Звёздные и фантомы. Путь Ясмина

В Королевстве Заснеженных Цветов всегда витали самые приятные ароматы, улицы были полны заиндевелых роз и магнолий, в воздухе кружились бабочки с хрустальными крыльями, но почти никогда не было видно солнца — оно пряталось за белой пеленой облаков. Ясмин сидел в беседке, наблюдая за крупными хлопьями снега, мягко приземляющимися на кустарники и деревья вокруг. Он будет скучать по этим местам, по свежему воздуху и аромату жасмина, деревья которого росли вокруг его покоев. Мама Ясмина любила чай с цветком этого дерева, а младшая сестра — лукум из роз. Ясмину стало интересно, добавляют ли цветы в различные блюда в месте, куда он отправится, и есть ли там хоть какие-то цветущие растения, которые не боятся холода и радуют жителей своей красотой круглый год. Младший сын самого известного ювелира Королевства Заснеженных Цветов совсем скоро должен был перебраться на какое-то время в маленькое поселение, затерянное меж суровых скал. Городок Монтем был известен тем, что граничил с Лесом Фантомов, имел пещеры, богатые оберегающими минералами, а еще там жила искусная травница, силы которой приравнивались к волшебству. Именно из-за нее, Ясмин должен был пересечь границу Дружественных Королевств. С детства он страдал загадочным недугом, который не смогли вылечить даже лучшие лекари столицы, а к восемнадцати годам болезнь лишь усугубилась. Чаи и благовонья едва ли помогали облегчать приступы, которые в последние годы продолжали учащаться: Ясмин мог упасть без чувств посреди прогулки, заснуть непробудным сном на несколько часов днем, а ночью страдать от кошмаров и бессонницы, практически постоянно он ощущал сильную слабость. Все это заставляло юношу чувствовать себя жалким, и по этой же причине он почти не выходил за пределы их семейного поместья. С одной стороны, покидать стены родного дома и семью было тяжело, но с другой — Ясмин даже почувствовал облегчение от мысли о поездке, потому что на какое-то время избавит родных от переживаний, то есть они, конечно, неизбежно будут волноваться за него, но не будут постоянными свидетелями его недомоганий, и теперь у них появится надежда на лучшее, как и у самого Ясмина. Когда отец предложил младшему сыну взять с собой в Монтем несколько своих людей из стражи, Ясмин наотрез отказался: «в пути пусть охраняют меня, но на месте я хочу быть только с Атуной». Атуна была личным помощником, стражем и лучшим другом Ясмина вот уже семь лет с тех пор, как спасла ему жизнь, а Ясмин укрыл ее от преследователей у себя дома. Она знала, как и когда помочь ему, знала, когда дать ему побыть наедине со своими мыслями. К тому же, Ясмин не хотел объявиться в небольшой городок с целой сворой людей отца, которые бы суетились вокруг него. — Ваши вещи собраны, господин, — Атуна, как всегда, появилась абсолютно бесшумно. В отличие от остальных слуг, эта девушка не боялась выражать свои эмоции время от времени или задавать вопросы, еще и по этой причине она была самым верным товарищем для Ясмина, хотя настаивала на том, чтобы соблюдать формальности в обращениях. — Переживаете из-за отъезда? Ясмин, не отрывая взгляда от припорошенного снегом куста розы, кивнул: — Есть такое… Ты же знаешь, я никогда не бывал за пределами нашего города, не то, что королевства. И я не уверен, насколько покидаю семью… Не знаю, сработает ли вся эта затея, ведь до сих пор никто из лекарей не смог разобраться с этим… — Вы слишком много думаете. Если есть хоть крошечная возможность найти лекарство, стоит ее использовать. И не волнуйтесь, уверена, вам понравится путешествовать, — в голосе девушки не было и тени сомнений, уголки ее губ тронула легкая улыбка. Ясмин перевел взгляд на свою стражницу: как всегда идеальная осанка и прямые темные волосы, собранные в фирменную прическу — две косички, тянущиеся от висков и переходящие в высокий хвост на макушке, лаконичная одежда из черного хлопка с перетянутыми у запястья рукавами и широким поясом, стрелы в колчане за спиной и меч в ножнах. Несмотря на оружие и решительный взгляд, девушка не выглядела сурово, скорее спокойно и собранно. У нее были мягкие черты лица и обсидиановые глаза, так непохожие на золотисто-карие глаза самого Ясмина. — Тебя не пугает то, что мы будем так близко к Лесу Фантомов? — поинтересовался юноша тревожащим его вопросом. Лес фантомов был местом, о котором ходило немало легенд и слухов, какие-то из них были отражением реальных историй, другие же больше походили на детские страшилки или байки остроумных выдумщиков из таверн. Фантомы были детьми леса, воплощением неукротимой стихии; дикими, непредсказуемыми и свободными. Говорили, что они представляют угрозу для жителей Трех Королевств, так как могут отобрать у любого жизненную силу внутренней звезды. Лес находился за защитным энергетическим барьером уже много лет, и все же Ясмин никогда не был так близко к столь опасным созданиям. Атуна покачала головой: — Нет, за последние сто лет не было никаких инцидентов. Нам не стоит переживать из-за этого. Ясмин улыбнулся — уверенность и спокойствие Атуны ослабили хватку назойливой тревоги. — Позвольте сказать еще кое-что… — начала стражница, и Ясмин кивнул. — Даже если бы вам пришлось встретиться с фантомом или другой опасностью, уверена, вы бы справились с ней. Вы практически ежедневно ведете борьбу и сталкиваетесь со сложностями. Пусть вы не используете оружие, и ваша борьба может быть незаметна для окружающих, но вы сильнее, чем думаете. Ясмин улыбнулся, он старался быть сильным, но не мог быть так уверен в себе. Искренность слов Атуны приободрила его. Неожиданный порыв ветра залетел в беседку и оставил снежинки на черном одеянии, волосах и ресницах юноши. Несколько снежных хлопьев приземлились на карамельную кожу рук и сразу же растаяли, обернувшись прозрачными капельками воды. — Спасибо, Ати, — поблагодарил Ясмин. — Выходим на рассвете, да? — Да, мы будем в дороге весь день. Половину пути преодолеем на лодке по незамерзающей реке, а остальную — на крытых санях, — проинформировала стражница. — Пройдусь по дому и саду напоследок, — сказал Ясмин, поднявшись и отряхнув полы шифоновой накидки. Дом Ясмина был похож на дворец. Две постройки из резного темного дерева соединялись открытым коридором, и справа, и слева от которого располагался их семейный сад. Сад также продолжался и за домом, он упирался в незамерзающий прудик у невысоких скал, деревянную беседку и вечноцветущие кусты роз. Запах дерева и поскрипывающие половицы открытого коридора, переливчатый щебет птиц из сада — именно так ощущался дом. Ясмин молча ходил по имению, кончиками пальцев нежно касаясь родных стен, хранивших множество воспоминаний. Дом всегда был для Ясмина крепостью, местом, где его сердце находило покой. Ясмин не планировал заходить в комнату родителей или старшего брата, с которым он так и не научился ладить, но вот в дверь кабинета Амелии постучал. Они были достаточно близки со старшей сестрой. Она была легкостью, теплом и искристыми блестками в их доме. Амелия любила лукум из роз, душистую воду, ей нравилось носить белое и делать невероятные вышивки с драгоценными камнями. — Ясми, это ты? Если ты, то заходи, — крикнула девушка. В покоях Амелии царил творческий беспорядок, она сама в нарядных одеждах и с замысловатой укладкой на голове работала над очередным свадебным платьем. Несколько прядок выбилось из ее прически, на щеках играл легкий румянец, а в глазах горел азарт — так было каждый раз, когда Амелия бралась за заказ, который «трогал ее душу». — Ты еще не обедала? — забеспокоился Ясмин — сестра могла уйти в работу с головой на целые сутки, игнорируя сон и еду. — Что? — Амелия наконец оторвала взгляд от юбки, которую расшивала мелкими хрустальными гранулами и встретилась с проницательным взглядом брата. — А, нет… Прости. Девушка виновато опустила взгляд, но после лучезарно улыбнулась: — Все-все, это последний кристаллик, а дальше я откладываю иголку в сторону и иду обедать. Амелия сдержала свое слово, и через минуту брат с сестрой проследовали в столовую, где их встретила всегда улыбающаяся энергичная кухарка. Она сразу засуетилась и начала перечислять все возможные на сегодня варианты блюд. Амелия остановилась на тыквенном супе и булочке с орехами. Ясмин попросил чашку горячего лавандового чая с печеньем. Брат с сестрой долго просидели за столом, разговаривая обо всем на свете, словно пытаясь заранее наговориться за то время, что проведут порознь. Чуть позже к ним присоединились и родители. Сегодня Ясмин чувствовал себя по-настоящему счастливым. Он ловил каждую секунду этого простого, но волшебного и привычного счастья. «Надо сохранить эти моменты в памяти» — думал юноша, смотря на улыбки близких. Они не так часто собирались за одним столом, и не все члены семьи могли понять друг друга в обычный день. Ясмин часто чувствовал, что обременяет близких, но сегодня он решил ненадолго забыть об этом. Лишь старший брат так и не появился, но никто и не рассчитывал на это — Церазус служил при дворе и редко бывал дома. На рассвете Ясмин, Атуна и еще два стража покинули усадьбу и отправились к небольшой пристани, находящейся на севере столицы. Астра была невероятно красивым и живым городом: повсюду гирлянды из заснеженных цветов, образующих навесы над улицами, резные усадьбы из темного дерева, сосновые аллеи и ледяные скульптуры, тянущиеся вереницей по главной улице, оживленные рыночные ряды, пропахшие цветочным элем, марципаном и кедровыми лепешками. Однако сейчас было слишком рано, поэтому город был тихим и пустым, только окна пекарни подсвечивались теплым желтым светом, и через приоткрытую форточку на улицу лился аппетитный аромат свежей выпечки с корицей. На пристани Ясмина уже ждала лодка с навесом. Лодочник, старик в мешковатой темной одежде с серебристой бородкой, глубокими морщинами, но удивительно живыми карими глазами сидел под навесом, любуясь медленно розовеющим небом. — Ясмин, привет, — махнул старик рукой. — Давненько мы не виделись… Ты уже с меня ростом. Как самочувствие? Готов к приключениям? Ясмин и Атуна улыбнулись, а сопровождающие их отцовские стражники немного напряглись из-за такой фамильярности, но Ати кивнула им, и они тоже расслабились. Старый лодочник был знаком с семьей Ясмина, он всегда помогал родителям в путешествиях и перевозил заказы сестры, чьи платья пользовались популярностью и за пределами столицы, но сам Ясмин был на лодке лишь единожды, когда вся семья решила выбраться за город посмотреть на оленей. — Конечно, готов, — мягко улыбнулся юноша и запрыгнул в лодку. Под навесом из плотной ткани было уютно, на деревянных скамьях лежали разномастные подушки и пледы для комфорта. Звездные не мерзли, но было бы не слишком приятно несколько часов находиться на ветру в мокрой от снега одежде. Лодка с характерным звуком покачивалась на воде, когда в нее забирались остальные пассажиры. Ясмин бросил последний взгляд на родной город, в сердце и мыслях блуждали противоречивые чувства: он одновременно боялся отрываться от привычного и страстно желал хотя бы ненадолго почувствовать себя другим человеком, свободным от того образа, который закрепился за ним дома. Ясмин улыбнулся, закрыл глаза и сделал выдох со словами: — Вперед-вперед! — Так точно, — весело отозвался лодочник, и они тронулись с места. Ясмин взял с собой несколько связок вещей, но самое важное закинул в свой мешок через плечо. Он положил в него блокнот для зарисовок, флягу с чаем из шишек и немного лукума, который Амелия вчера так настойчиво просила попробовать. Река была достаточно спокойной, чтобы набросать зарисовку украшения, пришедшего в голову. При неярком свете янтарных кристаллов Ясмин делал смелые штрихи, придавая форму будущей подвеске. На бумаге появились силуэты птиц с крыльями, украшенными цветами. Свободные и сильные они устремлялись ввысь. Атуна молча следила за своим господином, ей нравилось наблюдать за процессом создания украшений, это было сродни настоящему волшебству. Ясмин иногда дарил ей свои работы, так у Атуны и Ясмина были парные браслеты, в которых была запечатана история их дружбы. Однажды они спасли жизни друг друга, и с тех пор стали считать, что делят одну жизнь на двоих. Вдохновленный этой идеей Ясмин создал два тонких, но прочных серебряных браслета. На браслете Ати была выгравирована небольшая рыбка, а на украшении Ясмина — цветок жасмина. — Что вы рисуете на этот раз? Это для Амелии или для принцессы? — спросила Атуна, с любопытством разглядывая изящные штрихи на коричневой бумаге. Семья Ясмина из поколения в поколение выполняла заказы королевской семьи, в том числе короны, венки, гребешки и диадемы. Изделия их семьи отличались тонкостью и изяществом, это были украшения, которые не уступали по красоте нежным живым садовым цветам. — У меня есть идея для целой коллекции. Возможно, и для королевской семьи, и для Амелии, и для тебя. Ясмин продолжал рисовать еще какое-то время, потом сделал перерыв и выглянул за край навеса: небо стало совсем светлым, снег прекратился, по левому берегу тянулся сосновый лес, а по правому были раскиданы редкие домики. Странно было видеть бесконечные белые просторы — внутри города все постройки располагались близко друг к другу, там всегда были люди, кипела жизнь, а тут надо всем властвовала стихия. — Невероятно… — пораженно выдохнул Ясмин, оглядываясь по сторонам. Ветер пах снегом и мерзлой землей, бескрайнее светлеющее небо встречалось с белой долиной на горизонте. Время от времени воздух рассекали птицы с сияющим оперением. Было тяжело оторваться от этого вида. — Захватывает дух, не так ли? — улыбнулся старый лодочник, с трепетом во взгляде, обращенном к просторам. — Впереди еще ледяные пещеры, так что не растеряйте все свои восторги. Ясмин стоял у носа лодки рядом с лодочником, и ему казалось, что он парит над водой. — Вы не голодны? — побеспокоилась Атуна, вынырнувшая из-под навеса. — Госпожа перед выходом вручила мне корзинку ваших любимых лепешек с травами. Прошло уже достаточно много времени с момента их отплытия, но Ясмин даже не заметил, что успел проголодаться, настолько его захватили меняющиеся пейзажи и ощущение свободы. Конечно, звездные могли долго обходиться без еды без последствий для здоровья, и все же они ощущали голод. Все пассажиры разделили трапезу, сидя на коврах и изредка переговариваясь между собой. Когда голод и жажда были утолены, Ясмин вновь поднялся на ноги и огляделся: среди белой пустыни появлялось больше домов, а значит, они подплывали все ближе к следующему поселению. Вскоре прямо по курсу над ними навис ледяной массив — огромная полупрозрачная гора с заостренной вершиной и небольшим арочным тоннелем в месте, где протекала река. — Берегите голову, господин, — предупредил лодочник. — Я сделаю короткую остановку, чтобы вы смогли рассмотреть пещеру. Таких больше вы нигде не найдете. — Спасибо, — с благодарностью кивнул Ясмин. Ясмин был заворожен игрой света: лучи солнца, незаметные в любом другом случае, проявлялись, проходя через толщу льда, подсвечивая гору всеми оттенками голубого, синего и лазурного. Это природное чудо не уступало мастерски ограненным драгоценным камням и минералам, которыми Ясмин восхищался в отцовской мастерской. Ясмин смотрел на лед с жадностью и восторгом — надо запомнить эти неповторимые фактуры, чтобы позже перенести хотя бы частичку этой красоты в свои украшения. Лодка двигалась по течению реки, но было ощущение, что это гора надвигается на них, и через мгновение она уже заглотила судно с путниками. Все выбрались из-под навеса, чтобы полюбоваться ледяной пещерой. Они очутились в бирюзовых объятиях льда, рельефного, но отшлифованного, без острых краев и жестких линий. Где-то в толще застывшей воды можно было заметить пузырьки воздуха. Казалось, их накрыло волной, но за секунду до того, как она обрушилась бы на их головы, время остановилось. Ясмин дотронулся до одной из стен кончиками пальцев, и ему показалось, будто он коснулся самой стихии, что низким гулом отдалась в самом сердце. Река с глухим плеском билась о стеклянные стены пещеры, делая это место еще более загадочным. — Чудо, — нарушил тишину Ясмин, и звук его голоса отдался тихим эхом, пропутешествовав по гроту. — Так и есть, — согласился лодочник. — Но долго здесь задерживаться мы не можем. Лодка вновь тронулась с места. Через еще один час пути они приплыли на пристань небольшого городка, находившегося на границе двух королевств — Королевства Заснеженных Цветов и Королевства Каменного Сердца. Последнее было знаменито своими скалами и природными залежами ценных ископаемых, таких как греющий соларит, нетающий лед, оберегающий черный хрусталь. Все эти камни помогали и защищали людей во многих сферах жизни, а также повсеместно использовались в украшениях. Семья Ясмина часто работала с материалами, привезенными из этого королевства, поэтому ему было вдвойне любопытно познакомиться с новыми землями. Прямо перед тем, как сойти на берег, Ясмин почувствовал легкое головокружение, и он всем сердцем понадеялся, что это произошло из-за долгого пребывания на воде, а не из-за его болезни. Стоило им распрощаться с лодочником, как земля привычно выскользнула из-под ног, но прежде, чем Ясмин почувствовал бы боль от падения, его затянуло в успокаивающую знакомую темноту. Очнулся юноша на чем-то мягком. Когда взгляд прояснился, Ясмин заметил, что он лежал на вязанном светлом пледе, рядом с ним сидела Атуна, она держала в руках пробирку с настойкой, которая помогала привести человека в чувство. С Ясмином это работало далеко не всегда, но в этот раз он проснулся. Запах был таким резким, что на глаза наворачивались слезы. — О, духи, — выдохнула Атуна с облегчением, закрыв пробирку и обхватив плечо Ясмина свободной рукой. Обычно стражница так не реагировала, ведь обмороки случались довольно часто, и это наталкивало на тревожные мысли. — Ати, что случилось? Давно я в отключке? — забеспокоился Ясмин. — Второй день. Мы не могли добудиться вас, и у вас был редкий пульс. Мы решили не тянуть время и рискнули доставить вас сюда в таком состоянии. Как хорошо, что госпожа Агата сразу принялась за лечение. Только сейчас Ясмин заметил, что очень сильно хотел пить, и что его ноги налились свинцом, а в груди ломило от странного чувства пустоты. Прежде, чем он поднялся, Атуна протянула ему чашу с водой, и Ясмин опустошил ее за мгновение. — Вы пришли в себя? — раздался незнакомый голос, и на пороге комнаты появилась женщина со стеклянным сосудом в руках. В ее пышные длинные волосы теплого цвета каштана с редкой проседью были вплетены бусинки из дерева и разных минералов, на ней было платье расшитое очень просто, но ярко, и фартук изо льна. У женщины были добрые голубые глаза, с лучиками морщинок, тянущихся от внешнего уголка глаза, а ее метка ярко сияла золотом. — Вы, должно быть, лекарь, к которому мы направлялись? Госпожа Агата, верно? — уточнил Ясмин, попытавшись подняться и отгоняя остатки дурноты. Женщина поспешила его остановить: — Не торопитесь, вам не нужно соблюдать формальности. Вместо полноценного приветствия, Ясмин положил одну руку на грудь и кивнул. Обычно жители Трех Королевств здоровались с теми, кого видели впервые, или с теми, кого не видели несколько лет, складывая ладони на груди в районе внутренней звезды и слегка склоняя голову вперед. — Спасибо, и простите, что доставил вам хлопот, — поблагодарил и извинился Ясмин, ему не хотелось обременять кого-либо, но что он мог поделать со своей природой. — Вам совершенно не за что извиняться. Я рада, что могу помочь вам. Надеюсь, что мы сможем понять и исцелить ваш недуг, но просто не будет, — Агата говорила мягко, но прямо, и это вызывало еще большее желание доверять ей. Женщина поставила круглый керамический предмет со свечкой внутри на пол рядом с кроватью Ясмина. И юноша почувствовал знакомый аромат лаванды. — Это аромалампа. Я добавила особые эфирные масла и минеральную соль. Это поможет вам поскорее вернуть силы, но лучше полежать еще два-три часа. Отдыхайте, а после я вернусь, чтобы проверить ваш пульс и обсудить симптомы. И, да, если вам нужна будет компания, у меня есть один доброволец. Может, даже несколько, — женщина загадочно улыбнулась и оставила Ясмина с Атуной. Ясмин только сейчас смог полноценно разглядеть комнату, в которой очутился. Она оказалась совсем небольшой, но светлой мансардой. Высокая кованая кровать стояла под окном с видом на уютный внутренний дворик с маленькой теплицей и несколькими приземистыми деревьями, на полу лежал шерстяной ковер, похожий на облако, по правой стене расположился невысокий черный комод с множеством маленьких ящичков, а по левой — софа, накрытая вязаным пледом. Тут было чисто, тепло и по-домашнему уютно. Пусть Ясмин привык к просторным холлам, шифоновым занавесам и высоким резным потолкам, он был даже рад оказаться в непривычной обстановке, где ничто не напоминало о доме слишком сильно. — Где стража, они уже отправились обратно? — спросил Ясмин у Атуны, которая сидела на коврике в позе лотоса, удобно облокотившись о кровать Ясмина плечами и внимательно рассматривая карту Монтема, лежащую у нее на скрещенных ногах. — Они помогли мне доставить вас сюда и сразу вернулись, я предупредила их не говорить о вашем обмороке госпоже. — Спасибо, Ати, — выдохнул Ясмин — последнее, чего он хотел — быть источником переживаний для матери даже на расстоянии. — Ты спала? — спросил Ясмин, заметив темные круги под глазами стражницы. Девушка покачала головой. — Я могу подменить вас, — в дверном проеме показался еще один новый человек. За последние пару дней, если не считать время, проведенное без сознания, Ясмин познакомился с большим количеством новых людей, чем за последние пару лет. Эта мысль была до смешного печальной. Ямин вздохнул и вернулся в реальность, где перед ним стоял юноша с каштановыми кудряшками, незабудковыми глазами, фарфоровой кожей и красной меткой в виде трех маленьких звездочек, выстроившихся в ряд. Его черты лица напоминали черты лица Агаты, и его волосы вихрились точно так же и даже метки были схожи своими очертаниями. Он открыто улыбнулся и присел на софу. На вид паренек был примерно одного возраста с Ясмином. — Меня зовут Дэй, я сын удивительной хозяйки этого дома, но сам совсем не удивительный, — от Дэя исходила приятная согревающая энергетика. Еще у меня есть младшая сестренка, она тоже невероятная, но боится незнакомцев, так что ей понадобится чуть больше времени. Дэй был одет в свитер, который был ему велик на пару размеров, пижамные штаны и носки с орнаментом оленей, в руках он держал чашку чего-то дымящегося. В комнате запахло апельсинами и корицей. От сына Агаты веяло теплом во всех смыслах. — Как только вам станет лучше, с удовольствием проведу вам экскурсию по нашему городку, хотя у нас тут сложно заблудиться, — по-доброму усмехнулся Дэй. — Спасибо, я с радостью… Могу я попросить тебя обращаться ко мне на «ты»? — спросил Ясмин, ему было крайне неловко из-за формальностей. — Без проблем, — улыбнулся Дэй. У Ясмина не было друзей, были знакомые, с которыми они пересекались на праздниках и семейных встречах, но не более. С детства Ясмина считали странным, кто-то подшучивал над ним до сих пор, а некоторые боялись его недуга, полагая, что на нем лежит проклятье, и общаться с ним — опасное дело. Ясмин разочаровался в дружбе еще в одиннадцать, когда упал в реку, и решил, что кроме Ати ему никто не нужен. Но в Дэе Ясмин почувствовал что-то особенное, ему было комфортно рядом с новым знакомым, и совсем не хотелось защищаться, как это происходило обычно. Дэй не смотрел на него свысока или настороженно, его открытый улыбающийся взгляд согревал. Пол в коридоре скрипнул, и из-за дверного косяка показалась взлохмаченная кудрявая голова и голубой глаз - маленькая девочка опасливо выглядывала из-за стены, пытаясь разглядеть гостя. Ясмин мягко улыбнулся и помахал ей рукой. — Хэй, Пати, заходи, не бойся, — Дэй постучал по диванной подушке рядом с собой. На вид малышке было лет шесть-семь. Девочка сделала несколько осторожных шагов. На ней было простое льняное платье и жилетка с помпонами, ее ладошки и щеки были испачканы в желтой краске. Пати изучающее, но с осторожностью смотрела на Ясмина, а потом завороженно сказала: — У тебя такие красивые волосы! У Ясмина были длинные черные шелковистые волосы, слегка подвивающиеся на концах. Обычно он собирал их в хвост на затылке, перетягивая лентой, или же оставлял часть распущенной, а часть собирал в пучок. Большинство мужчин в их королевстве носили подобные прически. Искренний комплимент ребенка почему-то неожиданно тронул Ясмина. — Спасибо! — робко улыбнулся он. — Можно их потрогать? — глаза девочки засветились. — Пати, думаю, нашему гостю нужно немного отдохнуть для начала, — тактично остановил сестру Дэй. — А можно заплести Ясмину косички, когда он поправится? — спросила Пати. — Так и сделаем, — кивнул Ясмин. Когда малышка убежала из комнаты, Дэй извинился, едва сдерживая улыбку: — Прости, она обычно очень настороженно ведет себя с незнакомцами, поэтому это было очень неожиданно. Похоже, ты особенный.