Звёздные и фантомы. Путь Ясмина

Первым сложным испытанием на пути пятерки стали ледяные ивы. Густые заросли плакучей ивы, ветви которой были покрыты льдом и звенели, ударяясь друг о друга на ветру, выглядели завораживающе, но оказались настоящей проверкой на прочность. Ясмин на мгновение отвлекся на игру света и потерял своих друзей, оставшись в дебрях ледяных веток, опускающихся до самой земли. Он пробирался сквозь мерцающие, словно хрустальные, ветви, как сквозь густые водоросли. Юноша звал друзей по именам, но звук был таким глухим, словно он действительно оказался под водой. А потом Ясмин увидел спину девушки в белом платье, которая до боли напомнила ему сестру. — За мной, иди за мной, — звенел голос Амелии, и ему так хотелось поддаться. Он сделал несколько шагов, околдованный образом сестры, по которой безумно соскучился, но затем девушка исчезла, и раздался другой голос позади Ясмина: — Ты позор нашей семьи! Ты ведь и сам прекрасно об этом знаешь. Лучше тебе не возвращаться домой. Слова старшего брата били больнее хлыста. Обычно Церазус не позволял себе так выражаться, но Ясмин всегда боялся услышать от него именно эти фразы. Брат был образцовым старшим сыном, крепким и здоровьем, и духом. Он был сдержан в эмоциях и никогда не баловал Амелию или Ясмина своим вниманием или похвалой, наверное, поэтому младшенькие предпочитали компанию друг друга. Но, каким бы холодным не казался Церазус, он бы не стал говорить подобных вещей. Ясмин потряс головой, отгоняя сомнения. Брат с сестрой не могли оказаться здесь. — Убирайся! — крикнул он фальшивому образу брата, развернувшись и заглянув ему в глаза, в которых увидел насмешку. — Ты не настоящий. После того, как эти слова были сказаны вслух, Церазус обернулся черным туманом и сбил Ясмина с ног. Ясмин вспомнил, как Гек учил его слушать внутренний голос в сложных ситуациях, поэтому он зажал уши руками и зажмурил глаза, позволив ногам и интуиции вести себя. Ни одно видение больше не должно одурачить его. Вдруг он уткнулся носом во что-то мохнатое. Ясмин испуганно распахнул глаза и увидел перед собой апельсиновый свитер — Дэй! Друг сначала испугался, а потом облегченно выдохнул, приобняв Ясмина одной рукой. Дэй выглядел бледным. — Когда мы успели потеряться? Я не помню, как мы разошлись... — он потер переносицу, пытаясь восстановить в памяти цепочку событий. — Это проделки духов, — рядом с юношами появился Неро, он уперся ладонями в колени и согнулся, пытаясь отдышаться. — Значит, мы уже близко. — Где Мона и Гек? — Дэй озирался по сторонам. — Я здесь, это же вы ребята? — с сомнением спросила Мона, ее глаза и нос покраснели, словно она только что плакала. Дэй поспешил обнять девушку: — Это мы. Ты в порядке? Не пострадала? Девушка неоднозначно мотнула головой. Что-то со свистом рассекло воздух и с треском вонзилось в лед прямо рядом с ногами Ясмина — стрела. Это была одна из стрел Гека с темно-синим оперением. — Гек, это мы, — поспешил успокоить Дэй, но Гек уже доставал новую стрелу из колчана. — Вы с Моной поссорились из-за пирожков с ореховой начинкой, и в первую ночь в доме Медеи ты разбил один из ее хрустальных шаров. Один раз мы сбежали с занятий в школе и пошли к лесу фантомов, но стража нас поймала, — сыпал фактами из прошлого Дэй, пытаясь достучаться до друга. — А меня ты назвал призраком при первой встрече, — добавил Ясмин. Гек, который до этого выглядел так, словно видел перед собой монстров, выдохнул, пошатнулся и сделал шаг назад, обессиленно опустив лук. — Простите, — извинился он перед друзьями, все еще пребывая в шоковом состоянии. Когда ивовая роща осталась позади, туман в сознании ребят наконец полностью рассеялся. Они не стали спрашивать друг друга о том, что им привиделось в ивах, но было ясно, что каждый прошел через свою личную эмоциональную встряску. — Зачем духам вот так играть с нами, не легче просто убить? — спросила Мона. — От вашей смерти они ничего не получат, а вот эмоции и переживания, ваши страхи и тревоги, боль и обида — они питаются этим... До тех пор, пока ваша душа не даст отпор, конечно, — объяснил Неро. Во время следующего небольшого привала, фантом сказал, что как только они увидят розовые и фиолетовые блуждающие огни, нужно будет следовать за ними: «Даже если мы потеряем друг друга снова, просто продолжайте идти за огнями, они выведут вас к Древу, там мы и встретимся». — Жаль вы попали в наш лес в подобные времена, сейчас он может напоминать те страшилки, что про нас складывают, но, на самом деле, здесь столько потрясающих вещей, — Неро говорил тихо, но воодушевленно, его глаза блестели даже в темноте, и было видно — он искренне любит свой дом. — Может, однажды, при других обстоятельствах, я покажу вам лучшие места в нашем лесу. — Было бы здорово, — сказала Мона. Ясмин не заметил, как задремал, уронив голову на плечо Гека, и в своем поверхностном сне он увидел белого волка с фиолетовыми глазами, того самого, что прогнал гарпию у дерева, лишь оттенок радужек у него поменялся с лазурного на сапфировый. Волк ткнулся носом в ладонь Ясмина и посмотрел на него своими глазами-кристаллами. Ясмин вынырнул из сна и заметил перед собой два блуждающих фиолетовых огня, вместо волчьих глаз. Оказывается, все остальные тоже задремали, поэтому Ясмин дернул Гека за рукав и позвал Дэя. Блуждающие огни танцевали и кружились на месте, словно ждали, пока все путники проснутся и будут готовы пойти за ними. — Мне кажется, я слышу звон, — сказал Ясмин, он уловил звук похожий на звон хрусталя. — Не кажется, — улыбнулся Неро. — Блуждающие огни поют, но не все могут их слышать. Даже не все фантомы способны на это, должно быть у тебя очень особенное сердце. — Я их не слышу, — сказал Гек, ткнув в один из блуждающих огней указательным пальцем, волшебное создание сразу отлетело от него подальше. — Я тоже, — покачала головой Мона после попытки что-нибудь расслышать. — И я, — согласился Дэй. — Но нам же не обязательно их слышать, чтобы следовать за ними, верно? Дэй вопросительно посмотрел на их проводника, тот утвердительно кивнул: — Именно так. Ребята двинулись в путь, теперь уже пообещав добраться до места без остановок и перерывов. Огоньки вели их вдоль зарослей шиповника, затем вверх по скалистому склону, как раз, когда они поднимались по нему, их накрыла метель. Такая сильная, что было практически невозможно открыть глаза. Дышалось с трудом, и в белой пучине огоньки едва угадывались, а одежда стала весить в три раза больше и промокла насквозь. — Я не вижу огни, — крикнул Гек. — Все в порядке, я все еще слышу их, — ответил Ясмин, пряча лицо в сгибе локтя. Было тяжело. Ноги стали неподъемными, а из-за ветра каждый шаг давался с боем. Откуда такой ветер в лесу, ведь здесь деревья обычно защищают от подобных буйств стихий? Наверное, как и предупреждал Неро, это проделки злых духов. Временами Ясмину казалось, что помимо звона огней, он слышит чей-то неприятный шепот. Вскоре раздался приглушенный крик птиц, внутри у Ясмина все похолодело. — Гарпии, — крикнул Неро. — Надо поторопиться. Это Кассий. — Ясмин, иди вперед, я прикрою, — сказал Неро, подтолкнув юношу в спину. — Ты должен добраться до дерева. Ясмин оглянулся на друзей, он не хотел в очередной раз потерять их. — Иди, мы за тобой, — подбодрил Гек. — Только ты у нас чудик, который слышит поющие огни. Ясмин не хотел видеть Древо во снах, обладать меткой, которая так отличалась, или слышать блуждающие огни. Он не хотел быть больным раньше, а сейчас он не хотел быть особенным, но жизнь не всегда учитывает наши желания. Зато теперь у Ясмина наконец появилась возможность сделать что-то значимое в его понимании. — Спасибо, — поблагодарил он друзей, которых едва различал за потоками снега. — Держи, — Неро вложил в руки Ясмина аккуратный клинок из нетающего льда. — Поторопись. Ясмину было тревожно и совестно оставлять друзей позади, но, с другой стороны, если предсказания тетушки Медеи должны были осуществиться, и если предчувствия не подводили Таситу насчет роли Ясмина, то только так он и мог сейчас помочь своим друзьям. И не просто же так образ древнего дуба преследовал его. Ясмин вспомнил, чем обычно заканчивались его сны, и дыхание перехватило от страха и мысли, что ему придется столкнуться с этим в реальности. Он до сих пор отчетливо помнил ощущение холодного кинжала, вонзающегося в грудь. Воспоминание о боли сковало тело. — Забудь об этом, — сам себе приказал Ясмин. Ноги увязали в снегу, а ботинки только усугубляли ситуацию, поэтому Ясмин снял их и накидку, оставшись в легком темном одеянии. Он босиком ступал по снегу. Ветер давно сорвал с его волос новую ленту, поэтому длинные черные пряди теперь развевались на ветру, липли к лицу и лезли в глаза. «Вот сейчас ты действительно похож на призрака,» — зазвучал голос Гека в голове, заставив Ясмина улыбнуться даже в такой момент. Освободившись от лишней одежды, юноша наконец смог взобраться на вершину утеса. Здесь, наверху, погода разительно отличалась, словно он пересек границу, разделяющую два параллельных мира. Здесь было спокойно: блуждающие огни парили в воздухе, мягко и медленно сыпались снежные хлопья, никакого ветра и никаких громких звуков, словно он оказался в вечно безмятежном центре циклона. Ясмин сразу заметил сияющее Древо впереди, оно скрывалось за небольшим перелеском из тонких березок и карликовых елок. Кора дуба подсвечивалась серебристо-синим. Казалось, будто в темноте что-то скрывалось. Ясмин чувствовал, что за ним наблюдают, но продолжал смотреть на дерево впереди и крепко сжимать рукоятку клинка Неро. Едва ли он мог воспользоваться оружием при необходимости, но все же клинок был единственным предметом, за который Ясмин мог сейчас держаться. Он проделал весь этот путь не ради того, чтобы позволить страху взять над ним вверх в самом конце. Ясмин всегда считал себя слабым и недостаточно полезным, но, может, он просто был создан для другого. В последние дни, он не терял сознание, и несмотря на все трудности и переживания, физически он чувствовал себя лучше, чем прежде. Лес наполнял его силой, а друзья стали теми, ради кого он был готов бороться. — Ясмин, помоги нам, — раздались голоса, но казалось, что звучат они словно сквозь толщу льда. Это были приятные светлые голоса, им действительно хотелось помочь. — Ясмин только ты можешь освободить нас. Юноша продолжал идти, несмотря на сковывающий его движения страх, несмотря на дрожь в руках и ослепляющий свет от дуба. Между Древом и Ясмином оставалось всего три-четыре шага, когда какой-то черный вихрь сбил его с ног. Бесформенные темные сущности метались меж стволов деревьев, одна из них обвила ноги Ясмина, который еще не успел подняться. Он попытался рассечь кольцо черного дыма кинжалом, но лезвие прошло через него, словно сквозь воздух, а ноги все еще находились в тисках. Ясмин испытал облегчение, когда снова увидел белого волка с глазами–сапфирами, ведь этот зверь оберегал его. В Королевстве Духов у некоторых звездных были животные-хранители, но Ясмин не думал, что такой может появиться у него в Лесу Фантомов. Волк отгонял темных духов от Ясмина, который полз по снегу к корням дуба, опираясь на локти. В нужный момент животное помогло освободиться Ясмину от оков. — Положи свою ладонь на ствол и попроси то, о чем мечтает твое сердце, — подсказывали голоса. Ясмин коснулся неровной, но теплой коры дерева и почувствовал, как его тело загудело от энергии. — Прочь! — Раздался крик из-за спины, и резкая боль обожгла правое предплечье. Кассий полоснул мечом по руке Ясмина. Красные капли окропили белый снег, Ясмин вскрикнул и схватился здоровой рукой за раненую, зажав порез ладонью и чувствуя теплую кровь, сочащуюся сквозь пальцы. Клинок Неро утонул в сугробе неподалеку, а Кассий, одержимый темной энергией, с лиловыми глазами и совершенно безумным взглядом уже занес меч над Ясмином во второй раз. Ясмин увернулся и пнул ногой один из сугробов, подняв в воздух столп снега, тем самым ненадолго ослепив Кассия. Он выиграл всего мгновение, но его хватило, чтобы вернуться к дереву и вновь приложить к нему ладонь. Голова безумно кружилась. Ясмин закрыл глаза, всем своим сердцем желая спасти близких и вернуть на остров мир. Он знал, что прямо за ним находится Кассий, заносящий меч над его головой, но вдруг он успеет загадать желание? Позади раздался лязг железа и женский крик. — Кассий, стой! — это была Тасита. Ясмин чувствовал, как нагревается его ладонь в месте соприкосновения с древом, как растет его внутренняя сила. Юноша старался не обращать внимания на звуки, раздающиеся позади, и на снег, который летел из-под ног сражающихся близнецов и попадал за шиворот. Но вдруг обезоруженный Кассий вновь отшвырнул Ясмина от дерева и навис над ним занеся руку для атаки. Ясмин попытался заблокировать удар, выставив вперед скрещенные руки, но из-за раны это едва получилось. Тасита налетела на брата сзади, закрыв ему глаза и пытаясь своим весом заставить Кассия потерять равновесие. Он пошатнулся, но не упал, сбросив с себя сестру. Кассий поднял клинок Неро и сделал неожиданный выпад вперед, в сторону сестры. Тасита распахнула от удивления глаза, застыв на месте, задержав дыхание, а потом перевела полный неверия и ужаса взгляд на человека, упавшего перед ней на колени. Кассий отступил, цвет его глаз стал прежним, а Тасита беззвучно плакала, она поспешила подхватить окончательно падающего Неро, позволив ему облокотиться на себя, словно они обнимались, сидя на земле. Из его спины торчал кинжал, кровь медленно заливала снег. Неро приобнял Таси одной рукой и уткнулся лбом в ее плечо. — Неро, только не ты, прошу, — тихо умоляла девушка, прижимая к себе друга. — Прости, это все моя вина. — Вовсе нет, — отозвался парнишка, слова давались ему с трудом, но в его взгляде по-прежнему горел свет. — Я всегда был обязан вам с братом жизнью. Борясь с болью, Неро непослушными пальцами достал из кармана деревянную шпильку — тот самый предмет, над которым он работал каждую свободную минуту во время их привалов. Это была простая заколка с резным наконечником в виде олененка. — Неро, ты не представляешь, как много сделал для всех нас, — сквозь слезы сказала Тасита и нежно коснулась своим лбом лба угасающего друга. Звездные так не делали, этот жест близости принадлежал только фантомам. — Надеюсь, мы еще встретимся, — выдохнула она. — И я... — это были последние слова Неро. Ясмин не смог сдержать слез. Неро казался таким светлым, и его смерть неожиданно болезненной стрелой вонзилась в сердце. Ясмин подбежал к дубу с новыми силами, рожденными горечью утраты. — Можешь забрать у меня все, но не позволяй больше никому пострадать, верни все на свои места, прошу! — закричал Ясмин, разбивая тишину. Он боялся за Гека, Дэя и Мону, за своих брата и сестру, за родителей и малышку Пати, за всех людей, которые были теплом в его жизни. Они не должны последовать за Неро. Одно прикосновение к дереву, затем — взрыв света и боль, пронзившая грудную клетку, а после холод, заполняющий каждый миллиметр тела. Такой холод, из-за которого сводит кости и дышать становится все тяжелее. Ясмин чувствовал, как жизнь постепенно утекает из его тела. Ему не было страшно, но тоскливое чувство свернулось клубочком где-то на задворках прерывающегося сознания.