Романсы без слов

Антон не отрывает взгляд от сцены, на которой выходит на поклон вместе с другими актёрами Арсения Попова, играющая роль Ирины Николаевны в чеховской «Чайке». Она ослепительно улыбается, забирая из рук зрителей букеты цветов, которые они ей преподносят. Попова на сцене выглядит до невозможного органично. Она живет на театральных подмостках, а самое главное играет только на них. Арсения не актриса в жизни, что очень сильно на руку Антону. Шастун сжимает крепче в окольцованных пальцах основание букета розовой сирени, но не подходит отдавать, потому что знает, что еще рано. Этот жест ей не запомнится. Он дарит букет уже после, минут через двадцать, в гримерке, бодро шагая внутрь, дождавшись, когда после стука в дверь, раздастся небрежно женское: «Войдите». — Арсения Сергеевна, Вы сегодня были просто великолепны, — обворожительно улыбается Антон, протягивая актрисе букет. Он со скрытым, от ее цепкого взгляда, лицемерием наблюдает, как меняются эмоции на ее прекрасном лице. Как она за одну секунду убирает едва проскальзывающую усталость, меняя ее на радостную улыбку. С особым удовольствием он считывает, как в голубых глазах напротив появляется удивление, а брови на несколько секунд приподнимаются, в то время как челюсть опущена в спокойном состоянии, а зубы слегка разделены. Вот! Он ждал именно такой реакции. Антон довольно про себя улыбается, но внешне не показывает эти эмоции. Арсению он успел очень хорошо изучить, чтобы понять, как добиться эту неприступную и довольно строптивую крепость. После ее первых двух отказов Шастун пообещал себе, что сделает все, чтобы Попова стала его и только его. Букет из сирени стал одним из очередных шагов в этом деле. Антон продумывал этот ход полдня, тщательно выбирая цветы по их красоте и символическому значению. Обычными цветами Арсению было не удивить, но преподнести после спектакля не привычные одиннадцать роз, а пышный букет из розовой сирени было чем-то новым для нее. Тем, что захватит ее мысли на ближайшую пару дней и заставит ее погуглить символику цветов. — Спасибо, Антон, — в том, с каким восхищением на пару с удивлением актриса смотрит на букет, Шастун видит свою победу. — Сирень – это так… неожиданно, — Арсения смущённо склоняет голову налево. — Как же Вы ее нашли сейчас? — Секрет фирмы, — шутит мужчина. — Прошу Вас, давайте перейдём на «ты», мы ведь всё-таки не чужие друг другу люди, — просит Антон, отзеркаливая ее жест головой. Такие игры напоминают ему охоту удава на кролика. Всё-таки ошибка Поповой заключается в том, что она слишком мало знает Шастуна и из-за этого недооценивает его способности. Он же наоборот, будучи знатоком психологии, особенно в сфере профайлинга и искусства манипуляции, научился читать такую закрытую книгу, как Арсению Сергеевну Попову. Пожалуй, она заставила его помучиться в этом нелёгком деле, но теперь все будет иначе. Антон не планирует отступать, он будет идти до последнего. Его затронутое самолюбие не позволит дать заднюю. — Конечно, да, давайте, ой, давай на ты. — Арсения улыбается, слегка оголяя губы. Антон с огромным для себя удовольствием отмечает, что ее мышцы вокруг глаз задействованы, а значит это искренняя улыбка. — Твоя игра сегодня была настолько хорошо прочувствованной, что, на мой взгляд, ты даже затмила Нину, — Антон широко улыбается. — Особенно мне понравилась сцена с Треплевым, когда ты меняла ему повязку. Это было так естественно. А ощущение внутренней сдержанности и неподдельного аристократизма… — Ты льстишь, — Попова встаёт со своего места, чтобы положить цветы к остальным букетом, занимающих почти четверть гримерки, на фоне которых сирень слишком отчетливо выбивалась. Антон мысленно хвалит сам себя, он все слишком хорошо рассчитал. Эта ставка не прогорела. — Я просто говорю то, что увидел и почувствовал, — возражает Шастун, не упуская из виду чуть поднятые в улыбке уголки губ. Он бросает быстрый взгляд на расслабленные брови, которые горят для него «зелёным цветом», и решается на еще один «шаг». — Может я подвезу тебя? — спрашивает он непринуждённо, кивая на цветы, как бы намекая, что самостоятельно Арсения с ними не справится. Тем более, Антон знает, что она сегодня не на машине и вообще за руль садится очень редко. А в одиночку ехать с ними на такси… Шастун слегка напрягается, когда Попова задумывается над его предложением, рассматривая множество букетов, он быстро приходится в себя и расслабляет сжатую челюсть до того, как Арсения поворачивается к нему и неловко улыбается. Ей нужно видеть, что для него их совместная поездка не важна. — Если не сложно. — принимая сторону рационализма, соглашается она. — Что ты, какие сложности, я же сам предложил, — небрежно кидает Антон, показывая Арсении, что для него это пустяк. Он удерживает зрительный контакт чуть дольше положенного и продолжает. — Я подожду тебя за дверью, спокойно переодевайся и не спеши. С этими словами он выходит из гримерки, сразу же засекая время на наручных часах. Проходит чуть больше пятнадцати минут перед тем как Попова выглядывает за дверь, параллельно распуская прическу. Шастун подавляет в себе ухмылку. Однако, быстро. В первый раз, когда он предложил подвезти ее до дома, Арсения заставила ждать его минут сорок. А это значит, что он все ближе к достижению цели. Уже после того, как они загрузили цветы на задние сиденья просторного "Тахо", Антон открывает дверь перед Арсенией, и, задерживая взгляд, на букете из сирени в ее руках, улыбается так, словно эта улыбка не должна была быть ею замечена. Шастун дает Поповой пару секунд на обдумывание этого жеста, пока он обходит машину, чтобы сесть за водительское кресло. Во время поездки они обсуждают театр, прошедший спектакль, новые кинопремии. Одним словом, все то, что представляет для Арсении особую ценность. Шастун не приглашает ее в ресторан, чтобы продолжить приятный вечер, а сразу отвозит домой, как и обещал, помогает занести цветы в квартиру и уходит сразу же, не давая Поповой озвучить больше вежливое приглашение остаться на чай. Уже в салоне машины мужчина незаметно бросает взгляд на окна заветной квартиры и победно улыбается, когда замечает в одном из них женский силуэт. Вот и одна из первых успешно закинутых удочек, на которые гордая Попова все же невольно купилась. Пока Шастун едет к себе домой по ночной Москве он думает над своими следующими действиями. Арсения, пока что, не ищет отношений, но совершенно не против дружеского общения с противоположным полом, на что намекает ее окружение. И раз так, то Антон сначала заставит ее хотеть с ним дружить, а затем уже перейдёт на что-то большее. И самое главное, он сделает все так, чтобы Попова даже не догадалась о том, что это были не ее желания. Шастун усмехается. Она думает, что играет с ним, не давая переступить созданную между ними дистанцию, не замечая того, как Антон уже впустил туда корни, которые потихоньку стали создавать трещины в кирпичной стене между ними. Шастун всегда своего добивался. Попова не была и не будет исключением.