Когда Гаснут Звёзды

Арти растёр виски, под внимательные взгляды когтевранцев в целом и возмущённый взгляд Чжоу Чан в частности. Последний месяц эта девушка была эмоциональна сверх всякой меры, благодаря чему заражала своим настроением ещё и людей вокруг. А когтевранцы, поддавшиеся общему настроению и навязанным убеждениям, вели себя не менее глупо, чем сама Чан. И с этим пора было что-то делать. — А-Цю, отбросив эмоции и личное отношение, а также взглянув на ситуацию ещё раз, ты по-прежнему непоколебима в своём убеждении, что этот мальчишка, чей интеллект временами близок к дебильности, реально МОГ додуматься до какого бы то ни было способа провести Кубок Огня? Чжоу Чжанцю, ты серьёзно в это веришь? — Битых полтора часа Арти вёл ожесточённую борьбу за торжество здравого смысла над творящимся в их школе абсурдом. Бойкотные тенденции добрались и до когтевранской гостинной — позор их факультету после такого пренебрежения логикой! Окружившие двух спорящих старшекурсники внимательно слушали и следили за ходом дискуссии, пока Рэгги развлекал первогодок где-то на улице. Ученики со второго по третий год тактично ушли в свои комнаты, не имея никакого желания участвовать в «разборках старших», как, впрочем, и половина четверокурсников. Редкостью было, чтобы внутри орлиного факультета происходили конфликты, тем более такие массовые, однако, когда подобное всё же случалось, то их решали, как правило старшие курсы и, как правило, цивилизованно. Правда на этот раз диспут то и дело грозил скатиться в обычный балаган, но пока что этого не произошло, а значит было чему радоваться. — Да разве смог бы, по твоим словам, идиот, одолеть василиска? А тот случай с профессором Квиреллом? Нужно обладать определённым складом ума и не малой долей сообразительности, чтобы проворачивать то, что делает эта троица! — А ты, похоже, своими глазами видела, как именно он его убил? — Угрюмо поднял бровь Арти, подперев щёку кулаком. Эту песню он уже слушал в раз шестой, если не в седьмой. — Что же до их постоянных выходок, то ты забываешь две важные вещи: во-первых, мисс Грейнджер будет поумнее наших четверокурсниц, и, как оказалось, доброй половины пятикурсниц. Без обид, дамы, но это просто констатация факта, потому что с нашими парнями мне её сравнивать вообще страшно и стыдно. Во-вторых, не закрывай Дамблдор на все эти выходки глаза — они бы с отработок не вылезали. Все трое. — Значит он подговорил старшекурсников или вообще сам директор бросил его имя! — Овчинка выделки не стоит. — Что?! — Прекращай истерить и включи голову, говорю! — Рыкнул Арти, едва справляясь с желанием просто наорать на девушку.- Зачем это нужно директору? Ради новых проблем на свою и без того постоянно страдающую от этой троицы голову? Для международного скандала? Да, он явно творит какие-то мутные делишки, но не в этот раз, А-Цзю. — Это ещё почему?! Потому что это не выгодно школе? — Пх! В подобную чушь ни один нормальный человек не поверит. Нет. Просто это не стыкуется с его предыдущими действиями. Дамблдору нужен любимый школой Герой, а не изгой со шрамом на лбу. — А как по мне, всё отлично сходится, — перебил сидящий на диване четверокурсник, смотря прямо в глаза Арти. — Если Поттер каким-то образом выиграет турнир — мало кому будет дело до того, что он не должен был принимать участие. Он станет общешкольным любимцем, на это и есть расчет. Все тут же переключили взгляды на парня. Им, при ближайшем рассмотрении, оказался второй охотник в их команде по квиддичу — Кристофер Вудбридж, его отец, заместитель главы сектора борьбы с неправомерным использованием магии, отдела правопорядка, приходил к седьмому курсу на два занятия в самом начале года, рассказывал о работе в министерстве. Да, точно. У Криса, вроде, есть ещё младшие брат с сестрой… сестра, во всяком случае, точно — в этом году она поступила на Пуффендуй. Брат, скорее всего там же. Не удивительно, что он занял позицию «Во всём виноват чёртов выскочка Поттер». — Дамблдор ещё не впал в старческий маразм, чтобы ставить на кон больше, чем он может получить даже при самом лучшем раскладе, — спокойно ответил парню Арти, стараясь проявлять как можно меньше эмоций. — Ты так убеждён, что понимаешь его действия, можешь посчитать их, что нам всем в пору задаться вопросом, на чьей ты стороне, — с натуральным презрением хмыкнул подросток, и Арти успел заставить своё лицо не менять выражения. — Здравого смысла, чего и тебе желаю придерживаться, — он немного кивнул, после чего перевёл взгляд обратно на Чжоу Чан, давая понять, что не будет продолжать разговор в подобном тоне, однако Вудбридж это проигнорировал. — С чего тогда ты решил заткнуть всем недовольным рот? Хочешь сказать, что раз ты старший, то все должны тея слушать и с тобой соглашаться? Всем очевидно, что ты защищаешь этого золотого мальчика, так с чего бы тебе быть на стороне справедливости? — Я не прошу вас соглашаться со мой, — усмехнулся Арти, прикрывая глаза. — Я прошу вас не предпринимать враждебных действий. Думайте что хотите, если это ваше логически выведенное заключение, но не поддавайтесь эмоциям, — он посмотрел в тёмно-синие глаза четверокурсника, после чего с нажимом добавил: — особенно, если они не ваши. Посмотрите на себя, все те, кто так яро кричат, что Поттер — обманщик и выскочка, нарочно решивший во что бы то ни было привлечь к себе внимание и добиться славы. Внешняя картина порождается сердцем, но, видимо, вам эта фраза совершенно незнакома — вас едва ли не трясёт от зависти и злости. Поэтому, когда дело касается правосудия и следствия, которое к слову никто из присутствующих не может просвети на должном уровне, нужно стать глухими к собственному сердцу, чтобы остаться непредвзятыми. Не нам с вами, леди и джентльмены, судить о том, кто виноват, а кто прав. — В грязной реке не видно дна, — тут же поддержала Падма. — Чтобы суметь его увидеть, нужно сначала очистить реку и подождать, пока осядет песок. Не нужно торопиться, давайте все просто подождём и посмотрим на то, чем всё закончится. — Сказала сестра-близняшка гриффиндорки, — фыркнула Мариэтта Эджком. — Ты не можешь быть объективна. — Как и Кристофер, и Чжанцю, — кивнул Арти. — Именно поэтому нам не стоит устраивать склок меж собой. Какую бы каждый из нас сторону не занял, это плохо скажется на отношении ко всему факультету. Спрошу всех присутствующих — вы готовы враждовать с барсуками, змеями или львами по-настоящему? — Мы не собираемся враждовать с целым факультетом, только с… — С Поттером, — закончил за подругу Чжоу Чан Арти. — Которого будет защищать его факультет, или они все недостойны Гриффиндора. Если скажем, что верим ему — на нас ополчится весь Пуффендуй, а также участятся стычки со слизеринцами. Скажем, что ситуация странная и нужно в ней разбираться — опять же конфронтация со змейками, решившими издеваться над Героем, пока могут. Повторю свой вопрос: оно нам надо? Все присутствующие молчаливо задумались. Описанная ситуация абсолютному большинству была нужна также сильно, как домовикам немедленная война за собственную независимость. — Но! — Довольно, Чан, Мариэтта, — стальным голосом не дала продолжить балаган староста факультета, Пенелопа Кристалл. — Хотите задирать Поттера — пожалуйста, ваше дело. Но не впутывайте в свои личные дела весь факультет. То же касается всех им сочувствующих. Это не наше дело, и нечего нам в него лезть, пока всё мутно, как правильно заметила Падма. Большинство согласно кивнули семикурснице. — Вот и ладненько, — Арти поднялся со своего кресла, стремительно направляясь к двери в коридор. — Хорошо когда в коллективе царит демократия. Кто как, а я не хочу всё воскресенье потратить на эту бессмыслицу. Послезавра — первое состязание, вот там и посмотрим, кто и чего стоит, согласны? Разумеется, это был риторический вопрос.

***

На редкость погожий день для севера Британии просто не мог пройти зря! Гуляя по окрестностям Хогсмида Арти, Луна и Рэгги наслаждались последними солнечными днями уходящей осени. Вот-вот начнётся декабрь, а там двадцать пятого числа — святочный бал! По-началу, Арти не хотел туда идти, однако, увидев, как ярко загорелись от новости о бале глаза Луны, решил что ничего страшного не случиться, если он проведёт туда девочку, раз уж студентам младше четвёртого курса это не позволено без сопровождения старших. Теперь им предстояло найти платье для Луны, и Рэгги, весьма своевременно, предложил сшить его самим с помощью колдовства. Помогать с бытовыми чарами, на удивление, вызвалась Синти Фоссет, заявившая ещё в больничном крыле, что ничего толкового Арти не сделает, а праздник Луне она испортить не даст. И вот, идя по тропинке вокруг деревушки, Луна выбирала эскиз своего будущего платья, а Арти читал толстую кипу пришедших утром писем. Сидящий на книгах в открытом рюкзаке семикурсника Рэгги, у которого из-под двух когтевранских шарфов торчала лишь голова, смотрел на редких прохожих и погружающуюся в сон природу, думая о чём-то своём. — Вот это, — вдруг повернула Луна к Арти выбранный рисунок бального платья из простенького сшитого шерстяной ниткой альбома. Арти, оторвавшись от очередного письма с отказом, посмотрел на собственный рисунок и кивнул. Золотистое платье с мерцающими в пышной юбке огоньками ему тоже нравилось больше прочих. Сверху — полупрозрачная, немного искрящуюся мантия, с облегающими рукавами до локтя, а ниже струящимися до самого пола. Можно ещё соорудить ободок из белых и золотистых цветов, если останется время… — Как ты будешь его делать? — Сначала нужно купить ткань и заколдовать твои бусины, чтобы они немного светились, — почесал затылок Арти, прикидывая сколько он провозится с наложением чар. — И ещё серебристые мелкие блёстки. Они для мантии. Там будут два слоя газа, а между ними слой живого тумана, в котором будут плавать блёстки. — Звёздная туманность… Интересно, как долго продержатся чары, превращающие простую ткань в газ? — Ну, мне ещё ни разу не пришлось обновлять чары подгонки на шапке, поэтому, думаю, довольно долго. Бал точно переживёт. — А твоя мантия? Синяя с рукавом до середины плеча мне кажется красивой. Как ночное небо. А ещё можно надеть ту шляпу с широкими полями и длинным свисающим концом. — И я буду ходить а-ля Годрик Гриффиндор с братом-близнецом распределяющей шляпы на голове! — хохотнул Арти. — Тогда, давай украсим эту шляпу, чтобы ты был похож на Шляпника? — Безумного Шляпника, — всё с той же задорной улыбкой назидательно поправил парень, давая понять, что такое сравнение ему не по нраву. — Его ведь просто так называли, — наклонила набок голову Луна — О, да, — хмыкнул Арти. — Особенно после того, как он надышался ртутью, пока делал шляпы. Мозгошмыги с огромной радостью переплавили его мозг! — Так он и правда сошёл с ума? Как жаль. Но, он, наверное был очень трудолюбив. — И очень глуп в придачу. — Скорее недальновиден или чересчур пессимистичен. — А потом сошёл с ума и стал оптимистом? Знаешь, а мне нравится. — Так что с твоей мантией? — Луна умела быть настойчивой, когда действительно хотела — У меня есть парадная мантия, я чуть-чуть подгоню её, да дело с концом. Не стоит заморачиваться, — отмахнулся Арти. — Твоё платье меня беспокоит куда больше. — Почему ты так не любишь себя? — недоумённо спросила девочка — Я? Что ты, Луна, я просто не вижу смысла делать новую мантию, когда есть старая. — Тогда просто подгони моё детское платье, оно у меня с собой, и не шей мне новое, — абсолютно серьёзно заявила Лавгуд, внимательно смотря на Арти. — Луна, — Ты этого достоин, — вдруг перебила девочка, мягким и вместе с тем непреклонным тоном. Её серые глаза, казалось могли видеть сквозь тело Арти, могли видеть саму его душу и даже то неосознанное, что её терзало. — Не важно, что все они тебе написали, что не имеют информации. Ты её найдёшь, обязательно найдёшь, потому что ты имеешь право на правду. Ты словно тот самый монах Фо-инь, поэтому, ты достоин того, чтобы появиться на святочном балу в новой и красивой мании, пусть и сотворённой, отчасти, с помощью волшебства. А ещё я очень хочу, чтобы все наконец восхитились тобой и твом искусством, Арти! — Фо-инь? — Грустно улыбнулся парень. — Это тебе Софи Фоссет про сегодняшнее рассказала, да? — Угу, — не отрывая взгляд кивнула Луна. — А Падма объяснила, о чём ты говорил. А ещё, мне кажется, Кристофер Вудбридж словил мозгошмыга. Он всегда был спокойным и уважительным, а сейчас так груб, даже к Майклу и Терри, ты знал? — Они хоть и общаются, но всё же не лучшие друзья. Хотя, ты, я думаю, всё же права. Без мозгошмыга тут точно не обошлось, — повеселел парень. — И… будь по-твоему. Синяя мантия с шляпой-близняшкой распределяющей шляпы, так синяя мантия с шляпой-близняшкой распределяющей шляпы. — Тёмно-синяя мантия с белой вышивкой, — вернула улыбку Луна. — Как скажешь! — Луна, девочка моя, у тебя определённо талант уговаривать всех и на всё! — Восхитился Рэгги, до сего момента молча слушавший разговор из сумки. — Может быть ты и кубок огня сможешь уболтать не впутывать мальчишку Поттера в грядущее состязание, и никакой конфундус тебе и в подмётки не пойдёт, м? Все трое в один голос рассмеялись. — А если честно, — продолжил кот, довольно серьёзно. — Ты бы стала хорошим магозоологом, учитывая то, как чутко ты понимаешь разного рода волшебных тварей. Подумай об этом, милая. — Спасибо, — ещё более тепло улыбнулась девочка и погладила по голове тут же прильнувшего кота. — У тебя остались ещё неоткрытые письма? — Нет, это было последнее, на сегодня — ответил Арти. — Ничего. — А те, что не ответили? — Много. Больше половины. Но я не удивлюсь если они не пришлют ответ. В конце концов, не обязанны. — Что-то должно было остаться, хоть какие-то бумаги — маги тоже вынуждены соблюдать маггловские законы. — Сами магглы их не всегда соблюдают, пожал плечами Арти. — Я думаю, она просто аппарировала, когда она… когда её наконец оставили одну. — Ты веришь, что у неё была на то причина, — сказала Луна, не спрашивая, читая Арти, как открытую книгу. — Я хочу в это верить. Если это не Манчестер или Ливерпуль, то персонал должен был запомнить сам факт, сделать запись о редком событии. Ты права — должны остаться хоть какие-то ниточки. Хотя бы возраст и внешность, хотя бы имя… — Он вдруг замер на секунду, после чего на встревоженном лице появилась усталая улыбка. — Извини, я зациклился. Мы говорили о нарядах на святочный бал, да? Золотой и тёмно-синий хорошо сочетаются — ты будешь блистать на тёмном фоне и наш дуэт произведёт впечатление! — Арти, тебе не нужно притворяться, что всё хорошо. Со мной и Рэгги… и папой тоже, — в глазах Луны было непонимание. — Ложь, повторённая тысячью людей тысячу раз, становится правдой. Однажды всё действительно будет хорошо, — мягкая, добрая улыбка обратилась к Луне, и девочка, тяжело вздохнув, отступила, переставая хмурить брови. Ну, ничего, у неё ещё будет возможность достучаться до Арти — Рим тоже не за один день построили. — Милая, а ты взяла с собой что-нибудь вкусное? — Вдруг спросил Рэгги, обращая внимание подростков на себя. — Ты уже проголодался? — всё с той же улыбкой поднял бровь Арти. — Я взяла кое-что с завтрака, — кивнула Луна. — А потом Софи передала подарок от её сестры — куриные ножки с печёной картошкой. Синти просто чудесно готовит — мясо нежное и сочное. Будешь? — Не я, — кивнул Рэгги, после чеоо повернул взгляд в сторону кустов. — Там пёс, он шёл за нами от самой лавки на окраине. — Пёс? — удивился Арти. — Мы зашли на его территорию? — Вряд ли. Возможно у него нора, или что-то на её подобии где-то неподалёку. Он крайне неухожен и голоден, но он не стал нападать на нас, просто шёл следом. Я думаю, его хозяин умер а после никто не забрал пса и он был вынужден бродяжничать, выпрашивая еду… Луна, не дожидаясь пока кот закончит рассуждать, тот час сняла сумку с плеча и, порывшись в ней, достала деревянную коробочку на тугой задвижной крышке. Маленькая предсосторожность, чтобы не запачкать вещи и книги. Отдав вытащенную крышку Арти, Лавгуд зашуршала бумагой, пока воздух вокруг наполнялся приятным куриным ароматом. — Не бойся, — мягко сказала она направляясь к кустам. Арти, держа дистанцию в три метра, шёл за ней, на случай, если пёс всё же решит напасть. — Ты голоден? Я принесла поесть. Не бойся, я не буду кричать и бить, я друг. Кусты дёрнулись. Теперь отчётливо был виден клок густой чёрной шерсти между веток. И судя по его расположению собака была отнюдь не маленькой. — Не прячься, не нужно бояться, — тон девочки стал ещё более ласковым и успокаивающим. — Всё хорошо. Всё хорошо. Не бойся… Из кустов показалась чёрная собачья морда. Нет, не так. Из кустов показался нос и край огромной чёрной морды, за которой медленно высунулась остальная голова. — Ретривер? — немного нахмурившись пробормотал Арти не сводя глаз с большого даже для своей породы пса. И чёрного. Чёрных ретриверов Арти ещё не видел, хотя мистер Скорсби у себя на ферме держал одного тёмно-шоколадного. — Вот, держи, — луна поставила коробочку с едой на землю перед собакой, и отщипнув от бёдрышка кусок мяса, протянула на раскрытой ладони в сторону кустов. Спустя минуту недоверчивого глазения на Луну, пёс медленно вылез из кустов и, снова внимательно посмотрев на девочку, съел кусок курицы с руки, ненароком даже рыкнув от наслаждения — курица была не просто вкусной, но и тёплой. — Тебе понравилось? — с полной счастья улыбкой спросила Луна, и пёс, приоткрыв пасть в подобии улыбки, завилял нечёсаным хвостом.

***

Сказать, что Арти был счастлив, когда никого из чемпионов не поджарил и не сожрал дракон — значит ничего не сказать. Да, Поттер обладал каким-то кармическим талантом искать (и, главное, находить!) проблемы и приключения на свою гриффиндорскую задницу, но, благо, удача и на сей раз оказалась на его стороне. Вообще, день первого состязания оказался на редкость удачным, в том числе и для когтевранца. Вечером прилитела сова мистера Лавгуда с целой кипой писем, большая часть которых предназначалась Арти. Это были ответы ещё из пяти больниц, да, говорящие об отсутствии данных, но всё же! Отрицательный результат — тоже рeзультат. Шестое письмо пришло из приюта, и почерк на конверте принадлежал мисс Хупер. Она приглашала забрать какие-то документы, писала, что Арти кое-какие из них будут крайне полезны. Сама эта формулировка сначала насторожила, а потом резко воодушевила парня, в одночасье простившего этой женщине все обиды. Документы об отказе, которые вместе с личными делами директриса хранила в совершенно неизвестном месте! Теперь у Арти будет больше, чем просто имя, чтобы искать. Последнее, седьмое письмо было, как не странно, от самого мистера Лавгуда. «Здравствуй Арти, Рад был узнать, что вы с Луной пойдёте на святочный бал — такое редкое событие определённо не должно пройти мимо. Она отправила твои эскизы — я очень впечатлён. Если вам понадобится помощь с материалами — только напиши, буду рад подсобить. Тебе снова пришли письма — думаю, ты их уже прочёл. Меня несколько озадачило, что из приюта тебе писали не дузья, а директр, но, я думаю, что знаю причину. Я могу пойти к ней вместе с тобой, если хочешь, конечно. Думал сначала добавить, что всегда хорошо, когда рядом есть волшебник, способный наложить обливиэйт, но вовремя опомнился. И, вот ещё что, после святочного бала, утром, в Лондон отправится Хогвартс-экспресс, я узнавал. Приглашаю вас с Рэгги провести эти зимние каникулы с нами. Луна, уверен, очень этому обрадуется, поэтому, если надумаешь, не говори ей ничего — пусть будет сюрприз. Спасибо, что присматриваешь за Луной. Жду вашего с Рэгги ответа, P.S. Какой бы подарок ты хотел получить на день рожденья?

Ксенофилиус Лавгуд.»

— Ты улыбаешься, — тепло заметил Рэгги — Я просто счастлив, — ответил Арти, и, по-турецки усевшись на кровати, протянул руки в сторону кота. — Как малое дидё, — снисходительно закатил глаза кот — Я хочу тебя потискать, — ещё шире улыбнулся Арти, позволяя себе ребечество. — Ты тёплый, мягкий, родной и от тебя вкусно пахнет карамелькой. — Родной? Ты меня едва ли помнишь молчащим, Арти. — Неправда. Знаешь, что самое первое я помню? — М? — Как я ждал. Вокруг белые стены, и вдруг из-за одной из них появляется твоя морда. Ты запрыгнул ко мне, хотя тебе на хвост привязалась какая-то яркая ленточка. Я пытался её поймать, но ты дёргал хвостом, каждый раз, как она оказывалась в моих руках. Потом, я похоже уснул, а когда проснулся, то спал уткнувшись в тебя носом. От тебя пахло травой, перегноем, мокрой шерстью и сыростью, а не холодом, как раньше. Не то, чтобы я помнил раньше… — Ты — моя главная головная боль, Арти, — перебил его кот, запрыгивая на ноги. — Я знаю, — парень погладил кота по макушке. — Спасибо, Рэгги. — Не вздумай меня больше благодарить за это, бестолочь, — пожурил когтевранца кот, после чего вдруг сказал. — А пойдём на кухню. Пока ещё не было отбоя. Я хочу тебя кое-чему научить. Как раз к святочному балу будет готово. — Так внезапно? Что ты вспомнил, о всеведущий и всемогущий? — Один семейный рецепт. Меня ему перед пятым курсом научил дед Поллукс. Такие хитрые глаза при том делал, ты бы видел… Да, впрочем, неважно, не о нём речь. Пошли, пока выдался вечер. — А что будем готовить? — с по-истене детским любопытством спросил Арти, вставая с кровати. — Амаретто с горьким миндалем! — торжественно объявил кот беря курс на взятие хогвартской кухни.

***

Очень немногие ученики вставали к самому началу завтрака. «Мистер Лавгуд, Спасибо Вам за оказанное нам с Рэгги доверие. Мы с огромной радостью отпразднуем этот Новый Год с Вами и Луной (поэтому пока что будем помалкивать, чтобы сюрприз получился). И, да, Вы как всегда проницательны — я бы хотел попросить, чтобы Вы вместе со мной отправились на встречу с мисс Хупер…» — Кто такая мисс Хупер? — вдруг раздалось над самым ухом, и Ати выронил от неожиданности карандаш. — Прости, что напугал. Честное слово, я не хотел. Седрик выглядел крайне мило, когда извинялся. Арти прекрасно понимал, что именно привлекало в нём многих не только девушек. — Я не поздравил тебя с успешным прохождением первого испытания, — кивнул Арти, краем глаза замечая мнущуюся неподалёку Чжоу Чан. — А, да не стоит, правда. Спасибо Гарри Поттеру — он предупредил меня, иначе, я бы провалился. Так кто такая мисс Хупер? — Ты пришёл не за этим, — тут же пристально посмотрел на него когтевранец. — Да, ты прав, я сегодня просто группа поддержки, — просиял парень и Арти перевёл взгляд на Чжоу. — Я хотела извиниться перед тобой, — вдруг сказала девушка, подходя ближе. — Я… я была вне себя и не могла здраво оценить ситуацию, из-за чего чуть не рассорила наш факультет с Гриффиндором, когда ты пытался этого не допустить. Я зря тебя обвиняла и прошу прощения за всех и за всё плохое, что было сказанно тебе из-за меня. — Всё в порядке, не забивай себе голову, — кивнул Арти когтевранке, и, после непродолжительного разговора с влюблённой парочкой, вернулся к письму. «...Директор обещала отдать важные и полезные лично для меня бумаги, и я подозреваю, что она говорила о заявлении об отказе, которое должна была написать моя мать. Если это действительно оно и Вы сможете помочь с поиском по имени, то это станет лучшим подарком, какой только можно представить. Ещё раз благодарю Вас. Приеду с подарком к Новому Году.

Арти.»