорогой. К тому времени, как они приехали, оба уже устали от всего этого пения и смеха.       Ёсан встретил их у двери, приподняв бровь от того, что они оба смеются ни над чем, всё ещё находясь под впечатлением от предстоящей поездки, а также от их небольшого номера в машине.       — Что, чёрт возьми, с вами? — невозмутимо сказал Ёсан, и Сонхва прохрипел, не в силах заставить себя говорить, но Ёсан поднял руку, чтобы остановить его. — Ладно, неважно, я не хочу этого знать, — сказал он, уже приглашая их внутрь квартиры. Юнхо и Минги уже сидят на диване и смотрят телевизор, Минги, издав искажённый вопль, который, как знает Хва, является его версией приветствия, встал, чтобы мягко развернуть Хонджуна и утащить его к дивану. Юнхо подвинулся, освобождая для них место и обнимая Джуна, и по его сверкающим глазам Хва может сказать, что он так же взволнован, как и они.       — Угадай, что у меня есть, — сказал Юнхо, вытаскивая карты из сумки, и Сонхва и Хонджун посмеялись над тем, как он гордо размахивает перед ними своими картами UNO.       Чонхо вышел из их с Ёсаном спальни как раз вовремя, чтобы забрать их, и все они, включая Ёсана, успели сыграть два раунда, прежде чем раздался звонок в дверь, сообщающий о приезде Уёна и Сана.       — Как вы смеете играть без нас, — начал жаловаться Сан, как только они с Уёном вошли в гостиную и увидели, как Юнхо убирает карты, и бета пожал плечами.       — Мы можем сыграть ещё раз, но позже, — предложил он, и Сан выглядит довольным.       — Хорошо, все в сборе, — объявил Ёсан, довольно излишне. Уён улыбнулся, обнимая его за плечи.       — Поехали, — прокричал Уён, а Ёсан закатил глаза, но все уже встали, чтобы взять свои вещи, направляясь к двери и оживлённо болтая друг с другом. Среди них ощущается волнение, как будто группа пятиклассников с нетерпением ждёт экскурсии, и Сонхва испытывает странное чувство ностальгии, хотя они ещё даже не отправились в путь.       — Давай, — сказал Хонджун, и Хва последовал за ним.       В целом, сумок меньше, чем ожидал Сонхва, и все они прекрасно поместились в кузов пикапа, оставляя большое количество свободного места. Когда все сумки были на месте, Хва накрыл их брезентом. Все остальные их друзья уже забрались во внедорожник Ёсана, пока Хонджун сидел и ждал, когда Сонхва заберётся на водительское сиденье и заведёт машину.       Как только они были готовы, Хва просигналил, слыша, как Ёсан просигналил в ответ, прежде чем его чёрный внедорожник тронулся с места. Хва последовал его примеру, с улыбкой наблюдая, как Юнхо, Минги, Уён и Сан высовывают головы из окон, чтобы оглянуться и скорчить им рожицы, смеясь и высовывая языки. Сейчас они выглядят как щенки, невинно взволнованные поездкой.       — Мелкие сопляки, — проворчал Сонхва, пока Джун смеялся над ними. — Однажды я их проучу.       Хонджун открыл окно, чтобы помахать им, и заметил, как Чонхо повернулся и ударил их, заставляя сесть нормально.       — Дети всегда будут детьми, — сказал Джун ласковым голосом, и Сонхва простонал, притворяясь раздражённым.       — Не могу дождаться, когда они вырастут, — огрызнулся он, и Хонджун посмеялся, прежде чем они погрузились в комфортную тишину, слушая радио.

***

Где-то через час они, наконец, прибыли к месту назначения. Дом построен недалеко от края берега, где песок встречается с землёй, поэтому они припарковали машины на редкой траве, примерно в ста метрах от дома.       Хонджун спал на пассажирском сиденье, когда Сонхва выключил двигатель, поэтому альфа наклонился, чтобы разбудить его. Хва воспользовался моментом, чтобы полюбоваться тем, как его тёмные ресницы веером легли на скулы, его лицо расслаблено. Его тёмные корни волос начали отрастать, контрастируя со светлыми прядями. Он выглядит так мило, что Сонхва не хочет его будить, но он уже слышит, как Минги выходит из машины.       Хва нежно дотронулся до плеча Хонджуна, наблюдая, как омега начал шевелиться.       — Мы приехали, — прошептал Сонхва. После часа езды вид дома на пляже возобновил его волнение, увеличив его в десять раз. Они так близко к морю, что Хва почти чувствует запах соли в бризе, ветер в волосах и песок под ногами.       Хонджун, вероятно, чувствует то же самое, поэтому не жалуется, что его разбудили, он резко выпрямляется и смотрит вдаль, восторг расцветает на его лице и в его запахе.       — Дом выглядит очень красиво, — сказал Джун, отстёгивая ремень безопасности, и Хва сделал тоже самое, спеша выйти из машины и перейти на другую сторону, чтобы помочь Джуну.       Они простояли там почти минуту, прежде чем остальные ребята, которые шумели на заднем плане, наконец подошли, чтобы забрать свои вещи.       Сонхва не позволил Хонджуну нести его сумку, перекидывая её через плечо вместе со своей собственной. Джун прекрасно понимает, что спорить бессмысленно, поэтому он просто последовал за ним, одновременно удивлённый и раздражённый.       Они пошли к дому, Уён и ещё трое руководят этим процессом, за ними последовали Чонхо, Ёсан, Сонхва и Хонджун, качая головами, глядя на четверых парней, идущих впереди.       — Чонхо, я не могу поверить, что они старше тебя, — удивлённо заметил Хонджун, и Чонхо покачал головой.       — Я тоже, — сказал он, когда они остановились перед домом.       Это действительно красивый дом, подумал Сонхва. Без постоянных вечеринок и ярких украшений он выглядит гораздо просторнее и уютнее, не таким тесным и элитным. Он выкрашен в приятный кремовый цвет, с большим количеством окон и открытых пространств, позволяющих рассмотреть интерьер, — он оформлен минимально, но, тем не менее, создаёт аккуратный, домашний эффект.       Ёсан подошёл к входной двери, возясь с ключами. Все молчали, пока он открывал дверь, как будто испытывая взаимный трепет перед тем фактом, что их небольшое путешествие, которого они так ждали, начинается прямо сейчас.       Дверь распахнулась, открывая вид на гостиную с ковром и диванами. Там также есть небольшая кухня, обеденный стол, достаточно большой, чтобы вместить их всех, и лестница, ведущая наверх.       Уён вошёл первым, с любопытством оглядываясь по сторонам.       — Милое местечко, — сказал он, и Ёсан что-то промычал, закрывая дверь, как только все зашли. Вечернее солнце, льющееся сквозь многочисленные окна, даёт достаточно света, чтобы им не пришлось включать свет.       — Вы можете пойти наверх, — предложил Ёсан. — Почти все комнаты одинаковые, но одна из них с двумя односпальными кроватями; это для Сонхва и Хонджуна. Вы можете разложить свои вещи, немного отдохнуть и принять душ. Потом спускайтесь ужинать в восемь часов.       Сан утащил Уёна, прежде чем он закончил говорить.       — Да, босс, — бросил он через плечо, поднимаясь по лестнице, и Минги, не медля ни на секунду, последовал его примеру.       Юнхо попытался схватить его, но сдался, и оставшиеся пятеро парней спокойно поднялись по лестнице, слушая крики, эхом доносящиеся сверху — их друзья спорят, какие комнаты они хотят.       Как только они поднялись, Минги вышел из одной из комнат, выглядя немного смущённым. Увидев их, он направился к ним немного нерешительными шагами.       — Э-э, ребят, — сказал альфа, — здесь нет комнаты с двумя кроватями. В каждой из них просто по одной двухспальной кровати.       Сонхва потребовалось несколько секунд, чтобы понять, прежде чем он отреагировал.       — Что? — спросил Сонхва одновременно с Ёсаном. Его глупый внутренний альфа навострил уши, услышав подтекст, стоящий за этими словами, но Хва подавил его. Краем глаза он заметил, как голова Юнхо повернулась в его сторону, а затем в голову Хва пришло мимолётное подозрение. Он бросил взгляд на Ёсана, ища в его глазах какие-либо признаки озорства.       Ёсан, кажется, уловил его немое обвинение, потому что мелко качает головой, давая понять, что он не намеренно заставил Хва страдать. Сонхва немного расслабился, но снова напрягся, когда понял, что это значит.       Юнхо попытался что-то сказать, но в этот момент его позвал Сан, и они с Минги ушли в другую комнату, оставляя их. Ёсан повернулся к Сонхва и Хонджуну, выглядя нехарактерно взволнованным.       — Мне жаль, — извинился альфа. — Родители сказали, что перенесли две односпальные кровати в одну из оставшихся спален, но, видимо, в последнюю минуту решили заменить её на одну двухспальную.       — Всё в порядке, — быстро успокоил его Хва, видя, что его обычно спокойный друг сейчас подавлен. Взглянув на Хонджуна, до сих пор выглядевшего немного озадаченным, Хва улыбнулся, надеясь, что это не выглядит как гримаса. — Если хочешь, я могу поспать на диване или ещё где-нибудь.       — Нет, ни в коем случае, — прервал его Джун. Хва открыл рот, чтобы возразить, но Хонджун покачал головой. — Давай сначала посмотрим комнату, — сказал он, потащив Сонхва в ближайшую свободную комнату, оставляя Ёсана и Чонхо плестись за ними.       Кровать, как и было сказано ранее, двухспальная. Хва прикусил губу, ставя сумки на пол.       — Правда, я не против поспать на диване, — сказал Хва, но омега нахмурился.       — Я не позволю тебе спать на диване, — сказал Джун.       — Ну ты, тем более, не будешь спать на диване, Хонджун. Об этом не может быть и речи.       — Я этого не говорил, — ответил Джун, колеблясь, будто хочет что-то добавить. — Кровать достаточно большая, чтобы спать на ней вместе, — наконец предложил он, хотя это утверждение скорее звучало как вопрос. — Если ты не против, конечно же.       Хва моргнул. Над ними повисло неловкое молчание, Хонджун нахмурился и начал что-то говорить, но Сонхва быстро кивнул, повинуясь импульсу, пока его мозг ещё не осознал этого.       — Я не против, — сказал Хва, изо всех сил стараясь не звучать слишком нетерпеливо, давая пощёчину своим альфа-инстинктам, за то, что они такие жуткие. — Ты не против?       — Нет, это ведь я предложил, — передразнил его Хонджун, и Сонхва шутливо заворчал. Неловкость в воздухе немного рассеялась, оставляя их стоять рядом с кроватью, не совсем понимая, что делать дальше.       В этот момент в комнату вошёл Ёсан, постучав в открытую дверь, чтобы сообщить о своём присутствии. Он всё ещё выглядит виноватым, неловко переводя взгляд с одного на другого.       — Ребят, мне действительно очень жаль, — снова сказал он, но на этот раз его успокоил Хонджун.       — Всё в порядке, правда, — ответил Джун. — Кровать достаточно большая, чтобы разделить её.       Юнхо и Чонхо подошли к Ёсану как раз вовремя, чтобы уловить последние слова Хонджуна, и брови Чонхо взлетели вверх. Юнхо подавился кашлем, Ёсан тоже выглядит удивлённым, но быстро маскирует это спокойным кивком.       — Тогда ладно, — медленно сказал Ёсан, и Сонхва почувствовал его тяжёлый взгляд на своей спине, стараясь избегать с ним встречи глазами. — Увидимся за ужином, — сказал Ёсан, и Хва с Джуном помахали Чонхо и Ёсану на прощание, а Юнхо задержался, глядя на Сонхва прищуренным взглядом.       — Не вздумай что-нибудь выкинуть, — сказал он Хва, косясь на альф. Хва приоткрыл рот, как рыба, не уверенный, шутит ли бета, но Юнхо мило улыбнулся и рванул с места, как будто не он только что смутно угрожал Сонхва.       Сонхва продолжил недоумевать, когда Хонджун вздохнул, уронив голову на руки.       — Прости за него, — извинился Джун. — Он всегда такой — беспричинно защищает.       — Нет, всё хорошо, — ответил Сонхва, всё ещё ошеломлённый, но теперь видящий забавную сторону вещей. — Думаю, нам стоит начать распаковывать вещи.       — Это может подождать, — сказал Джун, уткнувшись носом в подушку. — Разве ты не взволнован?       Сонхва последовал его примеру и лёг на кровать, сохраняя между ними дистанцию.       — Да, — согласился Хва, проводя пальцем по узорам на атласных простынях.       Некоторое время они лежали, прислушиваясь к разговорам своих друзей, просачивающимся через стены. Очень приятно находиться всем вместе в доме, а не в квартире Ёсана, где они знают, что просто гости на ужине. Это больше похоже на то, что они семья. Как будто несмотря на то, что у них есть свои собственные жизни, они в конечном счёте одна большая семья, под одной крышей.       Это то, о чём Сонхва думал очень давно. Ещё до того, как их группа друзей расширилась, Сонхва думал о том, что было бы, если бы они стали стаей. Если бы они официально зарегистрировались у правительства, как семья.       Может быть, однажды, думает Сонхва, у него хватит смелости рассказать эту мысль остальным.       Но пока он доволен тем, что находится здесь со своими друзьями, и он собирается насладиться этим по полной.

***

      Ужин — это, по меньшей мере, шумное занятие.       Чонхо принёс с собой рамён быстрого приготовления, которым запасся перед поездкой, и все восемь парней беспорядочно расположились вокруг кофейного столика, неэстетично поглощая лапшу.       — Разве это не грустно, — сказал Юнхо, выглядящий вполне довольным, облизывая палочки для еды, — мы должны наслаждаться отпуском, а мы сидим и едим рамён быстрого приготовления.       — Мой дорогой Юнхо, — ответил Уён, указывая на бету палочками для еды, — что в этом плохого? Рамён подходит для любой ситуации.       — На этот раз я с тобой соглашусь, — сказал Сонхва, поедая свою порцию.       — Это только потому, что ты долго жил на рамёне, пока Хонджун-хён не переехал. Для тебя это был основной продукт питания.       — Это не так! — запротестовал Сонхва. — Вы должны знать, что я жил не только на рамёне. Я ел разную еду.       — Конечно, хён, — сказал Уён. — Я готов поспорить, что Хонджун-хён согласится со мной.       Хва посмотрел на Джуна, который растерянно пожал плечами в ответ. Сонхва немного поворчал на это предательство, но этого было недостаточно, чтобы испортить его хорошее настроение. В комнате сложилась спокойная обстановка, которую даже у Уёна не получится разрушить.       После ужина парни сели играть в карты, крича и обвиняя друг друга в жульничестве. Всё так же сумбурно, как и всегда. За игрой время пролетело так быстро, что никто и не заметил, что уже наступила полночь. Глаза Сонхва начали закрываться, он измотался дневной суетой, и, судя по зевкам, которые раздаются вокруг, все остальные тоже.       Игра подошла к концу, когда Минги заснул на плече Юнхо, и его пришлось будить.       Все начали складывать свои карты, отдавая их Юнхо. Один за другим они встали и пошли вверх по лестнице. На втором этаже они все разошлись по своим комнатам, тихо желая друг другу спокойной ночи.       Вернувшись в комнату, Сонхва вспомнил о небольшой проблеме, которая не давала ему покоя последние несколько часов.       Сегодня ночью он будет спать вместе с Хонджуном. Как бы приятно это не звучало, это будет неловко, и Хва даже не может представить себе насколько.       Хонджун первым пошёл в их общую ванную, чтобы умыться и почистить зубы, а Хва в это время переоделся в пижаму. Как только Ким вышел, одетый в свободную ночную рубашку и длинные фланелевые брюки, Сонхва пошёл умываться. Он быстро справился с этим, почти готовый рухнуть на кровать и покончить с этой неловкостью.       Когда он вышел из ванной, Джун уже удобно устроился в постели, простыни вокруг него немного смяты, он опёрся спиной на подушку, глядя в телефон. Очевидно, что свободная сторона кровати предназначена для Сонхва, и Хва удивлён тем, насколько уютно это выглядит. Это похоже на все влажные мечты, которые когда-либо возникали в его воображении, и теперь они здесь, во плоти. Хонджун прямо здесь, ждёт его в их общей постели.       Хва сглотнул.       Сонхва подошёл к кровати с бешено колотящимся сердцем, пытаясь выглядеть спокойным, и осторожно опустился на свободную сторону кровати, доставая телефон, чтобы хоть чем-то занять руки. Он некоторое время покопошился в нём, остро ощущая присутствие Хонджуна рядом с собой и стараясь сохранить достаточно большую дистанцию между ними, при этом пытаясь не упасть с кровати.       Хва сидел так некоторое время, пока Хонджун слегка не вздохнул, кладя свой телефон. Сонхва сразу же придал своему лицу максимально спокойное выражение лица.       — Хва, — сказал Джун, без веселья в голосе, Сонхва сразу сдулся, зная, что омега видит его насквозь, — знаешь, тебе не обязательно лежать так близко к краю, — продолжил Джун. Хва слегка вздрогнул, почувствовал, как руки Джуна мягко потянули его поближе к себе. — Я не собираюсь тебя кусать. Чего ты так боишься? Это ведь всего лишь я.       — Я не боюсь, — запротестовал Хва. — Просто я подумал, что тебе нужно личное пространство.       — Я же сказал, что всё в порядке, — мягко поругал его Джун. — Как ты собираешься спать, вот так свесившись с края? Всё хорошо, Хва. Я не возражаю против того, чтобы спать так, если ты, конечно, не против.       — Хорошо, — быстро ответил Сонхва, и Джун мягко улыбнулся.       — Тогда всё в порядке, — снова подтвердил он, убирая телефон и выключая свет на своей стороне кровати. Сонхва ненадолго встал, выключая потолочный свет, и комната погрузилась в темноту, за исключением небольшой лампы, стоящей рядом с местом Хва.       — Спокойной ночи, Сонхва, — донёсся до него сонный голос Джуна, и Хва улыбнулся, даже если этого не видно в темноте.       — Спокойной ночи, — ответил он, глядя на очертания спины Хонджуна рядом с ним.       Сонхва не спал ещё полчаса, слушая ровное дыхание Джуна рядом с ним, а затем, устав бороться с сонливостью, устроился рядом с омегой, выключая лампу и натягивая на себя одеяло.       Он заснул почти сразу, как только его голова коснулась подушки.

***

      Хонджун проснулся в тепле.       Его голова лежит на чём-то твёрдом, и его окружает запах, не похожий на привычный запах его постельного белья, но такой знакомый и успокаивающий. Смутно Джун задаётся вопросом, где он чувствовал этот запах раньше, и почему он заставляет его расслабиться.       Он как раз собирался снова заснуть, когда подушка под его щекой сдвинулась, издавая стон, и глаза Джуна резко открылись.       Он совершенно уверен, что подушки не стонут.       Хонджун понял, что именно происходит, в тот самый момент, когда Сонхва начал потягиваться, его грудь приподнялась, с головой Хонджуна, лежащей на ней. Джун прошептал имя Хва, осторожно толкая альфу в бок, где его тело не прижато к телу Джуна ногой Хва, перекинутой через бедро омеги.       Сонхва промычал, слегка раздражённый тем, что его разбудили, но мычание перешло в сдавленный писк, когда Хва, кажется, понял, что происходит.       Сонхва наконец отпустил Хонджуна, бормоча извинения.       — Прости меня, — пробормотал Сонхва хриплым ото сна голосом. — Тебе было тяжело? Мне так жаль.       Джун заткнул его, мягко прикрыв рот рукой. Сонхва мгновенно замолк, глядя на него большими глазами.       — Всё в порядке, — ответил Хонджун. — На самом деле, мне кажется, это было довольно мило, — сказал Джун, надеясь, что он не покраснел. Как бы он не лгал самому себе, его внутренний омега насладился этими объятьями немного больше, чем, вероятно, следовало.       Сонхва немного колебался, прежде чем согласно кивнул, и Джун убрал руку. Они оба избегают зрительного контакта, не зная, что делать дальше, но к счастью пришло спасение в виде стука в дверь.       — Просыпайтесь, завтрак готов, — крикнул Чонхо, его голос приглушён деревянной дверью. — И вам лучше спуститься побыстрее, пока Уён всё не съел.       — Мы идём, — ответил Сонхва, его голос всё ещё немного хрипит, и Хонджун уверен, что ему не подобает втайне пускать слюни на этот голос. Джун дал своему внутреннему омеге несколько пощёчин, затем встал, потягиваясь.       — Я схожу первым в душ? — спросил он у Хва, и альфа кивнул, откидываясь на подушки. Вид Сонхва, лежащего на двухспальной кровати, голова которого покоится там, где Хонджун был всего несколько секунд назад, нравится Джуну, но он спешит уйти, пока его воображение не разыгралось.       Впереди у них долгий весёлый день, и Джун пытается заставить себя забыть о своих тайных фантазиях и сосредоточиться на том, что произойдёт сегодня.

***

      После позднего завтрака все восемь парней переоделись и пошли на пляж, прихватив с собой корзинки с едой и коврик для пикника. Они расстелили его в тени под деревом, и поскольку Хонджун не думает, что купаться в океане с немаленьким животом безопасно, особенно когда Уён и Минги размахивают конечностями, он предпочёл остаться под деревом и наблюдать за ними издалека.       Сонхва и Юнхо сначала не хотели оставлять его, чтобы присоединиться к остальным, предлагая составить ему компанию, но Джун отмахнулся от них и настоял, чтобы они ушли. Когда эти двое, наконец, уступили, Юнхо пришлось тащить Хва прочь, а Хонджун всеми силами старался не пялиться на загорелую спину и широкие плечи Сонхва, когда тот идёт к океану.       К счастью для Джуна, Ёсан, похоже, тоже не очень любит плавать. Альфа провёл половину времени, бродя в воде и в шутку дерясь с остальными, а всё остальное время провёл, отдыхая в тени с Хонджуном. В итоге они решили построить небольшой замок из песка, а Ёсан ходил туда-сюда за мокрым песком.       Хонджуну, однако, трудно удерживать взгляд на своём песочном проекте. Его глаза продолжают возвращаться к Сонхва, бесстыдно разглядывая полуобнажённое тело альфы в тот момент, когда Минги и Сан атакуют его брызгами воды. Джун чувствует, что его лицо становится горячим, и не только от солнца. Но, к счастью, Ёсан, похоже, не замечает его рассеянного состояния.       Они как раз доделывали свой замок, когда остальные, наконец, подошли, устав кричать и брызгаться водой. Чонхо плюхнулся рядом с Ёсаном, выглядя как утонувшая крыса, и альфа провёл рукой по мокрым волосам своего омеги.       Взгляд Ёсана наполнен нежностью, когда он заправляет прядь волос Чонхо за ухо, и Хонджун быстро отвёл взгляд, чувствуя, что это довольно личный момент.       Сонхва выбрал этот момент, чтобы сесть на песок рядом с ним, и Джун совершенно сбит с толку, когда поворачивает голову и видит чётко очерченную грудь, покрытую песчинками, каплями морской воды и пота.       Хонджун с пылающим лицом подавляет писк и поворачивает голову вперёд, чтобы не пялиться на Сонхва.       — Тебе было весело? — спросил Джун, надеясь, что его голос не звучит сдавленно.       Сонхва кивнул и улыбнулся, проводя пальцами по своим мокрым волосам. Хонджун сглотнул, моля Бога, чтобы не потечь. К счастью, на этот раз гормоны его не предают и не ставят в неловкое положение.       — Я давно так не уставал, — сказал Хва, и Джун выдавил из себя фальшивый непринуждённый смех. — Но это было весело. Действительно весело.       Хонджун тихо улыбнулся, толкая плечом Хва и наблюдая, как их друзья начинают доставать еду и расставлять контейнеры на коврике для пикника.       Они набросились на еду, голодные от возни на солнце, и Хонджун с улыбкой наблюдает, как Юнхо и Уён начали драться за последний бутерброд с ветчиной и сыром. В конце концов Чонхо молча выхватил бутерброд из контейнера и запихнул его себе в рот, игнорируя последующие крики, когда двое парней в ярости набросились на него.       Хонджун смеялся, пока у него не заболел живот, и он не начал хватать ртом воздух, но, как сказал Сонхва, это весело. Даже очень.       Нежность в сердце Хонджуна настолько сильная, что это потрясает.

***

      Закончив, они вернулись домой, смеясь и толкая друг друга по дороге. Когда они зашли в дом, было уже почти пять часов, все парни разошлись по комнатам, чтобы принять душ и отдохнуть перед ужином.       В семь они собрались на заднем дворе дома, где Чонхо и Ёсан готовили всё для барбекю. Через полчаса мясо уже шипело на гриле, и Минги промычал.       — Это так вкусно пахнет, — сказал он, слегка повиснув на плечах Хонджуна, и Джуну пришлось согласиться. Его желудок сказал за него, громко проурчав, лицо Джуна покраснело, когда Минги и Сан засмеялись.       — Ребёнок тоже так думает, — хихикнул Сан, и Хонджун улыбнулся, когда Уён пришёл посмотреть, закидывая руку на плечо Хонджуна и слегка покачиваясь на месте. Краем глаза он заметил, как Сонхва повернулся, наблюдая за ними с нежностью во взгляде. Приятно находиться в окружении своей новообретённой семьи и знать, что тебя любят и ценят даже в самых простых вещах.       Не успели они опомниться, как первая порция мяса была готова, а запах стал ещё аппетитнее. Они сели вокруг небольшого столика, прижимаясь друг к другу во время еды, и по очереди вставая у гриля. Хонджун получил бесплатный пропуск, потому что он беременный, и Чонхо и слышать ничего не хочет, отказываясь подпускать его к грилю, поэтому Джун сдался и позволил своим друзьям баловать себя.       Когда все наелись, они расселись по маленьким табуреткам, расставленным по кругу вокруг небольшого мини-костра, который разжёг Ёсан. Чонхо достал гитару, которую привёз из дома, и Уён и Минги оглушительно исполнили «When I was your man», заставляя всех остальных смеяться.       Хонджун не заметил, сколько времени прошло, пока он наблюдал за искрами, взлетающими от пламени, и смеющимися лицами своих друзей, освещёнными тёплым оранжевым светом, и ощущал плечо Сонхва под своей головой, когда он опирался на альфу, устав от смеха.       В какой-то момент Чонхо перестал играть, откладывая гитару и обнимая Ёсана за талию, а тот наклонился, чтобы уткнуться носом в волосы омеги. Оглядевшись, Джун заметил, что все остальные в таком же сонном состоянии. Уён и Сан наклонились друг к другу, что-то шепча, а Юнхо и Минги сидят с переплетёнными пальцами, глаза Минги закрыты, а голова лежит на плече беты.       Джун внезапно осознал, что они с Сонхва, вероятно, сами выглядят как пара, учитывая то, как Джун уютно прижался к боку альфы, в то время как Хва нежно гладит его руку. Хонджун понимает, что ему следует отстраниться, прежде чем его внутренний омега начнёт думать о неуместных вещах, но ему слишком уютно и тепло чтобы даже думать о движении.       Сонхва, кажется, разделяет это чувство, потому что Джун чувствует, что Хва прижимает его к себе всё сильнее.       — Это мило, — шепчет Хва так тихо, что Хонджун не уверен, обращается ли он к нему или говорит сам с собой.       Хонджун медленно кивнул, уткнувшись в плечо Сонхва, чувствуя, как альфа перевёл взгляд на него сверху вниз. Хонджун слегка приподнял голову, чтобы встретиться взглядом с Сонхва. Их лица гораздо ближе, чем он ожидал, и Джун задержал дыхание от того, как Хва на него смотрит. В его взгляде есть что-то среднее между тоской и наслаждением, и это кажется таким интимным, как и тогда ночью, когда они чуть не попали в аварию. Но сейчас иначе. Джун чувствует себя в безопасности, и, возможно, именно это придаёт ему уверенности.       — Сонхва, — прошептал Джун, и он не может оторвать свой взгляд от губ Хва. Было бы так просто наклониться и прижать их губы друг к другу.       Сонхва слегка вздрогнул, придвигаясь ближе, чтобы прижаться лбом к Хонджуну.       — Джун, — выдохнул альфа, и Джун заметил, как взгляд Хва скользит вниз по лицу Джуна.       Медленно Хонджун начал приближаться, у него перехватило дыхание, когда глаза Хва закрылись. Альфа наклонил свою голову, и теперь Джун чувствует его дыхание на своём лице и как его волосы щекочут щёку. Они так близко друг к другу, что Хонджун едва может дышать, предвкушая, что сейчас произойдёт, сердце учащённо бьётся в груди.       Воздух неожиданно пронзил крик, и они резко отодвинулись друг от друга, момент между ними разрушился и сменился полным хаосом. Уён и Сан вскочили, Ёсан начал что-то кричать, а Хонджуну понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что кастрюля с супом, которую они повесили над огнём, упала в него.       — Уберите это! Потушите! — продолжал визжать Минги, размахивая руками и бегая вокруг. Чонхо, наконец, залил костёр ведром воды, наблюдая, как пламя с шипением гаснет. Ночной покой был нарушен, и сердце Хонджуна всё ещё бешено колотится, но не из-за инцидента с огнём.       Он был бы уверен, что ему всё это показалось, если бы не румянец на лице Хва и его собственные трясущиеся руки.       Остальные их друзья начали задыхаться от смеха, качая головами и начиная собираться, и Хонджун поспешно встал, чтобы помочь. Спустя мгновение Хва последовал его примеру, и они обошли друг друга, старательно избегая зрительного контакта. Кажется, никто из парней ничего не заметил, даже после того, как они пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам.       Сонхва и Хонджун не обменялись ни словом, даже когда готовились ко сну. Что-то повисло в воздухе над ними, и они не решились поднять эту тему.       Хонджун, например, подавлен. Вероятно, Сонхва находился под влиянием атмосферы, а Хонджун настолько глуп, что чуть не инициировал то, что наверняка навредило бы их дружбе. Джуну хочется пнуть себя за то, что он так легко поддаётся эмоциям.       Они лежат в темноте и тишине рядом друг с другом, и Джун нарушил тишину.       — Спокойной ночи, — робко прошептал он и вздохнул с облегчением, когда рука Сонхва нашла его волосы в темноте и слегка взъерошила.       — Спокойной ночи, — ответил Хва, и с этим молчаливым примирением, Джун заснул, ему снится улыбка Сонхва, прижатая к его собственной.

*** 

        Они покидают этот дом в воскресенье днём.       Хонджун проснулся в объятьях Сонхва, но ему удалось высвободиться, прежде чем проснулся Хва, спасая себя от неловкой ситуации, которая усугубилась бы происшествием прошлой ночи. К счастью, Сонхва вёл себя, как и обычно, когда спустился завтракать.       Как будто между ними ничего не было. Хонджун пытается себя убедить, что это хорошо, что так и должно быть, но в глубине души он знает, что его омега расстроен тем, как близко он был к тому, чтобы получить хоть частичку того, что всегда хотел от Сонхва.       Когда все один за другим спустились на завтрак, у всех мрачные лица. Никто не хочет покидать это дом и возвращаться к своей беспокойной городской жизни, Джун тоже разделяет это чувство. Ему не было так весело за всё время, что он себя помнит. Ёсан посмеялся над ними всеми, но попытался утешить, сказав, что они могут вернуться в любое время, и после этого все заметно повеселели.       Когда они, наконец, отъехали от дома, Хонджун и все остальные высунули головы из окон своих машин, чтобы помахать на прощание дому, смеясь друг над другом. Джун чувствует, как тоска поселяется в нём, и он удивляется, как такое короткое время, проведённое вместе, может так много значить для него.       Но Хонджун счастлив. Когда он устроился на пассажирском сиденье пикапа рядом со смеющимся Сонхва, он почувствовал себя таким счастливым, что ему хочется плакать, смеяться и кричать об этом всему миру.       Но пока он доволен тем, что Сонхва везёт их домой, на заднем фоне поёт радио, а солнечный свет согревает его лицо через окна машины.