Глаза цвета эспрессо

- Проспали! Петь. Все, капец нам совсем! С этими словами Игорь скатился с кровати. А что делать? Хазин утащил куда-то его родимую безотказную «нокию», будильник на которой мог бы поднять небольшое кладбище. И взамен вручил смартфон, на котором Игорь тупо забыл поставить будильник. Точнее, поставил, но строптивый гаджет включает его, когда сам решает. У Пети с будильниками были отношения сложные, так что он надеялся лишь на Грома. - М-м-м-м, - пробормотал из-под одеяла Петя, поворачиваясь на другой бок, - еще пять минуток. - Нет пятиминуток, Хазин! И минутки нет! Иди кофе варить, я пока побреюсь. Может, успеем еще. Игорь шустро поскакал в ванную, по пути потерял тапок, выматерился от души. И уже на месте обнаружил, что пена для бритья закончилась. - Петь, пены больше нет? - Откуда? Я думал, ты купил. Нахохлившийся Хазин и не думал варить кофе. Он сидел на кровати, укутавшийся в одеяло и напоминал совенка, вытащенного из дупла днем. - Петь, а кофе? - Хуеть, - сонно ответил тот, - какой кофе, я сплю еще. По пути выпьем в Старбаксе. - Не успеем в твой Старбакс. В восемь надо быть на месте. Дело в том, что накануне Федор Иванович собрал начальников отделов и еще раз напомнил, что утром, в восемь начнется мероприятие. Приезжает, мол, начальство из Москвы, будет вещать о внедрении новых технологий. Игорь тяжело вздохнул, а Петя так закатил глаза, что черепушку свою, пожалуй, разглядел с обратной стороны. Новые технологии в работе следственного управления – это три часа жизни, безжалостно выброшенные в помойку. Но надо сидеть, стараясь не зевать очень уж откровенно, делать вид, что интересно, и даже пытаться записывать. Это Дима Дубин умеет, сидит в первом ряду и лучезарно улыбается, поедает глазами «высокое начальство», да еще что-то черкает в блокноте. Гром думал, что рисует – нет, пишет конспект выступления. «Дима, наверное, уже там. А мы…» - Ты форму приготовил? – донесся голос Хазина, - будешь рубашку гладить, погладь и мою тоже. Игорь собирался возмутиться на тему «А не охамел ли ты часом?» но сонный Петя так жалобно сопел и тер глаза, что камень бы растрогался. Вытащил форму – свою и хазинскую и обнаружил, что у утюга оплавилась вилка. - Эй, а с утюгом-то что? - Хрен знает, - честно ответил Петя, - розетка искрила, коротнуло тогда нехило. Я ж тебе рассказывал неделю назад. - Да я тогда в такой запарке был, что не заметил бы не только искрившую розетку, а и слона в квартире.       Напялив мятую форму, Гром решил, что сойдет и так. В конце-концов, он не Дима Дубин и сидеть в первом ряду не собирается. А сзади… кто рассматривать-то будет? Отчего-то форма Хазина не выглядела такой, словно ее бегемот жевал вчера. Тут из кухни донесся запах горелого. - Ой, бля, яичница! - завопил Хазин, решивший сделать что-то полезное с утра и сжегший сковородку и завтрак. Схватил ручку, зашипел, уронил сковородку на пол. Поднял уже с помощью двух полотенец, висевших на веревке, на кухне, бросил в раковину. Оттуда повалил густой пар - Горь, прости. Я с утра всегда соображаю плохо. - Хрен с ним, отмоем потом. И купим пену для бритья. - Ага. И новый утюг. Хорошо, хоть кофе есть. Кофе было мало - оно сбежало на плиту, залив конфорку темно коричневой жижей. Обжигаясь, они выпили бодрящий напиток, при этом не пролив его. В холодильнике было пусто, одиноко лежала засохшая луковица и стояла баночка просроченного йогурта. Йогурт был любимый петин, поэтому ни у кого не поднималась рука его выбросить. Два майора продолжали хаотично перемещаться по квартире, а стрелки часов неумолимо тикали.       Пришлось ехать в Управление голодными, небритыми, а Игорю еще и в мятой рубашке. - Почему я на личный автомобиль не могу поставить проблесковый маячок и матюгальник? – возмущался Хазин, сев за руль. Просыпался он всегда за рулем собственного «Порше» даже без кофе. Теперь «Порш» летел, обходя пробки по газонам, по встречке, где не было отбойников, и даже по тротуарам, буквально прыгая на поребрик. Водил Хвзин лихо. Особенно с утра. Особенно когда сердитый и невыспавшийся, а тут еще гребаное московское начальство со своими технологиями. Поворачивал, не включая поворотника, показывал на камеру средний палец и за одну поездку наделал нарушений не на одну тысячу, как высказался Гром. - Горь, давай вечером ты будешь ебать меня, ладно? Так что сейчас не еби мне мозги. Потерпи до вечера, и найди более подходящее место…. Не голову, а противоположное. Хазинской «Порше» подлетел к зданию Управления без двух минут восемь. - Фух, успели, - выдохнул Петя. Игорь выпрыгнул из машины, взбежал на крыльцо и… остановился. - Петь, какое число? - Двадцать седьмое. А что? - А то, что собрание двадцать восьмого. То есть, завтра. - Милые бранятся – только тешатся, - сказал Цветков, лучезарно улыбаясь Ксении Зайцевой. Остальные делали ставки, укокошит Хазин Грома, или Гром Хазина или они укокошат друг друга прямо на стоянке.