Трудная жизнь Биджу

      Два десятка детей разных возрастов стояли в пять рядов и отрабатывали удары по воздуху. Кэтсу оставалось лишь радоваться, что на территории его дома для тренировок место хватало всем.       Самому же старейшине стоило огромных трудов вспомнить все то, чему он обучался ещё в молодости, а после и убедить учеников не распространяться о такого рода занятиях. Будучи членом самурайской семьи, он с детства должен был освоить военную науку, но тогда он не видел смысла в постоянных сражениях. Да и боевые искусства он освоит в полной мере не успел. Катаклизм невероятной мощи, прошедшийся по их стране, забрал много жизней, в том числе и жизни членов его семьи. Хотя Кэтсу принесло даже какое-то облегчение то, что ему не придется убивать, будучи на службе дайме, ведь и большая часть феодалов не пережили катастрофы. Тогда он со спокойной душой отправился в странствия. Ещё в юношестве он обрел покой в Храме Хи-сама, а после и смысл жизни в учении Ниншу. Единство чувств и эмоций объединяло людей, делало многих счастливыми. Но это единство вот-вот будет нарушено, сгорит в ужасающей чакре чудовища.       Хуже всего было то, что другие этого не замечали. Даже, казалось бы, умудрённый опытом и верный учению Тетсуя посчитал все происходящее истинно верным. Но ведь не может чудовище принести им мир, лишь раздор и смерть! Это подтвердил и его неожиданный союзник. Хагаромо-сама умер, но оставил после себя тень свою, что присматривает за миром. Тень Учителя же окончательно убедил Кэтсу в опасности происходящего. Со смертью Рикудо место девятого Хранителя занял коварный демон, не иначе. Остальные восемь хранителей не пытались о чем-то говорить с людьми, они выполняли обязанности, которые возложил на них Рикудо Сенин и им не нужно было ни доверие, ни знание. Они делают то, что должны. Но вот Девятихвостый своими речами сеет опасные мысли в их деревне. Да что уж говорить, он даже не знал о собственном предназначении как Хранителя! Тень же подтвердила, что с появлением демона Девятый Храм больше не является столпом спокойствия и порядка. Весь замысел Рикудо был разрушен!       Кэтсу собирался просить помощи у верного сына Учителя — Ашуры. Но тот был убит. Да, старейшина упорно не верил в тот бред, что нес Атсуши. Чтобы Ашура покинул их? Оставил в одном мире с демоном? Никогда! Демон просто воспользовался слабостью Ашуры-сама после тяжелого боя и избавил себя от опасности в его лице!       Сам же Старейшина решил, в таком случае действовать незаметно и тихо. Сначала он обезопасил детей от дурного влияния. Жаль девочке помочь пока нельзя. Дочь Атсуши сильный и светлый ребенок, но уже в лапах этого чудовища и спасти её будет сложно. Но пока это не важно. Следует действовать постепенно. Он уже невероятно близок к тому, чтобы полностью оградить эти чистые сердца от влияния демона, теперь же стоит их подготовить к будущему противостоянию. Демону зачем-то понадобились навыки Мастера Фуин. И что бы он ни задумал, Кэтсу обязательно разрушит планы коварного чудовища.       Но мысли его были прерваны. На площадку для тренировок со стороны леса вышли четыре фигуры. Глава селения, старейшины и друг главы — Кэйдзо. Лица их были хмурыми, а взгляд не выражал для Кэтсу ничего хорошего.       Что Атсуши здесь делает? Он же должен улаживать дела с соседями. Кто-то ему рассказал о действиях Кэтсу? Он, конечно, знал, что скрывать все слишком долго не выйдет, но был практически полностью уверен в том, что в первую очередь с этим обратились бы к другим старейшинам, которые бы поступили схожим с Тетсуей образом, стараясь лишний раз не беспокоить Атсуши, считая, что смогут решить все своими силами. Тогда бы можно было с большей вероятностью договориться, или даже убедить в своей правоте других. Только вот с Атсуши разговора не выйдет. Этот еретик полностью верен демону и не понимает всей глубины своих заблуждений. Но сейчас, загнанный в угол, Кэтсу должен попытаться донести свои мысли и убедить пришедших в своей правоте.

***

      Работа над печатью продвигалась полным ходом. По прогнозам Акихиро, к концу недели будет готова своего рода бета версия, и по словам моего более опытного коллеги, мы будем дольше оптимизировать её структуру, чем создавать саму печать.       — Это ещё что, нам ещё придется учесть влияние самого процесса на мир и природную энергию, — напомнил мне важный момент Акихиро.       И правда, само мое присутствие уже меняет фон, а масштабные манипуляции чакры оставляют своего рода, круги на воде, в природной энергии мира. А что начнет твориться, когда мы начнем ритуал… Как бы не устроить в процессе работы парочку катаклизмов, м-да. А ведь надо ещё учесть работу Системы Девяти Храмов, как мы её с Акихиро обозвали.       Сейчас же мы завершаем очередной этап работы, после которого Акихиро придется на время вернуться к своим. Опять какие-то проблемы, требующие его внимания. Тем более сам красноволосый не планировал во время прибытия оставаться здесь на тот срок, который требует от нас разработка и должен уладить множество моментов.       При работе с фуин я начинаю жалеть, что так мало изучал программирование, меня больше интересовали естественные науки. Каких-либо подробностей про сам ритуал сейчас описывать нет никакого смысла, ибо любая погрешность на финальном этапе может привести к тому, что придется все делать с нуля.       — …здесь нам придется увеличить плотность потока, значит вот тут и тут должен стоять «Сошин» — бормотал себе под нос Акихиро.       — Лучше это будет сделать на финальном этапе, иначе плотность сохранится и в дальнейшем. Не успеем поменять.       — Да, точно, тогда уже будет сам ритуал проводить некому.       — Пока оставь тут пояснение. Пора закруглятся. Ко мне гости.       Под конец я говорил уже коротко и по делу. Работа хоть и интересная, но жутко выматывающая даже для меня. Устает правда больше разум, чем тело, не привык ещё настолько долго концентрироваться на однотипной работе, а мы с Акихиро днями напролет только расчетами и занимаемся. Особенно сейчас чувствуется нехватка компьютеров. И это я ещё, можно сказать, чуть ускорил нам работу, введя такую вещь, как графики процессов. Полезная штука, оказывается. Жалко тут раньше про такое не задумывались. Да и высшая математика… весь первый курс слышал от одногруппников, что не пригодится она и можно интернетом воспользоваться, но вот гляди-ка, пригодилась. Правда от таких открытый голова начинала болеть уже у Акихиро. И тот даже поглядывать на меня стал косо, но негативных эмоций не чувствую и ладно, характер его мне вполне понятен стал за время совместной работы, так что в нем я уверен.       Правда вот на математику некоторая теория чакры пока не ложится, но основные моменты, как та же плотность чакры, рассчитывается достаточно точно. Остальное же придется проверять экспериментально.       Акихиро пока отправился отдыхать, а завтра утром уже выдвинется домой. Так и не успели ведь, как планировалось, этап расчетов завершить. Но с этим надо что-то делать, ибо кто-то должен проводить ритуал, только вот людей нужный нам поток энергии убивает быстро и с гарантией…       Ладно, черт с ними с расчетами. Атсуши вернулся, давно я его не видел. А вот клубок его эмоций достаточно сложно распутать. Тут что-то понять можно будет только в разговоре. Сейчас же надо прибрать творческий беспорядок, который мы с Акихиро устроили. У меня ещё часа пол на это есть.

***

      Впервые на моей памяти я видел печаль на лице Атсуши. Именно эта эмоция проявлялась внешне, но при этом не была единственной. Внутри же я из мешанины чувств выделил гнев и сомнение, что не уступали в силе печали, но были спрятаны глубоко в душе.       — Здравствуй, Атсуши. Что тебя беспокоит?       Спрашиваю пряма, мне сейчас хотелось обойтись без словесных выкрутасов, как иногда начинался наш с ним разговор.       — Здравствуй.       На этом Атсуши замолчал, собираясь с мыслями, я же, в свою очередь, его не торопил с ответом.       — Сначала, — на секунду он прервался, подбирая слова, — благодарю за то, что повелел ты меня предупредить.       — Я это сделал просто из осторожности, ведь, как мне кажется, тебе бы и так все передали.       — Нет, только благодаря тебе все прошло удачно. Старейшины пытались бы решить все сами, приведя все к краху.       — А теперь подробнее, — не дал я продолжить. — Не забывай, что я всего лишь просил сообщить тебе о странностях в селении и не более. Рассказывай все по порядку.       И тот рассказал. Как только получил письмо от Кэйдзо, он бросил все дела и в кратчайшие сроки вернулся домой. И увиденное ему явно не нравилось. Детям внушали мысли, которые чуть ли не противоречили Учению Мудреца, подрывали авторитет главы селения и старейшин. На это все он взглянул лишь краем глаза издалека, стараясь не показывать, что он вернулся, и подробности узнал от своих друзей. Тогда же он оперативно собрал старейшин Хитоши и Хиёри, обговорил с ними ситуацию и отправился прямой наводкой на урок одного интригана, что эту кашу и заварил. И спросить было за что. Молодое поколение словно перестали обучать Ниншу, все уроки были сосредоточенны на бое, защите и причинении вреда ближнему своему. И тренировка, за которой с самого начала удалось понаблюдать компании — это очень наглядно показывала. Тогда Атсуши разогнал детей по домам, а Кэтсу был приглашен на разговор, больше походящий на суд.       Для Кэтсу, как оказалась, вся картина моего существования выглядела очень интересно. И если так подумать, его сложно осуждать за такие взгляды, все-таки все слишком подозрительно, а отличий от братьев у меня слишком уж много.       Он находил не мало аргументов своей позиции и тогда нам с Атсуши оставалось радоваться, что мне придумалось ему написать. Кэтсу практически склонил Хитоши на свою сторону, а Хиёри заставил посомневаться. Лишь присутствие и авторитет Атсуши смогли все сгладить. И если бы Атсуши не написал я, то, оказывается, со слов старейшин, они бы сами взялись за это дела. Тогда бы всему пришел конец уже сейчас.       Как итог Кэтсу был изгнан, за свое попрание догм учения, а с детьми приходится до сих пор проводить долгие беседы, пытаясь прочистить их головы от слов Кэтсу. Так же кто-то выдвинул, что он может быть повинен и в смерти Тетсуи, но доказательств этого не было, кроме как присутствия Кэтсу при смерти старейшины. Следов насильственной смерти не обнаружено в общем.       М-да, поторопился я тогда с прогнозом о следующих поколениях, меня уже это за чудовище считают…       Изгнание же Кэтсу меня больше напрягает, чем успокаивает. Это здесь у него ничего не получилось, но вот в других селениях, пускай и без своего авторитета, он сможет найти сторонников. Но не казнить же его. Мало того, что это противоречит учению старика, так ещё и принесет за собой иные проблемы. Пока что я лишь могу попросить Атсуши организовать присмотр за бывшим старейшиной. Думаю, Акихиро также ему в этом поможет по моей просьбе.       — Как дела у Эмико?       Кэтсу все-таки достаточно сильно повлиял на детей и возобновилось ли общение хоть с кем-то — очень важный вопрос, по крайней мере для меня и Атсуши.       — Помирилась с подругой и пытаются растормошить ещё хоть кого-то из её друзей. То, что тебя считали демоном, её очень расстроило и сейчас она пытается переубедить всех, кто в этом до сих пор уверен.       — И как успехи?       — Пока средне, но это действительно помогает вернуть все на круги своя.       — Ну и хорошо.       Все-таки я чувствовал, как сильно задевает её эта ситуация. С Эмико же мы с последней встречи не виделись больше недели, и она явно до прихода Атсуши продолжала быть в отчуждении от других. Да и рад я был услышать, что она не обижается на друзей, а старается им все объяснить.

***

      Кэтсу изгнали. Он ожидал худшего, но… Хотя что может быть хуже?! Влияние демона вернется и селение будет уже не спасти. А все чертов Атсуши.       Он уже достаточно прошел за три дня после своего изгнания и сейчас разводил костер. По старой привычке он делал это с помощью кремния и ножа, но пламя упорно не желало разгораться. И с каждым ударом Кэтсу вспоминал слова Атсуши. Слова, которым верили остальные. Верили этому демонопоклоннику, а не Кэтсу, что столько сил и трудов вложил в их селения, что прошел с ними множество трудностей бок о бок. С каждым воспоминанием он все чаще наносил удары по кремнию и в итоге бросил нож и с криком высвободил огненную чакру вместе с ней выпуская и накопившийся гнев и бессилие.       Пламя вспыхнуло, поджигая траву и кусты вокруг бывшего старейшины. И лишь сложенных для костра веток чудом не коснулся огонь.       На Кэтсу навалилась усталость, как от резкого выплеска чакры, так и от в пустую потраченных за эти долгие месяцы сил.       — Успокоился? — раздался скрежещущий голос за спиной. Голос Тени, о которой он не мог никому рассказать. Само существование его должно оставаться секретом.       Если бы Кэтсу мог на том собрании рассказать про Тень Рикудо, если бы сам Тень явился перед ними, все бы сразу поверили его словам. Но Тень просил не распространяться о нем. Чем больше людей о нем знают, тем больше вероятность того, что о нем узнает и Демон. И хуже этого ничего нельзя было представить.       Вместо ответа Кэтсу лишь устало посмотрел на Тень Учителя, ожидая, что тот скажет. И вместо слов разочарования он услышал четкие указания, куда ему идти и с кем стоит говорить.       У Тени уже был план на этот случай.