Звёздные и фантомы. Путь Ясмина

Вечером к Ясмину прилетела бабочка-вестница — эфемерное создание из пыли голубых звезд, обладающее способностью запоминать послания и телепортироваться. Такой способ общения чаще всего использовали жители Королевства Заснеженных Цветов. Бабочка принесла речь обеспокоенной матери, которая уже отправила людей, чтобы те вернули Ясмина домой. Нужно было спешить. Ясмин не мог уехать, оставив Атуну и Дэя в лесу, бросив семью Агаты, которая так старалась ему помочь, и остальных людей, к которым он успел привязаться за последний месяц. Ребята сидели в гостиной, пытаясь придумать план дальнейших действий. На деревянном столе в чашках остывал цитрусовый чай. Кружки с теплым напитком казались странным отголоском спокойной и уютной жизни, которая царила в Монтеме еще несколько часов назад. Неужели достаточно одного мгновения, чтобы мир перевернулся с ног на голову? — Плохо дело, — покачал головой Ясмин, спрятав бабочку в специальный мешочек и убрав его в нагрудный карман накидки. — Если мы хотим что-то сделать, то нужно действовать быстро. Люди отца будут здесь завтра. И Элитный Отряд прибудет совсем скоро. Как только они доберутся до Леса, нам туда вход будет закрыт. Элитный Отряд состоял из ста специально обученных воинов, и даже если Совет решит отправить к Лесу Фантомов не всех своих людей, прошмыгнуть незамеченными мимо талантливых воинов точно не выйдет. — Ты прав, — кивнул Гек, он сосредоточенно потер переносицу. — Сейчас окраины Леса патрулируются отрядом Монтема, а это всего десять человек, при этом двое из них всегда остаются в городе следить за порядком на улицах. Мимо них мы сможем проскользнуть, но потом задача намного усложнится. — Тогда нужно выходить сегодня, — поддержала Мона. Под голубыми глазами девушки полумесяцами залегли серые тени, но сегодня она выглядела более оживленной. — Лучше выйти ближе к рассвету, мы все равно не сможем нормально ориентироваться в лесу ночью, и там намного опаснее когда темно, — объяснил Гек. — Как нам пройти незамеченными стражей? — спросил Ясмин. — Я вам помогу, — раздался голос Медеи. Женщина стояла на ступеньках с фарфоровым чайником в руках. Все подскочили на месте от неожиданности. — Ба, разве ты не станешь нас отговаривать? — спросила Мона удивленно. Медея понимающе улыбнулась, подошла к ребятам, поставила чайник на стол и присела на свободный стул. — Могла бы попытаться, но ведь это с вами не сработает… Что должно случиться, то произойдет в любом случае. А так я хотя бы смогу помочь вам, чтобы все прошло удачно. Мы с Пати отвлечем стражу, если будет нужно, — решительно сказала провидица. — Надо заходить с левого берега озера, где располагается большой валун, сейчас там меньше всего стражи, — продолжил продумывать стратегию Гек. — Тогда я отвлеку патруль — устрою сцену. Сделаю вид, что потеряла Пати. Это должно сбить их с толку на какое-то время, но вам лучше поспешить. — Конечно, — согласился Гек и задумчиво посмотрел на друзей. — Но вы, ребята, точно готовы рискнуть? Знаете ведь, что Лес Фантомов не самое дружелюбное место, мягко говоря… — Конечно! — одновременно поддержали Мона и Ясмин, а Гек улыбнулся, и это была не обычная его яркая улыбка, а ее мимолетный отблеск — знак благодарности друзьям за готовность рискнуть. К ночи ребята начали активно собираться. Гек взял припрятанный под кроватью в комнате Дэя колчан, все стрелы в котором были разными. Он признался, что незаметно стягивал их с тренировок по одной, когда никто не видел и хранил их у друга, потому что Медея не приветствовала оружие в доме. Мона собрала аптечку с самым необходимым. Кроме того, у каждого был мешок с флягой воды и небольшим запасом еды, а также соларита и янтаря, чтобы разгонять темноту в лесу по ночам. Агата заскочила домой всего на пару часов, чтобы вздремнуть — за последние сутки она почти не спала и бегала от одного пациента к другому. На фоне волнений, у многих обострились болезни сердца и внутренней звезды. Агата была даже благодарна, что работа не позволяла ей отвлекаться на тяжелые мысли и тонуть в тоске и разбитых чувствах. Медея кратко изложила ей план ребят, и целительница тоже согласилась помочь. — Мне не нравится то, что вы собрались рисковать своими жизнями, но я не могу сохранять здравомыслие сейчас, ведь там мой сын… А вам я доверяю больше, чем Отряду, — сказала женщина прежде чем, сон накрыл ее с головой. Агата заснула прямо в кресле, Мона заботливо накрыла ее пледом. Когда все покинули дом Агаты, на улице все еще было темно, звезды выглядывали в небольшие зазоры меж рваных облаков. В некоторых домах горел приглушенный желтый свет, ветер завывал в верхушках скал, и от этого звука в сердце рождалось непонятное одинокое чувство. Ребята шли к озеру в тишине — каждый думал о своем. Ясмин пытался понять, каким образом он должен направлять друзей. Он ни разу не был в Лесу Фантомов, а видения больше не посещали его, и талисман на груди не собирался оживать. — Понятия не имею, что делать, — вдруг признался Ясмин. Он не хотел разочаровывать товарищей, но и продолжать молчать не мог. — Верь себе, — просто сказал Гек. — Не пытайся думать, лучше прислушивайся к интуиции и инстинктам. Когда мы тренировались в лагере, у нас был целый блок занятий, посвященный интуиции. Мы несколько недель дрались и выполняли задания с завязанными глазами и бирушами, доверяя лишь внутреннему чутью. Было сложно, но это работало. И Медея сказала, что именно бессознательное помогает и направляет тебя. Слова Гека заставили Ясмина задуматься и прислушаться к чувствам. Он закрыл глаза и подумал про Атуну, которую знал большую часть своей жизни. Он вспомнил ее безмолвную заботу и полную самоотреченность, он доверял ей свою жизнь без капли сомнений. И еще Ясмин подумал про жизнерадостного Дэя, его улыбку и то, как быстро он стал другом для странного болезненного гостя издалека. Эти люди были по-настоящему дороги ему. — Нам нужно идти вдоль ручья, — вдруг сказал он. — Что? Ручья? — переспросила Мона. — Эта мысль пришла мне, когда я подумал про Дэя с Атуной. Их план по отвлечению стражи сработал идеально. Медея и Агата, подбежавшие к патрулирующим лесной берег озера стражам, сбили их с толку потоком тревог и слезами, скатывающимися по щекам. Пати спряталась неподалеку за одной из скамеек, чтобы в нужный момент побежать к левой стороне леса, тем самым, отвлечь единственного дозорного, который мог бы заметить троицу у валуна. Пати долго упрашивала взять ее с собой по-настоящему, но Ясмин смог убедить ее остаться, чтобы помочь им спасти ее брата. Когда Пати выбежала из укрытия и со всех ног понеслась в лес, а дозорный отвлекся на маленького сорванца, ребята скрылись за кустами вечнозеленого шиповника. Они двигались быстро, но старались не создавать лишнего шума. Лес фантомов всегда казался Ясмину чем-то пугающим и далеким, поэтому было странно делать первые шаги, видеть над головой переплетающиеся голые ветки и еловые лапы, опустившиеся под тяжестью снежных шапок. Могучие стволы, покрытые инеем и узорами, потрясали, ноги утопали в снегу по щиколотку, и повсюду цвела снежная магнолия. — Тут красиво, — потрясенно заметил Ясмин, когда они ушли на достаточное расстояние от кромки леса. Юноша ожидал увидеть что-то более зловещее, но цвета и формы Леса оказались изящными, они напоминали ему о свадебных платьях, которые создавала его сестра: хрусталь льда, белый шелк снежного покрывала, кружево инея на валунах и стволах деревьев и трепетные украшения — цветы. — Действительно, — протянула Мона, рассматривая цветущие деревья. — Это только одна его сторона, — сказал Гек настороженно. — Сохраняйте бдительность. У самых красивых цветов — самые острые шипы. Чем дальше ребята заходили в лес, тем легче становилось идти. Ясмин почувствовал прилив энергии и, вопреки всему, он ощущал себя более здоровым, чем прежде. Раньше прогулки оставляли юношу без сил, но в Лесу все было иначе. — Тут ручей, — крикнул вдруг Гек, указывая вправо. — Это он? Ясмин не знал, откуда ему было это известно, но он ответил без тени сомнений: — Да, это он. Ручей темной змейкой выделялся на фоне белого снега, петляя меж корней деревьев. Не успели ребята пройти и десять метров вдоль речки, как раздался птичий крик и на них спикировали две черные здоровые гарпии, те самые, которых Ясмин недавно видел во сне. Одна из птиц набросилась на Гека, но он сразу же отбился стрелой, зажатой в руке. Вторая гарпия накинулась на Мону и Ясмина, она угрожающе клацала клювом и медленно наступала, распахнув широкие крылья. Ясмин огляделся по сторонам в надежде найти валяющийся под ногами камень или корягу неподалеку, но ничего не обнаружил. Птица отшвырнула Ясмина крылом, он проехался по снегу и чуть не упал в воду. Пока юноша приходил в себя, гарпия схватила Мону за воротник и взмыла вверх. Гек прицелился, но не стал стрелять — птица была слишком высоко, и если бы она пострадала от стрелы, то могла бы уронить Мону. Гарпия, которая сражалась с Геком, пока тот отвлекся на произошедшее с Моной, воспользовалась замешательством противника, толкнула его в реку и схватила дезориентированного Гека цепкими когтистыми лапами за плечи, а затем последовала за своей «подружкой». Ясмин подобрал одну из рассыпавшихся стрел Гека и побежал за птицами. Бежать пришлось не слишком долго, птицы прилетели к дубу, бросив у его корней свою добычу. Кажется, ребята были без сознания — они лежали среди сугробов совершенно неподвижно. Ясмин потрясенно заметил, что дуб-великан, возвышавшийся перед ним, был тем светящимся деревом из его недавнего кошмара, только сейчас глубокие трещины в коре дерева не сияли, а оставались темными. Остальные деревья вокруг расступились, словно чувствуя силу и мощь векового дуба, только несколько тонких молодых березок росло позади него. Закрученные длинные ветви, раскинувшиеся во все стороны, короткий, но необъятный ствол — у этого дерева был характер, в нем чувствовалась такая сила, что невольно рождалось желание сделать несколько шагов назад. Одна из птиц улетела, а вторая осталась защищать добычу. Она почти сразу заметила Ясмина, притаившегося в зарослях ежевики. Атуна научила Ясмина нескольким защитным приемам, когда они еще были в Королевстве Заснеженных Цветов, и он сам старался тренироваться по возможности, но все же едва ли он мог выстоять в настоящем сражении. Старший брат Ясмина всегда подшучивал над ним, говорил, что он слишком нежный для тренировок, и эти слова всегда неприятно обжигали. Птица нахохлилась, ее перья на затылке стали похожи на корону-какошник странной формы. Ясмин крепко сжал стрелу в ладони, приготовившись отбиваться. Но прежде, чем острие стрелы вонзилось бы в грудь птицы, она полоснула когтями по плечу Ясмина, юноша вскрикнул от обжигающей боли и выронил оружие. Гарпия поднялась в воздух и приготовилась напасть сверху, но вдруг из-за спины Ясмина выскочил белый волк, он вспугнул птицу, которая недовольно каркнула, щелкнула клювом и улетела прочь. Волк был большим, грациозным и статным, его длинный мех отливал серебром, а голубые глаза смотрели слишком осознанно и пронзительно. Ясмин не был уверен, защищал ли его зверь или просто дрался за добычу. Но страхи юноши вскоре рассеялись — волк унесся, как только заметил, что Гек приходит в себя. Ясмин поспешил на помощь к другу, и они вместе привели в чувство Мону. На щеке девушки алел достаточно глубокий порез. — Ты ранена, — обеспокоенно заметил Ясмин. — Не так страшно, — покачала головой Мона. — Вот только я уронила сумку с аптечкой в реку, когда гарпия схватила меня… Но я видела тут морозный лишайник, растущий на деревьях, можно использовать его. Ребятам повезло, что Мона отлично ориентировалась в травах и целебных растениях. Ее знания и навыки спасут их даже без аптечки. — Ясмин, твое плечо, — вдруг обеспокоенно начал Гек, повернувшись к другу. Юноша только сейчас вспомнил, что ранен, до этого адреналин действовал подобно лучшему обезболивающему. Ткань его накидки была рассечена на левом плече и ключице и уже успела немного пропитаться кровью, но рана не казалась слишком глубокой. — Голова не кружится? — спросил Гек, заметив, что Ясмин выглядит более бледным, чем обычно. — Теперь ты снова похож на призрака. Друзья помогли наложить Ясмину повязку, используя вместо бинта шарф Гека, а вместо мази — толченный лишайник. После того, как ребята обработали раны и перекусили вялеными ягодами, они отправились дальше. Теперь уже чуть лучше осознавая, в каком опасном месте они оказались и насколько они были не готовы к нему. Но у них не было выбора - Дэй, Атуна и еще несколько звездных тоже были в этом Лесу.

Тасита. Лес Фантомов

Тасита сидела на ветвях кедра, облокотившись на ствол спиной, свесив одну ногу с ветки и разглядывая сверху кучку людей, ютившихся в одном из открытых оленьих загонов. Ей было любопытно — она впервые видела звездных так близко, кроме того, на душе было неспокойно — Тасите было жаль этих незнакомцев, бросающих испуганные взгляды, на окружающих их фантомов. Среди звездных был мужчина средних лет, девушка и парень лет двадцати, а еще маленький мальчик, который прятался в материнских объятиях. Юноша и девушка держались лучше всех. Парень в оранжевом свитере приободрял остальных, он достал из своего вязаного мешка кулек с печеньем и поделился угощением со всеми, кто был голоден. У девушки, с которой он больше всего переговаривался, был упрямый сильный взгляд и лук со стрелами, которые фантомы предусмотрительно забрали, как и остальное оружие, которое нашли у нее. Тасита уважала их стойки дух. Ей хотелось бы не быть тем, кого они боятся. — Таси, — крикнул юноша с длинными белоснежными волосами, облаченный в темные одежды, расшитые вороньими перьями. Аристократичные черты лица, темно-серые глаза, четко очерченные губы, светлые пушистые ресницы, черная метка в форме двух идентичных звезд и упрямые брови. Тасита задавалась вопросом, насколько же они похожи с братом-близнецом. — Спускайся, нужна твоя помощь. Морус брыкается, мы не можем успокоить его. Таситу среди фантомов называли заклинательницей оленей — настолько она с ними ладила. Она лечила и приручала их, кроме того, девушка была непревзойденной наездницей. Таси любила этих животных, понимала их и чувствовала себя на своем месте, когда неслась сквозь метель на любимом олене или когда расчесывала шерсть своих любимцев. В последнее время многие животные стали вести себя неспокойно, особенно подопечный Кассия. Его олень был большим, с ветвистыми белыми рогами, голубыми глазами, похожими на кристаллы, и темно-серой шерстью. Он был своенравен, но не неуправляем. Тасита спрыгнула с дерева и мягко приземлилась на корточки, подстраховавшись пальцами правой руки, выставленной вперед. Когда она добралась до загона Моруса, сразу поняла, что произошло нечто странное: оленя пытались сдержать сразу три фантома, его шерсть потемнела на ногах и груди, а глаза светились лиловым пламенем. — Что… — выдохнула Тасита, прежде чем перепрыгнуть через ограждение загона и осторожно приблизиться к мечущемуся животному. — Морус, это я, — начала девушка мягко. — Тише-тише, малыш. Тасита делала небольшие шаги вперед. Морус все еще брыкался, но уже не так неистово. — Вот так, все в порядке, — продолжала фантом и аккуратно прикоснулась к шее оленя. Животное тяжело дышало, его глаза уже не сияли столь ярко, но стоило Кассию подойти чуть ближе, как Морус встряхнул рогами и отбросил Таситу в сторону. Девушка не пострадала, удачно приземлившись на кучу сена, но была удивлена — никогда прежде Морус себя так не вел. — Кас, мне кажется, он реагирует на тебя, — осторожно сказала Тасита. — Можешь отойти немного? Кассий кивнул, отступил на несколько метров, и только тогда его сестра смогла успокоить зверя. — Раньше с ним такого никогда не случалось, — озабоченно выдохнул Кассий, когда Тасита окончательно успокоила оленя, и измотанный борьбой Морус заснул. — Ты же знаешь, теперь часто будет происходить то, с чем мы не привыкли сталкиваться. Мы открыли портал и нарушили баланс энергий. Кассий был тем, кто распахнул врата для злых духов и низших энергий. Он считал, что, только заключив негласный договор с этими сущностями, он сможет перекроить мир, в котором фантомы были вынуждены страдать и терять близких. Он пошел к Древу силы, которое было энергетическим центром Леса фантомов, и приложил к нему ладонь в момент, когда его сердце было разбито, а надежды не оставалось, в момент, когда обида и боль заполнили каждую клеточку его тела. Он плакал, опершись на мощный испещренный трещинами ствол, и молил духов услышать его, помочь разрушить тот несправедливый мир, в котором они живут. — Другого пути не было, — помрачнел Кассий. — Я не виню тебя, мне тоже все еще больно за Иси, за лес и фантомов. Просто говорю, что теперь нам нужно быть готовым ко всякому. Низшие энергии непредсказуемы, они не будут выбирать, кого и как атаковать, их главная цель — сеять хаос, — объяснила Тасита. Кассий больше ничего не говорил, он опустился на колени возле свернувшегося калачиком спящего оленя и с осторожностью погладил его по спине. Тасите стало интересно, сожалел ли сейчас брат о принятом у Древа решении. — Что ты думаешь делать с пленными? — вдруг спросила девушка самым безразличным тоном, на который была способна, вспомнив про парня в оранжевом свитере и девушку с высоким хвостом. — Пока ничего, главное, чтобы они не сбежали. Если будут сложности, мы всегда сможем разыграть карту заложников. Таси кивнула и оставила брата, ей показалось, что Кассий хочет побыть один. Она всегда тонко чувствовала настроения близнеца и знала, когда тот нуждается в одиночестве. Раньше, до того, как они потеряли своего лучшего друга, такое происходило очень редко, но после жестокой смерти Иси, Кассий очень изменился. Он исчезал по ночам, выматывал себя тренировками, он держал со всеми дистанцию и меньше разговаривал, а потом он и вовсе распахнул врата. Когда Тасита вышла из стойла, небо уже потемнело, фантомы разожгли костер и начали греть воду для чая. Чай из снежной магнолии и кедровых шишек был традиционным напитком их племени. Тасита бросила взгляд на обессилевших от заключения звездных и налила несколько пиал чая для них. На упрекающие взгляды соплеменников, она лишь покачала головой: «они нужны нам живыми». Прежде чем передать напиток пленным, Тасита демонстративно отпила из одной чаши, чтобы показать — чай не отравлен. Парень в оранжевом кивнул и принял поднос. — Могу я задать вам вопрос, — начал он вежливо, чем немало удивил девушку-фантома — разве могут так звездные разговаривать с фантомами, которых считают чудовищами? — Боюсь, я не смогу дать на него ответ, — Тасита отрицательно покачала головой. Она знала, что выглядела холодной, но это было даже к лучшему. Ни к чему было сближаться с этими людьми.